4.3. НОВОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД

4.3. НОВОВАВИЛОНСКИЙ ПЕРИОД

После погрома 689 г. до н. э. Вавилон был заново отстроен и уцелевшим крупным землевладельцам вернули их поместья, правда, уцелели немногие, и большая часть земель была наново поделена между бедняками[555]. Источники отмечают чрезвычайно низкую цену земли в Вавилонии этого времени – явление, характерное для периода восстановления[556]. Войны с Ассирией привели к новому разорению страны в 648 г., а затем в 626-612 гг. до н. э. Процесс восстановления возобновился в правление царей Набопаласара (626-605 гг. до н. э.) и Навуходоносора II (605-562 гг. до н. э.); в это время ремонтировались старые и строились новые каналы, в числе построенных был магистральный канал Паллукат, ставший основой обновленной ирригационной системы Двуречья. Строились новые крепости и укрепленные линии, защищавшие границу от мидян и персов. «В стране я навел порядок, я дал процветать народу», – говорит Навуходоносор в одной из своих надписей[557].

В 597 и в 587 гг. до н. э. Навуходоносор переселил в Вавилонию 12 тыс. пленных иудеев с семьями и поселил их на запустевших землях вокруг Ниппура – таким образом, в это время в стране было много свободных земель[558]. Затем переселения прекратились; население постепенно увеличивалось – об этом говорит быстрый рост Вавилона, который еще недавно лежал в развалинах, а к концу столетия стал крупнейшим городом мира: Вавилон имел площадь 2500 акров и более полумиллиона жителей. Это был не единственный крупный город Двуречья: площадь Урука достигала 1100 акров, а население этого города составляло, вероятно, около четверти миллиона[559]. Города Вавилонии были крупнейшими ремесленными центрами, вавилонские ткани и одежду вывозили за пределы Двуречья[560]. VI в. до н. э. был отмечен невиданным до тех пор расцветом деловой активности, от этого времени остались тысячи документов, количество которых само по себе свидетельствует о размахе и динамике частного предпринимательства. Документы посвящены купле-продаже, займам, найму рабочей силы; по большей части они имеют стандартные формы и принадлежат крупным торгово-ростовщическим домам, к примеру, дом Эгиби имел 48 поместий, многие сотни арендаторов и рабов, но при этом основной капитал заключался в деньгах, используемых в банковских операциях. По-видимому, в этот период можно говорить о появлении банков, выполняющих прием и выдачу вкладов, безналичный расчет, оплату чеков и другие финансовые операции[561]. Однако масштабы деятельности частных банков намного уступали масштабам деятельности храмов, представлявших собой огромные корпорации, распределение доходов которых производилось согласно пребендам, превратившимся к этому времени в своеобразные «акции» частной фирмы[562]. Храмы владели едва ли не большей частью земель и большим количеством храмовых работников «икарру», но не занимались непосредственной организацией хозяйства. Земля и рабы сдавались крупным арендаторам, которые обрабатывали землю, создавая из «икарру» рабочие отряды, отряд состоял обычно из 3–4 человек, которые обслуживали большой плуг с упряжкой из шести быков, такой плуг мог вспахать поле в 40 га. Подобно «гурушам» древних времен «икарру» были прикреплены к храму, по воле храмового начальства они могли быть переведены в другую местность и на другую работу, так же как гуруши, храмовые работники обеспечивались продуктовым содержанием, в 540-х гг. оно составляло 4 кура ячменя в год (2 литра, или 1,24 кг, в день). При всем этом «икарру» не считались рабами, они платили налоги и имели семьи[563].

Помимо крупного землевладения храмов существовало и мелкое землевладение простых граждан. Крестьяне владели участками в несколько гектар, иногда в полгектара, эти участки свободно продавались, подати составляли десятину для царя и десятину для храма, кроме того, граждане несли военную и строительную повинность[564]. В городах продолжали существовать местное самоуправление и народные собрания; главную роль в городском самоуправлении играли держатели важных храмовых должностей-пребенд, их называли «великими» и «благородными». Как и в предыдущий период, вавилонские цари не обладали большой властью, они выступали главным образом в качестве военачальников. Царская власть не наследовалась, когда армия возвела на престол сына Навуходоносора Амель-мардука, он был свергнут и убит олигархами, аналогичная ситуация повторилась в 556 г. до н. э.[565]

Необходимо отметить, что в VI в. до н. э. еще существовали этнические отличия между коренными вавилонянами и халдеями. Халдеи составляли значительную часть крестьян-собственников и преобладали в армии, так что борьба между олигархией и опирающимися на армию царями имела определенный этнический оттенок[566].

Вавилонская армия была непохожа на регулярную армию Ассирии – это было ополчение крестьян и ремесленников. На войну должны были идти те, кто обладал определенным имущественным цензом и мог приобрести снаряжение за свой счет. Но многие из крестьян неохотно оставляли ради войны свои хозяйства, тем более что мирная земледельческая жизнь не способствовала воспитанию военных качеств. В силу этих обстоятельств вавилонская армия не отличалась высокой боеспособностью, она иногда терпела поражения от египтян и не могла противостоять мидянам или персам, обладавшим новым оружием – конницей. Вавилоняне понимали это и возлагали надежды на крепостные стены; чтобы остановить постоянно ожидаемое вторжение, они построили Мидийскую стену между Тигром и Евфратом, но в конечном счете завоевание страны могущественными варварами было лишь вопросом времени[567].

