Блуждающие названия

Блуждающие названия

Бывает так, что имя исчезает в одном месте, а потом появляется в другом. Самое простое – это когда оно «переползает» на соседний участок. Вот улица Полярников. Сейчас она проходит от улицы Бабушкина до улицы Седова, но до 1957 года она находилась в соседнем квартале, к востоку от улицы Бабушкина.

То же самое произошло с Яковлевским переулком – до 1949 года он отходил от Благодатной улицы на север, с улицей Ульянова – до 1958 года она шла от Невы до Среднеохтинского проспекта, с Мурзинской улицей, которая «переехала» с правого берега реки Мурзинки на левый… Все это, конечно, результат перепланировки местности при новой застройке.

Далеко на север сдвинулась и Анисимовская дорога. Когда прежняя ее трасса (примерно между нынешними домами № 78 и № 84 по Уманскому переулку) исчезла, то остался дом № 41, к которому подъезжали по перпендикулярному к прежней дороге безымянному проезду вдоль железнодорожной линии, и в какой-то момент все подумали, что этот проезд и его продолжение на север до Лапинского проспекта и есть Анисимовская дорога.

Позже участок вдоль железной дороги отошел к Уманскому переулку, следующий, ему перпендикулярный – к проспекту Маршала Блюхера, и ныне название дороги относится лишь к участку от этого последнего до Лапинского проспекта, где она переходит в Зотовский проспект. От старой трассы Уманского переулка тоже осталось немного, он ведь шел от Пискаревского проспекта параллельно шоссе Революции и выходил к нему у современного Индустриального проспекта.

Нечто подобное, но из-за войны и блокады, случилось с Прогонной улицей в Волковой деревне. Изначально она проходила не южнее, а севернее железнодорожной линии; прежнюю ее трассу и сейчас можно видеть между домами № 24 и № 26 по Волковскому проспекту. Дальше улица пересекала железную дорогу и упиралась в ворота склада, имевшего по ней № 1а (нечетная сторона в то время была почти не застроена, существующие сейчас дома по Волковскому и Касимовской появились в 1950-е годы). Во время войны все деревянные дома на улице были разобраны на дрова, остался один склад. После войны к складу стали подъезжать по другому проезду, южнее железной дороги, и все решили, что Прогонная улица находится здесь. Постепенно вдоль проезда возникло еще несколько промышленных предприятий, получивших, естественно, адреса по Прогонной, и улица окончательно «переехала» на новое место. В 1974 году начальный участок, отходивший от Волковского проспекта, был отрезан новой трассой Бухарестской улицы.

Иногда проезд менял положение не сразу, а постепенно. Перевозный переулок на Малой Охте сначала шел от Невы, где и был перевоз, до Малоохтинского проспекта. В конце 1930-х годов его продлили до Новочеркасского. Интересно, что официально он в это время числился улицей, но в 1956 году стал переулком, как было написано в постановлении, «ввиду малой протяженности». Протяженность уже тогда была немаленькой (видимо, в исполкоме пользовались старыми планами и не заметили новый участок), а в следующем году увеличилась еще вдвое – до нынешнего проспекта Шаумяна. Самая первая, изначальная часть переулка исчезла в 1960-е годы. То же самое произошло и с Мельничным переулком в Пороховых – в начале своего существования он отходил от 6-й Жерновской улицы не на север, а на юг, до Рябовского шоссе.

Еще более странная история получилась с самим проспектом Шаумяна. Исходная его трасса – от Новочеркасского проспекта мимо Малоохтинского старообрядческого кладбища до Республиканской улицы. В 1960-е годы его продлили далеко на юг, до Гранитной улицы, включив в него спрямленный Киновеевский проспект (так он назывался, потому что вел в направлении Киновии – «филиала» Александро-Невской лавры, где монахи жили общиной. Здания Киновии сохранились, современный адрес – Октябрьская наб., 16–24). А в 1978 году проспекту Шаумяна дали новое начало – от Красногвардейской площади, «отрезав» кусок от Магнитогорской улицы. Прежний проспект Шаумяна с тех пор и поныне существует как проезд без названия…

Второй вариант – когда исчезнувшее название переносится на другую улицу в этом же районе. Мы уже говорили, как это делалось в Пороховых и как «переехал» на один квартал в сторону Шлиссельбургский проспект. Точно так же в 1988 году ликвидировали три номерных Стародеревенских улицы, а имя, уже без номера, получила перпендикулярная им новая магистраль. Точно так же перенесли улицу Помяловского на Малой Охте. Прежняя находилась южнее и шла вдоль Малоохтинского кладбища, где и был похоронен писатель, – оно занимало территорию северо-западнее нынешнего пересечения Малоохтинского проспекта и Перевозного переулка. Но кладбище в советское время уничтожили и улицу тоже, а прах Помяловского перенесли на Литераторские мостки.

