Были ли среди русских предатели?

Были ли среди русских предатели?

14 сентября Денису Давыдову крестьяне рассказали, что Ефим Никифоров и Сергей Мартынов из деревни Городище наводили французских мародёров на богатых поселян, приняли участие в убийстве помещика Вешнева, разграбили церковь. Давыдов послал казаков захватить предателей, но Никифоров бежал, схватили одного Мартынова. «Эта добыча была для меня важнее двухсот французов! — вспоминал позднее партизанский командир. — Я немедленно рапортовал о том начальнику ополчения и приготовил примерное наказание».

21 сентября пришло повеление расстрелять преступника. Мартынова исповедали, надели на него белую рубашку и привели к той самой церкви, которую он грабил. Из всех ближних деревень собрался народ, в молчании смотревший на казнь.

Форма русского ополчения. Обер-офицер, урядник и казак пеших подков Тульскою ополчения. Урядник пеших дружин Санкт-Петербургского ополчения

Н. А. Дурова (1783–1866)

А в Москве в день вступления в неё Наполеона одна московская барыня Загряжская с несколькими подругами встретила французского императора на Волхонке и поднесла ему на бархатной подушке ключи. Ключи-то были от её амбара, но она сказала, что это ключи от Кремля. Наполеону было обидно увидеть вместо «московских бояр» нескольких жеманных барынь, но, как воспитанный человек, он поблагодарил и распорядился подарить ей село Кузьминки с загородным домом князя С. М. Голицына. Уже после освобождения Москвы Загряжская и в ус не дула — продолжала себе жить-поживать в Кузьминках. Возвратился Голицын и послал осмотреть своё поместье. Слугам отвечают: «Здесь живет новая помещица Загряжская». Голицын удивился и приказал гнать в шею самозваную хозяйку. Загряжская важно ответила посланным: «Знать не знаю Голицына. Кузьминки мои — мне их сам император Наполеон подарил». Сергей Михайлович Голицын послал за полицией — только так и смогли вывести расходившуюся барыню из поместья.