Часть первая «Великороссы»

Часть первая

«Великороссы»

1

Как-то, пребывая в Сибири, купил несколько журналов «Родина» за 1993 и 1994 годы. Люблю читать журнал с тех пор, как он напечатал Солоухинские размышления о великороссе — Ленине, открыв для простого человека глубоко запрятанные большевистской цензурой циничные мысли, цитаты, телеграммы этого, поистине, Мефистофеля XX века.

Довольно внимательно прочитал статью «О «москальских вотчинах» в России» в журнале № 7 за 1994 год. Автор «Москальских вотчин» пытается оспорить у великороссов «их древнее право» на земли Киевской Руси. Но в статье Мурада Аджиева, представителя одного из тюркских народов, есть верная мысль- история великороссов извращена до предела и многократно переписывалась, т. е. — «улучшалась».

Статья вызвала прямо-таки бешеную отповедь русского автора Аполлона Кузьмина, напечатавшего следом статью:- «Мародеры на дорогах Истории».

Чувствуешь, читатель, каков пафос, каков стиль!..

Но что главное, Кузьмин не спорит по существу. Он лишь в очередной раз излагает нам надуманные мифы Российской Империи. Всего-то!

Оба автора с пеной у рта, абсолютно не считая нужным подкреплять свои доказательства независимыми историческими аргументами, претендуют на землю и Историю Украины.

Многострадальная украинская земля, в чем же ты провинилась перед Богом, что тебя снова и снова пытаются распинать на Кресте Истории, то великороссы, то прочие?.. Неужели у твоих соседей, поистине великих народов, не хватает исконно собственной старины, дабы, воровато озираясь, не посягать на чужую.

В те минуты величайшего огорчения и родилась у автора мысль, попытаться, в силу своих знаний и возможностей, соскрести вымышленную великороссами ложь относительно исторического прошлого Украины- наследницы Киевской Руси. Единственной наследницы!

А теперь давайте послушаем, что же пишет Аджиев в «Москальских вотчинах», так не понравившихся Аполлону Кузьмину.

«И снова гуляет Россия! Бьется, кричит, стонет. В который уж раз она все начинает сначала, сжигая мосты, связывающие два берега памяти — сегодняшний и вчерашний. Новая жизнь, пульсирующая, конвульсирующая и непонятная, заполняет поры Отечества…».

И далее:

«В 1917 году, когда Россию завоевали пришельцы в кожаных тужурках, все было очень похоже. Если отбросить устаревшие детали декорации, то действие на сцене шло по нынешнему сценарию- забывать, разрушать, чтобы «до основания, а затем…» Что получилось «затем»- известно.

Но не менее любопытно другое, — оказывается, вся история России и Руси есть забывание! Сплошное забывание.

Советский период — еще свежий — весь на виду, слеплен из теста, замешанного на мифах. За семьдесят лет историю страны писали и переписывали раз шесть или семь».

Как верно подмечено ? каждый генсек подгонял историю под себя, как мундир!

Давайте вспомним, что же изучали в школе наши деды, наши отцы, мы сами? И честно поразмыслив, признаемся — историю России, хотя государство и кликалось — СССР, многонациональным было, из пятнадцати республик состояло, сто народов объединяло. Но в коммунистической Империи, как и ранее в Российской, не существовало Истории украинского народа, как не существовало истории узбекского, казахского народов, и т. д. Лишь там, где история неведомого народа стыковалась с историей великороссов, появлялся новый, неведомо откуда взявшийся народ, «добровольно присоединившийся» к русскому. А уж если «не добровольно», так это испокон веков были «дикие и враждебные» всему миру племена, их, мол, и Бог велел славным предкам великороссов прибрать к рукам. Великороссы принесли им культуру, прогресс, облагородили их.

Поглядите как сегодня, когда на улице стоит январь 1995 года, «облагораживают» многострадальный чеченский народ. Обычное деяние Московской власти. Позже потомки сегодняшних великороссов открестятся от грехов своих предков, снова перепишут свою историю и позабудут о нынешнем варварском разбое.

А ведь мучают и уничтожают гордый чеченский народ уже сто пятьдесят лет кряду. И как с гуся вода! Не просматривается элементарной порядочности у великороссов.

Глубокомысленно помалкивает мировое сообщество…

Как жестоко и страшно замешана История московитов на крови.

Вернемся все же к статье «О «Москальских вотчинах» в России».

«Но ведь обманываемся мы и с более ранним прошлым. Забываем, что Н.М. Карамзин, С.М. Соловьев и все другие российские историографы были государственными мужами, такими же зависимыми, как советские академики- поденщики. Они все одинаково писали историю государства российского — под неусыпным оком цензуры. То были не свободные зодчие времени, их заставляли. «Переписывание истории — норма в России», — который уж век свидетельствуют иностранцы.

В свое время превосходный знаток русского летописания А.А. Шахматов обнаружил, что «Повесть временных лет», написанная легендарным Нестором, за века переписывалась по крайней мере дважды. Более поздние исследования установили пятикратное переписывание отдельных ее фрагментов».

Как игра детишек в испорченный телефон!

Вот здесь-то Аполлон Кузьмин, ниспровергатель «мародеров на дорогах истории», не спорит. Нечем крыть, а жаль. По всей видимости, он считает сей факт очевидным. Но если это установленный для всех факт, то понятно для чего совершалось переписывание. Исправления вносил живой и грешный человек- «улучшал прошлое великороссов».

Не будем сейчас вдаваться в детали «улучшения» и переписывания Российской истории. Мы еще не раз коснемся этих фактов и поймем двойную меру великороссов. Все впереди.

