Войны князей

Войны князей

Усобицы, в которых самое активное участие принимали половцы, возобновились еще при жизни великого князя киевского Мстислава Великого. Непрерывные войны, в ходе которых князья при поддержке степняков стремились захватить престижное киевское княжение, настолько разорили лесостепное пограничье, что народ стал уходить из этих мест туда, где поспокойнее. Особенно привлекали переселенцев плодородные земли Северо-Восточной Руси, надежно защищенные от кочевников непроходимыми Брынскими (Брянскими) и Муромскими лесами. Кроме того, в Ростово-Суздальской земле правили потомки Владимира Мономаха, сильные князья, выступавшие в усобицах чаще не обороняющейся, а нападающей стороной.

Новую роль обрели Новгородская земля на севере и Галицко-Волынское княжество на западе. Их возвышению (и утрате позиций Клева) в немалой степени способствовали прочные торговые связи с Европой. К тому же появление воинственных половцев в степях и турок-сельджуков на границах Византии привело к сокращению торговли с Востоком. Все меньше караванов проходило через Киев и другие южнорусские княжества.

Однако нельзя считать эту эпоху временем упадка. Обособление русских земель друг от друга вело к заселению еще неосвоенных территорий, дальнейшему развитию внутренней торговли. Повсеместно, за исключением степного пограничья, строились новые города, прокладывались дороги. Археологи обнаружили около полутора тысяч укрепленных поселений X–XIII веков. Разумеется, многие из них были всего лишь крепостями и просуществовали недолго. Но в городах, которых было около 150 (почти треть из них возникла в те времена, когда Русь была разделена), кипела жизнь, они активно застраивались и расширялись. Не случайно в эту эпоху были созданы великие памятники русского зодчества.

Всего за сто лет, с середины XII до середины XIII века, площадь укрепленной территории Киева возросла в четыре раза и занимала более 300 гектаров. Полагают, что в 1240 году, когда город взяли войска Батыя, население Киева превышало 50 тысяч человек. За пределами городской черты располагались монастыри и укрепленные княжеские замки. К городским валам и стенам примыкали обширные посады и сельская округа, в которой могло быть до 500 деревень. К началу XIII века во всей Руси насчитывалось более 70 тысяч деревень, хотя, конечно, располагались они крайне неравномерно и сильно различались размерами.

Двор удельного князя. Художник А. М. Васнецов

Начиная с середины XII века русские князья были поглощены борьбой за Киев. Претендовали на престол две ветви потомков Владимира Мономаха. Младший сын Мономаха Юрий Долгорукий, чьи владения находились в Северо-Восточной Руси, в конце концов одержал верх и три года правил в Киеве вплоть до своей смерти в 1157 году. Поговаривали, что его отравили: киевляне не любили его и, когда он умер, разграбили княжеские хоромы.

Главной заслугой Долгорукого считают вовсе не захват киевского стола, а укрепление Ростово-Суздальского княжества. Юрий Долгорукий решительно отказался от борьбы с половцами (изматывая своими набегами южные княжества, они стали его союзниками), обратив свою политику на север и восток. Он воевал с Волжской Булгарией и Новгородом за контроль над торговыми путями. Эту политику продолжил и его сын Андрей Боголюбский, крепко державший ключ от торгового пути по Волге.

В жизни Юрия Долгорукого было одно знаменательное событие, которому он, наверное, даже не придал значения. Как-то в 1147 году он заехал в городок на Москве-реке, место встречи с одним из его союзников, чернигово-северским князем Святославом Олеговичем (отцом князя Игоря, о котором повествует «Слово о полку Игореве»), а незадолго до смерти распорядился этот городок укрепить. События эти были отмечены в летописи, и 1147 год принято считать датой основания Москвы, хотя археологические раскопки показывают, что город к этому времени существовал не менее 50 лет, а многочисленные поселения в историческом центре современной Москвы – еще дольше.

