От автора

От автора

Эта книга — продолжение «Полыни Половецкого поля». Вернее, я задумывал дополнить «Полынь…», а получилась новая книга. Тоже об истории Великой Степи.

Полынь — трава особенная: не все, лишь избранные ценят ее: для меня в ней запах Родины. Она — весть безмолвная с покинутой страны, ныне забытой, которая называлась когда-то Великая Степь или Степь кипчаков (Дешт-и-Кипчак). Наши предки перед дальней дорогой вешали себе на шею кожаный мешочек с щепотью сухой полыни — на счастье. «Ладанка для души», — говорили они. Для степняка не было роднее запаха, чем запах емшан-травы, — безмолвного зова Родины.

К сожалению, ныне редко кто знает этот чарующий запах. Отучили нас от него.

И мы забыли всё — нашу родословную, предков, себя… Когда-то в Великой Степи за добрый знак почитали посылать далекому родственнику не письмо, не подарок, а пучок сухой полыни — сигнал к встрече или возвращению. Помните?

Ему ты песен наших спой,

Когда ж на песнь не отзовется,

Свяжи в пучок емшан сухой

И дай ему – и он вернется.

Это Майков. Слова напутствия поэт вложил в уста хана Сырчана, который звал брата Отрока вернуться с Кавказа домой, в родные степи…

В IV веке наш народ смело перелистнул страницу европейской истории — он освободил народы от римского рабства, дал им свободу… Наши предки — и никто другой! — открыли язычникам-европейцам их нынешние религиозные символы, от тюрков-кипчаков европейцы впервые услышали о Боге Небесном, узнали свои теперешние молитвы.

Это тюрки научили Европу новым металлургическим технологиям: плавить железо и мастерить изделия из него. Глядя на них, пришельцев с Алтая, европейские мужчины отказались от юбок и стали носить штаны…

На тюркском языке говорили и ныне говорят десятки народов мира — от Якутии до Западной Европы. И даже в Африке — в Тунисе и Марокко — есть селения, где слышна тюркская речь.

Самые многочисленные и самые известные — турки, их более 50 миллионов человек. Турция сегодня занимает достойное место в мире, о ней знают все. А о тофаларах (их несколько сот человек) этого не скажешь. Мало кто слышал о народе, который уместился бы в одной-двух деревнях. Они живут в глухой сибирской тайге, почти не ведая о соседях. Зато самый древний тюркский язык и самая чистая тюркская кровь, возможно, именно у тофаларов, жизнь которых веками протекала изолированно, контакты с другими народами были крайне редки. Только в самых необходимых случаях.

Велик тюркский мир… В нем есть народы, которые давно забыли родной язык и родную историю, но прекрасно сохранили внешность предков и некоторые их обычаи: украинцы, болгары, сербы, хорваты, значительная часть русских, французов, немцев, англичан… А есть такие, которые ничего не забыли и прекрасно помнят даже далекие страницы нашей истории — они хранят ее в песнях, легендах, сказаниях. Правда, соседство с другими народами отразилось на их внешности: казахи, киргизы, тувинцы… Их лица мало похожи на лица предков, зато внутренний мир необыкновенно богат бесценными сокровищами древности.

Как оценить это «многообразие»? Благо оно или зло? Беда или счастье?.. Ни один язык в мире не имеет столько диалектов, как тюркский: кровь у народа одна, а речь разная. Почему?

Ответить непросто. Хотя все укладывается в естественный ход событий, имеет свое объяснение.

К сожалению, историю стран и народов всегда писали в угоду политике. И нередко в исторических сочинениях под давлением именно политиков Истина отступала перед откровенным вымыслом. Может быть, поэтому так и не написана правдивая тюркская история, есть лишь отдельные ее фрагменты. И море лжи вокруг… Но не бывает народа без Истории. И истории без Народа!

Мы — кипчаки!

Известно высказывание Геббельса, в котором выражена суть политики: отними у народа историю — и через поколение он превратится в толпу, а еще через поколение им можно управлять, как стадом… Слишком знакомая ситуация, не правда ли?.. Похоже, мы давно превратились в батраков и не заметили как!

Наши ученые мужи изучали историю КПСС и не знали историю собственного тюркского народа. В России ее просто не исследовали — запрещалось.

Конечно, мне возразят — и будут правы! — написано, мол, немало. Верно. Но можно ли всему написанному верить? Тюрк не узнает тюрка, не помнит предков… Маленький осколок выдает себя за целое, за самостоятельный народ. Придумывают что угодно. Кумык, например, в диссертации пишет, что кумыки — не потомки великих степняков, а отюрченные лакцы и даргинцы из селения Кумух. Позор такой «науке».

Тюрков, как правило, унижают сами же тюрки! И не надо нам никого винить. Возмущаюсь не потому, что я кумык, потому, что мои предки были кипчаками, их история — это моя История, и другой не надо…

А у соседей-карачаевцев иная крайность — они причисляют тюрков к аланам (то есть к ираноязычным осетинам), от них ведут историю своего народа и всех тюрков. Мало того, доказывают, что истоки тюркского мира начинаются в Карачае, там якобы обитали наши древние предки… Улыбнуться бы, читая эту глупость, но она издана тысячными тиражами, по ней воспитывают детей.

Так выглядели кипчаки, судя по родословной этих людей, исследованных профессором Н. А. Баскаковым.

В подписях под портретами цитируется его работа «Русские фамилии тюркского происхождения». М., 1993

С. Аксаков «Тюркское происхождение фамилии Аксаков не вызывает сомнений». В основе лежит прозвище Аксак — по-тюркски «хромой». Герб фамилии подтверждает выводы ученого

Конечно, не все ученые слепы, но, к сожалению, подобные «знания» посеяны в народе. Их заказчиками были местные столоначальники, которым важна не правда, а возможность усидеть в кресле. Ради этого шли на все. Дагестанские кумыки, например, так «доказывали» свое коренное положение среди народов Кавказа.

