г. Часть 1. Детство, молодость, брак

г.

Часть 1. Детство, молодость, брак

Вначале эта книга, весьма роскошно напечатанный том, изданный в 1906 году, не привлекла большого внимания, хотя непосредственно после ее выхода, была напечатана анонимная брошюра, критиковавшая эту биографию Маты Хари как нагромождение лжи, и таким образом, оказавшаяся началом дискуссий вокруг ее имени. Поговаривали, что автором этой брошюры был бывший супруг танцовщицы. Вплоть до недавнего времени, тем не менее, об этом редком фолианте знали только благодаря перепечаткам в голландской прессе отрывков из него по случаю шпионского процесса Мата Хари в Париже в 1917 году, которые вполне удовлетворили общее любопытство, и теперь лишь недавнее издание подготовленных при участии отца танцовщицы дополненных мемуаров вызвало к нему интерес публики. Так как у всех в памяти еще свежа была сказочная судьба этой незаурядной женщины, которая начала жизнь как дочь почтенного бургомистра маленького голландского городка, вышла замуж за офицера своей страны, расторгла этот брак, который очень скоро оказался несчастным, затем, следуя темным инстинктам, превратилась в обнаженную танцовщицу в Париже, где мир пал к ее ногам – великой танцовщицы и великой куртизанки и где авторитеты науки и искусства так долго видели в ней настоящую индуску. Также и в годы войны она не отказалась от своих космополитических наклонностей, которые вели ее из Парижа в Лондон, из Рима в Мадрид, из Вены в Петербург, вследствие чего она с 1915 года попала у французов под подозрение за шпионаж и была расстреляна ими осенью 1917 года в Венсене около Парижа по приговору военного суда. Заголовок мемуаров не очень точен. Отец танцовщицы – это не их автор, хотя он и хотел, чтобы его рассматривали в этом качестве. Он, самое большее, их издатель, редактор и комментатор. Да он и сам сделал краткое признание в предисловии: «Моя дочь писала первые главы этой книги совершенно сама. Для составления последних глав у нее не было времени. Она посылала их мне в проекте из Америки и просила меня, чтобы я их закончил».

Как бы то ни было, подлинные главы, написанные самой Матой Хари, демонстрируют действительно настоящую откровенность, настоящую гордость и свежесть, которые напрочь отсутствуют у глав, написанных ее отцом. Я знаю книгу, однако, только по очень сокращенному, хоть, без сомнения, и добросовестному переводу; но уже после этой пробы мне стало ясно, что она лишена тех многих тонких маленьких черточек, в которых заключается настоящее обаяние таких книг-исповедей.

«Я признаюсь» – сказала автор, начиная эту запись на борту парохода, который вез ее в поисках богатств и приключений в Нью-Йорк, – «да, я признаюсь, я родилась не на Яве. Я увидела свет в Лееувардене 7 августа 1876 года. Мой отец очень известный во Фрисландии купец, моя мать дама большого стиля, в равной мере красивая и богатая». Не без умиления вспоминает она свое детство в замке Каммингха и с удовольствием вспоминает своих любимых маленьких белокурых подруг, среди которых восхитительная кукла с глазами из делфтского фарфора и пухлыми губками, по имени Мари Стар Бюсман была самой любимой. Это райское существование внезапно прерывается суровой рукой судьбы: она лишает в 1890 году девочку ее «почитаемой маленькой мамы». Почтенный вдовец не мог и подумать самостоятельно позаботиться о достойном и благовоспитанном воспитании своей дочери. Он передает ее строгой монастырской жизни, чтобы она там получила соответствующее воспитание, достойное ее имущественного и общественного положения в ожидании достижения брачного возраста.

Через четыре года, во время каникул, юная дама в первый раз встречает ее будущего супруга. Он давно уже не молодой человек, но он носит мундир капитана с такой непринужденностью и элегантностью, что по его пути на улицах столицы Гааги все молодые голландки поворачивают ему вслед голову, если не сразу теряют ее совсем. Мата, или скорее Маргарета Гертруда влюбилась в него с первого взгляда. «Особенно его возраст», говорила она сама, «вызывал во мне еще большую любовь к нему». 30 марта 1895 года в Амстердаме состоялось их бракосочетание с торжественной свадьбой. Затем молодожены поехали в Висбаден, чтобы провести там медовые месяцы на тихой вилле.

