От автора

От автора

Я не ставил своей целью исследование военных сражений. Обычно в военно-исторических трудах описываются действия воинских частей, соединений, рассказывается, как ими руководили генералы. В них почти не говорится о том, что делали, видели, думали и чувствовали отдельные солдаты в тех или иных боях или сражениях. Меня же интересует именно это. В своей книге я старался передать впечатления людей, которые высаживались на побережье Нормандии, выбрасывались на парашютах, а также рассказать, как под огнем противника производилась высадка войск с десантных судов.

Несомненно, что впечатления о таком огромном сражении, в котором принимали участие десятки тысяч людей, у разных участников разные. Я старался выбрать наиболее яркие и в то же время наиболее типичные случаи.

Многие участники вторжения в Нормандию могут не встретить в этой книге названий своих частей и соединений и не найти подробного описания именно тех событий, очевидцами которых они были. Я надеюсь, они поймут, почему это так, — ведь обо всем не напишешь, а им будет интересно прочитать о том, как действовали другие люди в день вторжения. Я опустил многие подробности этих событий, но зато рассказал значительно больше о высадке в Нормандии, чем знал о ней каждый участник в отдельности.

Главные герои этой книги поведали мне о том, что они видели, пережили, и запомнили. Большую помощь оказали мне старшие офицеры военных управлений и организаций ветеранов войны Америки, Англии и Германии, а также мэр города Сент-Мер-Эглиз. Всем этим людям я выражаю свою глубокую признательность.

Беседуя с людьми, о которых я написал в книге, а также со многими другими участниками событий, происшедших утром в день высадки в Нормандии, я замечал, насколько различны их впечатления. Рассказы некоторых из них расходятся с официальными донесениями, и это естественно: бывалый солдат и еще не обстрелянный новичок воспринимают ход военных действий по-разному.

Я думаю, что в общем вторжение в Нормандию описано у меня правдиво и более или менее точно, хотя некоторые подробности имеют субъективный характер.