Законы на заказ

Законы на заказ

Как юрист по образованию, президент неоднократно апеллирует к всемогущей силе закона. Вот только, когда знакомишься со многими нынешними статьями как Уголовного, так и Гражданского кодекса, невольно создается впечатление, будто писали их в камере на коленке, – настолько они соответствуют потребностям преступников всех мастей. Законодательство столь размыто, что гораздо легче наказать жертву, чем преступника. Как в стране, тотально пораженной коррупцией, терроризмом, серийными и заказными убийствами, насилием над детьми с трагическими последствиями, хищениями миллиардов, как в этих условиях объявлять мораторий на смертную казнь? Как законодательно отменять конфискацию имущества у проворовавшихся воротил преступного мира? Можно ли вводить суд присяжных заседателей, передавая тем самым решение наиболее сложных и тяжелых по последствиям дел из рук профессиональных юристов в руки подчас запуганных и подкупленных «любителей от юрисдикции»? Можно ли отдавать частникам землю, всем данную Богом, порождая тем самым наиболее массовую и жестокую преступность в борьбе за недвижимость? Можно ли судить солдата за убийство врага на войне (Буданов, Ульманис, Аракчеев и др.)? Может быть, и оставшихся в живых фронтовиков начнем судить? Пусть по каждому убитому ими фашисту документально докажут необходимость этого деяния. Скажете, в Чечне не было войны, а шла антитеррористическая операция? Юридически это так. Но тогда что там делала армия? Она же предназначена для борьбы с внешним противником, а не с внутренними бандами.

Перечень вопросов можно продолжать до бесконечности. Их масса – а убедительных ответов нет. И ведь вот что интересно: если Ельцин, отвечая на неудобные вопросы по правовому полю, мог сослаться – и ссылался – на происки оппозиции в Верховном Совете или позже в Госдуме, то нынешним властям сослаться не на кого. Всем очевидно, что нынешние депутаты от «Единой России» безропотно проштампуют все, что им укажет Медведев, а лучше – Путин. Тогда кто виноват?

Вот и сейчас президент, говоря о масштабах коррупции, заявляет, что «сажать надо», – и тут же ратует за замену уголовной ответственности в ряде случаев штрафами, залогами и домашними арестами. Но что значит жалкий штраф или залог для дельца, ворочающего миллионами? Может быть, он и заказал такой закон?

Неспособный решить проблему Северного Кавказа ни в силовом, ни в правовом поле, президент не находит ничего лучше, чем продолжать закачивать туда миллиарды, якобы направленные на решение социально-экономических вопросов в северокавказских республиках. «Эффективность их расходования оставляет желать много лучшего. Часть средств почти открыто разворовывается чиновниками», – отмечает президент. И тут же предлагает выбросить новые средства в ведро без дна, сформировать перечень инвестиционных проектов, которым будет оказана адресная помощь, ввести налоговые льготы, стимулировать предпринимателей к развитию бизнеса в столь неспокойном регионе. Опять действия отличаются бессистемностью, нелогичностью, неразличением предлагаемых целей и средств для их достижения. И такие предложения находят поддержку депутатов! Что, в их корпусе численностью 450 человек совсем специалистов не осталось?

Писать об армии и вовсе больно. Надо признать, что «современной, боеспособной и мобильной армии, которая не даст шанса угрожать нам и нашим союзникам» у нас в действительности нет и не предвидится. Интересно, кстати, где президент видит «наших союзников»? Разве что американцы – «их союзники», но им и так никто не угрожает. Бюджет, приобретший силу закона волей депутатов-единороссов, предусматривал поставку в войска в 2010 году аж пяти ракетных комплексов «Искандер», 28 боевых самолетов, одного боевого корабля класса «корвет». Интересовались ли уважаемые депутаты, сколько единиц боевой техники поступало в армию не только в предвоенные 30-е годы прошлого века, но и в более благополучные 70-е? Годовых поставок самолетов недостаточно для формирования одного авиаполка. И это притом, что количество находящихся на вооружении самолетов, чей технический ресурс истекает в нынешнем году, исчисляется сотнями.