После смерти Юрия Долгорукого киевский стол оказался свободен. До конца XII века киевляне, стремясь избежать борьбы за свой город, которая всякий раз заканчивалась его разорением, одновременно приглашали князей от двух соперничавших партий. Тот князь, что считался старшим, жил в Клеве, а другой – в одном из княжеских замков неподалеку. Считалось, что они проводят согласованную политику. Главным ее направлением было противодействие половцам, поэтому Киев постоянно координировал свои действия с Переяславлем. Значительные силы отвлекала и борьба с Владимиро-Суздальским княжеством, которое и после смерти Юрия Долгорукого всеми силами стремилось подчинить себе Киев. В 1169 году город захватил княживший в Ростово-Суздальской земле Андрей Боголюбский. Возмущенный летописец рассказывает об этом как о полной катастрофе, но на самом деле грабеж, учиненный войсками Андрея и приведенными им половцами, не нанес большого ущерба. В последующие годы в Клеве ведется летописание, строятся храмы, организуются походы на половцев. Но Клев перестал быть общерусской столицей: отдав город своему младшему брату Глебу, сам Андрей принял титул великого князя и вернулся во Владимир-на-Клязьме.

В последующие несколько десятилетий история Руси представляет собой череду альянсов и войн за политическое господство. Говорить о каком-либо единстве не приходится, оно становится недостижимым идеалом, который оплакивает «Слово о полку Игореве»: даже внешняя опасность не способна объединить князей. Между тем половцы, могущество которых было серьезно подорвано походами Владимира Мономаха, почувствовав слабость враждующих между собой княжеств, вновь устремили взоры на Русь.

Княжеский дружинник

К середине XII века половцы стали не столько врагами, сколько союзниками. У каждого князя были «свои» половцы, с которыми его связывали договорные обязательства, брачные и дружеские узы. Такие прочные связи существовали не только у князей. Десятилетия войн, сопровождавшихся массовым захватом пленных, привели к тому, что к середине XII века на Руси и в пограничных степях жило множество половцев, а в половецких кочевьях – славян. Были в степях и поселки вольных русских поселенцев – так называемых «бродников», из потомков которых многие годы спустя стало формироваться казачество. И в степи, и на Руси звучала русская и половецкая речь. Половцы целыми родами принимали христианство, причем те, что кочевали в западных степях, – католичество.

Князья давно приглашали кочевников на свои земли. Так, еще в конце XI века киевские князья позволили поселиться по реке Рось торкам, печенегам и берендеям, которых половцы изгнали из степей. За землю они были обязаны киевским князьям военной службой. В середине XII века поселенцы образовали племенной союз, известный как «Черные клобуки». Несмотря на трения с киевскими князьями (в 1121 году часть торков и печенегов ушла от Владимира Мономаха, который слишком жестоко приводил их к покорности), они всегда оставались верными их вассалами – зачастую более честными, чем русские князья, готовые предать сразу же после крестного целования. Расселяли враждебных половцам кочевников на Черниговском и Переяславском пограничье и даже вдалеке от границ – во время войн Юрия Долгорукого и Андрея Боголюбского за Киев часть берендеев была расселена во Владимиро-Суздальской земле. «Черные клобуки» сражались против половцев вместе с русскими войсками. Одновременно в середине XII века многие русские князья действовали против своих соперников в союзе с так называемыми «дикими половцами» (то есть не входящими в крупные половецкие политические объединения). Эти кочевники не были вассалами и участвовали в походах лишь ради добычи.

Поход князя Игоря

Начиная с 1170-х годов и вплоть до конца XII века половцы, воспользовавшись беспрерывными усобицами русских князей, усилили натиск на Русь. Вначале они не были объединены, так что у русских князей оставалась свобода политических и военных союзов. Но в 1172 году у половцев появился новый вождь – Кончак, стремившийся собрать под свое начало несколько половецких орд. К концу 1170-х годов в степи ему не было равных. Поначалу он ограничивался лишь небольшими походами на русские княжества, но со временем включился в борьбу русских князей за киевский стол. История этой долгой и, в общем, бессмысленной войны, поскольку киевский стол уже утратил свое политическое значение, важна для нас потому, что в ней принимал участие северский князь Игорь Святославич и другие герои «Слова о полку Игореве». Главным же итогом войны стало разорение южнорусских княжеств и окончательное отделение Руси от приазовских и причерноморских земель. К концу XII века Тмутаракань – уже «земля незнаемая», а лесостепи между Северским Донцом и Доном постепенно обращаются в «Дикое поле». Установив господство в степях, Кончак не пропускал через свои земли русские войска, однако купеческие караваны из Руси в Закавказье проходили беспрепятственно.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.