1 Боевые действия 1-й гвардейской и 18-й армий

1

Боевые действия 1-й гвардейской и 18-й армий

До второй половины ноября войска 1-й гвардейской армии занимали в основном те же рубежи, что и в конце октября. Отдельными отрядами наши части вели разведку, улучшали позиции, отбивали контратаки врага, производили частичную перегруппировку.

Противник в этот период всячески совершенствовал свою оборону, особенно стремился укрепить рубежи, прикрывавшие выходы из гор и лесов, усиливая их артиллерийскими и минометными средствами. Враг опасался форсирования нашими войсками реки Ондава, поэтому старался подготовить надежный оборонительный рубеж по западному берегу реки. Опасался он также за направление Башковце, Убреж и уплотнил здесь свои боевые порядки, введя в бой дополнительно одну дивизию.

Для противника, оборонявшегося на фронте западнее Чертижне, восточнее Башковце, возникла угроза оказаться зажатым в клещи нашими войсками, наступавшими с северо-востока (из района Чертижне, Габуре, Медзилабарце) на юго-запад и с востока (из района Башковце, Хоньковце, Тибава) на запад. Особенно важное значение имело для врага последнее направление, так как, проходя вдоль подножия Карпат, оно перехватывало южные и юго-западные выходы из гор, а также грунтовые, шоссейные и железные дороги, идущие с севера на юг, т. е. все пути, которые можно было бы использовать для отхода.

Местность, по которой предстояло наступать армии левым флангом, представляла собой равнину с возвышенностями, множеством каналов, оврагов и узких ирригационных сооружений. Равнину пересекают реки Диошкаи, Липовец, Валални, Лукавец, Окна, Черна Вода, Лаборец, Душа, Ондава, Топлья. Большинство их имеют затопляемые поймы шириной 2–3 км. Между реками Лаборец и Ондава проходит гряда высот, с Которой хорошо обозревается пространство в восточном направлении. Западнее рек Топлья и Ондава лежит горный кряж из труднодоступных высот, покрытых сплошным лесом.

Имеющаяся сеть грунтовых и шоссейных дорог довольно густо покрывает равнину и связывает между собой населенные пункты, лежащие, как правило, в местах скрещения дорог.

Оборона противника строилась с учетом особенностей местности и состояла из отдельных опорных пунктов, оборудованных окопами и стрелковыми ячейками, иногда соединенных ходами сообщения. Учитывая важность дорог, гитлеровцы широко использовали противотанковые и противопехотные заграждения. Особое значение придавалось организации системы огня. Огневые точки, расположенные вдоль дорог, в населенных пунктах, рощах и т. д., держали почти всю впередилежащую местность, естественные и искусственные водные преграды под фланкирующим огнем во всех направлениях. Перед левым флангом армии до Михальовце противник оборудовал три оборонительных рубежа.

В подготовительный период все рода войск готовились к ведению боевых действий в новых условиях. Несмотря на трудности предстоящего наступления, бойцы и командиры 1-й гвардейской армии горели желанием вступить в бой, полностью изгнать врага с территории братской Чехословакии. 7 ноября после митинга в 167-й стрелковой дивизии, посвященного праздничному приказу Верховного Главнокомандующего, старшина И. С. Гончаров обратился к командованию с просьбой разрешить ему пробраться в тыл к фашистам. Получив разрешение, он взял с собой старшего сержанта С. Д. Саленко, младшего сержанта Ф. И. Деркача и рядового Н. Н. Багуна и с ними перешел линию фронта. Двигаясь впереди, Гончаров обнаружил минное поле противника. Саперы изъяли девять противотанковых и семь противопехотных мин. На окраине рощи советские воины обнаружили орудия и стали скрытно продвигаться вдоль шоссе. Достигнув отдельного дома на северо-восточной окраине села Убреж, они увидели сложенные в штабеля противотанковые мины. Рядовой Багун предложил подорвать их, но Гончаров сказал: «Да, мы их подорвем, но только вместе с врагом. Давайте лучше заминируем этими минами шоссе». Шоссе было заминировано, и саперы двинулись дальше. На берегу реки Дриновец они наткнулись на артсклад противника (до ста ящиков со снарядами), охраняемый часовым. Бойцы сняли часового и подорвали склад. 10 ноября они вернулись в свою часть и доставили в штаб ценные сведения о расположении огневых точек противника и сосредоточении его сил.

На равнинной местности разведывательным органам действовать было гораздо труднее, чем в горах, и все же были собраны весьма ценные сведения о характере обороны противника и его живой силе.

К началу операции перед фронтом 1-й гвардейской армии в первой линии действовали 254-я пехотная, 97-я, 101-я горнострелковые, 100-я легкопехотная дивизии, 82-я дивизионная группа, 582-й охранный батальон, батальон 2-й горнострелковой бригады венгров и 500-й штрафной батальон, усиленные тремя дивизионами штурмовых орудий, и 101-й дивизион штурмовых орудий РГК.

18 ноября 1-й гвардейской армии была поставлена задача: силами 107-го и 11-го стрелковых корпусов прорвать оборону противника на участке Русковце, Комаровце, уничтожить противостоящего противника, наступать в направлении Михальовце, Чемерне, овладеть Михальовце и выйти на рубеж реки Лаборец; в последующем, овладев рубежом высот западнее Михальовце, наступать на Чемерне; остальной участок фронта, от Медзилабарце до леса севернее Виш. Рибницы, оборонять силами 3-го горнострелкового корпуса.

Командующий 1-й гвардейской армией решил прорвать оборону противостоящего противника силами шести усиленных стрелковых дивизий. Главный удар наносился в направлении Горна, Виш. Ревиште, Михальовце. На рубеже Чертижне, Медзилабарце, Стакчин, Виш. Рибница должны были обороняться соединения 3-го горнострелкового корпуса и 271-я стрелковая дивизия, которая 18 ноября перешла в непосредственное подчинение армии.