Отказ карачаевцев от тюркского наследства тоже по-человечески понятен: они пострадали от геноцида — репрессии 40-х годов не забылись. Вот и придумали себе на случай нового геноцида удобную форму спасения: приписаться к осетинам — осетин же никогда в России не трогали… Маленькая хитрость переросла в большую ложь.

Страх, трусость, «маленькие хитрости» вошли в плоть и кровь иных тюрков, отсюда горькие плоды и в науке, и в жизни — всегда приходится угождать, унижаться и подстраиваться под кого-то… Вот и стали тюрки забывать о Гордости, о Достоинстве, о Чести. А ведь только за эти качества и уважают народ.

Сейчас кумыков триста тысяч, карачаевцев чуть менее двухсот, балкарцев всего несколько десятков тысяч… Двести с лишним лет назад мы были одним народом (и Лермонтов, и Толстой нас называли кавказскими татарами), мы жили в стране, наследнице Хазарии, — в Шамхалии Кавказской, которую в XIX веке колонизировала царская Россия. С тех пор мы лишились даже этнической самостоятельности — политики разделили нас на «народики».

Н. Гоголь «Нет сомнения в том, что… фамилия великого русского писателя II. В. Гоголя является общей по корню и происхождению с фамилией Гогель, восходящей к тюркскому…» селезень

Правда, карачаевцев и балкарцев по-прежнему называют «тавлу-кумук», то есть «горные кумыки». Отличие в том, что они — жители гор, а мы — степи. И все! По языку, по культуре карачаевцы, балкарцы, кумыки, крымские татары, гагаузы, терекеменцы абсолютно одинаковые… Даже роды общие. По-моему, русские, проживающие в Армении и в Эстонии, отличаются куда больше между собой. Однако тюрки — разные «народы», а русские — один. Почему?

Жителей Шамхалии прежде называли кипчаками, хазарами, кавказскими татарами. Потом местные казаки (ставропольские и терские) стали славянами, правда, до XIX века и они были кавказскими татарами, говорили на нашем языке, иные сохранили родной язык до сих пор [1].

Обитателей Шамхалии ждала тяжелая судьба. Не пожелавших идти в услужение царские власти выселяли с Кавказа — почти четыре миллиона человек лишились Родины. Их не продали в рабство, их депортировали — отдали за «просто так» в Турцию, Иорданию, Сирию. Там есть селения, где кавказский диалект тюркского языка не забылся, звучит, удивляя соседей. К счастью, зарубежные кумыки не придумывают себе новую историю, они с нестихающей болью помнят оставленную по злому року Родину.

М. Голицын «Михайло Голица (предок М. Голицына, изображенного на портрете. — М. Л.)… именовался по имени отца Ивана Булгака — Булгаковым». Прозвище Булгак потюркски означает «гордец», «смутьян»

Этого не скажешь о гагаузах, которых два века назад тоже заставили покинуть Кавказ. Они, кажется, уже забыли свою Шамхалию и все на свете: их нынешняя история на удивление согласуется с официальной российской. Будто ничего в ней и не было до XIX века.

Кумыки, балкарцы, карачаевцы, гагаузы (о казаках разговор особый) малочисленны, слабы, интеллигенция невелика. И тем уязвимее позиции татарских или башкирских историков: по-моему, грош цена их университетам и академиям, раз даже они не говорят правду о тюрках. Или — у рыб рыбьи песни?

Уверовали в «татаро-монгольское иго», которого никогда не было. Оно придумано в XIX веке, в период разгула славянофильства. Автор этой выдумки — учитель гимназии, о нем есть строка даже в сочинениях Н. М. Карамзина. Уж очень многим пришлась выдумка по душе.

Действительно, разве с Чингисхана идет отсчет тюркского времени? Разве с Золотой Орды началась наша государственность? По какому праву заезжего торговца-араба, самозванца по имени Ибн Фадлан, с брезгливостью написавшего о тюрках, академические невежды превратили в пророка тюркской духовной мысли?..

Неужели мы настолько оглупели, что все забыли?! Неужели наше духовное падение столь велико?.. А память столь коротка?

Похоже, что так — иные сочинители, например из Казахстана, доказывают унылую «концепцию» кочевых цивилизаций… Нелепее трудно придумать. Никаких «кочевых цивилизаций» в Великой Степи у тюрков не было и быть не могло — это взаимоисключающие слова! Монголы были кочевниками, а кипчаки никогда кочевниками не были… и не хотят ими быть даже в сочинениях казахов!

И. Мюрат — французский маршал, сподвижник Наполеона

Наши предки вели оседлый образ жизни, занимались земледелием и скотоводством, были прекрасными ремесленниками, строили укрепленные поселения, оросительные каналы, дороги и переправы… Самые древние чугунные сошники (прообраз плуга) найдены именно у тюрков на Алтае, ими пользовались уже в начале новой эры. Многие так называемые «древнерусские» города и поселения в Степи заложены тюрками в IV–V веках, когда завершалось Великое переселение народов.

Теория «кочевых цивилизаций» создана политиками от науки. После завоевания Степи важно было лишить тюркский народ достижений его культуры, превратить в толпу. Не случайно в третьем издании Большой Советской Энциклопедии статья «Тюрки» вообще отсутствовала, хотя другие народы, даже африканские, составители энциклопедии вниманием не обошли…

Еще недавно многое и не бросалось в глаза, но сегодня для независимых Азербайджана и Узбекистана это незнание уже оскорбительно. Они и отчасти Россия, Украина, Киргизстан и Казахстан — исторические наследники великой степной страны, древнего Дешт-и-Кипчака, в котором кочевников не было.

Арабы называли Великую Степь «Страной городов», так писали Ибн Баттута и другие путешественники. А варяги земли по обе стороны пути «из варяг в греки» (это бассейн Днепра) именовали «Царством городов» — на их языке «Гардарик»… «Кочевники» и «Страна городов» — явное противоречие!