Но солнечный свет счастья на небе этого брака слишком скоро уже начал бледнеть. Действительно все несчастья мира, кажется, поклялись преследовать бедного ребенка, который отдал свое имущество, свои надежды и свою красоту на милость бессердечного человека. Сначала это была родственница ее супруга, тетя Фрида: она неограниченно господствует в доме, который молодые супруги занимают после возвращения из Висбадена. Эта тетя с ее вопросами вмешивается во все, все время мелочно придирается к ним, наконец, положение становится настолько невыносимым, что Маргарета Зелле и ее супруг решают снять квартиру для себя в самых новых городских кварталах Амстердама. Еще раз счастье вспыхивает, разумеется, на мгновение, как молния, в этом доме. Супруг представляет свою жену при дворе, где странная красота этой фризки, которая по таинственной причине имеет лицо индуски, вызывает сенсацию. Жар ее глаз действует как колдовство и прославляет ее.

Тот, кто ее знал, уверяет, что в этой женщине до смерти сохранилась магнетическая сила, покоряющая людей. С радостью и гордостью вспоминает Мата Хари дни, когда она имела честь появляться перед Их Величествами, но почти безразлично рассказывает она о рождении своего сына Нормана, который появился на свет еще в 1895 году и умер на 3 года позже, отравленный яванской служанкой. Никакого чуда! Так как это материнство, от которого она ожидала укрепления и духовного углубления ее брака, служит только для того, чтобы все больше ослаблять их и полностью сбить капитана с дороги супружеского долга. Он почти никогда больше не бывает дома и проводит жизнь с легкомысленными мужчинами и проститутками. Он становится игроком, закоренелым должником и приводит, наконец, себя и свою жену к краю пропасти. Эти воспоминания кажутся танцовщице особенно мучительными, когда она в мемуарах говорит об этом; вспыхивает вся ее гордость, и она восстает против этих унижений; настойчиво подчеркивает свое происхождение не только из богатой, но и из аристократической семьи; о неравном браке, поэтому не могло быть и речи. «Моей бабушкой», говорит она, «была баронесса Маргарета Вейнберген». Также и капитан МакЛеод, как она тут же добавляет, был благородного происхождения, племянник адмирала, и его род играл значительную роль в самой славной эпохе шотландской истории. Но ни это, ни что-нибудь другое не давало ему право обращаться с богатой наследницей из благородного дома как со служанкой. Нет, еще гораздо хуже! Служанку, даже самую низкую, не посылают к друзьям, чтобы занимать у них деньги, да еще приказывают ей подавить любое чувство стыда, если это оказывается необходимым для получения денег… И Мата Хари определенно называет некоего Калиша, который полностью был очарован ее глазами и которого она должна была посещать, чтобы «выцеживать» определенную сумму для ее мужа. «Но», добавляет она, «я получила несколько тысячегульденовых купюр и не изменила при этом своему мужу».

После этих неприятных событий пара несколько внезапно появляется на Яве. Капитан служит там в колониальной армии, а будущая звезда европейских варьете рожает дочь: Иоханну (Жанну) Луизу.

Вскоре после этого маленький Норман совершенно неожиданно и необъяснимо умер ужасной смертью. Об этом событии рассказывали удивительные вещи. И особенно конец истории оформили максимально романтично. Говорили, что Маргарета Гертруда, узнав, благодаря помощи предсказателя, что ее ребенок был отравлен местной служанкой, решилась не обращаться в суд, а задушила отравительницу собственными руками. Тем не менее, в мемуарах сказано, что несчастная мать узнала точную причину смерти ребенка только, когда служанка на смертном ложе призналась ей в своем преступлении.

После этой трагедии супружеская пара МакЛеод переехала в Бенджо-Биру, вблизи от Семаранга на Яве. Там теперь ревновала уже не жена, а, скорее, муж. Но она уверяет, эта ревность была бы абсолютно беспричинна. Она энергично подчеркивает, что позже, во время бракоразводного процесса не было представлено ничего, в чем можно было бы обвинить ее как супругу.