Как ни кажется читателю странным, но истории великороссов нет на земле Киевской Руси. История великороссов начинается с «залешанской земли» и с Московии, которые никогда не были Киевской Русью. Даже профессора Московского университета С.М.Соловьев и В.О.Ключевский, скрипя сердцем, признают: да, Русь в старину-то была, но великороссы, как народ, появились только в 16–17 веках.

Зариться на Киевскую Русь не было оснований. Но тогда рушился миф о «третьем Риме», о праве великороссов «собирать земли русские». А как хотелось!

Однако вернемся все же к «ниспровергателю мародеров». Здесь досталось не только Аджиеву, но и украинскому автору В.Коваленко.

Аполлон Кузьмин «благороден» в своем гневе, мол, и украинцев-то никогда не существовало, и великороссы — те же киевские русины, и, мол, не лезьте к нам раз мы уже застолбили свою историю. Прочь!

А уж о Московии у него полнейшая ясность. И нет у него сомнения, что Московию заселили славяне «тремя потоками с IX века: Волго-Балтийским путем, с верховьев Днепра, из Среднего Поднепровья».

Хочется все же не согласиться с автором. И вот почему.

К. Валишевский в своей книге «Иван Грозный», изданной в России в 1912 году при строгой царской цензуре, писал на странице 109:

«…Взгляните на москвича XVI въка: онъ кажется съ ногъ до головы одътъ по-самаркандски. Башмакъ, азямъ, армякъ, зипунъ, чебыш, кафтанъ, очкуръ, шлыкъ, башлыкъ, колпакъ, клобукъ, тафья, темлякъ — таковы татарскiя названiя различныхъ предметовъ его одъянiя. Если, поссорившись съ товаришемъ, онъ станетъ ругаться, въ его репертуаръ неизмънно будетъ фигурировать дуракъ, а если придется драться, въ дъло пойдетъ кулакъ. Будучи судьей, онъ надънетъ на подсудимаго кандалы и позоветъ ката дать осужденному кнута. Будучи правителемъ, онъ собираетъ налоги въ казну, охраняемую карауломъ и устраиваетъ по дорогамъ станцiи, называемыя ямами, которые обслуживаются ямщиками. Наконецъ, вставъ изъ почтовыхъ саней, онъ заходитъ въ кабакъ, замънившiй собой древнюю русскую корчму.

И всъ эти слова азiатскаго происхожденiя. Въ этомъ безъ сомнънiя есть знаменательное указанiе, хотя и относится только къ внъшней формъ. Но гораздо важнъе то, что извъстная примъсь монгольской крови способствовала такой быстрой и покорной ассимиляцiи».

Вот, дорогие великороссы, где ваши корни. Но все эти внешние признаки родства сознательно и целенаправленно искоренялись, как вытеснением слов из обихода, так и запретом на глубокий анализ в подобных вопросах.

Вспомните, уже в наше время, гонения ЦК КПСС и московской псевдонаучной элиты на Олжаса Сулейменова, казахского поэта, посмевшего посягнуть на святая святых — русскую историческую мифологию, доказавшего заимствование русским языком множества слов из тюркской группы языков. А ведь мыслящему человеку известно: слово может прижиться в чужом языке лишь в том случае, если есть его носители в течение длительного исторического периода. При этом слова из вражеского лексикона, простой народ в обиход в подобном множестве не берет. Знать, эти слова обитали в гуще народа. Они живут и поныне, напоминая о прошлом, хочет того или нет московский истеблишмент.

И тот же К. Валишевский, живший и работавший на 100 лет раньше Аполлона Кузьмина, писал, как гвоздь вколачивал:

«Съ этнографической точки зрънiя девять десятыхъ страны (Московии. — В.Б.) имъли только то русское населенiе, которое оставила здъсь прокатившаяся волна недавняго колонизацiоннаго движенiя. Не было необходимости въ то время «скресь» русскаго, чтобы найти татарина и особенно финна. Основой населенія (Московии. — В.Б.) вездъ являлось финское племя».[1]

Необходимо отметить еще одну очевидную истину: дорог, соединяющих в ХII веке Суздальскую землю или вернее ? землю Моксель с землями Киева, практически не существовало. Все земли между ними были покрыты дремучими лесами и непроходимыми болотами. Не было необходимости поднепровским славянам бежать за «тридевять земель», дабы спрятаться от печенегов, половцев или монголо-татар, вокруг простирались свои родные леса. И кочевники двигались по открытой местности, обеспечивая лошадей подножным кормом. Еще Н.М.Карамзин писал: «татары не любили воевать в зимнее время без подножного корма…». Двигались они, обычно, с юга или востока.

Лишь изгнанные из наделов князья да их дружины устремлялись на северо-восток, прихватывая себе новые владения, вместе с жившими на тех землях финскими племенами. А с князьками, а чаще впереди, двигались отцы-миссионеры, помогая «орусачивать» землю.

Такова правда, о чем писал В.О.Ключевский, профессор Московского университета и Московской Духовной Академии, преемник С.М. Соловьева на кафедре русской истории Московского университета.

«…Великорусское племя… было делом новых разнообразных влияний… притом в краю, который лежал вне старой коренной Руси и в ХII в. был более инородческим, чем русским краем… Финские племена водворялись среди лесов и болот центральной и северной России еще в то время, когда здесь не заметно никаких следов присутствия славян».[2]

Еще ранее эту мысль высказал Н.М.Карамзин.

«жили тогда…: Меря вокруг Ростова и на озере Клещине, или Переславском; Мурома на Оке, где сия река впадает в Волгу;… Чудь в Эстонии и на Восток к Ладожскому озеру; Нарова там, где Нарва;… Весь на Белеозере; Перьм в Губернии сего имени;… Печора на реке Печоре. Некоторые из сих народов уже исчезли в новейшие времена или смешались с Россиянами…»[3]

И подытожил в своей книге профессор В.О.Ключевский на стр. 44:

«...Наша великорусская физиономия не совсем точно воспроизводит общеславянские черты… (что) с большой вероятностью ставят на счет финского влияния».