Скиф из Никополя (реконструкция М. Герасимова)

Гунн из Кенколя (реконструкция М. Герасимова)

Вспомним нашу национальную кухню, ее мучные блюда и сопоставим: бешбармак — мука — зерно — земледелие… и кочевники. Что получается? Нелепость. Потому что свое было зерно — степное. Просо и ячмень традиционно растили кипчаки на полях, их ценили в первую очередь: эти культуры были наиболее приспособленными к суровой алтайской природе. А еще овес и гречиху, крупа которой на Руси называлась «татаркой».

Многие придуманные «истины» давно пора пересматривать.

В том числе рано или поздно, но придется назвать наш народ его древним именем. Мы — кипчаки и должны остаться ими… Какими только именами не называли тюрков в исторических хрониках: авары, барсилы, болгары, бургунды, гунны, печенеги и десятки других! Этот хаос был очень важен политикам, ибо он «доказывал» существование в Великой Степи разрозненных племен и народов. Так скрывали единую тюркскую государственность, которой учились китайские правители еще до новой эры.

М. Кутузов «Фамилия Кутузовых в своей основе имеет… прозвище Кутуз, восходящее к тюркскому слову… „бешеный, вспыльчивый, возбужденный“»

За вековой ложью забылось многое…

В своих книгах я подчеркнуто называю жителей Дешт-и-Кипчака только кипчаками или степняками. И призываю других поступать так же. Потому что нашу страну называли Степь кипчаков, значит, у народа (по общепринятым правилам!) одно-единственное имя — «кипчак», которым он сам и называл себя.

Знаю, «кыпчак» — только один из тюркских родов, даже не самый знатный. Пусть! Он дал имя нашей Степи, давайте возвысим его и тем самым возвысим всю историю народов, впитавших в себя культуру Великой Степи.

Сегодня мы — кипчаки — разделены более чем на пятьдесят «народиков». Нас резали по живому. Поэтому одни забыли родной язык, другие сохранили, слегка изменив его. Но, как известно, не язык отличает народ — дух! Язык дан человеку, чтобы выразить вслух чувства и мысли, которые рождаются в его душе. Язык не властен над словами — слова идут от сердца.

Вот пример таких слов, их произнес Федор Тютчев, который хотя и назывался славянином, но по крови был из тюркского рода медников Туччи. Только душа кипчака могла произнести:

Хотя враждебною судьбиной

И были мы разлучены,

Но все же мы народ единый,

Единой матери сыны;

Но все же братья мы родные!

Вот, вот что ненавидят в нас!

В словах «русского» тюрка и тепло очага, и запах полыни… отряды всадников и табуны, стада, отары… песня, которую пели над колыбелью моему прапрапрапрадеду… Произведение, правда, названо «Славяне», оно написано, когда Россия резко отворачивалась от своих тюркских корней и в угоду политике придумывала себе славянское начало [2].

Н. Карамзин «Фамилия Карамзин имеет… тюркскую основу из крымско-татарского или турецкого языка, а именно qara mirza». По-тюркски «кара» означает «черный», а «мирза» титул человека знатного происхождения. Фамильный герб Карамзиных также свидетельствует о связях фамилии с Востоком

В XVIII–XIX веках, после карательных экспедиций князя Долгорукова, генералиссимуса Суворова и других полководцев в уже бывшую Степь, десятки миллионов кипчаков получили русские имена. Их насильно крестили греческим крестом и «записывали» в русские. Для детей открывали церковно-приходские школы на русском языке, наиболее одаренных забирали от родителей в Петербург. Веками велась этническая чистка России. Но себя не обмануть, Россия все равно вспомнит о своих предках-кипчаках, которые ничем не опозорили ее. Должны проснуться в нас голос крови и разум.

Кушанский воин — так выглядел тюрк две тысячи лет назад

Кушанский принц — так выглядели тюрки две тысячи лет назад

Узнают о своем кипчакском прошлом и болгары, сербы, хорваты, чехи, венгры, австрийцы, баварцы, саксонцы, жители Северной Италии, Германии, Испании, Швейцарии, Восточной Франции, Англии, Северной Европы… Америки и Австралии… Да-да, многие из их предков когда-то считались великолепными всадниками, говорили на тюркском языке… И называли себя кипчаками.

Опально-мировое племя,

Когда же будешь ты народ?

Когда же упразднится время

Твоей и розни, и невзгод,

И грянет клич к объединенью,

И рухнет то, что делит нас?..

Мы люди одной крови, одной истории… Так вспомним же Алтай и нашу Великую Степь.

Алтайская колыбель

Следы древнейших людей, как известно, обнаружены в Центральной Африке и Индокитае, здесь были два центра зарождения цивилизаций. Видимо, отсюда две человеческие расы — негроидная и монголоидная.

Развитие цивилизаций медленно вело к разделению людей на народы. Сперва это было связано только с природой, окружающей людей. Например, у жителей гор тысячелетиями развивалась своя психология, свое мироощущение, которые были иными, чем у обитателей побережья. А у людей леса культура и видение мира были совсем другие. Тысячелетиями складывалось лицо каждого народа, шлифовалась его индивидуальность — вот почему нужны десятки линий, сотни оттенков цвета, чтобы нарисовать портрет народа.

Схемы расселения тюрков:

до новой эры;

начало новой эры;

IV–V века

Сегодня на планете ученые насчитывают более четырех тысяч народов, которые поделены на три расы. Когда и как появились европеоиды? Неизвестно. Но так или иначе, а именно к европеоидам относятся тюрки-кипчаки.

Правда, лица иных тюрков имеют монголоидные черты, но так было не всегда. Предки их не имели. Это хорошо известно.

Антропологи по найденным черепам, по сохранившимся скульптурам вполне точно воссоздали облик древнего кипчака, а его словесный портрет оставили китайцы, они задолго до новой эры знали о «динлинах» — народе, обитавшем на Алтае.