Корпуса армии получили следующие задачи: 107-й стрелковый корпус в составе 129-й гвардейской, 161-й и 167-й стрелковых дивизий под командованием генерал-лейтенанта Д. В. Гордеева должен был прорвать оборону противника на участке (иск.) Ясенов, Тибава, Собранце и овладеть лесом 1 км юго-восточнее Убрежа, Ниж. Рибницы, затем наступать в направлении Виш. Ревиште, Михальовце, к исходу дня выйти на рубеж Гнойне, Гажин, (иск.) Ястребе, а к исходу второго дня операции овладеть Трнавой, Михальовце. Корпусу были приданы 31-я отдельная гвардейская танковая бригада, 1511-й и 713-й самоходные артиллерийские полки, 24-я гвардейская армейская пушечная артиллерийская бригада, 4-й и 317-й армейские гвардейские истребительно-противотанковые артиллерийские полки РГК, 496, 196 и 494-й горновьючные минометные полки, 144, 618 и 276-й армейские минометные полки РГК, дивизион 93-го гвардейского артиллерийского полка 3-го горнострелкового корпуса, 114-й гвардейский истребительно-противотанковый дивизион 128-й гвардейской горнострелковой дивизии, четыре полка гвардейских минометов, 6-я горная инженерно-саперная бригада РГК (без одного батальона) и 1067-й зенитный артиллерийский полк.

11-й стрелковый корпус в составе 30, 226 и 276-й стрелковых дивизий под командованием генерал-майора М. И. Запорожченко наступал на участке (иск.) шоссе Тибава — Собранце, Комаровце, нанося удар в направлении Комаровце, Остров, Шарошремете, Ластомир. Ближайшая задача корпуса — овладеть Островом, к исходу первого дня — Ястребе, Инячовце и к исходу второго дня выйти на рубеж (иск.) Михальовце, Красновце, Самудовце. Вместе с корпусом действовали 3-я отдельная истребительно-противотанковая артиллерийская бригада 1498-й самоходный артиллерийский полк, 839-й гаубичный артиллерийский полк, 1646-й и 1506-й истребительно-противотанковые артиллерийские полки, 281-й минометный полк, дивизион 805-го гаубичного артиллерийского полка, полк гвардейских минометов, 356-й батальон 6-й горной инженерно-саперной бригады РГК, 15-я штурмовая инженерно-саперная бригада и 9-й отдельный мотопротивотанковый огнеметный батальон.

Было приказано в первом эшелоне корпуса иметь стрелковую дивизию и 15-ю штурмовую инженерно-саперную бригаду; во втором эшелоне — стрелковую дивизию в районе Порубка, Колибабовце, Коромпа; на участке (иск.) Комаровце, Сентуш прикрыться 9-м отдельным мотопротивотанковым огнеметным батальоном.

Армейский резерв составила 226-я стрелковая дивизия, сосредоточенная в районе леса юго-западнее Подградье[117].

В течение последних пяти дней перед наступлением была произведена перегруппировка войск к левому флангу армии, на участок прорыва. Войска передвигались, как правило, ночами, по бездорожью. И все же приказ был выполнен. К исходу 21 ноября войска вышли на указанные рубежи.

3-й горнострелковый корпус: 242-я горнострелковая дивизия генерал-майора В. Б. Лисинова занимала рубеж (иск.) Телеповце, Паригузовце, высота 563, восточные скаты высоты 657,2, Ялово; 318-я горнострелковая дивизия генерал-майора В. Ф. Гладкова — рубеж (иск.) Ялово, высота 552, Стакчин, высота 1005, высота 897 (северо-западнее Руске Бистре).

128-я гвардейская горнострелковая дивизия генерал-майора М. И. Колдубова сосредоточилась в районе Тополя, Колбасов.

271-я стрелковая дивизия полковника И. Ф. Хомича заняла оборону на рубеже Чертижне, Габуре, (иск.) Боров, высота 542 (гора Кичера), (иск.) Нягов, высота 578, высота 469.

107-й стрелковый корпус: 161-я стрелковая дивизия полковника В. И. Новожилова сосредоточилась в районе Гливиште; 129-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора Т. У. Гринченко заняла рубеж в районе севернее Собранце; 167-я (командир полковник И. Д. Дряхлов) и 161-я стрелковые дивизии в ночь на 22 ноября выдвинули на передний край по одному стрелковому батальону для ведения разведки.

11-й стрелковый корпус: 276-я стрелковая дивизия генерал-майора П. М. Бежко заняла оборону в районе Комаровце, две стрелковые дивизии — 30-я (командир генерал-майор В. П. Янковский) и 226-я (командир генерал-майор Н. А. Кропотин) — находились во втором эшелоне; участок Поростово, Сентуш заняла 15-я штурмовая инженерно-саперная бригада.

В результате перегруппировки командованию армии удалось создать на участке прорыва значительное превосходство в силах: по пехоте — в 2,5 раза, по артиллерии — в 5,5, по танкам — в 3 раза[118].

П. М. Бежко

Особенно важным оказался перевес наших сил в артиллерии. Плотность артиллерии была создана на участке 107-го стрелкового корпуса — 81, а на участке 11-го стрелкового корпуса — 165 стволов на 1 км фронта.

23 ноября в 8 часов 30 минут на позиции врага обрушился мощный огонь. За 50 минут артиллерийской подготовки противник понес исключительно большие потери в личном составе и технике. Все управление войсками у него нарушилось, артиллерийские и минометные батареи были подавлены или уничтожены артиллерийским огнем и действиями авиации.

Захваченные пленные артиллеристы показали, что большинство уцелевших от огня артиллерийских и минометных батарей от начала артподготовки до подхода наших войск вплотную к огневым позициям не получили ни одного распоряжении от своих командиров, так как связь и управление были нарушены.

