Бакунин Михаил Александрович

Бакунин Михаил Александрович

1814–1876

Европейский революционер, анархист, один из идеологов народничества.

Михаил Александрович Бакунин родился 18 мая 1814 года в деревне Премухино Новоторжокского уезда Тверской губернии, в семье родовитого дворянина, где, кроме него, были четыре сестры и пять братьев. Благодаря стараниям отца, Александра Михайловича Бакунина, человека европейски образованного, испытавшего влияние идей Руссо, личности детей формировались в атмосфере утонченных вкусов, искусства, литературы, любви, в общении с природой. Михаил прекрасно рисовал и музицировал.

В пятнадцать лет в 1829 году стал юнкером Петербургского артиллерийского училища, нравы которого не подходили хорошо воспитанному молодому человеку. Через три года он был произведен в прапорщики. Однако с первого офицерского курса Бакунина отчислили за нерадивость и дерзость, допущенную в отношении начальника училища; он был направлен на службу в армию, но через год, сказавшись больным, подал в отставку. Михаил Александрович решает посвятить себя научной деятельности.

С начала 1836 года Бакунин живет в Москве, периодически навещая родительское имение и Петербург. Он знакомится и часто сближается со многими известными представителями российской интеллигенции. Он — один из главных проповедников философского кружка Станкевича, вхож в знаменитый литературный салон Левашовой, в котором бывали Пушкин и Чаадаев. Поддерживает близкие, хотя и небезоблачные, отношения с Белинским, Боткиным, Катковым, Грановским. В 1839–1940 годах знакомится с Герценом, Огаревым. Со всей страстью отдается Бакунин изучению немецкой классической философии.

К началу 1840 года Бакунин окончательно утвердился в мысли уехать в Европу, в Германию. Главная причина — неистребимая и «неудовлетворенная потребность знанья жизни и действия». К тому же хроническими стали ссоры с ближайшими друзьями. 4 октября 1840 года на пристани в Кронштадте Бакунина провожал только Герцен, выделивший ему 2000 рублей бессрочного кредита. Отец в материальной поддержке сыну отказал.

За границей Бакунин «бросился в политику». Невероятно быстро расширяется круг знакомств и дружеских связей: лидер левых гегельянцев А. Руге, поэт-демократ Г. Гервег, проповедник утопического коммунизма В. Вейтлинг, композитор Р. Вагнер, французские социалисты П.Леру, Л. Блан, П.Ж. Прудон, коммунист Э. Кабе, деятели польского освободительного движения, А. Мицкевич. Десятки, сотни имен. Среди них — Карл Маркс, будущий идейный и политический противник, а пока вызывающий у Бакунина искреннее уважение и почтение.

В 1842 году у Михаила Бакунина сформировалось твёрдое желание навсегда остаться в Европе и не возвращаться в Россию.

В 1843 году начинаются гонения на Бакунина со стороны официальных властей, подстрекаемых царскими дипломатами. Он вынужден менять места жительства, страны. В январе 1845 года из газет Бакунин узнал об указе русского правительства, лишавшем его всех прав и заочно приговорившем его к каторжным работам в Сибири.

В феврале 1848 года во Франции началась революция, вскоре охватившая еще ряд стран континентальной Европы. Бакунин спешит в Париж. Позднее он так опишет этот «месяц духовного пьянства»: «Я вставал в пять, в четыре часа поутру, а ложился в два; был целый день на ногах, участвовал решительно во всех собраниях, сходбищах, клубах, процессиях, прогулках, демонстрациях; одним словом, втягивал в себя всеми чувствами, всеми порами упоительную революционную атмосферу». Особенно активно проповедовал Бакунин свои коммунистические, эгалитаристские и революционные идеи среди рабочих. Его энергия показалась опасной даже членам временного правительства, и они поспешили удалить его из Парижа, дав ему поручение в Германию и славянские земли. В июне 1848 года Бакунин принял активное участие в Пражском народном восстании. После подавления восстания в Праге Бакунин бежал в Германию.