Делая анализ, даже сии государственные мужи — Н.М. Карамзин и В.О.Ключевский, вынуждены были в своих книгах ронять бесценные сокровища правды, так как обойти ее не могли. Их задача и состояла- так «замутить» историческую правду, дабы последующие поколения поверили в правдивость их выводов.

Мы же должны уяснить, что искажение фактов и событий, их замалчивание или возвеличивание, «замешивание» народов и последующее их орусачивание велось на «великорусской» земле испокон веку и являлось вполне осознанной политикой.

Сколько миллионов украинцев, белорусов, евреев, молдаван, татар, чувашей, мордвин, латышей, казахов, армян и других стали за последние сотни лет «великороссами»- один Бог знает. Думаю, ворошить этот вопрос не стоит. Пусть каждый живет, кем пожелал то ли сам, то ли его предки. Но мы говорим об истории великороссов, их истоках, о том, откуда есть и пошла «великорусская земля», ее народ. И в этом вопросе, к которому многие годы для критического анализа не допускалась элита народов нерусской национальности, настало время бывшим покоренным народам сообща «отделить семена от плевел», развеять мифы и ложь Российской Империи, насаждавшиеся сотни лет.

2

Итак, проследим условия появления русского, как такового, народа, опираясь на чисто русские источники, справочники, документированную литературу, изданные для чтения простого человека. Не станем забираться в строго секретные архивы, которые пуще ока бережет русский истеблишмент более трехсот лет.

Создавая великую Российскую Империю, элита отчетливо понимала, что без великого прошлого нельзя создавать великую нацию. Необходимо было приукрасить прошлое, возможно даже подтасовать и присвоить чужое. И династия Романовых с привилегированной элитой, заинтересованной в этих деяниях, принялась усердно за дело. Дабы присвоить «великороссам» историю Киевской Руси, что ставилось первоочередной задачей, понадобилось задавить украинский народ, загнать его в жестокое рабство-крепостничество, лишить его собственного имени. Так появилась версия о «великороссах», при этом, для достоверности, пришлось украинцев обозвать «малороссами». Это был первый хитрый ход. Украинцев, проявившихся как нация в ХI — ХII веках, а возможно и ранее, объявили «малороссами» и стали преподносить сию версию всему миру. За малейшее отступление от официоза, людей казнили, уничтожали, «лишали живота», ссылали в ссылки. Вспомните, даже в ХХ веке Премьер-министр России Петр Столыпин ставил борьбу с украинским народным движением как главнейшую задачу государства Российского.

Украинскую интеллигенцию сманивали в услужение «великороссам». Я назову только гениального Николая Васильевича Гоголя; или ссылали на уничтожение, как- не менее гениального- Тараса Григорьевича Шевченко. И так продолжалось долгие 300 лет порабощения.

Советский период был не менее жестоким. За этот период Украина потеряла более 25 миллионов своих сыновей и дочерей, погибших в войнах за интересы России, в ГУЛАГах, при коллективизации, просто- в ссылках и застенках.

Так «старший брат», в жестоких «объятьях любви», заставлял жить «младшего брата». Кто же он есть в историческом аспекте, этот «старший брат»?

Для ответа, исследуем труды официальных русских историков, ученых, профессоров. По их трудам установим истоки настоящей истории великороссов, как они сами себя прозвали. Обратимся к русским классикам Н.М.Карамзину, С.М.Соловьеву и В.О.Ключевскому: два последних профессора Московского университета, заведовавшие кафедрой русской истории. Именно эти три человека с 1803 по 1910 годы создали окончательную мифологию «великорусского государства», написав:

— Н.М. Карамзин «История государства российского» (1803–1829 годы),

— С.М. Соловьев «История России с древнейших времен» (1851–1879 годы),

— В.О.Ключевский «Курс русской истории» (1904–1910 годы).

Вот что писал В.О.Ключевский в своей истории:

«С половины ХV до второго десятилетия XVII в. главная масса русского населения из области верхней Волги (вот где жили великороссы в XVI веке! — В.Б.) растекается на юг и восток по донскому и средне-волжскому чернозему, образуя особую ветвь народа — Великороссию, которая вместе с населением расширяется за пределы верхнего Поволжья…».

В.О.Ключевский «О русской истории». Москва, 1993 год, стр.15.

Глядите, как вежливо пишет историк: народ растекается по территории и образует Великороссию. Здесь мы встречаемся с одним из первых страшных мифов Империи. Народ не «тек», он в жесточайшем разбое присоединял к себе земли, покорял жившие на них народы и племена; уничтожал эти народы, изгонял их с родной земли, навязывал им свою веру и религию, орусачивал их. Мы еще не раз вернемся к трудам русских профессоров и убедимся, что это происходило именно так. В данной же цитате я обращаю внимание читателей — историк четко зафиксировал время появления великороссов, как таковых. Это исторический промежуток времени: конец XV века- первая половина XVII века. С того периода появляется народ великороссов, появляется его история. Все остальное — вымысел.

Но вернемся к «Курсу русской истории». Поинтересуемся, кто же эти люди, «растекавшиеся с верхней Волги», как и когда они там появились.

Автор пишет:

«В области Оки и верхней Волги в XI–XII вв. жили три финские племени: мурома (по его имени город Муром.-В.Б.), меря и весь. Начальная киевская летопись довольно точно обозначает места жительства этих племен: она знает мурому на нижней Оке, мерю по озерам Переяславскому и Ростовскому, весь в области Белоозера. Ныне в центральной Великороссии нет уже живых остатков этих племен; но они оставили по себе память в ее географической номенклатуре. На обширном пространстве от Оки до Белого моря мы встречаем тысячи нерусских названий городов, сел, рек и урочищ. Прислушиваясь к этим названиям, легко заметить…. что некогда на всем этом пространстве звучал один язык, которому принадлежали эти названия, и что он родня тем наречиям, на которых говорят туземное население нынешней Финляндии и финские инородцы среднего Поволжья, мордва, черемисы».

