Глава 14 Трудная семейная жизнь А.Г. Строгонова (Человек-крепость-2)

Глава 14

Трудная семейная жизнь А.Г. Строгонова

(Человек-крепость-2)

При всех очевидных различиях двух доживших до преклонных лет сыновей Григория Александровича-первого — Сергея и Александра, их объединяла одна черта характера — суровость. А.Ф. Гримм, один из самых знаменитых воспитателей в России, сказал про первого из них: «Граф Строгонов — это сильная крепость, но только никто не знает, сколько в ней гарнизона».[143] Те же, весьма точные, слова можно отнести и ко второму брату. Каждый из двух наиболее одиозных представителей последнего периода истории рода представлял собой «крепость», был «человеком-замком», причина «строительства» которого происходит из одного источника: недостаточного семейного воспитания.

Штрихи биографии графа Александра Григорьевича. После участия в Отечественной войне 1812 года — загадочное участие в походе на «Св. Патрикии» в 1817 году. Наследником был назначен Сергей. Означало ли это, что Александр не прошел родительские смотрины? В 1820 году женитьба на Наталье Викторовне Кочубей, дочери друга графа Павла Александровича Строгонова. Некоторое время супруги жили в доме № 22 по Литейному проспекту в Санкт-Петербурге. Став в 1826 году по указу императора Николая I графом, вместе с братьями и отцом, Александр Григорьевич усмирял Польское восстание (1831 г.), в 1834 году он — генерал-майор, товарищ министра внутренних дел, генерал-адъютант.

В 1836 году — Черниговский, Полтавский и Харьковский генерал-губернатор, в 1839-м — управляющий Министерством внутренних дел и на этом посту в 1840 году стал генерал-лейтенантом. В 1841 году уволен со своей должности по прошению, но с 1849 года стал членом Государственного совета. В 1854 году занял пост военного губернатора Петербурга. В следующем году, после назначения Новороссийским и Бессарабским генерал-губернатором, переселился в Одессу. Там узнал о присвоении звания генерала от артиллерии (1856 г.). В 1863 году граф уволен от службы, хотя остался членом Государственного совета и генерал-адъютантом.

По семейному преданию, истинной причиной удаления графа Александра Григорьевича на берег Черного моря стала женитьба сына Григория, который к 1856 году остался единственным потомком отца, ставшего к тому же вдовцом. У этой четы Строгоновых было пятеро детей, но судьба всех оказалась драматичной. Баронесса Мариамна Александровна, родившись в 1822 году, в 1839 году умерла графиней. Наталья, вступив в брак с князем П.В. Голицыным, родила двух детей, но скончалась в возрасте 24 лет (1853 г.). Граф Сергей умер не достигнув восьми лет, подавившись костью.

Граф Виктор Александрович родился в 1831 году, в 1850 году окончил Пажеский корпус. В 1854 году, когда В.А. Строгонов получил бессрочный отпуск по болезни, он числился корнетом лейб-гвардии Конного полка. На следующий год, получив чин поручика, отправлен в отставку. Умер 22 января 1856 года, также в возрасте 24 лет, и похоронен на кладбище Тестаччо в Риме. Принимая во внимание место смерти и возраст графа, на ум приходит чахотка, но подтверждений тому нет.

Таким образом, к середине 1850-х годов четверо из пяти детей графа Александра Григорьевича скончались, не достигнув зрелых лет. К этой печальной статистике следует прибавить тот факт, что в январе 1855 года из жизни ушла графиня Наталья Викторовна Строгонова. Она была ровесницей века и, значит, прожила недолго — всего пятьдесят четыре. Сократилась ли ее жизнь в результате переживаний по поводу судьбы детей?

Одна из самых загадочных фигур в истории Строгоновых — граф Александр Григорьевич

Та самая Наталья Кочубей, впоследствии графиня Строгонова, юношеская любовь Пушкина

В 1856 году, после годичного пребывания на посту Новороссийского и Бессарабского генерал-губернатора, Строгонов решил перевести в Одессу свои книги, что является ясным свидетельством желания закончить жизнь на берегу Черного моря. Установленный Е.В. Полевщиковой факт отбытия фолиантов из невского дома, как будто свидетельствует о том, что Александр Григорьевич проживал именно там. Библиотека — «плоходвижимое» имущество.