Об эффективности артподготовки, проведенной на левом фланге 1-й гвардейской армии 23 ноября, свидетельствует и показание пленного солдата из 229-го горнострелкового полка: «Сегодня начался отход неожиданно и без приказа. Роты и батальоны в результате артподготовки русских потеряли до 50 процентов личного состава. Несколько дней назад солдатам был зачитан приказ, подписанный командиром дивизии, в котором говорилось, что данный рубеж будет удерживаться до последнего солдата, пока не будет готов зимний оборонительный рубеж в районе Кошице»[119].

Однако выполнить этот приказ гитлеровцам не удалось. В 9 часов 20 минут, вслед за последним огневым налетом, стрелковые дивизии 107-го и 11-го стрелковых корпусов и 15-я штурмовая инженерно-саперная бригада с рубежа Ясенов, Комаровце перешли в наступление. Прорвав вражескую оборону, они в первый же день расширили фронт прорыва с 5 до 16 км и продвинулись в глубину до 11 км, освободив при этом 11 населенных пунктов.

Следует отметить самоотверженные действия артиллеристов. На пути продвижения было лишь одно шоссе. Кроме того, были взорваны мосты и минированы дороги. Часть артиллерии и минометов на конной тяге передвигалась по грунтовым дорогам, залитым водой. Уровень воды доходил до пояса. Через многочисленные реки артиллеристы переправлялись вместе с пехотой вброд или на подручных средствах, на руках вытаскивая орудия и минометы.

Но ничто уже не могло остановить советских воинов в их стремлении на запад. Преодолевая сопротивление врага, части 161-й стрелковой дивизии в первый же день овладели юго-восточной частью Русковце, 129-я гвардейская стрелковая дивизия правым флангом вышла в район мельницы южнее Русковце, частями левого фланга освободила Кишгайдош и завязала бой за рощу северо-восточнее этого населенного пункта; 167-я стрелковая дивизия выбила противника из Собранце, Ниж. Рибницы, Виш. Ревиште и завязала бой за Блатне; 15-я штурмовая инженерно-саперная бригада в результате упорного боя овладела Блатна Поланка; 276-я стрелковая дивизия — Комаровце, Островом, Бунковце, Шарошремете.

При прорыве вражеской обороны в районе Собранце исключительную самоотверженность и героизм проявил командир самоходно-артиллерийской батареи 1498-го самоходно-артиллерийского полка коммунист старший лейтенант И. П. Петров. Поддерживая наступление 876-го стрелкового полка 276-й стрелковой дивизии, Петров во главе своей батареи стремительно ворвался в расположение противника. Огнем и гусеницами наши воины уничтожили 6 противотанковых орудий, 9 станковых пулеметов, 9 дзотов, наблюдательный пункт и 140 солдат и офицеров противника; было захвачено 35 пленных.

24 ноября наступление продолжалось. Враг, сбитый с подготовленных рубежей, нес большие потери и поспешно отходил. Правый фланг его обнажился, часть южных выходов с гор для группировки, оборонявшейся перед нашим центром и правым флангом, была перехвачена.

Боясь полного окружения и прорыва наших войск к Михальовце, гитлеровцы начали спешно усиливать 101-ю горнострелковую дивизию отдельными подразделениями, переброшенными с соседних участков.

Ожесточенные контратаки, предпринятые противником из Района Гажина, результатов не дали. Наши войска быстро продвигались на Михальовце, и это заставило немецко-фашистское командование 25 ноября начать отвод своих войск перед Фронтом всей армии.

В этот же день преследование противника начали и соединения 3-го горнострелкового корпуса. Наступление развернулось на всем более чем 100-километровом фронте.

Передовой отряд 318-й горнострелковой дивизии, продвигаясь по горной долине, встретил упорное сопротивление у Снины, где был создан сильно укрепленный опорный пункт, прикрывавший подступы к Гуменне. Командир отряда решил предпринять обходный маневр и уничтожить противника. Справа, на северо-западной окраине, действовала 213-я отдельная разведывательная рота, слева, с юго-западной окраины, — стрелковая рота; остальной состав наступал с фронта. В результате комбинированного удара передовой отряд разгромил врага и овладел населенным пунктом. В течение дня отряд продолжал наступление и освободил Пусту, Гамре, Цироцке Длуге, Модру, а к исходу дня достиг Каменицы. Ночью, подтянув к Каменице резервы, противник предпринял ожесточенные контратаки, которые длились до утра.

Подошедший 1331-й горнострелковый полк, развернувшись справа, нанес удар во фланг гитлеровцам и отвлек на себя их основные силы. Воспользовавшись этим, подразделения передового отряда ворвались в населенный пункт и совместно с 1331-м горнострелковым полком овладели им.

Под натиском наших войск противник был вынужден все дальше и дальше откатываться на запад, к Гуменне, создавая на пути продвижения наших частей всякого рода препятствия — заграждения, лесные завалы, минные поля, — взрывал мосты, затапливал местность.

Через реку Латорица на юго-восточной окраине города Гуменне имеется довольно большой двухпролетный металлический мост. Враг подготовил его к взрыву. Спасти мост поручено было 2-му батальону 1331-го горнострелкового полка под командованием майора И. М. Сараичева. Батальон броском подошел к мосту. Противник открыл сильный заградительный огонь. Несмотря на это, советские воины, проявляя мужество и отвагу, пошли на штурм. Большую помощь пехотинцам оказали воины взвода конной разведки разведроты дивизии. Не имея возможности проскочить через мост, разведчики под командованием капитана Винниченко по скатам гор пошли в обход и зашли глубоко в тыл врагу. Гитлеровцы, боясь окружения, под давлением фронтальных атак 2-го батальона дрогнули и побежали. Им удалось лишь частично повредить средний пролет. Вскоре мост был восстановлен, и по нему началось движение. Батальон майора Сараичева первым вошел в Гуменне.

Не задерживаясь в городе, 1331-й горнострелковый полк продолжал преследовать врага и 26 ноября овладел селом Лесковец, а затем и селом Штефановце.

Успешные боевые действия 2-го батальона не были случайными. Они явились результатом высокого воинского мастерства воинов, умелой и четкой воспитательной работы, которую проводили с личным составом офицеры батальона во главе с командиром батальона майором И. М. Сараичевым, заместителем по политчасти лейтенантом И. К. Петровым и парторгом младшим лейтенантом С. П. Чиченковым.