В.О.Ключевский «Исторические портреты», стр.41–42.

Прочтя эти слова, зададимся простым вопросом: кто же основал и построил эти тысячи финских городов и сел от Оки до Белого моря?

Я надеюсь — ни один здравомыслящий великоросс не станет отрицать, что основателями и жителями этих городов до XV–XVII веков были финские племена, а, отнюдь, не славяне.

Профессор С.М.Соловьев, когда ему приходилось осуждать противодействия финских племен князю, невольно, как Н.М.Карамзин и В.О.Ключевский, ронял в своих книгах слова истины. Он своими словами, как гвоздями, заколачивал гроб лживой идеи о славянском происхождении населения Суздальской, а впоследствии Московской земли.

Послушай, читатель, эти откровения.

«Только когда по смерти Боголюбского ростовцы высказали свои требования, началась открытая борьба между ними и братьями Андрея, кончившаяся поражением ростовцев. Неудивительно, что борьба была непродолжительна; обратив внимание на положение Ростова, трудно предположить, чтоб этот город был силен, имел многочисленное народонаселение вследствие большой торговой деятельности; трудно предположить, чтоб этот город, запрятанный своими строителями, финскою мерею, от живого пути, от Волги, к печальному мертвенному озеру, чтоб этот город (Ростов Великий. — В.Б.) процветал, подобно Новгороду, Смоленску, Полоцку».

С.М.Соловьев «Чтения и рассказы…», стр.224.

Вот она величайшая истина!

Все поселения Ростово-Суздальской земли к приходу Рюриковичей со своими ватагами, давно были построены и заселены финскими племенами. И пришлый князь здесь, точно как и среди славянских племен, в киевской Руси, кочевал от одного селения к другому, где примут.

По всей видимости, матерью Андрея Боголюбского была женщина племени мурома, вот и ушел, в свое время, Андрей из мерянского Ростова в муромский Богодухов на Клязьме — поближе к родне матери.

Но С.М.Соловьев не ограничился только этими словами истины. Он выдал и другие весьма примечательные описания Суздальской земли. Все «великорусские историки», как писавшие при династии Романовых, так и советские, с «пеной у рта» насаждали мысль, что с образованием Ростово-Суздальских княжеств, старые Киевские княжества и сам Киев сразу же захирели, а центр развития Руси переместился во Владимир, Ростов, Суздаль и т. д. Мол, произошло закономерное преемственное перемещение. Но и подобное утверждение- очередная ложь Российской Империи.

С появлением Ростово-Суздальского княжества, а позже Московского, эта позабытая Богом земля еще добрых пять сотен лет была величайшим захолустьем Европы, диким краем, не имевшим ни малейшей возможности тягаться даже с тогдашним разоренным Киевом. И это не мои личные утверждения.

Послушаем, уважаемый читатель, еще раз заведующего кафедрой Российской истории Московского университета профессора С.М. Соловьева:

«Низложен был старый вечевой город (речь идет о Ростове конца XII века. — В.Б.), и на севере водворилось однообразие: все города новые, незначительные; Ростов заброшен, Владимир не успел еще подняться в значении столицы великокняжеской, как был разорен татарами и также заброшен; великие князья живут в своих опричнинах, в своих наследственных городах… Города являются здесь (на Севере, в стране Моксель. — В.Б.) преимущественно большими огороженными селами...».[4]

Именно такими были города-села Ростово-Суздальской земли, этой будущей Московии, а позже Великороссии, во второй половине XIII века. И заселены те земли были финскими племенами мурома, весь, меря, мещера, мокша, печора, мордва, черемисы и т. д. Как видим, были то совсем не русь (славяне), а древняя Финская Отчизна, воздвигшая на своей исконной земле свои села-города: Ростов, Суздаль, Муром и другие, задолго до наезда к ним Рюриковичей.

Очень интересен второй вопрос:

Кто же основал Москву и жил в Московии в XIII веке?

Я надеюсь, уважаемый читатель, ты помнишь — Москва, по великорусской мифологии, как местность, впервые упоминается в 1147 году. Великороссов еще нет и в помине, вокруг на тысячи километров живет мокша, мурома, меря и весь, а нас приучили к мысли — Москву основал русский князь Юрий Долгорукий, и жили в ней великороссы. Такова ложь «Истории государства Российского». Мы этот вопрос исследуем более детально. Сейчас же не будем отклоняться от темы.

В.О.Ключевский продолжает мысль:

«Так и на этом пространстве и в восточной полосе Европейской России встречаем множество рек, названия которых оканчиваются на ва: Протва, Москва, Сылва, Косва и т. д. У одной Камы можно насчитать до 20 притоков, названия которых имеют такое окончание. Va по-фински значит вода. Название самой Оки финского происхождения: это- обрусевшая форма финского joki, что значит река вообще. Даже племенные названия мери и веси не исчезли бесследно в центральной Великороссии: здесь встречается много сел и речек, которые носят их названия. Уездный город Тверской губернии Весьегонск получил свое название от обитавшей здесь веси Егонской… Определяя по этим следам в географической номенклатуре границы расселения мери и веси, найдем, что эти племена обитали некогда от слияния Сухоны и Юга, от Онежского озера и реки Ояти до средней Оки, захватывая северные части губерний Калужской, Тульской и Рязанской. Итак, русские переселенцы, направлявшиеся в Ростовский край, встречались с финскими туземцами в самом центре нынешней Великороссии».[5]

Не будем упрекать профессора, «взявшего из Потолоцкого» «русских переселенцев», которые «встречались с финскими туземцами». Мы приведем выдержки В.О.Ключевского, где он сам себя опровергнет. Сейчас - о великороссах.