Китайцев поражала внешность их северных соседей — синеглазых, светловолосых, «лицом похожих на обезьянок», так записано в древней рукописи. Словом, прямая противоположность самим китайцам.

У кипчаков наблюдательные китайцы отметили иные пропорции тела и иную форму черепа. Они их называли «круглоголовыми». А увеличенная височная кость и сегодня придает нашим лицам неповторимый отпечаток, именуемый в просторечии скуластостью. Всё правильно. Кому-то мы кажемся коротконогими, потому что у нас стопа «с подъемом»… Что поделаешь? Такие уж мы волею Неба.

Каждый народ имеет свою индивидуальность, свое отличие, которое оставили ему предки.

Сегодня кипчаки различаются по внешности — прибавилось черноволосых, кареглазых. На то свои причины — исторические. Однако главное в народе сохранилось — душа и горячая кровь, они не менялись никогда, остались прежними.

Душа неуемная, порой излишне застенчивая, чаще буйная и даже безрассудная, всегда мечтательная и очень ранимая.

Что означает слово «кипчак»? Точно неизвестно, споров об этом много. Его переводят по-разному: и «тот, кому тесно», и «несчастный», и по-другому. Думаю, подходят все возможные и невозможные толкования. Потому что нельзя одним словом объяснить, что такое снег в огне и на ветру.

Вулкан? Буря? Стихия? Возможно… Душа кипчака — это в первую очередь воля. Только свобода и простор по-настоящему одаривают ее счастьем… Так что пусть толкуют слово «кипчак» как кому угодно, но… Кто не любит свободу и волю, в том нет кипчакской крови!

Да, в буйстве жизни мы не сберегли в чистоте свою кровь, потому что не дорожили традициями. Слишком жадно любили чужих женщин, слишком щедро раздавали своих. Ассимиляция, смешение кровей, не усилила народ, а вела к его ослаблению.

Особенно заметно в иных кипчаках монгольское и китайское наследство: монголы и китайцы за века словно растворились в части из нас. Немало тюрков и с наружностью иранцев, а иранцев — внешне похожих на тюрков. В Иране целые провинции — миллионы людей! — между собой говорят по-тюркски, они азербайджанцы, хотя по документам значатся иранцами.

Есть необъяснимое и на Северном Кавказе. Например, среди осетин или чеченцев много людей с классической кипчакской внешностью. Они как будто вышли с картины далекого прошлого. Но мало кто из них помнит тюркский язык… Было время, когда здесь целые селения тюрков «добровольно» меняли себе национальность. А топонимика у них не менялась, осталась прежней. Теперь лишь географические названия напоминают о былом…

Слава Тенгри, не всюду угас тюркский дух на земле Дешт-и-Кипчака! Я его чувствовал в иных татарах, башкирах, алтайцах, хакасах, видел, как просыпались их уснувшие брови и загорались потухшие глаза. Пожалуй, нигде так не сильны тюркские традиции, как в Азербайджане. Уникальная страна с огромными культурными и экономическими возможностями. Там сохранилось то, что в Европе забылось. Культура предков!

А европейские кипчаки — безразличный народ: такими их сделала инквизиция [3]. Римская и византийская церкви веками воспитывали степняков-европейцев именно безразличными к себе, к своей истории. Отсюда эта вялость. Сломанный народ! Но не погибший.

Им бы услышать древние песни-плачи Алтая, отголоски которых хранят знаменитые азербайджанские мугамы. Вот оно — Великое Братство Кипчаков, его выразит только песня. Слова, без музыки, слишком сухи и невыразительны для тюрка.

Киргизские кипчаки внешне тоже спокойны, но по-иному. Что, горы утихомирили этих людей?.. Или китайское спокойствие остудило здесь тюркам кровь? Умиротворенность киргиза в его характере, в его поведении: ему никогда «не тесно» среди горных долин!..

Киргизы — хранители древней мудрости кипчаков. То же — алтайцы… И хакасы… Наши предки обожествляли горы. В горах, в их вечном спокойствии издревле искали они тайну мироздания, потому что Алтай — древняя Родина тюрков [4]. Поэтому только к горам стремятся души ушедших в мир иной кипчаков.

Вот почему в Степи тюрки отсыпали курганы, строили храмы, а место последнего упокоения для героев искали на самой высокой горе. Люди издревле следовали традициям, к сожалению ныне во многом забытым.

Хакасы, алтайцы, тувинцы, буряты, не познавшие степных просторов, навсегда остались хранителями тайн и древностей тюркского мира. Конечно, их историческая память ослабела, многое забылось, но каждый день они ступают по земле, хранящей тепло шагов предков, видят те же горы и небо божественной красоты. Об этом напоминают древние строки:

У тихих гор, прекрасных видом и свежей

зеленью своей,

уйдя в места, что дарят сердцу лишь

наслаждение одно,

уйдя в ивняк, густой и терпкий, расположившись

размышлять

у пенящихся вод холодных и небольших

лесных озер,

уверившись, что отрешился от чувств

и зрения своих,

угадывая мир окрестный таким, каким

он прежде был,

утехи позабыв, чтоб чуять, как в душу

сходит благодать,

сбираться надо в этих, вот в таких местах!

Конечно, не каждая гора на Алтае попадала в поле зрения. Мы никогда не узнаем, почему гора становилась священной, не всем дано это узнать. Но каждый тюрк обязан знать вершины, которым поклонялись предки: Кайласа, Хан-Тенгри, Уч-Сумер, Борус…

Да, наша родина — Степь, но колыбель — Алтай.

Две с половиной тысячи лет назад здесь, на Алтае, тюрки увидели Вечное Синее Небо, которое назвали Тенгри… И нам надо хоть раз в жизни побывать на Алтае, выпить его родниковой воды и посмотреть на здешнее небо, самое чистое в мире. Чтобы самим измениться.