Следует отметить важную роль 15-й штурмовой инженерно-саперной бригады полковника М. Д. Бараша при взятии Михальовце. Действуя слева от 167-й и 276-й стрелковых дивизий, она к 12 часам 26 ноября уже вела бой за Ребрин, контролируя шоссе из Михальовце на юго-восток, между 12 и 19 часами овладела Ластомиром, перерезав грунтовую дорогу из Михальовце на юг, и к 19 часам подошла к Самудовце, расположенному на шоссе Михальовце — Вел. Жбинце, угрожая в дальнейшем выходом на шоссе Мочарани — Тровиште. Бригада, непрерывно вырываясь вперед, отвлекла на себя часть сил противника, действовавшего против 167-й и 276-й стрелковых дивизий, и тем самым способствовала более успешному продвижению их к Михальовце. Перерезав все пути отхода из Михальовце на юг и юго-запад, бригада содействовала быстрому его захвату частями 167-й стрелковой дивизии, 31-й отдельной гвардейской танковой бригадой и 1511-м самоходно-артиллерийским полком.

Противник, обойденный с севера частями 3-го горнострелкового корпуса и с юга 107-м стрелковым корпусом, вынужден был без серьезного сопротивления оставить крупный лесной массив, лежащий между железной дорогой Снина — Гуменне и шоссе Виш. Рибница — Калуша.

К исходу 26 ноября войска 1-й гвардейской армии вышли на рубеж железная дорога Медзилабарце — Гуменне, Збудза, Михальовце.

По случаю освобождения городов Гуменне и Михальовце в столице нашей Родины Москве прозвучал артиллерийский салют, а войскам 1-й гвардейской армии была объявлена благодарность Верховного Главнокомандующего.

В последующие дни войска армии продолжали наступление в условиях резко ухудшившейся погоды. От непрерывных дождей реки и ручьи разлились и поймы рек оказались залитыми водой, дороги стали почти непроходимыми не только для всех видов транспорта, но и для пехоты. Трудности наступления усиливались тем, что враг прибегал к искусственному затоплению местности, и без того размываемой подпочвенными водами, взрывал мосты. Но, несмотря на это, войска армии по горным склонам непрерывно продвигались вперед, сбивая противника с рубежей, на которых он пытался задержаться.

30 ноября наши соединения вышли к восточному берегу реки Ондава, а на левом фланге, начиная от района Кайны, частью сил перешли на западный ее берег. Форсировать такую водную преграду, как Ондава, крупными массами войск было сложным делом. Однако время не ждало. В частях были созданы специальные группы, которые быстро соорудили плоты, сосредоточили лодки, кое-где навели переправы. Большую помощь войскам оказало местное население.

Командование 325-го гвардейского стрелкового полка 129-й гвардейской стрелковой дивизии обратилось через старост к местным жителям с просьбой оказать помощь в переправе на другой берег. В течение часа на 56 лодках, выделенных населением, были переправлены пехота и вооружение.

Форсировав Ондаву, части 161-й, 129-й гвардейской, 167-й, 276-й стрелковых дивизий и 15-я штурмовая инженерно-саперная бригада отбросили противника еще на 12–18 км и к 6 декабря подошли вплотную к гряде высот и лесов западнее Сачурова, Сеч. Полянки, Кравьяни, Бачкова, Тернавки. В последующие дни войска армии вели на этом рубеже бои местного значения, а затем получили задачу временно перейти к обороне.

За 14 дней наступления на фронте свыше 100 км армия продвинулась от 30 до 65 км и освободила более 270 населенных пунктов, в том числе Михальовце и Гуменне.

Что же происходило в третьей декаде ноября на участке 18-й армии? Выполняя приказ командования фронта, новый командующий 18-й армией генерал-майор А. И. Гастилович в середине ноября разработал план наступления.

Для прорыва был избран участок, занятый 17-м гвардейским стрелковым корпусом, севернее Чопа. Удар приходился по трудной, заболоченной местности, зато там, где противник меньше всего мог его ожидать.

На 5-километровом участке прорыва путем перегруппировок удалось создать плотность артиллерии около 145 стволов на 1 км фронта. Хотя общее соотношение сил было не столь подавляющим, успех обеспечивался внезапностью ударов и тщательно организованной артиллерийской подготовкой и поддержкой атаки. Артиллерийская подготовка облегчалась тем, что в болотистой местности враг не мог иметь сплошных глубоких траншей, а тяготел к населенным пунктам, расположенным по более сухим местам и превращенным в опорные пункты.

Удар 18-й армии поддерживали 400 самолетов 8-й воздушной армии генерал-лейтенанта авиации В. Н. Жданова. Их использование было спланировано несколько своеобразно. Авиация не наносила удара непосредственно на участке прорыва, а получила задачу не позволить танковым частям противника, находившимся в 6–10 км севернее участка прорыва, контратаковать 17-й гвардейский стрелковый корпус во фланг. С этой задачей авиация блестяще справилась.

Утром 20 ноября противник еще не ожидал, что широкая болотистая равнина к юго-западу от Ужгорода станет ареной ожесточенного боя. В 9 часов громовой раскат потряс долину. 45-минутная артиллерийская подготовка была проведена очень удачно. Когда огонь был перенесен в глубину, пехота, сопровождаемая танками и самоходными орудиями, устремилась к переднему краю противника. Результат артиллерийской подготовки был почти таким же, как в 1-й гвардейской армии. Потери гитлеровцев в живой силе были велики. Но это не означает, что оборона врага в этом районе была непрочной. Использовав селения, растянувшиеся цепью в глубине обороны по возвышенным местам, он превратил их в опорные пункты.

Когда наша пехота и танки преодолели первые позиции обороны, противник пытался удержаться в этих опорных пунктах, прикрывая огнем все дороги, ведущие через болотистую равнину к селениям.

