Украшение советской внешней политики?

Украшение советской внешней политики?

Любопытна и точка зрения на «уроки Карибского кризиса» очевидца и участника тех событий, политика и историка Александра Фурсенко, которому свою книгу «Адская игра» о Карибском кризисе пришлось, отметим, издавать не в Союзе, а в Европе. В России эта книга появилась лишь в наши дни. Обратимся к выдержкам из этой монографии.

Вспоминая Карибский ракетный кризис, российский политик, историк, академик Александр Фурсенко (см. его книгу «Адская игра»), в частности, писал:

«Парадоксален сам факт, что мы привезли ракеты, поставили их, потом возник кризис, пошли переговоры, переписка, и в результате мы эти же ракеты увезли. Зачем же мы везли ракеты, если потом пришлось их увозить? К чему везли? Если мы их туда везли, преследуя лишь свои цели, следовательно, империалисты США нас принудили к тому, запугали и подчинили себе. Для механического мышления тут, казалось бы, несложная схема, чтобы сделать вывод. Но надо вопрос смотреть в корень, как говорил Козьма Прутков. Корень же заключается в том, что существовала Куба, где ранее президентом был Батиста. Та Куба, которая являлась, собственно говоря, колонией США, где безраздельно господствовал монополистический капитал. Гавана была городом, куда империалисты приезжали проводить свой досуг и давать себе волю в удовлетворении своей похоти. Теперь Батиста свергнут, новые люди пришли к власти, создали революционное правительство. Вы перестраиваете Кубу на социалистических началах, и вот развернулось вторжение. Вы его отбили. Но разве можно думать, что кубинская контрреволюция на этом успокоится? Что с этим примирятся монополисты, которые потерпели поражение и вынуждены оставить Кубу? Вы воспользовались их капиталами и национализировали их. Значит, повторная угроза реставрации капитализма сохранялась!

Рассуждаем дальше. Поставили ракеты, чтобы предотвратить эту угрозу, а затем их вывезли, взяв нужное слово с президента США не вторгаться на Кубу и не допускать вторжения их союзников. (.) Чтобы сохранить революционную Кубу во главе с Фиделем Кастро, мы поставили ракеты, вызвали военный шок у руководства США и вырвали нужное нам обязательство. Под это обязательство мы и вывезли эти ракеты и вместе с ними устаревшие самолеты-бомбардировщики. Считаю, что уплатили дешевую цену за свободу и независимость Кубы! Правительства капиталистических стран все оценивают в долларах. Так вот, мы понесли затраты только на транспортировку военной техники и нескольких тысяч наших солдат. Вот вам и вся стоимость политических гарантий независимости Кубы!

Мы не пролили крови, ни своей, ни других народов, не допустили войны, не допустили разрушений, отравления атмосферы. Я горжусь этим. Пройдет время, и эта истина станет всем ясна!»

«Авантюризм в этой истории, конечно, был, и он заключался в том, что мы, желая спасти Кубу, сами могли ввязаться в тяжелейшую, невиданнейшую ракетно-ядерную войну. Но если жить только под давлением боязни и в том смысле, что всякая наша акция вызовет ракетно-ядерную войну, — это означало парализовать себя страхом. И вот в таком случае война возникнет наверняка. Враг сразу почувствует, что ты его боишься, и — придет с войной. Или же ты без войны станешь уступать постепенно свои позиции и дашь возможность врагу медленно, но верно достичь его целей (пророческие слова в отношении эпохи М. Горбачева. — Прим. А.Г.). Или же ты своей боязнью и уступчивостью так разохотишь врага, что он потеряет всякую осторожность и уже не будет чувствовать той грани, за которой война станет неизбежной.

Надо не желать войны, надо делать все, чтобы не допустить войны, — но при этом не бояться войны! Если создается невыгодная ситуация, если нет ресурсов к борьбе, то ты должен отступить. Однако если отступление становится началом конца твоего сопротивления, так лучше уж рискнуть! На миру и смерть красна! Вот, собственно, как мы все понимали сложившуюся ситуацию. Я много об этом думал. Я живу анализом пройденного пути. А путь, пройденный мною, хороший, и я его не только не стыжусь, а горжусь им!

Карибский кризис является украшением нашей внешней политики, в том числе и моей работы как члена того коллектива, который проводил эту политику и добился блестящего успеха для Кубы без единого выстрела.

Главным в описываемых событиях оказалось то, что мы не дали себя одурачить, не отступили в столь нервной, горячей обстановке далее положенного и не переступили грань дозволенного. Тут сказалась выдержка обеих сторон. Ведь этот кризис дошел до высшей точки кипения. Мы были близки к войне, стояли на грани войны. Хочешь ты или не хочешь, а раз один выстрелил, то другой ответит. Но мы не допустили катастрофы. Помимо обязательства не вторгаться на Кубу президент США дал также слово, что когда мы вывезем свои ракеты с Кубы, то США уберут свои ракеты из Турции и Италии. Джон Кеннеди просил нас, чтобы мы пока никому не говорили об этом. Мы-то хотели, чтобы это как-то было зафиксировано в документах. Он ответил, что он по своему положению письменных обязательств дать не может. Более того, сказал следующее: «Если вы не удержите в секрете это мое заявление и оно просочится в печать, то я дам опровержение. Но я даю вам честное слово! Мы уберем турецкие и итальянские ракеты!» И он действительно убрал ракеты из Турции и Италии, хотя вывез их не только потому, что мы согласились вывезти свои ракеты с Кубы, но главным образом потому, что ракеты «Юпитер», которые стояли в Турции и Италии, морально устарели.

США уже имели тогда достаточное количество межконтинентальных ракет, которые стояли на собственной территории. Там они лучше охраняются, имеют лучше оборудованные позиции и лучше замаскированы. Их команды тоже находятся дома. Все это дает большие гарантии. Во-вторых, появились атомные подлодки «Поларис», вооруженные ракетноядерным оружием, то есть подвижные установки. В Средиземном море находится 6-й флот США, там курсируют их подлодки, как и в других морях и океанах. Зачем же держать ракеты на чужой территории, когда есть своя команда и свой подвижной старт? Свой флот и менее уязвим, и всегда готов к бою. Техника развивается, и она дала теперь лучшие решения взамен того, что США имели прежде, когда располагали ракетами в Турции и Италии. Поэтому в стратегии США ничего не изменилось, их экспансия и стремление к мировому господству сохранились. Теперь они угрожают нам с подводных лодок, вооруженных ядерными ракетами. (…)

Для тех, кто хоть немного смыслит в военных делах, понятно, что мы могли бы нанести удар по Вашингтону и он оказался бы очень сильным. Но и

США, конечно, нанесли бы ответный удар, и не менее сильный. Видимо, делая такое заявление перед прессой, Кеннеди разъяснял американцам, что искать решение спорных вопросов путем войны в атомный век поздно. Какой же безумный захочет развязать войну, вызвать огонь на себя и быть уничтоженным? Я считаю, что в условиях американского психоза такая позиция президента отражала его гражданское мужество! И мышление всех народов мира после Карибского прецедента резко изменилось. Теперь люди — как простые, так и политики — четко осознали, что время глобальных войн с помощью ракет и пушек — в историческом прошлом, в эпоху мирного и военного атома это стало невозможно! Карибский кризис стал мощным предупреждающим уроком и защитил нашу планету от третьей мировой войны!»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.