На Алтае, на берегу речки Улалинка, в 60-е годы академик А. П. Окладников нашел древнейшую на территории России стоянку человека. Ей двести тысяч лет! Вот когда начала складываться та культура, которая дала начало многим народам — финно-уграм, корейцам, тюркам и другим.

Правда, улалинскую стоянку «оспаривают» иные археологи, они утверждают, что нашли более ранние следы «пратюрков». Пусть так. Но заслуга Окладникова и его коллег не в самой находке: он первым проследил становление тюркской культуры, начиная с глубокой древности. Вот чем ценно его исследование: ученый слил воедино миг и вечность!

Трудно делал Окладников свое открытие. Цензоры, как акулы, стерегли каждую протоку в науке! Даже заикнуться о тюркской культуре не позволяли. Но разрешались иносказания. Так появились «алтайская», «сибирская» культуры. Подобные иносказания очень распространены: придуманы «михайловская», «дьяковская» и прочие культуры, хотя все прекрасно понимают: не бывает культуры без народа.

Испытание на прочность прошел и другой блестящий археолог, профессор С. И. Руденко. Он, на мой взгляд, не сказал и половины того, что знал и что нашел. Тоже не позволили. Но благодаря таланту этого ученого сегодня нетрудно восстановить иные страницы не сказанного им об Алтае.

Уверен, Руденко и Окладникова когда-нибудь назовут классиками археологии [5]. По их трудам будут учить студентов этике ученого. Здесь и наука, и гражданская позиция, и смелость, которой так не хватало потомственным тюркам.

Честных исследователей в России было немало, но их всегда опекали академические «генералы», далекие от настоящей науки. А те работали, избавляясь от их назойливых глаз. Однако во сто крат тяжелее было ученым-тюркам: за ними приглядывали специально приставленные «интернационалисты», всегда готовые обвинить в пантюркизме. А это — тюрьма, ссылка и в лучшем случае — отстранение от работы… Но что такое «пантюркизм», не скажет никто. И — чем плохой «пантюркизм» отличается от хорошего «панславизма»? Тоже не объяснить. Одинаково бессмысленно!.. Сколько интереснейших работ осталось тогда за бортом науки из-за глупой политики!

Например, не написаны труды казахского академика А. X. Маргулана. Они восхищали бы. Ученый открыл десятки древнейших тюркских городов! С каналами, храмами, площадями… Он вынужден был оставить тему, потому что Москва и Алма-Ата желали видеть в Великой Степи не тюркские города, не достижения степного народа, а «диких кочевников» и орды «поганых татар».

Алтай и Великая Степь исследованы крайне слабо. Ученые брали то, что лежало на поверхности: случайные находки. Правда, и найденные крохи убедительны.

Щедрый Алтай неторопливо открывал людям свои сокровища. Простенькие на вид медные вещицы указали на время появления здесь металлургии. Бронзовый век не сделал алтайцев великими — у них было то же, что и у других. Но эпоха бронзы интересна иным: тогда случилось первое переселение народов — с Алтая ушли племена, которые потом заселили север Европы. У них общие с тюрками корни.

История той поры хорошо читается в раскопках Синташта и Аркаима, древнейших городов Предуралья, — там десятки следов металлургии: от плавильных печей до медных вещиц. Возможно, с Предуралья началась тюркская цивилизация.

Но вероятнее иное. Урал был лишь ее стартовой площадкой. Главное же дал Алтай. Две с половиной тысячи лет назад Бог Тенгри открыл здесь тюркскому народу «век железа». Фантастическое событие! Кто первый металлург, неизвестно. Возможно, его звали Темир. Он заслуживает памятника. Он и его великое изобретение — первый в мире металлургический горн!

Неплохо бы создать там музей. Подобного музея не может быть ни в одной стране мира. Только на Алтае, потому что Алтай был первым. Хотя железо, конечно, люди знали и раньше: но железную руду не плавили, а выжигали, эту технологию придумали хетты за две тысячи лет до новой эры. Тюрки же изобрели плавку! Природная наблюдательность помогла им. С тех пор профессия металлурга стала самой уважаемой. Владеющие ее тайнами пользовались особым почетом. Темирхановы, Темирбулатовы, Темировы — на эти тухумы (роды) смотрели, как на волшебников.

Металлургические секреты переходили от отца к сыну и оставались главной тайной кипчаков. Существовало поверье: человек, посвященный в металлурги, отмечен божественной мудростью, на него обратил свой взор великий Тенгри-хан. Ему запрещалось жениться на девушке другого («неметаллургического») тухума, чтобы он случайно не проговорился во сне… Долго тайна оставалась тайной.

Обилие металла привело тюрков к научно-технической революции в хозяйстве: открытие металлургического горна по своим масштабам и последствиям сравнимо только с изобретением колеса… На «железном» фундаменте начало подниматься могучее государство.

Кипчаки легко покорили соседние народы. И тем они доказали миру, что история их побед — это история победы железа над бронзой. Вот где таились истоки Великого переселения народов!

Шашка, пика, кинжал появились у предков, когда они оседлали коня. Никто в мире не сделал это столь изящно и просто — они придумали железные удила. Потом — кольчуги, остроконечные шлемы…

Непросто было ладить первую узду, первое седло со стременами, упряжь… Однако справились. Появился новый образ жизни — конный, который был одинаково хорош и в городах, и в степных станицах. Конь превратился в «часть» тюрка, стал его продолжением. Не случайно самое сокровенное желание кипчака было оседлать коня. Все остальное потом. Сначала — конь, то есть дело, зовущее к подвигу.

Конь раздвигал пространство, уводил вдаль, за горизонт. А еще с него началось качественно иное земледелие! Землю на Алтае с тех пор обрабатывали чугунными сошниками, а обильный урожай собирали железными серпами.

Научно-техническая революция, ее находки заметно увеличили запасы пищи, что в свою очередь привело к настоящему демографическому взрыву. Железо дало народу силу. В мощной экономике был секрет степной культуры. Это как раз и игнорируют иные историки, не желающие видеть в Степи никого, кроме «кочевников».