В мае 1849 года он стал одним из руководителей восстания в Дрездене. После подавления восстания Бакунин бежал в Хемниц, где был арестован и был приговорён Саксонским судом к смертной казни. Он отказался подписать просьбу королю о помиловании, но смертная казнь всё же была заменена ему пожизненным заключением. Вскоре, однако, саксонское правительство выдало его Австрии, где он был в 1851 году вторично судим Австрийским судом и осуждён на смертную казнь за участие в Пражском восстании, и на этот раз заменённую пожизненным заключением. В этом же 1851 году он был выдан австрийским правительством царскому правительству России. Отбывал заключение в Алексеевском равелине Петропавловской крепости (с 1851 по 1854 год) и в Шлиссельбургской крепости (с 1854 по 1857 год).

Находясь в заключении в Петропавловской крепости, Бакунин написал по требованию российского императора Николая I своё произведение «Исповедь», в котором изложил свой взгляд на революционное движение и славянский вопрос.

В 1857 году после 7 лет заключения, уступая настойчивым хлопотам семьи Бакунина, Александр II разрешил перевести его на вечное поселение в Сибирь. Там он вскоре женился на дочери проживавшего по соседству в Томске обедневшего дворянина Квятковского — 17-летней миловидной девушке.

Осенью 1861 года Бакунин совершает смелый побег через Восточную Сибирь, Японию и Америку в Лондон, в объятия к Герцену и Огареву. Старые товарищи тут же приняли его в состав издателей «Колокола». Не успев еще толком оглядеться, Бакунин, по выражению Герцена, «запил свой революционный запой». Его энергия стимулируется известиями о возникновении в России тайного общества «Земля и воля» и о готовящемся восстании в Польше.

Герцен, Огарев и Бакунин были едины в своем отношении к польскому вопросу: независимость Польши необходима для освобождения самой России.

После отмены крепостного права Бакунин пишет статью о том, что Александр II не понял своего назначения и губит дело своей династии. Бакунин утверждал, что если бы царь искренно решился сделаться «земским царем», созвал бы земский собор и принял бы программу «Земли и воли», то передовые русские люди и русский народ охотнее всего пошли бы за ним, предпочитая его и Пугачеву, и Пестелю.

В сентябре 1864 года на конференции в Лондоне Карлом Марксом было учреждено Международное товарищество рабочих — I Интернационал. В 1868 году Бакунин вступил в основанный Марксом интернациональный союз рабочих.

Осенью 1868 года создается под руководством Бакунина «Альянс социалистической демократии» — малочисленная, но довольно энергичная полулегальная организация, имевшая свои секции в Швейцарии, Испании, Италии и Франции. Бакунину удалось летом 1869 года трансплантировать эту организацию в структуру Интернационала и существенно укрепиться в его Женевской секции.

Когда в Швейцарии появился Нечаев, сбежавший из России от преследования полиции по делу об убийстве студента Иванова, Бакунин безоглядно сделал ставку на Нечаева, которого мысленно уже представлял руководителем русской ветви своей организации. На самом же деле он сам оказался не более как инструментом в руках любимого «тигренка». Летом 1871 года, когда газеты опубликовали подробные отчеты открытого процесса над нечаевцами (одновременно жертвами обмана и кровавыми преступниками, убийцами своего засомневавшегося товарища), для определения руководителя «Народной расправы» у Бакунина нашлось только одно слово — «мерзавец». Но было поздно. Катастрофическим для Бакунина было изгнание его с позором из Интернационала в сентябре 1872 года.

Бакунин горячо приветствовал Парижскую Коммуну в качестве «ярко выраженного отрицания государства».

После многих разочарований в друзьях, очередных треволнений по поводу безденежья, заметного ухудшения здоровья Бакунин стал задумываться над подведением черты в своей беспокойной жизни.

Умер Михаил Александрович Бакунин 1 июля 1876 года в Берне, в Швейцарии, в больнице для чернорабочих, куда он был помещён по его настоянию. За неделю до смерти Михаил Бакунин перестал есть и пить. В ответ на предложение выпить чашку бульона, сказал: «Подумайте, что вы делаете со мной, заставляя меня его пить; я знаю, чего хочу». Но от гречневой каши не отказался: «Каша — это другое дело». Это были его последние слова. На его похоронах присутствовало более двух сотен человек: немцы, поляки, швейцарцы. Русских не было.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.