Умная наука история: читай, анализируй и отсевай шелуху. Истина, как бесценный кристалл, предстанет в обнаженном чистом виде. Глядите, какие бесспорные истины установил профессор:

а) Весь обширный край от Тулы и Рязани на Север и Восток в X–XIII веках принадлежал финским племенам: мурома, меря, весь, мокша, мещера и прочим.

б) Племя великороссов или русский народ, как он сегодня называется, появилось - только к XV–XVII веку среди муромы, мери, веси, мокши, мещеры откуда, согласно автору, начало «растекаться».

Из истории, которую никто не собирается оспорить, мы знаем: в X–XIII веках существовало Великое княжество Киевское со своими удельными княжениями. И жили в Великом Киевском княжестве никак не великороссы и даже не «простой русский народ» и не «малороссы», а славянские племена, и имели они свои прекрасные названия: поляне, древляне, сиверяне, дреговичи, дулибы, тиверцы и т. д.

Дабы подтвердить и эту мысль, глянем в книгу В.О.Ключевского. Вот, что он пишет:

«Разноплеменное население, занимавшее всю эту территорию, вошло в состав великого княжества Киевского или Русского государства. Но это Русское государство еще не было государством русского народа, потому что еще не существовало самого этого (русского. — В.Б.) народа: к половине XI в. были готовы только этнографические элементы, из которых потом долгим и трудным процессом выработается русская народность. Все эти разноплеменные элементы пока были соединены чисто механически; связь нравственная, христианство распространялось медленно и не успело еще захватить даже всех славянских племен Русской земли: так вятичи не были христианами еще в начале XII в. Главной механической связью частей населения Русской земли была княжеская администрация с ее посадниками, данями и пошлинами. Во главе этой администрации стоял великий князь киевский».[6]

Поглядите, какая идет манипуляция словами: «нет государства Русского, нет народа русского», но автор без зазрения совести пишет: «княжество Киевское или Русское государство». Вот так, дорогой читатель, внедрялся великий блеф в государственную историю. Мы будем цитировать С.М.Соловьева, мы будем читать Н.М.Карамзина и везде — блеф, вымысел, ложь! История писалась в расчете на человека малограмотного.

Вот еще одна выписка из В.О.Ключевского:

«Тогда дулебы господствовали над всеми восточными славянами и покрывали их своим именем, как впоследствии все восточные славяне стали зваться Русью по имени главной области в Русской земле, ибо Русью первоначально называлась только Киевская область».[7]

Как вам нравится? Только одна Киевская область — Русь! Обратите внимание, даже признав сам факт, профессор вносит (сознательно!) искажение в истину: замешивает старину с современностью, лишь бы запрятать концы.

Не было в древние времена Киевской области. Не было, как бы этого не желал знаменитый профессор. Была древняя земля вокруг града Киева, и проживало на той земле древнее племя — поляне. Вот поляне и были — русью.

Сам же В.О.Ключевский и подтверждает нашу мысль. Слушайте:

«По поводу известия о проходе венгров мимо Киева в 898 г. он вспоминает о деятельности Кирилла и Мефодия и о ее значении для славянства. Был один язык славянский- славяне дунайские, покоренные венграми, морава, чехи, ляхи и поляне- Русь».[8]

Ай, да профессор — великоросс!

Мифы русской истории безмерны, ложь поразительна.

Обратите внимание, казалось бы, все верно говорит профессор В.О.Ключевский, но откуда же берутся сногсшибательные параллели: существует на землях Приднепровья — Великое Киевское княжество и здесь же- «или Русское государство», но позвольте, дальше в той же цитате профессор пишет: «...Но это Русское государство еще не было государством русского народа, потому что еще не существовало самого этого (русского. — В.Б.) народа».

Чувствуете, как по-крупному блефуют: народа русского нет, появится он только через 500 лет, появится за тысячи километров от Киева, но государство уже — русское. В действительности же, не существовало в XII веке великорусского народа, не было русского государства. Мы лишь знаем, что в те времена существовало Великое Киевское княжество с вассальными удельными княжениями.

Мы не станем рассматривать в этой главе внутренние распри между Великим Князем и его удельными сородичами, мы не станем рассматривать вопрос о том, какой удельный князь превосходил соседа, да и слушался ли он Киевского князя. Это не суть важно- князья были пришлыми. Оставим эти исследования для последующих глав, ибо они подтвердят незаконность притязаний Московии на владения древнего Киева и сам Киев. Верно отмечено у профессора: связь между землями и племенами Киевской Руси носила чисто механический характер и насаждалась сверху князем.

Итак, используя чисто великорусские источники, мы опровергаем два изначально ложных мифа Российской Империи:

1. В IX–XII веках не существовало Русского государства (даже княжества!). Между княжествами, входившими в Великое Киевское княжение, не существовало единства и они объединялись чисто механически — посредством власти Великого князя.

2. В IX–XII веках не существовало русского народа (и в особенности великороссов!). Славянские племена (поляне, древляне, сиверяне, дулибы, тиверцы и т. д.), на базисе которых в историческом развитии образовался украинский народ, и финские племена (мурома, меря, весь, мещера, мокша, пермь, нарова и т. д.), ставшие впоследствии основой великороссов, никогда не имели исторического единства, хозяйственно не соприкасались до XVI века. Сии истины установлены русскими историками- профессорами.