Мир потом лишь перенял изобретения кипчаков, а не придумал их заново!

Конный образ жизни изменил даже «гардероб» народа: тюрки придумали новую одежду, пригодную для всадников. Шаровары, сапоги, башлык, кафтан и многое иное появилось тогда на алтайцах. Вплоть до каблука к сапогу. И своей одеждой кипчаки отличались от других народов. Их облик узнаваем на древних картинах, в словесных портретах, в археологических находках.

О качестве и красоте кипчакских нарядов можно говорить долго. Чрезвычайно тонкая работа. В Пазырыкских курганах, например, археологи нашли шелк, кружева, фетр, чесучу. Из них получалась красивая и практичная одежда. Подобного в Европе просто не умели делать…

Оппонентов призываю этот факт взять на заметку: выходит, в Великой Степи были не просто поселения, а именно города, в которых жили ремесленники, ювелиры, ткачи, портные, златошвеи, ковровщики, кузнецы, гончары, знакомые с фарфором, и другие мастера. Их изделия сохранились, хотя о них самих пытаются забыть.

Археологические находки рассказывают и о других «визитных карточках» тюрков. Именно на Алтае впервые в мире появились сооружения из бревен: курени, терема, потом и избы. Они позволили людям покинуть пещеры и селиться где душе угодно. Тюркская архитектура росла, как ветви дерева. Ее черты хорошо узнаются, как и всё, оставшееся на века… К сожалению, не замечают и ее. Но она есть!

Курени, например, отличались практичностью, их строили восьмигранными. Восьмигранник — основной геометрический элемент тюркской архитектуры. Он при минимальном периметре дает максимальную площадь. Проще говоря, получается самая короткая стена и самый просторный дом. Экономию материала и топлива, вот что несла «восьмигранная» традиция в архитектуре.

А печь в доме? И она тюркское изобретение, достойное восхищения. Особенно в мороз… Очаг, дающий «долгое» тепло и экономию топлива.

Специально для печи придумали новый строительный материал — кирпич. На Алтае потом научились строить из кирпича дворцы, оборонительные стены. В случае необходимости кирпичную постройку разбирали, отработанный кирпич снова шел в дело… Вновь экономия.

Память о многих изобретениях тюрков, того не ведая, хранят разные народы. Заимствованные предметы у них по-прежнему именуются по-тюркски. У русских и украинцев, например, это — деньги, копейка, книга, чугун, булат, печь, очаг, кирпич, изба… Десятки и десятки слов — та же колбаса, например. Или йогурт, который так полюбился Европе, он тоже пришел от степняков: дословно по-тюркски это — «кислое молоко».

И старинные так называемые «русские» наряды — от кипчаков: у славян одежда была совершенно иной, об этом свидетельствуют, например, новгородские находки археологов. Армяк, епанча, кафтан, шушун, шуба, клобук и другие — вот они, забытые отголоски забытой истории тюрков… Ничто не пропало!

Пора бы наконец понять всем нам нехитрую истину: культура народа не придумывается историками или политиками, она не абстрактна, а очень точна и конкретна в своих деталях… Поэтому история народа — не вольное повествование, а наука! Строгая и точная, как математика или физика… К сожалению, в России история слишком вольна, ее каждый правитель писал по-своему…

Великое переселение народов

…Пришел день, когда тесно стало на Алтае: слишком много людей обитало там, земля не могла прокормить всех. Наступила трудная минута, заставившая посмотреть вдаль.

С Алтая дороги вели на четыре стороны света. По какой идти? Какую выбрать?

Алтай в I веке был для предков целым миром. Это и Родина, и горы Южной Сибири, и Байкал (Бай-куль). Действительно, целый мир, где главенствовала тюркская культура! Алтай еще называли «Тенгри-тау» (по-тюркски — «Божественная гора») или «Эдем» («Земля праотца»). Отсюда тюрки сделали первые шаги в мир, отсюда начиналась точка отсчета нашей географии.

«Прямо» значило идти на восток, направо — на юг, налево — на север, назад — на запад.

Левые пути (на север) короткие, их закрывали тайга и болота. Немногие соблазнились ими, они вышли на реку Лена («Илин» — по-тюркски «Восточная») и поселились там. Тех тюрков ныне знают под именем «якуты». Не остались без внимания пути вдоль Енисея («Эне-сай» — «Мать-река») и Оби («абе» — по-тюркски «бабушка», то есть «Бабушка-река»).

К востоку от Алтая лежали труднопроходимые дальневосточные леса и болота. Переселяться туда с алтайских земель никто не стремился.

И. Тургенев

«Мурза Лев Typгeнев — основатель рода Тургеневых — был представителем привилегированного слоя аристократии Золотой Орды… Фамилия Тургенев имеет своей основой прозвище Турген».

В тюркских языка Сибири оно означает «быстрый, скорый»

Были южные маршруты, но и они не решали судьбу народа, которому стало тесно. Тюркские всадники вошли в Индию. От них началась знаменитая Солнечная царская династия. Тюрки основали также огромное Кушанское ханство, объединив земли нынешней Средней Азии, Афганистана, Пакистана, Северной Индии.

Заметим, I–III века и весь «индийский период» тюркской истории абсолютно забыты тюрками, но не забыты в самой Индии и Иране. Там по-прежнему обожествляют хана Канишку (78—123), чистого душой и стойкого в вере. Богу Небесному — Великому Тенгри поклонялся он, основоположник северной ветви буддизма.

Канишка остался символом кипчака и всей тюркской культуры в далекой Индии. Тюрки там были известны давно, они — народ-загадка, который неожиданно появился с севера и неожиданно исчез. Но исчез, оставив археологические следы — скульптуры, рельефы и другие произведения искусства, а также храмы и монастыри. И литературные предания о нагах — людях, поклоняющихся змеям… Кто знает, а может быть, легендарные арии тоже были с Алтая?