И. Д. Дряхлов

Однако отсутствие дорог не могло быть препятствием для войск 18-й армии, действовавших ранее в Карпатах. Помогая артиллеристам вытаскивать увязавшие пушки, наши стрелковые подразделения прошли по болоту, просочились в промежутки между опорными пунктами гитлеровцев и взяли многие из них в кольцо окружения. Оставив затем часть сил для ликвидации окруженных гарнизонов, войска армии продолжали преследование. На отдельных участках враг пытался переходить в контратаки, но замедлить темп нашего наступления ему не удалось.

Наступавшие пехота и танки уже в течение первого часа углубились в расположение противника на 2–3 км, после чего для развития успеха командующий армией ввел в бой свой резерв — танковую бригаду. К исходу дня прорыв был расширен почти до 15 км по фронту и до 16–17 км в глубину.

Более трудная обстановка сложилась в полосе наступления 95-го стрелкового корпуса, которым командовал генерал-майор И. И. Мельников. Соединения корпуса встретили сильное сопротивление.

На участке 351-й стрелковой дивизии передовые подразделения нашей пехоты окружили населенный пункт Йовро-Дарма и выбили врага из его западной части. Однако неоднократные попытки завершить разгром противника в этом пункте заканчивались неудачей. Дело в том, что огневые средства, размещенные в каменных зданиях, оказались не подавленными нашей артиллерией и авиацией. Но, несмотря на огонь, воины-пехотинцы шаг за шагом продвигались вперед. Мужественно дрались и расчеты артиллерийских орудий. Они выкатывали пушки на прямую наводку и били по амбразурам каменных укреплений, по окнам и чердакам домов.

На следующее утро части и соединения корпуса неудержимо пошли вперед. Сопротивление противника было сломлено, фашистская оборона оказалась прорванной.

К исходу 21 ноября 95-й стрелковый корпус вышел главными силами на рубеж шоссейной дороги Чоп — Михальовце. При этом 24-я стрелковая дивизия овладела рубежом Инячовце — Сениэ, 351-я стрелковая дивизия — Палин — Стретава, Павловце.

2-я гвардейская воздушно-десантная дивизия была переподчинена 17-му гвардейскому стрелковому корпусу для наступления на Шаторалья Уйхель. Спустя сутки вместо нее в состав 95-го стрелкового корпуса вошла 237-я стрелковая дивизия под командованием полковника М. Г. Тетенко.

Развивая дальнейшее наступление, соединения армии вышли к реке Лаборец с быстрым течением и обрывистыми берегами. Противник оказал здесь сильное сопротивление. Форсировать реку с ходу не удалось. В ночь на 23 ноября главные силы дивизии вышли на левый берег реки и приступили к подготовке форсирования.

Исходное положение частей закрывалось огромными дамбами и многочисленными песчаными холмами. Артиллерия и вторые эшелоны дивизий сосредоточились в лесах и кустарниках в районе Сеннэ, Стретава, Маломпарт. Скрытые подходы к реке использовались для подвоза лесоматериала и наведения штурмовых мостовых переходов.

Подготовка к форсированию проходила при сильном обстреле противника. Руководил подготовкой опытный, уже не раз отличившийся в боях командир 1157-го стрелкового полка подполковник Иван Андреевич Анкудинов. Пренебрегая опасностью, он появлялся на самых ответственных участках. Вражеская пуля сразила отважного офицера. За мужество, отвагу и личную храбрость подполковнику И. А. Анкудинову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Тяжело переживали гибель своего любимого командира войны полка. Они поклялись отомстить врагу за его смерть и сдержали клятву: первыми форсировали реку Лаборец и, ворвавшись на позиции врага, уничтожили немало гитлеровцев.

Для подавления огневой системы противника и обеспечения форсирования реки были выдвинуты на прямую наводку орудия. В состав артиллерийских групп включались и орудия ПВО. Саперные подразделения подготавливали мостовые детали — опоры, настил, подтягивали их к месту постройки мостов и сосредоточивали в укрытых местах.

И. И. Мельников

Ночью разведчики 351-й стрелковой дивизии доложили, что противник отводит свои главные силы на рубеж реки Ондава. Те же сведения поступили от других дивизий. Командир корпуса отдал команду начать переправу. По наведенным штурмовым мостикам через реку Лаборец устремились передовые батальоны.

Следует заметить: отход противника за реку Ондава не был следствием заранее обдуманного маневра. Дело в том, что накануне в верховьях рек Лаборец, Ондава и примыкающих к ним горных районах прошли небывалой силы ливневые дожди. Огромные потоки воды хлынули вниз, реки стали выходить из берегов, угрожая затопить большие пространства суши. Во избежание катастрофы противник и начал отводить свои войска далее на запад.

Обстановка резко изменилась. К препятствиям, которые были перед нашими войсками к началу наступления, прибавилось новое — широкая водная преграда: Лаборец и Ондава вышли из берегов и затопили низины и долины. Образовался сплошной водяной поток шириной 8–10 км. Форсирование такой преграды было нелегкой задачей и требовало самой серьезной подготовки. Особо остро встал вопрос о переправочных средствах. Почти все, что заготовили наши саперы, унесло бурным потоком вниз. Снесены были и многие мосты, которые предполагалось использовать в ходе операции.

Однако, несмотря на резкое осложнение обстановки, командование корпуса решило как можно быстрее начать наступление, чтобы, преследуя отходящего противника, на его плечах ворваться на последующие оборонительные рубежи. Корпусному инженеру было приказано срочно обеспечить прибытие запланированного мостового парка в район населенного пункта Вайяны и навести мост через реку Лаборец для 351-й и 237-й стрелковых дивизий. Командир 24-й стрелковой дивизии получил приказание восстановить мост в районе Палина для переправы частей своей дивизии.

Войска быстро выдвигались в не залитые водой населенные пункты и рощи на левом берегу реки Ондава. Противник занял оборону по высотам, расположенным на правом берегу Ондавы, и вел артиллерийский обстрел нашего берега.