Ранее уже рассказывалось, как ради того, чтобы к 60-летию Октября сделать Ленинский проспект – и это несмотря на то что в городе уже были улица и площадь Ленина – передвинули на новое, совсем необжитое место проспект Героев. Но Ленинский проспект состоит из двух частей, вторая, в Московском районе, до того именовалась улицей Галстяна. Это имя тоже перенесли на юг, к площади Победы, но если прежняя улица Галстяна являлась широкой магистралью, одной из главных улиц района, то новая – это небольшой проезд, на который не каждый обратит внимание, а если обратит, то решит, что это продолжение улицы Костюшко.

В советское время «перетасовали» названия аллей Каменного острова, присвоенные в 1909 году. Каменная аллея стала Большой, Большая – Средней (что было справедливо), Театральная аллея – Западной, Сквозной проезд – Театральной аллеей (она, конечно, ближе к театру), и, наконец, Сквозным – безымянный проезд, впоследствии исчезнувший.

Тифлисская улица на стрелке Васильевского острова первоначально шла от Менделеевской линии вокруг здания исторического факультета Университета, загибаясь обратно к Менделеевской линии. В 1939 году безымянный проезд, соединявший ее с Тучковой набережной (ныне – набережная Макарова), сделали Тифлисским переулком. А в 1957 году улица и переулок поменялись местами: прежний Тифлисский переулок вошел в состав улицы, а участок улицы между истфаком и северным пакгаузом Биржи, наоборот, стал переулком. Третий участок, выходивший к Менделеевской линии между истфаком и Институтом акушерства и гинекологии имени Д.О. Отта, был включен в состав Биржевого проезда.

Площадь Московские Ворота, после того как в 1936 году ворота разобрали, свое имя потеряла. Чугунные части ворот собирались отправить на переплавку, их сложили на соседней Ломаной улице. Там они и пролежали двадцать лет, пока не решили восстановить ворота на прежнем месте, что и было сделано к 1960 году. Площадь еще несколько лет оставалось безымянной, но в 1965-м ей дали название Московская. Через три года вдруг вспомнили, что станция метро, расположенная на площади, уже с 1961 года именуется «Московские ворота». Пришлось вернуть площади прежнее название, а Московской сделать другую площадь, южнее, на которой еще через два года, в 1970 году, появилась станция «Московская».

В 1979 году, когда набережную Фокина присоединяли к Выборгской (сейчас она входит в состав Пироговской набережной), имя комсомольского вожака 1920-х годов Н.С. Фокина дали соседнему Батальонному переулку. Жалко – это был один из «военных» топонимов первой половины XIX века, связанный с размещавшимся здесь батальоном Канцелярии от строения домов и садов, «стройбатом», как сказали бы нынче.

Четырьмя годами позже, после смерти руководителя страны Л.И. Брежнева, его имя присвоили Красногвардейской площади, и, не в силах потерять название Красногвардейский (даром, что у Черной речки есть еще Красногвардейский переулок), сделали Красногвардейским Новочеркасский проспект. Здесь, к счастью, через несколько лет все «отмотали» обратно. Но пока проспект был Красногвардейским, на нем открыли одноименную станцию метро, и руководство метрополитена потом долго сопротивлялось ее переименованию в «Новочеркасскую», утверждая, что им придется менять все оформление. Каждый, кто был на этой станции, знает, что оформление ее так и осталось «красногвардейским», и даже название они сложили из прежних букв, за исключением одной лишь буквы «ч»…

В Рыбацком существовала Караваевская улица, носившая фамилию землевладельцев купцов Ивана и Алексея Караваевых. После перепланировки района в 1987 году от нее остался один квартал, и шестью годами позже решили перенести название на перпендикулярную ей улицу с неудобоваримым именем улица Третьей Пятилетки. (Почему-то из двенадцати советских пятилеток широко увековечивали именно третью, начавшуюся в 1938 года; по иронии судьбы, из-за начавшейся войны она не была доведена до конца). Еще позже сохранившийся участок прежней Караваевской улицы стал Караваевским переулком.

В 2009 году новую улицу, проходящую параллельно шоссе Революции, назвали Головкинской. Прежняя Головкинская улица шла севернее, примерно на месте улицы Стасовой, начинаясь от Пискаревского проспекта и уходя далеко на восток. На самом деле последний ее участок, восточнее Индустриального проспекта, сохранился, но он в тот момент был в таком состоянии, что говорить об осмысленном проезде не приходилось. Позже, когда стало ясно, что улица на этом месте все-таки будет, а прежнее имя было уже занято, ей дали новое название – Зыбинская, так как ведет она к Зыбину ручью.

Точно так же в 2011 году на Крестовском острове вновь появился Бодров переулок. Прежний переулок с этим названием – оно происходило от фамилии домовладельцев Александра и Петра Бодровых – проходил несколько восточнее нынешнего и исчез в 1960-е годы.

