Экономика без денег (почти коммунизм)

Экономика без денег (почти коммунизм)

Вспарывание достаточно быстро негативно сказалось на состоянии пациента. Предприятия, не имея денег, потому что комплектующие, сырье повсеместно подорожали, не могли выпускать продукцию. А, если и выпускали, не могли получить за нее деньги. Все стали друг другу должны. Кредит был просто с фантастическими процентами. В результате всюду начались невыплаты по заработной плате.

Никогда не забуду разъяренных делегатов от якутских предприятий, приехавших в Москву, за правдой. Здоровенный парень, косая сажень в плечах, разъяснял мне с горящими глазами: «Вы понимаете, что это Якутия, там даже огорода завести нельзя, с земли прокормиться. Там все завозное. Нам что, с голоду помирать?» Интересно, что таким ходокам отвечал Гайдар, тоже советовал подождать, как в случае с комбайнами?

В том то и беда, что ходоки доставались нам, депутатам, а ему чаще всего приходилось беседовать с угодливыми журналистами и набивающими мошну олигархами.

Деньги исчезли не только в виде зарплаты, они фактически испарились и в сбережениях. Четыре, пять тысяч рублей, которые были очень большим деньгами в советские времена (на них можно было купить дачу или даже оплатить пай в кооперативе за квартиру), в мгновение ока превратились в ничто.

А ведь эти деньги можно было, индексируя от инфляции, использовать на целевые нужды, например, под то же строительство, под покупку отечественных товаров длительного пользования: автомобилей, холодильников, телевизоров и т. д. Это бы убивало сразу двух зайцев и поддерживало бы население и отечественных производителей. Но об этом никто из реформаторов не думал.

Дальше, больше. Раз нет денег у предприятий, то нет и налоговых поступлений. А раз так, то нет зарплат учителям и врачам, военным и милиции. Нет пенсий пенсионерам. Сколько смертей, трагедий и драм разыгрывалось в ту пору по стране (в начале книги я приводил печальную статистику того времени). Но об этом они не думали.

Не думали, даже о технических моментах, связанных с хождением денег.

Система взаиморасчетов был архаичная, электронные системы еще не были в ходу, платежки шли неделями.

На фоне искусственно созданного дефицита денег это еще больше усугубляло ситуацию. Кроме того, это позволяло нечестным людям заниматься махинациями (всем памятен скандал с фальшивыми авизо).

В Нижегородской области зам. губернатора, уже не раз мною упоминавшийся Иван Петрович Скляров, решал эту задачу, как он сам говорил, по рабоче-крестьянски, создав институт финансовых курьеров, которые возили платежки по области.

Но по всей стране этого не сделаешь. И все это в конечном итоге породило кризис неплатежей, который длился затем несколько лет, породив массу денежных суррогатов, различных схем с векселями, на которых, опять же, наживались дельцы, оттягивая и без того скудные средства от реальных производителей. О них вообще думали в последнюю очередь.

В первую очередь думали наши реформаторы не о производстве, а о торговле.

29 января 1992 года был подписан Указ Президента № 62 о свободной торговле. Это настолько своеобразный документ, что его надо цитировать.

Одна из его норм гласила:

«Предоставить предприятиям, независимо от форм собственности, а также гражданам право осуществлять торговую, посредническую деятельность (в том числе за наличный расчет) без специальных разрешений», за исключением торговли оружием, боеприпасами, взрывчатыми ядовитыми и радиоактивными веществами, наркотиками, лекарственными средствами и другими товарами, реализация которых запрещена или ограничена действующим законодательством».

То есть никаких разрешений, связанных с требованиями к санитарии, к пожарной и иным нормам безопасности теперь не требовалось.

А вот еще:

«Запретить задержание и изъятие любых грузов, перевозимых транспортными и иными средствами, а также истребование каких-либо документов на эти грузы, за исключением случаев, установленных действующим законодательством».

Про законодательство добавлено для солидности, а на практике это означало, в том числе и такие возможности: «вывози с предприятия ворованную продукцию, и никто не вправе тебя проверять».

Помню как на ВДНХ, в те суровые дни начала 92 года, какие-то молодчики продавали мороженное прямо из картонных ящиков, причем их у них было по одному-два, не больше. Когда милиционер подошел к одному из них и спросил, откуда товар, он начал кричать, что это коммерческая тайна, и он не обязан предъявлять какие либо документы (по указу выходило именно так).

И еще один перл, превративший страну на несколько лет в большую грязную толкучку:

«Установить, что предприятия и граждане осуществляют торговлю (в том числе с рук, лотков и автомашин) в любых удобных для них местах, за исключением проезжей части улиц, станций метрополитена и территорий, прилегающих к зданиям государственных органов власти и управления».

Справедливости ради, стоит отметить, что инициатором этого чудовищного документа был не сам Гайдар, а Михаил Киселев — народный депутат от Питера, 25-ти лет отроду, пробивший его через того же Головкова, который вывел Гайдара в люди. Он убедил Гайдара завизировать этот документ, а Ельцин потом его подписал.

Миша Киселев — это что-то типа экономической Новодворской, который считал реформы Гайдара недостаточно либеральными.

Но ведь управление страной — это не научные труды. Авторство в этом деле вещь вторичная. Поэтому неважно, кто сочинил сей документ, важно кто подписал и заставил выполнять.

Очередной раз убеждаешься, что важнейшие управленческие решения принимались в зависимости от того, кто последний зашел в высочайший кабинет. А этот кабинет напоминал в те времена проходной двор.

Недаром позднее Хасбулатов выдал свою знаменитую фразу: «Экономикой руководят какие-то Петьки и Мишки».

В связи с отсутствием денег по всей стране руководители предприятий вынуждены были начать выдавать зарплату продукцией. И в Москве в переходах появились люди, раскладывающие на полу хрустальные вазы, тарелки, какие-нибудь чайники или будильники. То есть мы вернулись тогда чуть ли не во времена натурального хозяйства или, если хотите, во времена «военного коммунизма».

И, тем не менее, все происходящее, называлось у нас рыночными реформами.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.