Однако не станем ссылаться только на одних русских профессоров. Хочу обрадовать читателя: в мировой истории существовали конкретные люди, оставившие свои свидетельства о тех далеких временах. В нашем случае ими оказались посол Папы Римского в империю Чингисидов — Иоанн де Плано Карпини, написавший свою «Историю Монгалов» и посол короля Франции Людовика IX к Хану Золотой Орды Сартаку- Вильгельм де Рубрук, написавший- «Путешествие в Восточные Страны». Первый- посетил двор Хана Батыя и столицу Империи Каракорум в 1246 году и вернулся в Европу в 1247 году через Киев. Второй- посетил страну Хана Саратака, страну Хана Батыя и столицу Империи Каракорум в 1253–1254 годах и вернулся в «землю обетованную» в 1255 году.

Вильгельм де Рубрук достаточно точно еще в те годы зафиксировал земли «Руссiи», ее границы и обычаи народа. Послушаем Рубрука:

«К северу от этой области (за Перекопом. — В.Б.) лежит Руссiя, имеющая повсюду леса; она тянется от Польши и Венгрии до Танаида (Дона. — В.Б.)».[9]

Никакой иной земли к «Руссiи» посланник короля Людовика IX не «подсоединил», даже речи о подобном не вел. Как понимает читатель, сию истину Вильгельм де Рубрук познал на месте из личных бесед в ставках Сартака и Батыя. Сомневаться в знании обстановки Рубруком — нет ни малейших оснований.

О земле и народе будущей Московии у Рубрука также существовало в те времена вполне определенное мнение. Послушаем:

«О стране Сартаха и об ея народах».

«Эта страна за Танаидом (Доном. — В.Б.) очень красива и имеет реки и леса. К северу (от ставки Сартака, где пребывал Вильгельм де Рубрук в августе месяце 1253 года, ориентировочно северо-восток Воронежской области. — В.Б.) находятся огромные леса, в которых живут два рода людей, именно: Моксель, не имеющие никакого закона, чистые язычники. Города у них нет, а живут они в маленьких хижинах в лесах. Их государь (князь из династии Рюриковичей. — В.Б.) и большая часть людей были убиты в Германии (поход Батыя в Европу в 1240-42 годах. — В.Б.)… В изобилии имеются у них свиньи, мед и воск, драгоценные меха и соколы. Сзади них (Восточнее. — В.Б.) живут другие, именуемые Мердас, которых Латины называют Мердинис (мордва. — В.Б.) и они — Саррацины (мусульмане. — В.Б.). За ними (Восточнее. — В.Б.) находится Этилия (Волга. — В.Б.)».[10]

Читатель уже понял, как в 1253 году называли будущий народ Московии.

Именно так — Моксель!

Сомневаться не приходится: и Н.М.Карамзин, и С.М.Соловьев, и В.О.Ключевский в своих «Историях» подтвердили факт вхождения в 1253 году «Ростово-Суздальских княжеств» в состав владений Хана Сартака, сына Батыя. Иного, как понимает читатель, и быть не могло.

Вильгельм де Рубрук в 1253 году зафиксировал следующее распределение земель между Батыем и Сартаком: Сартак владел землями Золотой Орды от Дона до Волги, и от Каспийского и Азовского морей до северных мест страны Моксель, куда дошли лошади татаро-монголов в 1238 году. Жили в «Стране Сартаха» в те годы, кроме татарских племен, только «два рода людей»: Моксель (евшие свинину) и Мердинис (мусульмане).

Значительно позже, благодаря усилиям великорусских «писателей истории», появилось название- «Ростово-Суздальская земля». Великороссы всегда желали, дабы их история базировалась на исключениях из правил и хотениях правящей элиты Московии.

Даже в Большой Советской Энциклопедии, очистив факты от тенденциозной словесной шелухи, можно найти подтверждение словам Вильгельма де Рубрука о стране и народе Моксель.

— «Мордва…делится на 2 основные группы: Мордву-эрзю и Мордву-мокшу. Каждая группа сохраняет свое самоназвание (эрзя и мокша)…Эрзянский и мокшанский языки составляют особую группу финно-угорских языков… Впервые Мордва под названием Морденс упоминается у готского историка Иордана (6 век). Данные языка и материальной культуры указывают на автохтонность Мордвы в междуречье рек Оки и средней Волги…».[11]

— «Мокша, этнографическая группа мордвы».[12]

— «Мещера, древнее племя… Говорило на языке финно- угорской группы. По археологическим данным, с Мещерой связаны могильники и городища 2-12 вв., расположенные по среднему течению Оки…Большая часть Мещеры к 16 в. обрусела…».[13]

— «Меря, племя, предки которого в…1-м тысячелетии новой эры жили в районе Волго-Окского междуречья. Впервые Меря (merens) упоминаются в 6 в. готским историком Иорданом… Язык Мери относился к финно-угорской семье…».[14]

— «Мурома, племя, родственное мордве, жившее на берегах Оки…Язык Муромы относится к финно-угорской группе…В 10–11 веках Мурома платила дань Руси (Киевской Руси. — В.Б.), в 12 в. полностью обрусела».[15]

Как видим, даже большевистские русские источники подтвердили проживание выше названных племен в междуречье Оки и Волги. Все племена говорили на финно-угорской группе языков, то есть, были племенами одного корня, одного происхождения. И, естественно, в старину носили одно обобщенное название народа, каковым и было слово — Моксель. В отличие от родственной, мусульманской- Мердинис.

Теперь поглядите, какими поселениями ограничивалось междуречье Оки и Волги. По Оке, с востока на запад: Муром, Рязань, Коломна, Калуга, Козельск; по Волге: Городец, Кострома, Ярославль, Тверь, Ржев. А за Костромой, Ярославлем и Тверью проживали племена Веси. В Тверской земле (Калининская область сегодня) до сего дня сохранилось напоминание о Веси — город Весьегонск.

Послушаем все ту же БСЭ.