Очень любит президент цифровые средства связи и обещает ими «в первоочередном порядке оснастить войска Северо-Кавказского военного округа». Что это – указание на перспективу? Значит, так и будут внутренние проблемы страны решать армейские части, укомплектованные 18-летними новобранцами? А профессионалы МВД так и будут «прославлять» свои ряды коррупцией, насилием над гражданами и прочими злоупотреблениями? Но как же выглядит данная проблема в правовом поле?

Что касается международного права и его применения в интересах экономики страны, то об этом уже говорилось. Пока погоня за иностранными инвестициями и обеспечивающее ее правовое поле приносят нам больше проблем, чем выгоды. В какую сторону оно будет меняться, или, как любит выражаться президент, модернизироваться, из послания неясно. Интересно другое. Все чаще упор во внешней политике делается на разные группы – G8, G20… Что это такое? Форма существования мирового правительства? Или консультативный совет желающих попасть в «золотой миллиард»? Почему тогда участников всего 8 или 20, где остальные 180 стран, представленных в ООН? Или они уже стали изгоями? Или и международный закон уже «что дышло: куда повернешь, туда и вышло»?

Кто вообще верит в святость закона? Конечно, эта вера внушалась еще с античных времен, когда появилось основополагающее поныне римское право. Почему? Да потому, что закон – это отнюдь не общественный договор, выработанный всем обществом в целях организации нормального общежития. Закон – это мощное средство принуждения власть имущим меньшинством большинства народа в своих корыстных целях. Так было всегда, кроме кратковременного по историческим меркам периода власти трудящихся – единичного эксперимента, проведенного в Советском Союзе. Только в СССР закон был призван защищать и в основном защищал общество от элементов, пытавшихся паразитировать на труде большинства. На всех других этапах развития человечества правящие классы творили законодательство с выгодой для себя. К такому законотворчеству незамедлительно приступила правящая «элита» России после государственного переворота 1991 года.

Я хорошо помню, как долгие месяцы всем народом, во всех трудовых и воинских коллективах обсуждалась последняя советская Конституция 1977 года. На каждом сельском сходе давались десятки дополнений, предложений и поправок к ее проекту. Все замечания обобщались и направлялись в центральную конституционную комиссию. Наконец Конституция была торжественно принята и являлась главным законом страны 15 лет. Это действительно был общественный договор. А потом «демократ» Ельцин, предварительно расстреляв законно избранный Верховный Совет, разорвал текст основного закона, спешно состряпал новый текст и без всякого всенародного обсуждения повелел уже послушной Государственной Думе принять его как новую Конституцию. Ну и как к ней относиться? Как к некоему священному документу? Это было бы справедливым, если бы все, включая президента, относились к Конституции трепетно. Но пример Ельцина, к сожалению, не единичен. Как к принятому всеми общественному договору? Но мы сами его проект не обсуждали, и никто нашего мнения не спрашивал.

Между тем законотворческая деятельность на основе новой Конституции развернулась в полную мощь. Тут и понадобилась, чтобы создать видимость легитимности, абсолютно послушная Госдума, базирующаяся на столь же послушной одной партии. Теперь законы пекутся как блины, не глядя. Об этом свидетельствуют регулярные телетрансляции из почти пустого зала заседаний Думы, где несколько ошалелых дам, стирая пот со лба, бегают от одного депутатского пульта к другому и голосуют по поводу очередного закона «за себя и за того парня». А в это время «тот парень», не удовлетворенный депутатской зарплатой в несколько тысяч долларов, разъезжает по стране, собирая заявки на лоббирование тех или иных вопросов за иную, гораздо более солидную плату. Все это авторитета выпекаемым законам не прибавляет, разве что оправдывает выражение «закон по заказу».

ПРОГНОЗ

Законотворческая деятельность – один из краеугольных столпов любого общества, поскольку отражает его суть. Ее совершенствование требует громадной интеллектуальной работы всего общества. Между тем по основным параметрам и законотворческая, и правоохранительная деятельность во всем мире находится на уровне римского права, отражая тем самым неизменность рабовладельческих отношений на планете. Сейчас закон в России преданно служит новым рабовладельцам и дальше намерен развиваться в том же направлении.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.