В это время в район Вайян приехал командующий фронтом генерал армии И. Е. Петров. Вот что вспоминает об этом бывший командир 95-го стрелкового корпуса генерал-майор И. И. Мельников.

Генерал армии И. Е. Петров осмотрел наведенный мост через реку Лаборец и решил ознакомиться с разливом реки Ондава и оценить возможности форсирования этой огромной водной преграды. Я доложил ему свои соображения относительно переправы через Лаборец и Ондаву.

— Хорош или плох ваш план, пока судить не берусь, — заметил Петров. — Давайте на месте разберемся.

В районе Куцан посреди разлива тянулась на запад довольно высокая дамба с множеством мостов. Противник при отходе не успел полностью разрушить их. Сваи (опоры) были целы, сорван только настил.

На дамбе кипела работа. Это саперы 351-й стрелковой дивизии восстанавливали поврежденные мосты. Противник стремился помешать производству восстановительных работ и обстреливал дамбу из артиллерии.

— Не скажут нам спасибо саперы, — сказал командующий, — лишний огонек сюда приманили. — И приказал сопровождавшим его офицерам и генералам продвигаться скрытно.

Мы дошли до первого разрушенного моста. Около десятка саперов укладывали лежни на опоры. Стучали топоры, звенели пилы. Неподалеку три солдата тянули по берегу запетленное канатом огромное дубовое бревно. След от него уходил в залитую водой рощу. Было видно, что саперы выбились из сил, но продолжали настойчиво, шаг за шагом, продвигаться со своим грузом вперед.

— Уж больно ладное бревно! На центральную лежню лучше не сыскать! — сказал генерал Петров и мигом очутился около солдат. — А ну-ка, братцы, вчетвером попробуем, небось легче осилим, — проговорил командующий каким-то задорным баском. — Раз, два — взяли!

Остановившиеся было саперы ухватились вместе с генералом за канат и под возгласы «Раз, два — взяли!» потащили бревно вверх на дамбу. Через несколько минут оно уже лежало на мосту.

Между тем снаряды ложились все ближе и ближе. Один крупнокалиберный разорвался вблизи моста. Ранило двух саперов. Всех охватило беспокойство за жизнь командующего. Я предложил ему ехать обратно, но он и слушать не хотел.

Забеспокоились и солдаты. Пожилой солдат подошел к генералу и передал просьбу своих товарищей позаботиться о своей безопасности.

— Нам, значит, в тыл, а вам под огонек? Нехорошо, братец, генералу такое предлагать, — сказал строго Петров.

— Я вот что вам скажу, — сделав суровое лицо, проговорил усач. — Я здесь старшим приставлен, и будьте любезны подчиняться, прошу укрытие занять. Пока прошу, а то ведь и приказать недолго. У нас на этот счет строго.

— Ну хорошо, хорошо, — проговорил генерал Петров, — только скажи, с кем имею честь разговаривать?

— Командир саперного отделения ефрейтор Прохоров. А вас как звать-величать?

— Командующий фронтом генерал армии Петров.

Петров сделал знак всем присутствующим укрыться за дамбой и уже там продолжал разговор:

— Вот он, русский солдат Прохоров. Прошел от Волги до Карпат. И Карпаты уже позади, к Берлину лыжи навострил, а на его груди ни одной награды, одни нашивки о ранениях.

— Профессия самая мирная — сапер, — заметил кто-то из присутствующих.

— На войне нет мирных профессий. Что касается важности предстоящей операции, — продолжал Петров, — наша оценка остается в силе. Преодолеть нужно водное пространство шириной пять-семь километров. Это два Днепра! Войска, сумевшие осуществить эту задачу, заслужат самой высокой похвалы, люди, совершившие такой подвиг, будут достойны самой высокой награды.

В это время поступило донесение, что первый мост на дамбе полностью восстановлен.

— Вот вам и первые герои. Молодец, Прохоров! — проговорил командующий и дал указание представить сапера к ордену Славы.

Всю ночь шла подготовка к наступлению. К утру 26 ноября мосты через дамбу были восстановлены, и части 351-й стрелковой дивизии, поддержанные мощным огнем артиллерии и минометов, выбили противника из населенных пунктов Сирнек и Имбрег, с высот 241, 275 и развернули наступление на населенные пункты Уйлак, Ястребе.

Часть сил форсировала реку. Командованию 237-й стрелковой дивизии удалось перебросить небольшие отряды из нескольких рот на противоположный берег в районе устья реки Латорица севернее Земплина.

24-я стрелковая дивизия переправила по железнодорожному мосту передовые подразделения на правый берег реки Ондава.

Часть подразделений форсировала реку севернее и южнее моста на рыбацких лодках. После захвата плацдарма на правом берегу Ондавы 24-я стрелковая дивизия во взаимодействии с 351-й стрелковой дивизией развернула наступление на город Требишов.

Противник оказывал слабое сопротивление и отходил в направлении гор. Воспользовавшись этим, соединения 95-го стрелкового корпуса начали преследовать врага в направлениях: 24-я стрелковая дивизия — на Требишов с севера и частью сил на Сечовце; 351-я стрелковая дивизия — на железнодорожную станцию Упор, Угор. Жипов и далее на Керестур, частью сил на Требишов; 237-я стрелковая дивизия развернула наступление на Колбаш.

Во второй половине дня 26 ноября город Требишов был освобожден частями 24-й стрелковой дивизии. Жители радостно встречали советских воинов.

Части 24-й и 351-й стрелковых дивизий продолжали преследование противника западнее Требишова с целью отрезать пути отхода в горы на рубеж Сечовце, Вел. Озоровце, Эгреш, Угор. Жипов. Однако преследование проходило медленно. Враг оказывал сильное сопротивление, и наступление войск 95-го стрелкового корпуса было приостановлено.

Таким образом, к концу ноября, выполнив задачу, войска фронта вынуждены были закрепиться на достигнутых рубежах. Нужно было готовиться к новым наступательным операциям.

К концу ноября произошли изменения в составе 4-го Украинского фронта.