— «Весь, прибалтийско-финское племя…арабским географам 10–14 вв. Весь была известна как народ вису, живший к Северу от Болгарии Волжско-Камской…Постепенно часть Веси обрусела...».[16]

Итак, вся «великорусская земля» от Мурома, Рязани и Калуги до самого Беломорья и Вологды в IX–XIII веках была полностью заселена родственными племенами, говорившими на одном языке.

На этом «обширном пространстве от Оки до Белого моря мы (и сегодня!) встречаем тысячи нерусских названий городов рек и урочищ». Что лишний раз свидетельствует о проживании коренного мордово-финского этноса на своей исконной земле и поныне.

Посланник французского Короля к Хану Сартаку- Вильгельм де Рубрук, — как видим, очень точно в 1253 году зафиксировал проживавший на той земле народ Моксель. Здесь, как говорится, ни убавить, ни прибавить.

Ниже исследуем вопрос более детально, анализируя работу Рубрука по другим направлениям. Учтите, подобного исследования никогда не производили русские историки. Я надеюсь, читатель понимает почему они так поступали.

3

Наступил XIII век, как его прозвали, — жестокий век. Великое Киевское княжество распалось на десятки мелких удельных княжеств, живших обособленно. Ничто не связывало воедино княжества. Даже родство отдельных князей уходило в третье-десятое поколение.

Нам незачем лукавить, как лукавила русская господствующая элита в течение многих сотен лет, «улучшая» собственную историю. Фальсификация всегда отслаивается от живой ткани истории.

Так вот, в середине XIII века, в век страшной вражды и междоусобиц между удельными князьями, на земле наших предков появились великие монголо-татарские пришельцы. Они практически уничтожали княжества поодиночке, что лишний раз подтверждает о чисто механической связи между ними, о полной их обособленности и отсутствии настоящих родственных связей.

Вот как описывает профессор С.М.Соловьев в своей «Истории…», изданной в царской России в 1851–1879 годах, княжеские междоусобицы «будущих великороссов» земли Моксель. («Чтения и рассказы», стр.145–146.)

«Начали ставить полки: Владимир Смоленский поставил полки свои с края, а подле него стал Мстислав и Всеволод с новгородцами и Владимир Псковский с псковитянами, а подле Владимира стал Константин с ростовцами. Ярослав же стал с своими полками муромскими и с городчанами и с бронниками против Владимира и смольнян, а Юрий стал против Мстислава и новгородцев со всею землею Суздальскою, а меньшие братья его стали против князя Константина… Князь Мстислав был рад тому, и новгородцы, сойдя с коней, скинув сапоги и платье, поскакали босиком; за ними бросились смольняне, так же пешком, за смольнянами отрядил князь Владимир Ивора Михайловича с полком, а сами князья и все воеводы поехали за ними на конях. Когда полк Иворов вступил в дебрь, то под Ивором споткнулся конь; а пешие ратники, не дожидаясь Ивора, ударили на пешцев Ярославовых с страшным криком; те побежали, новгородцы и смольняне за ними, начали их бить и подсекли стяг Ярославов; тут настиг их Ивор, с которым досеклись до другого стяга Ярославова, а князья все еще не приезжали… Трижды проехал Мстислав сквозь полки Юрьевы и Ярославовы, секучи людей, также и князь Владимир, и досеклись наконец до обоза… Новгородцы-то бились не из корысти, но смольняне напали на обоз и одирали мертвых, а о битве им и дела не было. Велик промысел божий! на том побоище пало только 5 человек новгородцев да один смольнянин, а то все сохранены были силою честного креста и правдою. Людей же Юрьевых и Ярославовых было избито бесчисленное множество, взято же в плен было только 60 человек… Убитых всех считали 9233 человека. Крик живых, не до смерти убитых, и вытье раненых были слышны в Юрьеве городе и около Юрьева; много перетонуло в реке во время бегства, иные раненые, забредшие неведомо куда, померли...».

Много страниц можно написать о дрязгах княжеских. Не было единой Родины, не было единения племен, князь за деньги сколачивал дружину и шел на другого князя. Прошу лишь обратить внимание- разгромлены были князья, так называемых молодых княжеств Суздальской земли и окрестностей. Главной причиной их поражения стала неготовность финских племен, покоренных Рюриковичами, встать на защиту пришлого князя. А возглавляли суздальские войска братья Юрий и Ярослав, через 22 года так же позорно встретившие татаро-монголов Батыя.

В таковых условиях находились суздальские княжичи перед нашествием. Естественно, сплоченная Орда разгромила поодиночке всех и всем повелела платить дань деньгами, товарами и людьми.

А сейчас мы опять вернемся к истории великороссов, то есть к истории земли Моксель, теперь уже в XIII веке, в условиях, когда все княжества стали обособленными и полностью зависимыми от Ханов Орды.

Шелуха отсеяна: нет к XIII веку ни русского народа, ни Русского государства, а что представляли Суздальские княжества и княжичи — достаточно одного описания, хотя профессор С.М.Соловьев излагает подобные истории на сотнях страниц. Более мерзкого описания интриг Суздальских Рюриковичей найти трудно, но канва исторических событий изложена вполне емко.

Однако, прежде чем изучать ордынский период Московии, необходимо выяснить, как же встретились финские племена с пришельцами из Киевских княжеств, кто появился на финских землях, действительно ли это был поток славян и много ли их было за 400–500 лет.

Как пишет профессор В.О.Ключевский, «некогда финские племена были распространены далеко южнее линии рек Москвы и Оки, — там, где не находили их следов впоследствии». Знать, кто-то впоследствии очень старательно уничтожал «следы» и напоминания о финских племенах. Но сам факт их присутствия в XIII веке на землях от Оки, Мокши и Москвы до Белого моря установлен неоспоримо.