При царе Канишке (правильнее все-таки Хан Ерке или Канерка — так чеканилось его имя на монетах) Алтай жил Кушаном (Кашмиром?) — тысячи тенгриан-паломников приходили сюда с севера, чтобы поклониться святым местам, которые обустроил Канишка.

Тогда тюрки и дали свой — новый для буддистов! — обряд почитания Бога Небесного, Тенгри-хана. Этот факт зафиксирован в истории буддизма и Индии.

Поныне на Востоке помнят и чтут тех тюрков, сохраняя предания об их священной стране Шамбхале (Шамбкале) [6], которая лежала далеко на севере и в которой жили святые люди… Это опять о тюрках! Священная страна Шамбкала была в горах Алтая, где семь снежных вершин и где хранится божественный железный крест — мировая ваджра… Всё по-прежнему так. Но только тюрки о ней не вспоминают.

Дороги, проторенные в Индию две тысячи лет назад, не заросли травой. Бийский тракт еще служит. Но стал он короче, и не ходят по нему паломники. Уцелела и другая древняя дорога на Тибет — Нерчинский тракт…

Лишь на запад от Алтая долго не было наезженных дорог. Сказывалась психология жителей гор: люди боялись незнакомой степи и искали пути только в привычных горах.

В степь уходили лишь в крайнем случае. Две с половиной тысячи лет назад на Алтае случился конфликт веры: язычество сменилось на религию. Получило распространение тенгрианство. Но не все приняли Бога Небесного, несогласные ушли. Ушли в степь, их назвали «скифы» (видимо, от «скиты», то есть «скитальцы»). Официальная история скифов трактуется по-другому [7]. Но… в причерноморской степи и в Алтайских горах «скифские» археологические памятники абсолютно одинаковые. Что же отличает скифов от тюрков? Ничего.

П. Чаадаев В основе фамилии Чаадаев лежит имя, «широко известное и у тюркских народов. Известно оно и как историческое имя второго сына Чингисхана Джагатая — Чагатая, в основе которого монгольско-тюркское слово… „храбрый, честный, искренний“»

И тем не менее скифы «бесхозны», утверждает российская наука, забывая наставление Н. М. Карамзина: «Народы не падают с неба и не исчезают сквозь землю…» А что, если скифы сохранились?! Что, если сегодня они носят имя «чуваши»?! Слишком уж необычен этот тюркский народ. Живет в центре кипчакского мира, но не с ним. Всегда был чуть в стороне.

Духовная культура чувашей, которых сегодня называют христианами, еще недавно была совершенно другой, нехристианской. Она не забылась в народе. Она удивительно напоминает ту, что была у тюрков на Алтае в глубокой древности: их верования не имеют аналогов. Язык чувашей своеобразен — певучий, мелодичный и очень древний, он понятен далеко не всякому тюрку… Чуваши — живая страница тюркской истории, к сожалению еще не прочитанная мировой наукой.

Часть «скифов», видимо, сохранилась и на Украине. Они забыли родной язык, но едва уловимые детали их быта напоминают о далеком прошлом народа. Например, своеобразные орнаменты народных вышивок — точно такие же, как у чувашей. Они несут в себе ценную информацию, о которой разговор впереди. Или — погребальные обряды… Словом, «скифские» страницы полны тюркских тайн.

Зато последующие алтайские страницы читаются отменно: Великое переселение народов II–V веков четко прописало их. Для народа перенаселенного Алтая Судьба открывала один путь в будущее — через степь. Других просто не было. Лишь степь оставалась почти незаселенной территорией, способной принять многочисленный народ.

Но потребовались десятилетия неимоверных усилий и труда, прежде чем горцы научились жить в степи. В новой для себя природной среде, в которой всё было не так, как в привычных горах! Это — чрезвычайно важная географическая предпосылка, в которой ключ к познанию всей тюркской истории.

Отсутствие леса, например, вынуждало искать новые строительные материалы. Климат заставлял придумывать другие типы жилища, создавать иные формы быта. О воде, топливе, пастбищах, сохранении запасов — о многом теперь приходилось задумываться. Только сильный, смекалистый и трудолюбивый народ могла принять степь. Прежде люди редко селились здесь, потому что слишком трудна жизнь в степи, слишком неприветлива и своеобразна ее природа.

Правда, иные историки, не видевшие степь, «отправляют» сюда разные народы, с легкостью переселяя их на тысячи километров. Они даже не задумываются, что неподготовленный человек и шага не ступит по степи — погибнет.

Без коня и сегодня не пройти там ста километров. Во-первых, не выдержит обувь. Во-вторых, не умея ориентироваться и не имея навыков степной жизни, выжить здесь невозможно: это одна из самых трудных для человека природных зон Земли. Даже в пустыне проще, там по крайней мере не бывает морозов и снега.

А в степь наши историки «отселяли» целые народы (с обозами, со скотом). Им, кабинетным обитателям, неведомо, что суровая зима с невыносимыми буранами — это степь; жаркое лето с испепеляющими суховеями — это тоже степь; полное безлюдье, отсутствие ориентиров — и это наша степь. Такой — пугающей — предстала она перед тюрками.

Н. Огарев

«Предок рода Огаревых, — отмечается в родословной, — мурза честен именем Кутламамет по прозванию Огарь, а по крещению названный Пантелеймоном, выехал к благоверному великому князю Александру Ярославовичу Невскому из Золотой Орды».

Прозвище Огарь по-тюркски означает «высокий, великий»

Прошли десятилетия, прежде чем кипчаки стали для нее своими, они сказали: «Наша степь». И пошли по степи на запад.

Великое переселение народов — грандиозное событие. Но что это было? Как выглядело оно? Неверно полагать, будто шла неорганизованная толпа. Теория «кочевых цивилизаций», полагающая, что люди скитались по степи в поисках пастбищ для скота, слишком примитивна. Она не учитывает реалии жизни. А для тюрков с их высокой культурой не подходит и вовсе. Жизнь была намного сложнее.