Все более отвратительным становится существование для этой женщины, вынужденной жить вдали от родины, без помощи, почти без знакомств, полностью во власти жестокого настроения безнравственного и бессердечного мужчины. С холодностью, которая выдает гнев ее униженной и оскорбленной души, она пишет: «В Бенджо-Биру муж впервые бил меня хлыстом». С этого дня жалобы о плохом обращении становились в ее письмах к отцу столь частыми и серьезными, что господин Зелле посчитал себя вынужденным подать формальную жалобу против своего зятя в колониальный суд Явы. В то же самое время он дал дочери совет, она могла бы подобрать свидетелей перенесенных избиений; с их помощью она легко бы добилась развода. Когда гордый офицер узнает об этом, он совершенно выходит из себя. Вместо того, чтобы успокоиться, он грозит жене теперь не только хлыстом, но и револьвером; в письме от 3 августа 1901 года госпожа МакЛеод описывает сцену, где ее дикий тиран сначала плюет на нее, потом таскает за волосы по всему дому, и, наконец, действительно угрожает ей заряженным револьвером. И теперь она называет мотив этого поведения. Ее мучитель влюблен в другую женщину и хочет получать назад свою свободу, даже ценой убийства. «Он сам признался мне в этом», добавляет она, «так что я больше не была уверена, что останусь жива с ним, если мы как можно быстрее не разойдемся». В то же самое время и на ее маленькую дочь нападает ужасная кожная болезнь, которая покрывает все тело ребенка гнойниками. Голландская колония, естественно, постепенно узнает о событиях в доме капитана и вовсе не скрывает от него заслуженное презрение и неодобрение. Наконец, их жизнь в такой ограниченной местности, где все знакомы, становится невыносимой. МакЛеод, переведенный в резервный полк, решает вернуться в Амстердам.

Там по иску супруги начинается бракоразводный процесс. Год 1901 подходит к концу. Как ни странно, но супружеская пара остается вместе в ее нынешней ненависти, они даже снова устраиваются у мелочной и сварливой тети Фриды. Но жизнь постоянно пьяного супруга через несколько недель превращается в непрестанный скандал, что принуждает обоих, найти себе более тихое убежище. Так они переезжают в дом 188 по улице Ван Бреестраат. И тут несчастья сыплются градом, одно за другим. 26 августа МакЛеод выходит, якобы, чтобы отправить письмо на почте; он берет с собой больную маленькую дочь. Он больше не возвращается… Это приводит мать в состояние безумного страха с плохими предчувствиями. Вскоре она выбивается из сил, не знает, где искать ее ребенка, а ее деньги заканчиваются. В поспешности она продает несколько драгоценностей и идет к своей тете, баронессе Свеертс ван ден Ланден, которая живет в Арнеме, замужем за банкиром Гудфриндом. С помощью прокурора Эдуарда Филипса заявление на немедленный развод подается ею в Амстердаме (27 августа). По решению суда (30 августа 1902 года) Мата Хари получает право жить со своим ребенком у ее тети в Арнеме, не будучи обязанным принимать у себя супруга. Супругу присудили выплату алиментов своей бывшей жене в сумме 100 гульденов ежемесячно. МакЛеод, который тотчас привел молодую девку к себе на Ван Бреестраат, не заплатил ни разу.

Несмотря на склонность к выпивке и при всем своем моральном ничтожестве МакЛеод точно знал лицемерный и фарисейский образ мыслей своих сограждан. Потому что это был, пожалуй, довольно сильный удар, когда он заявил в газетах, что он ни при каких обстоятельствах не станет оплачивать возможные долги его жены. Ведь она, по его словам, покинула супружескую квартиру только по своей собственной инициативе. Тотчас бездушные дамы города запирают все двери перед несчастной Маргаретой. И наихудшее состоит в том, что ее собственная тетя, добродетельная баронесса ван ден Ланден, просит Маргарету покинуть ее дом. 10 декабря 1902 года наследница богатого купца Зелле с ребенком оказывается на улице. У нее нет самого необходимого, все ее наличные деньги составляют три с половиной гульдена.

Что делал в течение этого времени отец будущей звезды? До сих пор мы видим, что он не давал о себе знать, и не появлялся в тех случаях, когда его помощь могла бы быть как посланная провидением. Но внезапно мы находим бедняжку в отцовском доме в Гааге, и она принимает твердое решение стать танцовщицей. Благодаря заботе и денежной поддержке отца Мата Хари впервые в 1903 году попадает в Париж.