ТАИНСТВЕННАЯ ГИБЕЛЬ КРЕЙСЕРА «СИДНЕЙ»

ТАИНСТВЕННАЯ ГИБЕЛЬ КРЕЙСЕРА «СИДНЕЙ»

19 ноября 1941 года на закате дня возле берегов Западной Австралии в коротком, но кровопролитном сражении погибли овеянный славой австралийский крейсер «Сидней» и немецкий рейдер «Корморан». Но если экипаж последнего уцелел практически целиком, то 645 членам команды «Сиднея» спастись не удалось.

— Как могло случиться, что с «Сиднея» никто не остался в живых? — задался вопросом журналист В. Лукницкий. — Как «Корморан», переоборудованный из торгового судна в военный корабль, смог потопить столь крупный крейсер? Почему официальные власти Великобритании, Австралии и США засекретили все документы, относящиеся к происшедшему?

Эти вопросы и раньше волновали многих историков. Британское правительство отказалось предать гласности телеграммы, которыми обменялись Черчилль и Рузвельт 26 ноября 1941 года в связи с гибелью «Сиднея». Эти документы могли бы стать последними штрихами к картине, старательно собранной из маленьких исторических лоскутков английским писателем Монтгомери. Его отец, штурман «Сиднея», погиб в том сражении. В 1973 году Монтгомери получил возможность ознакомиться с официальным отчётом британского адмиралтейства об этом событии. В нём было столько нелепых вопросов, что он решил предпринять собственное расследование.

Писатель получил доступ к рассекреченным документам, среди которых — протоколы допросов оставшихся в живых членов команды «Корморана», которые добрались до Австралии и затем содержались в лагере для военнопленных. Он разыскал и расспросил многих из них, проживающих в то время в Германии. Его поразило то, что многие опасались говорить с ним откровенно и избегали многих вопросов.

Таким образом, официальные каналы получения информации оказались для Монтгомери закрытыми, и он пришёл к выводу: над всем этим возведена завеса строжайшей секретности. И писатель узнал почему.

«Корморан» заметил крейсер «Сидней» в 17 часов. Первым сообщением акустиков в тот злополучный ноябрьский день было: это крупный корабль. Затем командиру немецкого рейдера Детмеру доставили более точную информацию: это крейсер. Положение «Корморана» оказалось безнадёжным. Дальность орудий главного калибра «Сиднея» составляла свыше 100 кабельтовых (более 18,5 километра), что позволяло ему находиться вне досягаемости огня немцев. Детмер видел единственное спасение в «камуфляже и неожиданном огне из всех орудий с близкого расстояния». Так записано в его отчёте. Но хотя «Корморан» шёл под норвежским флагом, эта уловка могла быть моментально раскрыта, как только на «Сиднее» проверили бы список кораблей, находящихся в этом районе. Детмер приказал радисту передать в эфир сигнал, предупреждающий о появлении в этой зоне подозрительного судна. Эти искажённые данные должны были внушить командиру «Сиднея» Барнетту, что неприятель находится где-то в стороне, а не поблизости. Затем команда «Корморана» имитировала пожар у себя на судне. В 17 часов 30 минут на «Сиднее» ещё считали, что перед ними находится обычное торговое судно под норвежским флагом. Оно еле-еле передвигалось и, по всей вероятности, терпело бедствие, так как передавало сигнал SOS.

Барнетт приказал приготовить к полёту морской самолёт «Вальрус» для поисков мнимого неприятеля. Затем передумал, когда увидел нарастающее облако дыма от немецкого рейдера. «Корморану» был подан сигнал идти на сближение. Полчаса спустя «Сидней» лёг в дрейф, остановил машины и начал готовить шлюпки для оказания помощи. У «норвежцев», решил командир, можно получить информацию о неприятельском корабле.

Он представлял собой идеальную мишень. Крейсер стоял, повернувшись бортом к «Корморану», на расстоянии всего 1100 метров. Барнетт был настолько уверен, что перед ним пострадавшее судно, что разрешил даже кокам выйти на палубу. Именно этого и ждали на «Корморане». Немецкий рейдер выпустил две торпеды, которые попали в цель, затем дал несколько залпов из всех орудий и пулемётов. Снаряды снесли рулевую рубку, вызвали пожары в кормовом отсеке и на куски разнесли самолёт «Вальрус». Когда на крейсере увидели, что на корме противника, окутанного клубами дыма, на смену норвежскому флагу взвился немецкий флаг, пустили в ход орудия главного калибра. «Сидней» сделал несколько залпов. В результате прямых попаданий в машинное отделение «Корморан» запылал, как бумажный склад, а его орудия были выведены из строя. Команда рейдера просигналила, что сдаётся. Перегруженные шлюпки, отбиваясь от огня, стали двигаться в направлении австралийского корабля в надежде, что их подберут.

И тут кто-то нанёс внезапный и страшный удар по «Сиднею» в него попала торпеда. Корабль переломился и исчез в пучине. Кто выпустил эту торпеду? Монтгомери утверждает совершенно определённо: японская подводная лодка, которая вышла в этот рейс специально для встречи с «Кормораном». Другими словами, Япония была тесно связана с фашистами задолго до нападения на Пёрл-Харбор. Ни один член команды «Сиднея» не спасся, так как с субмарины безжалостно расстреливали всех подряд, дабы никто не смог сообщить о её участии в сражении. Этот факт, по мнению Монтгомери, и может объяснить, почему члены команды немецкого рейдера на допросах давали путаные, двусмысленные ответы. Некоторые из них признавались, что боятся раскрыть всю подоплёку тех событий.

Но зачем Лондон окутывает завесой секретности эту историю? Потому, считает Монтгомери, что Черчилль и Рузвельт тоже замешаны в ней. Командование австралийским флотом подозревало с самого начала, что «Сидней» потопила японская подводная лодка, и направило эту информацию в британское адмиралтейство. Об этом узнал Черчилль. Известие пришло для него в критический момент. Англичане и американцы в то время вели тайные переговоры с Токио, в ходе которых добивались заключения с Японией временного пакта о нейтралитете.

Глава британского правительства информировал Рузвельта о причинах гибели крейсера «Сидней», но настоял, чтобы информация держалась в строжайшей тайне до окончания переговоров с японцами. Но отношения с японцами так и не заладились: через две недели, 7 декабря, Япония внезапным нападением на американскую базу Пёрл-Харбор на Гавайских островах активно включилась во Вторую мировую войну.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.