Может быть, к переселению народы подтолкнуло изобретение нового — сухопутного! — вида транспорта. Брички, потом вежи и избушки на колесах… Возможно, все начиналось иначе — не с изобретений. Мы никогда не узнаем, как было в действительности: что шло сначала, а что — потом. Ясно другое: во II веке на запад двигалась не толпа, не вереница людей, не орды кочевников.

Благодаря находкам археологов известно, что в степи закладывали новые поселения, города и станицы, строили дороги и переправы через реки… Шло освоение территории — дело неспешное, кропотливое. Заселение — это не «гуннские набеги», как утверждают многие. И даже не конная атака. В среднем на сорок километров в год (!) углублялись тюрки в степь. Расстояние одного конного перехода, впрочем, год на год, конечно, не приходилось. И это естественно. Два с половиной века продолжалась их дорога от Алтая до Атлантического океана.

Два с половиной века мучительно тянулась она. Люди приходили на новое место, заселяли его, и потом их старшие дети шли дальше, чтобы начать все сначала. Младшие по установившейся тогда традиции оставались с родителями (кстати, эта древняя традиция сохранилась в народе до сих пор).

Великое переселение народов, что бы ни говорили, было продуманным движением вперед. Оно не могло возникнуть вдруг. Оно готовилось семь веков! С момента изобретения тюрками металлургического горна. Не сразу прорезали Великую Степь дороги и оросительные каналы. Не сразу между поселениями была налажена почта (ямы). В трудах и поисках верных решений проходили десятилетия… Пока наконец в Степи появились цветущее Семиречье, ставшее прообразом Шамбкалы, и другие оазисы в степи. (Их и не дали исследовать академику А. X. Маргулану.)

Они возникли не по мановению волшебной палочки. Их строили люди, которые знали, как строить и что строить.

Конечно, не вписывается всё это в теории о «диких кочевниках»… Но в Великой Степи сохранились остатки той тюркской цивилизации. Мало того, есть китайские, персидские, арабские хроники, которые упоминают о ней.

Две тысячи лет назад к западу от Алтая начала зарождаться удивительная страна с удивительной культурой. Она быстро превращалась в центр мировой духовной жизни. Это тоже факт, зафиксированный в мировой истории.

Сюда приезжали учиться!.. Видимо, одним из приезжих в Тенгри-Тау был еврей по имени Йешуа. Его воспоминания о неминуемом приходе всадников — посланцев Божьих — отражены в древнейшей книге христиан — Апокалипсисе. Позже имя «Йешуа» превратилось в «Иисус Христос»… Нигде, кроме Алтая, он не мог встретить конное войско и духовенство, служившее Богу Небесному.

Ни в духовной, ни в материальной, ни в военной жизни кипчаки не уступали никому. В этом убеждают не только древние хроники Востока, но и легенды и предания разных народов. Сказание «Акташ», например, повествует о легендарном хане Акташе, который первым из тюрков вышел к Волге и «подчинил себе все земли от Идели до Кавказа». Соседи искали союза с ним… Есть и другие произведения, в которых драгоценными россыпями высвечивается былое.

Однако кто из тюрков назовет сегодня имена великих деятелей того периода? Где прочитать об их свершениях и походах?!

В знаменитой Британской энциклопедии есть сведения о стране тюрков. Но Европу интересует тюркская (кипчакская) тема ровно настолько, насколько позволяет идея европоцентризма. Весь мир ей видится как приложение к Европе.

Вот и не знаем, что совершил хан Баламир? Как возвысился царь Харатон? Чем увековечил себя мудрый Донат? В «кочевнических» монографиях о них нет и строчки.

Видимо, авторам страшно даже подумать, что именно кипчакские цари — Баламир, Харатон, Донат — вывели степняков в Европу; что перед тюрками склонялись правители Византии и Рима. Не сказана правда и о величайшем из великих тюрков — Аттиле, гордости нашего народа!

Аттила завершил Великое переселение тюрков: Европа лежала у его ног, платила дань… Но ныне о тех событиях рассказывают совсем по-другому. Тюрки не знают своей истории и получают ровно столько, сколько оставляют им.

Непобедимого Аттилу победили не римское войско, не объединенная армия Европы — собственное величие. Тяжелейшее это бремя. Оно раздавило Аттилу, он забрал мир у своего народа! После смерти полководца осталось сто восемьдесят четыре (!) сына, девочек не считали. Могли ли претенденты на трон отца сидеть спокойно, имея в жилах кровь самого Аттилы? Конечно, нет. Начались жесточайшие междоусобицы… Тюрки дрались сами с собой. Пока не надели на себя ошейник раба…

Народ раскололся.

С них, с этих осколков, началась история бургундов, савойцев, хорватов, баварцев, саксонцев, каталонцев, сербов, чехов, болгар и других «малых народов» Европы, которые в представлении европейских историков вдруг возникли из ничего… Будто с неба упали.

После Аттилы Великая Степь разделилась на враждующие каганаты, улусы, семьи… Начался бой всех против всех. Междоусобицы никогда не стихали. Продолжаются они и поныне. С неприязнью к ближнему входило и уходило из жизни каждое новое поколение.

И поспорили братья промеж собой,

И вымали мечи булатные,

И рубили друг друга до смерти,

И, рубяся, корились, ругалися,

И брат брата звал обманщиком.

Наконец полегли до единого…

И доселе их внуки рубятся,

Все рубятся за правду, за истину,

На великое себе разорение.

Слова эти оставил поэт Алексей Константинович Толстой. О его тюркском происхождении говорят и родословная, и фамильный герб, и, конечно, стихи, в которых он глубоко и проникновенно передал старинные степные предания.

Наши духовные сокровища

О гуннах, то есть о кипчаках, написано много, они, мол, диким валом прокатились по Европе и исчезли… А как возникли эти дикие орды? Кто их растил, одел, кормил? Обучил военному искусству, вооружил, наконец. Требовались же огромные материальные затраты.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.