Решением Ставки Верховного Главнокомандования 38-я армия в составе трех стрелковых корпусов (девять стрелковых дивизий), чехословацкого корпуса, 135-й пушечной артиллерийской бригады, 491-го минометного полка, 1663-го истребительно-противотанкового артиллерийского полка, 83-го гвардейского минометного полка, 12-го танкового полка, 39-й инженерно-саперной бригады, 1954-го зенитного артиллерийского полка, 8-го и 37-го бронепоездов с 24.00 29.11.44 г. переходила из 1-го Украинского фронта в 4-й Украинский. В связи с этим устанавливались новые разграничительные линии между фронтами: Перемышль, Ясло, Бохия, Неполомице, Бабице, Сосновец, Оппельн; все пункты, кроме Ясло, Бохня и Оппельн, для 4-го Украинского фронта включительно[120].

Это решение было вызвано тем, что 1-й Украинский фронт нацеливался на берлинское направление, а 38-я армия оставалась для действий по освобождению Чехословакии.

30 ноября Ставка Верховного Главнокомандования приказала командующему 4-м Украинским фронтом:

«1. Левым крылом и центром фронта продолжать наступление с задачей не позднее 12–15 декабря 1944 г. овладеть рубежом Зборов, Бардева, Прешов, Кошице. В дальнейшем развивать наступление в общем направлении на Новы-Тарг и частью сил левого крыла фронта на Попрад.

2. 38-ю армию подготовить к наступлению с целью во взаимодействии с левым крылом 1-го Украинского фронта не позднее начала января 1945 г. овладеть Краковом.

3. Свои соображения по выполнению настоящей директивы с планированием действий по срокам и рубежам представить не позже 3 декабря 1944 г.»[121]

3 декабря генерал армии И. Е. Петров доложил в Ставку свои соображения по выполнению директивы Ставки.

«Выполнение первой задачи — овладеть рубежом Зборов, Бардева, Прешов, Кошице — предполагаю осуществить следующим образом:

1-я гвардейская армия силами двух корпусов (пять стрелковых дивизий) со всеми приданными армии средствами усиления из района Сеч. Полянка, Сечовце атакует противника вдоль дороги Сечовце — Бидовце — Кошице с задачей к исходу первого дня пройти лес и выйти на рубеж Герляны, Свиница. Так как условия местности не позволяют развернуть сразу крупные силы, в первый день армия наступает двумя стрелковыми дивизиями (по одной из каждого стрелкового корпуса). С выходом из леса оба корпуса вводят в действие свои главные силы и наступают: 11-й стрелковый корпус — на Кошице с задачей к исходу пятого дня овладеть северной частью Кошице; 3-й горнострелковый корпус с рубежа Герляны, река Торыса поворачивает на север и наступает в направлении Прешова.

С утра второго дня наступления 107-й стрелковый корпус (три стрелковые дивизии) из района Ниж. Грабовец, Сачуров переходит в наступление в направлении Чемерне, Ганушовце с задачей к исходу пятого дня наступления армии овладеть рубежом Ганушовце, Злате Баня. В последующем, взаимодействуя с 3-м горнострелковым корпусом, овладеть рубежом Прешов, Капушаны.

11-й стрелковый корпус по овладении Кошице выводится в резерв фронта.

18-я армия всеми силами (шесть стрелковых дивизий), наступая двумя эшелонами одновременно с 1-й гвардейской армией, наносит удар в направлении Силваш, Сланец, Шиплак, Кошице, имея задачей к исходу первого дня операции овладеть рубежом Сланец, Сланска Гута.

В последующем, взаимодействуя с левофланговым корпусом 1-й гвардейской армии, к исходу пятого дня ударом с юга и юго-востока овладеть Кошице.

В период выполнения 1-й гвардейской и 18-й армиями первой задачи 38-я армия остается на занимаемом рубеже и только левым крылом, используя обстановку, какая сложится в связи с продвижением 1-й гвардейской и 18-й армий, выходит на рубеж Зборов, Бардева.

Считая рубеж, занимаемый 38-й армией, и прешово-кошицкий рубеж, на который должны выйти 1-я гвардейская и 18-я армии, исходными для последующей операции, дальнейшее выполнение задачи, поставленной Вами, будет осуществляться так:

а) 38-я армия, взаимодействуя с левофланговыми частями 1-го Украинского фронта, ударной группировкой в составе шести стрелковых дивизий прорывает фронт обороны противника на участке между Ясло и Змигруд Новы (точный участок определить рекогносцировкой на местности) и, нанося главный удар в направлении Горлице, Новы-Сонч, к исходу 4 дня наступления выходит на рубеж Горлице.

В последующем армия наступает в направлении Новы-Сонч, Величка, Краков. На рубеж Новы-Сонч армия выходит на 10–12-й день операции;

б) исходными районами для последующего наступления 1-й гвардейской и 18-й армий будут: 1-я гвардейская армия — район Прешова; 18-я армия — район Кошице.

Первым этапом операции считаю для всех армий выход на рубеж Новы-Сонч, Стар. Любовня, Попрад.

До рубежа Новы-Сонч, Стар. Любовня 38-я армия, взаимодействуя с частями 1-го Украинского фронта, по существу, будет наступать вне зависимости от действий 1-й гвардейской и 18-й армий.

С рубежа Новы-Сонч, Стар. Любовня, Попрад действия 18-й армии приобретают самостоятельный характер, а 1-я гвардейская армия входит в тесное взаимодействие с 38-й армией. На этом же рубеже возможно усиление 38-й армии путем рокировки на север.

Следующим этапом операции является выход войск на рубеж Бохня, Касино Велька, Новы-Тарг, а для 18-й армии — Ружомборок. На данном этапе и до конца по-прежнему сохраняется взаимодействие между 38-й и 1-й гвардейской армиями.

Последним этапом и конечным рубежом операции является: 38-я армия — Краков, а для остальных армий — выход в долину рек Висла, Одер до Моравска Остравы»[122].