И третья возможность – когда прежнее имя возрождается совсем в другом месте. Самый известный пример – это Бассейная улица. До 1923 года так называлась современная улица Некрасова потому что выходила к уже упоминавшемуся Лиговскому бассейну, предназначавшемуся для питания фонтанов Летнего сада. (Известное стихотворение Самуила Маршака «Жил человек рассеянный на улице Бассейной» относится именно к этой улице.) А через тридцать лет, в 1954 году, это имя дали новой улице в Московском районе. Дело в том, что вдоль нее собирались прорыть грандиозный гребной канал из Невы в Финский залив. Почему канал назвали бассейном, непонятно, разве для того, чтобы не именовать улицу Канальной.

Проект, впрочем, даже не начали осуществлять. Вдруг выяснилось, что уровень местности в Московском районе значительно выше, чем у Невы в районе Володарского моста, откуда канал должен был вытекать, и надо то ли углублять русло и делать большие откосы, изуродовав уже созданный Московский парк Победы, то ли нагнетать воду насосами. Канал еще фигурирует в генеральном плане 1965 года, но время великих строек уже миновало безвозвратно. А улица так и осталось Бассейной.

В начале XX века несколько улиц и переулков на окраинах города получили имя Тургеневских. Но в 1923 году новая власть решила, что классик достоин названия в центре города, и Покровскую площадь в Коломне сделали площадью Тургенева (Иван Сергеевич, кстати, в этих краях никогда не жил). А чтобы не было путаницы, Тургеневскую улицу за Московской заставой переименовали в Иркутскую (почему в Иркутскую? С кем из отбывавших ссылку в Иркутской губернии перепутали Тургенева?). Тогда же, как мы знаем, переименовали и Тургеневский переулок у Нарвских ворот, но позже его частично восстановили. Точно так же одновременно с переименованием прежней Бассейной в улицу Некрасова название проходившей рядом с переулком Некрасовской улицы поменяли на улицу Швецова.

В 1964 году вместе с другими улицами Купчина, названными по столицам социалистических стран, наименовали и Софийскую. Беда в том, что Софийская улица в городе уже была – не в честь болгарской столицы, а по другой Софии, пригороду Пушкина, ибо эта улица примыкала к бывшему Царскосельскому, а ныне Московскому проспекту. Пришлось менять ей название – на Угловой переулок. Еще про одну Софийскую улицу, в Шувалове, благополучно забыли.

Не очень понятная вещь получилась с Сибирской улицей. Так с 1935 года именовалась бывшая Благовещенская улица в Купчине. Прежнее ее название связано отнюдь не с церковью, а с городом Благовещенском на Амуре, но «переименователей» это не остановило. Однако к 1960 годам улица исчезла (по ее трассе прошел проспект Славы), и, чтобы не терять название (что в нем нашли такого ценного?), его дали другой Благовещенской улице, на другом конце города, в Пискаревке. Как это имя, действительно «церковное», дожило до 1962 года – отдельная тема. Может быть, потому, что улочка маленькая, незаметная, она и сейчас такая же.

Дважды названия в честь советских и партийных деятелей присваивали со второй попытки. Улицей Косыгина первоначально должна была стать Кантемировская, и лишь через несколько месяцев (успели даже заменить номерные указатели!) решение «переиграли» и наименовали в честь советского премьер-министра Ладожский проспект в Пороховых. А в честь секретаря ЦК КПСС и второго лица в партии Михаила Андреевича Суслова сначала назвали Трамвайный проспект, но затем единственного сохранившегося в районе дореволюционного топонима стало жалко, и в итоге «пожертвовали» улицей Третьего Интернационала (ныне – Дачный проспект).

Сампсониевский собор

Заметим еще, что названия в пригородах часто копируют городские. Имена Боровая и особенно Разъезжая – не самые распространенные в России, и вряд ли они так часто встречались бы в окрестностях Петербурга, не будь их в самом городе.

Добавим наконец, что в XVIII и XIX веках названия протоков и островов дельты Невы тоже часто «блуждали» с места на место. Вплоть до конца XIX столетия на планах можно было встретить, например, обозначение Средняя Нева для современной Малой Невы или же Малая Нева для Большой Невки. Екатерингофкой на некоторых картах называется Бумажный канал, а сама Екатерингофка торжественно обозначена как Екатерингофский фарватер. Безымянным островом сейчас именуют большой остров между Фонтанкой, Невой и Обводным каналом, а до прокладки последнего так назывался остров между Мойкой и Фонтанкой, еще в XVIII веке разделенный Екатерининским (ныне – канал Грибоедова) и Крюковым каналом на четыре: Казанский, Спасский, Покровский и Коломенский.

Меняли свое положение и мосты. Хорошо известна история, как в середине XIX века поменялись местами две части «трехкрылого» моста в начале Екатерининского канала: Театральный мост (первоначально через Мойку, теперь через канал) и Мало-Конюшенный (наоборот). Наплавной Сампсониевский мост весь XVIII век наводился через Большую Невку не на своем нынешнем месте, а на месте Гренадерского. Что было естественно – именно здесь дорога из Петербурга на Выборг переходила с Петербургской стороны на Выборгскую и именно против этого места был построен Сампсониевский собор.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.