Глава 9

Глава 9

1

20 января 1961 года Джон Фицджеральд Кеннеди принял присягу и вступил в должность президента США. В своей инаугурационной речи но вый президент обратился к Советскому Союзу: «Давайте вместе исследовать космос…»

В это время Советский Союз уже запустил первый в мире искусственный спутник Земли, первым доставил на Луну вымпел с гербом Советского Союза, первым осуществил облет Луны и доставил на Землю снимки ее невидимой обратной стороны. Советский Союз готовил запуск первого в мире человека в космическое пространство.

Об этих словах нового президента США немедленно доложили Хрущёву. Тот только криво усмехнулся. Разумеется, призыв остался без ответа.

2

23 марта 1961 года во время тренировки погиб космонавт Валентин Бондаренко. Парню было всего 23 года. Об этом, понятно, пресса не сообщала. В это время был назначен окончательный срок первого полета человека в космос — апрель 1961 года.

3

Юрия Алексеевича упаковали в скафандр. Шлем белый, космический комбез оранжевый, ботинки черные. Красота.

На произведение искусства после его завершения всегда со стороны глянуть надо. Авось в последний момент подметишь какое упущение.

Осмотрели человека: красавец! Ну, все. Готов. Лети!

— Стой! — кричит главный конструктор Королёв. — Стой.

— Что не так, Сергей Палыч?

— Нельзя в таком виде человека в космос отправлять!

— Почему нельзя?

— Да вы на него полюбуйтесь! На кого похож?

— Как на кого? На первого космонавта планеты Земля!

— Хренушки! Года не прошло, как наши славные зенитчики первой ракетой сшибли американский разведывательный самолет U-2. Летчика-шпиона Пауэрса поймали, судили и посадили. Так вот, нашего первого в мире космонавта в его оранжевом наряде от американского летчика-шпиона не отличишь. Приземлится на парашюте, а пьяные мужики в патриотическом экстазе его на вилы поднимут.

— Ух ты. И вправду. Надо срочно звезду красную на шлем присобачить.

— Как ты ее присобачишь?

— Нарисовать!

— Художника! Художника сюда!

Ну где вы на космодроме перед полетом человека в космос, перед самым первым полетом в мире, прямо перед стартом, когда все уже готово, художника сыщете? Нет там места художникам!

Но у нас умеют. Когда захотят.

Тут же художника чуть ли не за волосья притащили: вот он, поганец, в каптерке грелся!

Окинул Сергей Палыч художника оценивающим взглядом: плюгавый какой-то. Ну, уж ладно. Какой есть.

— Краски где?

— Вот они!

— Кисти?

— С собой.

— Вот и давай, прямо на шлеме, прямо сейчас намалюй звезду! Да поскорей, человеку к звездам лететь пора.

— Не буду.

— Чего «не буду»?

— Рисовать не буду.

— Я тебе дам: не буду!! Я тебе покажу Кузькину мать! Почему не будешь?

— Человек в космос летит. Самый первый! Фотографией его веками и тысячелетиями потомки на всех континентах любоваться будут. И на его скафандре — кривая звезда! Не может художник вот так без трафарета прямо на шлеме, который уже на человека надет и потому шевелится, четко звезду нарисовать. Не может!

— Да. Дела.

— А если написать Сэ-Сэ-Сэр?

— Пиши!

4

Тому, кто страдает клаустрофобией, в космонавты лучше не записываться.

Старшего лейтенанта Гагарина спеленали в катапультируемом сидении, словно мумию дохлого фараона. Заточили, словно в узилище, в несокрушимый шар, заперли, — не выбраться. В этом положении ждать, пока завершится подготовка к пуску. Если грохнет — то все. А грохнуть очень даже может. Еще не прошло и полгода с того момента, как прямо тут рядом, на 41-й площадке, 24 октября 1960 года за 13 минут до первого старта сгорело наше новейшее межконтинентальное баллистическое Изделие 8К64.

Есть о чем подумать старшему лейтенанту. Главный конструктор Королёв уже запустил в космос семь точно таких шаров, но без человека на борту.

Первый корабль выполнил программу полета, но вместо спуска на землю ушел вверх — на более высокую орбиту. Если это случится сегодня, то смерть в ледяной пустоте будет долгой и мучительной. На этот случай у Гагарина — ПМ, пистолет Макарова.

Второй корабль, с двумя собаками вместо одного человека, грохнул на взлете. На 41-й секунде полета. Это лучший вариант. Тут мгновенная смерть без мучений.

Третий слетал в космос и благополучно вернулся. Пассажиры — две собаки. Белка и Стрелка.

Четвертый с двумя собаками взорвался на 115-й секунде полета.

Пятый взлетел почти в космос, но на орбиту не вышел. Приземлился совсем не там, где надо. Катапульта не сработала. Собаки перенесли чудовищные нагрузки и жесткое приземление. Но чудом остались живы. Человек при таких нагрузках и при таком приземлении выжить не смог бы.

Шестой с манекеном по имени Иван Иванович и собакой Чернушкой прилетел без проблем. Иван Иванович был катапультирован на заданной высоте. Парашют завис на дереве, напугав три соседние деревни: опять американского шпиона сбили, на дереве висит, не трепыхается! А конструкторам ясно, что был бы Иваныч живым, а не опилками набитым, то сманеврировал бы в воздухе, на дереве не повис бы, и все было бы прекрасно.

Седьмой корабль с таким же Иваном и собакой Звездочкой тоже благополучно вернулся из космоса.

А восьмым вместо собаки и предстоит лететь старшему лейтенанту Гагарину. Собачья работа в самом прямом смысле.

Зная о том, что варианты могут быть самыми разными, руководители Советского Союза заготовили сразу три разных заявления.