Между тем в середине VI в. осложняется экономическое положение, появляются первые признаки начинающегося Сжатия. Имеются сведения о продаже земель разорившимися крестьянами, о распространении аренды (арендная плата составляла 1/3 урожая), о сотнях (если не тысячах) наемных рабочих в храмах и о рабочих забастовках[568].

«Аграрная история Нового Вавилона – это история разорения мелких землевладельцев и роста крупной собственности на землю, – констатирует В. А. Белявский. – В условиях господства частной собственности на землю главным бичом мелкого землевладения было измельчение парцелл. В результате раздела между сыновьями-наследниками они дробились на части. Через три-четыре поколения даже относительно крупные имения мельчали настолько, что дальнейший раздел становился невозможным и наследники были вынуждены продавать землю»[569].

В 546-544 гг. до н. э. в Вавилонии был большой голод; родители, которые не могли прокормить детей, отдавали их в храмы. Появляются свидетельства о бегстве иккару, которые объединялись в банды и нападали на богатых граждан[570]. Одна из надписей царя Набонида (556-539 гг. до н. э.) говорит, что люди «пожирали друг друга, как собаки», другая добавляет, что «сильный грабил слабого»[571].

Ухудшается военная обстановка: персы, овладев Мидией и Лидией, угрожают Вавилону. В этой ситуации цари-соправители, Набонид и Валтасар, начинают наступление на храмовую олигархию; их целью является овладение богатствами храмов, очевидно, с целью увеличения военных расходов и поддержки крестьян, составлявших основу армии. История как будто повторяется: Набонид и Валтасар идут по пути Саргона Великого и ассирийских царей. Подражая Тикульте-Нинурте I, Набонид покинул Вавилон и основал новую столицу, Тейму В крупнейшие храмы были назначены «царские кураторы», контролировавшие храмовое хозяйство и забиравшие часть доходов в царскую казну[572]. Передел храмовых доходов в пользу царей был равносилен частичной конфискации богатств олигархии и установлению этатистской монархии.

В 540 г. до н. э. в Вавилонию вторглась огромная персидская армия во главе с царем Киром. Ненавидевшие Набонида олигархи изменили царю, некоторые наместники перешли на сторону персов. Вавилоняне были разбиты в сражении при Описе, в октябре 539 г. Кир вступил в Вавилон. «Улицы перед ним были устланы ветвями», – говорит хроника. Сын Кира, Камбиз, с соблюдением всех ритуалов был избран царем Вавилона, большая часть должностных лиц осталась на своих местах, официальная хроника изобразила дело так, будто не было никакого завоевания[573].

Деловая жизнь Вавилона не испытала никаких потрясений от персидского завоевания. Однако надежды олигархии на то, что Кир вернет ей утраченную власть над храмами, не сбылись: Кир не отменил нововведений Набонида[574]. Между тем Сжатие нарастало, и экономическое положение продолжало ухудшаться. Приводимые в табл. 2 сведения позволяют проследить процесс изменения цен и заработной платы в Вавилонии VI в.

Данные о ценах и заработной плате, имеющиеся в документах того времени, приведены в работах В. А. Дабберстайна и М.А. Дандамаева[575] (нами исключены по два крайних случая для 556–539 и 530–485 гг. до н. э.[576]). Цены на ячмень даны в сиклях серебра за 1 кур (180 литр), цены на землю – в сиклях за 1 ка (73,5 м ). Заработная плата приводится для неквалифицированных рабочих и исчисляется (в зависимости от формы оплаты) в сиклях либо в ка (примерно 1 литра) ячменя. В предпоследней графе натуральная плата пересчитана в поденную из расчета 25 рабочих дней в месяц и дана в килограммах ячменя, причем учтены также хозяйские харчи – 1 литр (0,62 кг) зерна в день. Последняя колонка – дневная зарплата в килограммах ячменя, рассчитанная исходя из средней цены на зерно и месячной оплаты в 1 сикль с учетом хозяйских харчей[577].

Конечно, сравнительно небольшой объем анализируемой выборки может поставить под сомнение величину средних цен[578], однако общая тенденция, на наш взгляд, вполне очевидна. В то время как наемная плата оставалась на протяжении VI в. практически постоянной и составляла 1 сикль в месяц, цены на зерно росли – в результате реальная (выраженная в килограммах зерна) зарплата уменьшилась приблизительно в три раза. Соответственно вздорожанию зерна росли и цены на землю – примерно в том же темпе. В конечном счете оплата наемного труда приблизилась к уровню голодного минимума.

Табл. 2. Цены на ячмень и заработная плата в Вавилонии в VI в. до н. э.