Миграция отдельных представителей славянских племен в земли будущей Московии в составе дружин, естественно, могла иметь место. Но это были случаи эпизодические. Не могли земледельческие племена славян бросить собственные ухоженные земли и уйти в болотистые, таежные, заселенные чуждыми племенами места. Не существовало в этом исторической необходимости.

Естественно, финские племена принимали в свою среду любых пришельцев, растворяя их в своей массе. Особенно преуспели монахи: монах шел в лесные дебри ради спасения духовного самосознания, но в глуши леса встречал язычника, каким совсем недавно был сам. Оседая на чужой финской земле, священники и монахи создавали свои нехитрые очаги, окружали себя представителями местных племен, вовлекая их в христианство.

Эту мысль подтвердил и профессор В.О.Ключевский:

«Значит, русские переселенцы не вторгались в край финнов крупными массами, а, как бы сказать, просачивались тонкими струями, занимая…промежутки, какие оставались, между разбросанными среди болот и лесов финскими поселками».[17]

Таким образом, среди финского этноса, в его обители, появлялись редкие поселенцы. Этот метод заселения свидетельствует о том бесспорном факте, что пришельцев было очень мало и были они преимущественно монахами. Они не могли себе позволить вступить с финскими племенами в борьбу, ибо были бы уничтожены.

Далее профессор пишет:

«...в преданиях Великороссии уцелели некоторые смутные воспоминания о борьбе, завязывавшейся по местам; но эти воспоминания говорят о борьбе не двух племен, а двух религий. Столкновения вызывались не самою встречею пришельцев с туземцами, а попытками распространить христианство среди последних».[18]

И далее В.О.Ключевский подтверждает свою и нашу мысль. «Сохранилось даже предание, записанное в XVII в., что часть языческого, очевидно, мерянского населения Ростовской земли, убегая от «русского крещения» (эко хватил профессор, уже и крещение не христианское, а русское. Таким образом прополаскивались мозги читателей. — В.Б.), выселилась в пределы Болгарского царства на Волгу к родственным мери черемисам».

Автор надеется — читателю понятно — такие предания можно было записать только в ХVII веке, когда православие, практически, было насажено среди финских племен, но этого не могло быть в ХIII веке, когда монах только ступил в финские земли. В ХII-ХIII веках монах двигался на ощупь, боязливо и вел себя кротко.

История русской Империи построена на унижении и презрении к покоренным народам и племенам. Поглядите: автору-интеллигенту и дворянину абсолютно ничего не стоит, обозвать народ меря- туземцами, этакими дикарями, бегущими от крещения, хотя сам же признает — впоследствии они стали «великороссами», приняв христианство.

А вот как профессор В.О.Ключевский объясняет, почему сравнительно легко удалось привить христианство финским языческим племенам.

«Для мешавшегося русско-чудского населения христианство и язычество- не противоположные, одна другую отрицающие религии, а только восполняющие друг друга части одной и той же веры, относящиеся к различным порядкам жизни, к двум мирам, одна- к миру горнему, небесному, другая- к преисподней, к «бездне».[19]

Только благодаря тому, что религия пошла на «двоеверие», удалось за три-четыре столетия привить финским племенам православие и на этом базисе «создать народ великороссов». Хотя, как видим, остался на исконной земле обычный финский этнос. Но таков нонсенс истории. Пожелали Московские правители и церковные Владыки стать великороссами и славянами.

Посмотрим, как же происходило смешение пришельцев с финским этносом.

«Вопрос взаимодействия руси и чуди, о том, как оба племени, встретившись, подействовали друг на друга, что одно племя заимствовало у другого и что передало другому, принадлежит к числу любопытных и трудных вопросов нашей истории. (Вопроса не существует, как не существует слияния руси и чуди. Профессор еще не раз сам себя опровергнет. — В.Б.). Но так как этот процесс окончился поглощением одного из встретившихся племен другим (князь Рюрикович всего лишь прибрал финские племена к рукам.-В.Б.), именно поглощением чуди русью (не русь, а всего лишь: князь, дружина и монахи. — В.Б.), то для нас важна лишь одна сторона этого взаимодействия, т. е. влияния финнов на пришлую русь. В этом влиянии этнографический узел вопроса о происхождении великорусского племени, образовавшегося из смеси элементов славянского и финского с преобладанием первого (это всего лишь хотение. — В.Б.). Это влияние проникало в русскую среду двумя путями:

1) пришлая русь, селясь среди туземной чуди, неизбежно должна была путем общения, соседства кое-что (как скромно! — В.Б.) заимствовать из ее быта;

2) чудь, постепенно русея (русеть, это всего лишь принять христианство или выйти замуж за дружинника. — В.Б.), всею своею массою, со всеми своим антропологическими и этнографическими особенностями, со своим обличьем, языком, обычаями и верованиями входила в состав русской народности. Тем и другим путем в русскую среду проникло немало физических и нравственных особенностей, унаследованных от растворившихся в ней финнов.

Надобно допустить некоторое участие (как хитро подается мысль. — В.Б.) финского племени в образовании антропологического типа великоросса. Наша великорусская физиономия не совсем точно воспроизводит общеславянские черты… именно, скулистость великоросса, преобладание смуглого цвета лица и волос и особенно типический великорусский нос, покоящийся на широком основании, с большой вероятностью ставят на счет финского влияния».[20]

Обратите внимание на ухищрения профессора. Излагая материал, он делает, казалось бы, мелкие помарки. Но какие (!?) — фундаментально меняющие всю ситуацию. Казалось, профессор уже давно признал, что еще нет русского государства, нет русского народа, но, тем не менее, настойчиво вбивает читателю в голову мысль, что именно русь появилась среди финских племен. Не монахи, не дружинники, не Рюриковичи, а именно- Русь! Ведь если упорно не насаждать слово «русь», то может закономерно возникнуть вопрос: на базе какого же этноса появились «великороссы»?