Первое — триумф: ура, человек в космосе!

Второе — обращение советского правительства к правительствам всех стран с просьбой об оказании помощи и содействия в поисках и спасении первого в мире космонавта.

Третье — траурное: при попытке первого полета в космос… гражданин Союза Советских Социалистических Республик старший лейтенант Гагарин Юрий Алексеевич… Светлая память навсегда сохранится в наших сердцах.

И самому Гагарину за два дня до старта… Это чтобы не в последний момент: напиши-ка, братец, письмо своей жене Валентине… Если гробанешься, это будет последней весточкой от тебя. И матери напиши.

Не забыты и дублеры. Одновременно с Гагариным в точно такой же оранжевый комбез нарядили и Германа Титова. Ему тоже в срочном порядке на шлеме написали «СССР». Его в том же автобусе к старту везли. Он будет сидеть в бункере до самого взлета ракеты. Если в последний момент что-то случится с Гагариным, к полету немедленно готов Титов. Потому и ему тоже за два дня до старта была предоставлена возможность написать прощальное письмо жене и матери.

Второй дублер Григорий Нелюбов в комбез не упакован. Но он тоже тут. Если что-то случится и с Гагариным, и с Титовым, то старт отложат на шесть часов. И первым в космос полетит Нелюбов. Потому и он заранее заочно простился с родными и близкими. Все три конверта были опечатаны и заперты в сейфе генерал-полковника авиации Каманина, заместителя Главнокомандующего ВВС по космонавтике.

И вот Гагарин заперт в спускаемом аппарате. Подготовка к старту продолжается.

Тикают часы. Ждет старший лейтенант Гагарин. А они тикают. Время от времени с ним говорит главный конструктор Королёв Сергей Павлович:

— «Кедр», я — «Заря один». Как самочувствие?

— «Заря», я — «Кедр». Чувствую себя хорошо.

Снова тишина и молчание. А ведь может и грохнуть. И в любой момент. Тяжеленный шарик ляпнется на землю с огромной высоты в ревущее пламя ракетного топлива.

И, отгоняя глупые волнения, старший лейтенант мурлычет модную песенку:

Ландыши, ландыши,

Светлого мая привет,

Ландыши, ландыши —

Белый букет.

Потом переходит на народный вариант:

Заберемся в камыши,

Нагребемся от души,

На хрена нам эти ландыши…

Каждый вздох космонавта фиксируется. Это бесценный материал, который потом будет обрабатываться целыми научными институтами. И планета Земля напоминает об этом своему сыну:

— «Кедр», я — «Заря один». Слышу вас хорошо.

Ах, да. Запись-то идет.

— «Заря», я — «Кедр». Вас понял.

И снова нудное изматывающее ожидание возможной катастрофы: за 13 минут до старта или на 41-й секунде полета. Официальная, экспериментально определенная надежность системы чуть ниже 43 %.

Потом было бессмертное гагаринское «Поехали…».

А народную песню «Заберемся в камыши» советские космонавты исполняли перед каждым стартом.

5

Хрущёв министру обороны Маршалу Советского Союза Малиновскому в трубку:

— Родион Яклич, ты меня слышишь?

— Слышу, Никит Сергеич, здравствуйте!

— Родион Яклич, парень-то летит!

— Летит, Никит Сергеич!

— А почему старший лейтенант?

— А кем же ему быть?

— Да ты подумай! Первый! В космосе!

— Ну, так я ему капитана присвою!

— Какой на хрен капитан!

— Хорошо. Пусть будет майором. Приказ сейчас подпишу.

— Ну и жлоб же ты, Родион Яклич.

А в эфире Левитан:

— Говорит Москва. Говорит Москва. Работают все радиостанции Советского Союза! Московское время 10 часов 2 минуты. Передаем сообщение о первом в мире полете человека в космическое пространство. 12 апреля 1961 года в Советском Союзе выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник «Восток» с человеком на борту. Пилотом-космонавтом космического корабля-спутника «Восток» является гражданин Союза Советских Социалистических Республик летчик майор Гагарин Юрий Алексеевич…

И ему на орбиту в 10 часов 18 минут капитан В. И. Хорошилов открытым текстом:

— «Кедр», я — «Весна». Товарищ майор, как самочувствие?

Ответа не последовало. На этом связь с космическим кораблем оборвалась.

6

Главный конструктор ракетно-космических систем Королёв Сергей Павлович сидит за столом, опустив голову. Опустошение полное и абсолютное. Корабль должен был выйти на орбиту на высоте 230 километров, его вынесло на 327. Это не катастрофа. Это нечто близкое к ней. Ясно, что приземлится он не в расчетной точке. Это не страшно. Найдем. Только бы во время торможения понесло бы его к земле, а не в обратную сторону. Только бы не в обратную. И чтоб потом приземлился. Чтоб только приземлился. Океан волнений позади. Океаны впереди.

7

Понесло шарик крутить сразу во всех плоскостях. Вертит майора, словно в американской стиральной машине на выставке в Сокольниках. Налились руки и ноги не свинцовой, но урановой тяжестью, померк свет в глазах, голова чуть не тонну весит, точно каменное ядро от Царь-пушки. Того гляди оторвется.

Вдруг полегчало. Вдруг свист да пламя бордовое за шторкой иллюминатора. Шторка закрыта, но бордовый отсвет все равно по краям проступает. Летит шарик, словно звездочка, с неба сорвавшаяся. Со стороны, наверное, красиво смотрится. Вышибли заряды крышку люка, грохнула катапульта, вылетел майор из космического корабля, словно пробка из бутылки шампанского. С шорохом развернулся над ним оранжевый, как и он сам, купол, хлопнул, воздухом наполнившись, тряхнул майора.

И распахнула планета свои объятия.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.