Наследовавший своему отцу Камбиз правил как самодержец, поэтому, когда после его смерти в Персии началась смута, вавилоняне попытались вернуть независимость. Некоторые исследователи считают, что восстание подняла знать, а простой народ был лоялен царю[579]. Геродот свидетельствует, что осада города персами продолжалась 20 месяцев и страшный голод заставил вавилонян умертвить большую часть своих женщин: осажденные пытались избавиться от лишних ртов. Когда Вавилон пал, царь персов Дарий (522-486 гг. до н. э.) приказал распять на крестах 3 тыс. самых богатых и знатных граждан; бедняки были помилованы и даже облагодетельствованы: царь приказал прислать им вместо убитых жен 50 тыс. женщин[580]. Очевидно, что конфликт имел социальный подтекст, и репрессии были направлены против богатых. Дарий в своих надписях говорит о том, что в государстве царил беспорядок, люди убивали друг друга, а он умиротворил всех, поставив на место как богатых, так и бедных[581].

Судя по числу деловых документов, к времени правления Дария относится начало упадка хозяйственной жизни. Как вытекает из соотношения цен и заработной платы, к этому времени Вавилония находилась на грани голода. После смерти Дария, в 482 г., в Вавилоне вспыхнуло новое восстание, осада города длилась семь месяцев и завершилась жестокой расправой. Городские стены были срыты, многие дома разрушены. Диодор пишет, что после восстания лишь незначительная часть Вавилона была обитаема, а основную часть города отвели под посевы[582]. Были разрушены также Сиппар и некоторые другие города, значительная часть населения погибла. Масштабы разгрома были таковы, что хозяйственная деятельность почти прекратилась. Если от правления Дария осталось 1248 хозяйственных документов, то от правления Ксеркса – только 56[583].

* * *

Возвращаясь к анализу истории Месопотамии в контексте трехфакторной теории, нужно отметить, что сравнительно с более ранними эпохами нововавилонский период более полно отражен в источниках. Освещаемая источниками картина бурного развития частнособственнических отношений позволила классикам исторической науки М. Веберу[584], Б. Мейсснеру[585], Б. А. Тураеву[586] квалифицировать вавилонское общество как капиталистическое и рассматривать происходившие в нем процессы в контексте борьбы городской буржуазии и опирающейся на народ и войско монархии. М. Вебер прямо проводит аналогию между восточными царями и греческими тиранами[587]. Напрашивается также аналогия с временами Саргона Великого, с эпохой становления первой военной монархии Двуречья: как и в те далекие времена, мы видим самоуправляющиеся храмовые города, частнособственническую олигархию и стремящихся к власти военных вождей.

Нововавилонский цикл истории Двуречья начинается с периода восстановления при Набопаласаре и Навуходоносоре: мы наблюдаем относительно высокий уровень потребления, рост населения, восстановление разрушенных и строительство новых поселений, каналов, храмов, низкие цены на хлеб и землю, дороговизну рабочей силы, внутриполитическую стабильность. Нужно заметить, что в этот период частнособственническое общество вполне справлялось со строительством больших ирригационных систем – с той функцией, которую согласно теории К. Витфогеля должно брать на себя государство. Применение большого плуга также оказалось вполне совместимым с частнособственническими порядками, правда, эта мощная техника по-прежнему использовалась лишь в крупных хозяйствах.

В середине VI в. появились признаки начинающегося Сжатия: отсутствие доступных крестьянам свободных земель, крестьянское малоземелье, высокие цены на хлеб, низкий уровень реальной заработной платы и потребления основной массы населения, частые голодные годы, разорение крестьян-собственников, рост задолженности крестьян и распространение ростовщичества, распространение аренды, высокие цены на землю, рост крупного землевладения, уход части разоренных крестьян в города, попытки малоземельных и безземельных крестьян заработать на жизнь работой по найму, ремеслом или мелкой торговлей, быстрый рост городов, развитие ремесел и торговли, рост числа безработных и нищих, активизация народных движений, обострение борьбы за ресурсы между государством, элитой и народом.

Попытка Набонида отнять у олигархии часть храмовых доходов оказалась успешной и привела к трансформации структуры и установлению этатистской монархии. Однако наступление автократии вызвало ожесточенное сопротивление богатых и знатных, олигархия воспользовалась войной с персами и перешла на сторону царя персов Кира. Вавилония была завоевана персами, но Кир и Камбиз оказались еще менее уступчивыми, чем Набонид. Персидские цари отнюдь не были варварами, ничего не понимающими в управлении, они восприняли монархическую традицию у Ассирии и Мидии, и в их лице олигархия столкнулась с продолжателями дела ассирийских царей. Осознав свою ошибку, олигархия восстала против персов, но восстания были жестоко подавлены. В правление Дария начался экосоциальный кризис: голод, восстания, гибель больших масс населения, гибель значительного числа крупных собственников, перераспределение собственности. В правление Ксеркса кризис завершился новым большим восстанием, демографической катастрофой и победой монархии, но в данном случае это была ксенократическая монархия, опиравшаяся на мощь армии завоевателей. Таким образом, итоговую социальную трансформацию в нововавилонский период можно выразить формулой АССВСС.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.