3 декабря Ставка утвердила этот план. В тот же день командующий фронтом поставил задачу 1-й гвардейской и 18-й армиям:

«1. 1-й гвардейской армии с приданными средствами усиления подготовить наступление в направлении Кошице силами 3-го горнострелкового корпуса (три стрелковые дивизии), 11-го стрелкового корпуса (две стрелковые дивизии), для чего оба корпуса сосредоточить в районе Сеч. Полянка, Сечовце, Парховьяни, Горовце, и, нанося главный удар в направлении Даргов, Клеченов, Бидовце, Кошице, овладеть Кошице, в последующем овладеть Прешовом.

До выхода на рубеж Герляны, Ниж. Каменица, Свиница наступление вести вдоль шоссе силами двух стрелковых дивизий, по одной от каждого стрелкового корпуса.

С выходом на рубеж Герляны, Ниж. Каменица, Свиница ввести в действие главные силы корпусов с задачами: 11-му стрелковому корпусу во взаимодействии с 18-й армией продолжать наступление в направлении Кошице и ударом с востока овладеть Кошице.

3-му горнострелковому корпусу с рубежа реки Торыса повернуть в направлении Прешова с задачей овладеть Прешовом.

Рубежом Герляны, Ниж. Каменица, Свиница овладеть к исходу первого дня наступления и не позднее исхода пятого дня наступления овладеть Кошице, а 3-му горнострелковому корпусу выйти в район Плоске, Богдановце, Бретейёвце.

107-му стрелковому корпусу сосредоточиться в районе Кучин, Сачуров, Нижни Грушов и быть в готовности перейти в наступление в направлении Чемерне, Прешов.

Готовность к действиям 107-го стрелкового корпуса с утра второго дня наступления.

На рубеж Ганушовце, Злате Баня выйти не позднее пятого дня наступления.

2. 18-й армии с прежними частями усиления одновременно с 1-й гвардейской армией главными силами нанести удар в направлении Силваш, Сланец, Шиплак, Кошице, имея один стрелковый корпус во втором эшелоне.

Второй эшелон армии ввести с рубежа Русков, Богдановце, Виш. Мишля.

Рубежом Сланец, Сланска Гута овладеть к исходу первого дня наступления.

В последующем, взаимодействуя с левофланговым корпусом 1-й гвардейской армии, наступая в заданном направлении, не позднее пятого дня наступления ударом с юга и юго-востока овладеть Кошице.

По овладении Кошице иметь в виду наступление в направлении Спишске Подградье.

3. В резерве иметь по 1-й гвардейской армии к началу наступления одну стрелковую дивизию из состава 11-го стрелкового корпуса в районе Тровиште, а 11-й стрелковый корпус нацелить на овладение Кошице.

4. Наступление обеих армий поддерживает в условиях благоприятной погоды 8-я воздушная армия»[123].

Командование фронта и армий отчетливо представляло трудности боев в Кошицком районе. Чтобы пробиться к Кошице, требовалось преодолеть горный хребет Хедьялья. Время наступления — зима. В низинах — слякоть, бездорожье, ветры. В горах — морозы, доходящие иногда до 20–25 градусов. Местность лесистая. Полное отсутствие дорог, пригодных для движения колесного транспорта. Многочисленные высоты господствуют над местностью со стороны противника.

Вражеские войска занимали оборонительный рубеж «Гизеле штелюнг», что означало «гизельская неприступная позиция». На этой позиции гитлеровцы рассчитывали продержаться всю зиму — до получения «сверхсекретного» и «сверхмощного» оружия, обещанного фюрером. Это оружие должно было изменить ход войны «в пользу великой Германии», как шумела геббельсовская пропаганда. Окопы полного профиля, блиндажи, ходы сообщения, доты, проволочные заграждения, минные поля — все было подготовлено к устойчивой и длительной обороне. Подступы к переднему краю «Гизеле штелюнг» прекрасно просматривались, а сама «гизельская неприступная позиция» была укрыта от наблюдения обширным лесным массивом.

Началась подготовка к наступлению. Войска 1-й гвардейской армии пополнились рядовым и офицерским составом, вооружением, были подготовлены запасы продовольствия, заменено обмундирование, увеличен конский вьючный транспорт. С личным составом отрабатывалась задача на наступление в зимнее время в горно-лесистой местности. Офицерский состав изучал условия предстоящих боев.

Накануне наступления войска армии произвели частичную перегруппировку. 3–5 декабря 3-й горнострелковый корпус, сдав 271-й стрелковой дивизии участок обороны на реке Ондава, сосредоточился в районе населенных пунктов Кравьяни, Бачков.

На участке предстоящего наступления 1-й гвардейской армии оборонялся 49-й горноегерский корпус противника — «наш старый знакомый». Осенью 1942 г. его солдаты под командованием генерала Конрада штурмовали перевалы Главного Кавказского хребта. Их натиск сдерживали части 3-го горнострелкового корпуса под командованием генерал-майора К. Н. Леселидзе, а затем полковника Г. Н. Перекрестова. Тогда операция «Эдельвейс» потерпела крах, гитлеровцам так и не удалось прорваться в Закавказье. Теперь мы поменялись ролями: альпийские части противника вынуждены были обороняться в горах.

7 декабря передовые подразделения 128-й гвардейской горнострелковой дивизии произвели разведку боем в направлении Бачкова. Было установлено, что Бачков — сильный опорный пункт обороны, значительно выдвинутый вперед от главного оборонительного рубежа «Гизеле штелюнг».

8 декабря разведка боем продолжалась. Это дало возможность выявить огневую систему противника, засечь основные цели.

Захват пленных в районе Бачкова дал дополнительные сведения о системе обороны противника. В результате перекрестных допросов пленных из разных подразделений было установлено, что противник не ожидает большого наступления советских войск на этом участке, разведку боем рассматривает как частные, локальные операции с целью улучшения переднего края обороны. Сосредоточение корпуса в районе Кравьяни, Бачков противником не было вскрыто.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.