Леван: из тупика – в церковь

Леван: из тупика – в церковь

В советское время в каждой грузинской семье существовало на очень простом уровне уважение ко всему священному и представление о том, что Бог существует, но понятие о жизни в Церкви, конечно, очень мало кто имел. Такое положение вещей было и в моей семье: время от времени заходили в церковь, ставили там свечи, но богослужений никто из родни не посещал. Представления об исповеди я не имел никакого, о причастии – тем более. Правда, я знал, что в Церкви совершаются пасхальные службы, и побывать на них считается делом важным. Но при коммунистах на Пасху всегда показывали интересные зарубежные фильмы, могли три-четыре картины в программу поставить, да такие, о которых только все и мечтали; это делалось специально, чтобы притока в храмы не происходило. И конечно, мне, как большинству детей, хотелось смотреть интересные фильмы. Но помню, пару раз я все-таки на пасхальной службе побывал. Сохранялись внешние остатки тысячелетних православных традиций: чтили девятый и сороковой день по смерти человека, красили яйца на Пасху и соблюдали некоторые другие обычаи.

Бабушка моя с материнской стороны родом из Аджарии (это край, в котором много грузинских мусульман), она крестилась, когда ей было семьдесят восемь лет. И у нее произошел такой мощный духовный порыв, что она сразу же захотела стать монахиней. Она учила меня разным молитвам, и, помню, ночью, если не мог заснуть, я повторял эти бабушкины молитвы. Собственно, это все, что внешне связывало меня с христианством. Но было у меня и собственное, внутреннее религиозное чувство, словесно его непросто выразить. Можно сказать, что это безусловное интуитивное знание о существовании Кого-то великого, благоговение перед тем, что выше моего понимания, перед Тем, Кого разум мой никогда не охватит. Но чувство это не связывалось в моем опыте с Православием. Уже позже, будучи в Европе, я мог зайти в католический храм, посидеть в тишине, зажечь свечу. Это было потребностью – выразить свое чувство Тому, Кто намного выше меня, Кого я ощущал в своей жизни.

Мой приход в Церковь было связан с пониманием, что я попал в тупик, я начал ощущать тревогу. Мне было тогда 29 лет. Я впал в какое-то уныние, не хотелось ни работать, ни отдыхать, вообще ничего не хотелось делать. Я, конечно, продолжал работать, жить, но делал все как бы на автомате. При этом появилось ощущение, что это состояние – результат моих неправильных поступков, что многие неверные вещи, которые я постоянно совершал в своей жизни, накопившись, стали отравлять и разрушать душу.

Вместе с моим другом мы монтировали картину, я знал, что он верующий, и сказал ему:

– Знаешь, у меня есть острая потребность кому-то рассказать о своих ошибках…

– Это называется исповедь, – ответил он, – давай я познакомлю тебя со священником, ты все ему расскажешь.

Я приходил несколько раз, но не мог ничего сказать. С четвертой попытки я все-таки сумел исповедоваться. И священник, к которому я пришел, стал моим духовником. Тогда он был протопресвитером Георгием Гамрекели, сейчас он митрополит Руставский Иоанн. Я многих интересных людей в жизни встречал, но он оказался самым интересным человеком из всех, с которыми мне когда-либо доводилось общаться. Бог все устраивает премудро: возможно, встреча с необразованным священником тогда бы меня оттолкнула от Церкви. А я встретил необыкновенно эрудированного, мудрого человека, который великолепно разбирался не только в вопросах веры, религии, человеческой психологии, но и в науках, искусстве, литературе, даже в кино разбирался лучше многих кинематографистов. Он не давил на меня, аккуратно посоветовал несколько книг, чтобы лучше разобраться в том, что такое вера, Церковь.

Иоанн (Гамрекели), митрополит Руставский

Никогда не забуду свое первое причастие. Я исповедовался очень поздно, пришел домой и долго читал молитвы перед причастием, лег спать поздно ночью, а в пять утра проснулся от чувства неудержимой радости. Откуда она пришла? Последние четыре месяца меня мучила бессонница, я постоянно находился в подавленном состоянии. И вдруг такая необъяснимая радость, чувство уверенности и защищенности! Как в детстве, когда просыпаясь солнечным утром, понимаешь, что все хорошо – лето, каникулы, а мама готовит вкусный завтрак. Никогда не забуду этой радости, это утро перед первым причастием.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.