На основании вышеизложенного, можно считать, что бегство из Петербурга могло быть продиктовано не столько скандальной женитьбой сына, сколько с оставлением мест тягостных воспоминаний, сродни выбору графиней Софьей Владимировной Марьина в 1810-е годы. Другой важный факт, в 1859 году в невском доме окончательно поселился граф Сергей Григорьевич. Весьма сомнительно, чтобы две такие колоритные фигуры мирно ужились вместе под одной крышей.

Если факт пребывания «одесского изганника» в доме у Полицейского моста потвердится, то к его трагическим страницам добавятся новые листы.

Строгоновский мост в Одессе

Пребывание графа Александра Григорьевича в Одессе кажется счастливым. С 1856 по 1877 годы он являлся президентом городского общества Одессы, которое преподнесло графу звание первого вечного гражданина города (1862 г.). Возможно, в его получении некоторую роль сыграл законченный в 1863 году архитектором Ф.П. Гонсиоровским городской долгострой — мост, соединявший Греческую улицу в единое целое и названный годом ранее «Строгоновским», возможно, только потому, что в тот момент отмечалось 50-летие службы графа Александра Григорьевича. Еще с начала 1840-х годов в столицу из Одессы отправлялись на утверждение различные проекты будущего моста, но все они одобрения в Санкт-Петербурге не получили. 120-метровое сооружение, состоявшее, справедливости ради надо сказать, не из одного, а из двух каменных мостов — трехарочного над Польским спуском и двухарочного над Левашевским (ныне — Деволановским), — объединенных насыпью, начали строить только в 1851 году по проекту Карла Маевского.

В 1970-е годы городские власти приняли решение этот мост (якобы пришедшей в негодность) уничтожить и построить новый. От старого сооружения сохранилась только литая чугунная высокая ограда, которая появилась на прежнем мосту после того, как он получил у местных жителей название «Мост самоубийц». Его высота, 13 метров, действительно спровоцировала несколько суицидов. Мраморная плита, ранее вмонтированная в один из парапетов при входе на старый мост, находится ныне в Краеведческом музее.

Александр Григорьевич — кавалер Ордена Святого апостола Андрея Первозванного (награжден 6 октября 1881 г., в день 50-летия службы в офицерских чинах). Четвертый, после графа Александра Сергеевича, отца графа Григория Александровича и брата Сергея Григорьевича обладатель высшего ордена империи среди Строгоновых.

Больше славы графу принесло всемирно известное блюдо под названием beef-stroganoff, которое (правда, только по легенде) придумали местные повара специально для престарелого графа, с трудом жевавшего твердую пищу (рассуждения о блюде помещены в следующую главу).

«Хотя Строгонов никогда не принял мезальянс, годы умерили его возмущение. Вопреки его ожиданиям, брак оказался счастливым, и супружеская чета часто приезжала на свидание с ним. Когда бы члены царской семьи не посещали Одессу, они останавливались у старого Строгонова, и потому, в конце концов, он завел нечто вроде собственного маленького двора в своем скромном сером доме на Черном море» — сообщал в своих мемуарах П.В. Родзянко.

Родзянко породнились со Строгоновыми после скандального происшествия периода Русско-турецкой войны. Его главной героиней оказалась Мария Павловна Хитрово (1852–1944) — потомок обоих ветвей Строгоновых. По отцу, князю Павлу Васильевичу Голицыну, она приходилась внучкой Аглаиде Павловне Строгоновой, а ее мать Наталья, скончавшаяся в двадцать три года, была дочерью графа Александра Григорьевича. В 1871 году Мария вышла замуж за Алексея Захаровича Хитрово, ротмистра Кавалергардского полка. В 1876 (или 1877) году она родила ребенка — дочь Марию — от другого ротмистра того же полка — Павла Владимировича Родзянко.

Произошел скандал, и, как водится, от влюбленных отвернулся свет. Алексей Хитрово и Павел (Павля) Родзянко вышли из полка. Однако весной 1877 года цесаревна Мария Федоровна пригласила Марию Хитрово на интимный бал в Аничков дворец. Император Александр II, он уже сам был уже отцом внебрачных детей и соучастником «истории» Григория Строгонова, потому смотрел либерально на подобные вещи, спросил отца Павла: «Когда же свадьба его сына и Мэри?». Свадьба состоялась 17 июля 1877 года. В.П. Родзянко согласился на ней побывать только при полном отсутствии гостей с обоих сторон. Граф Григорий Александрович Строгонов присутствовал на церемонии как шафер со стороны невесты. Сам Владимир Павлович, вместе с сыновьями Николаем и Михаилом, будущим председателем Государственной думы, был шафером со стороны жениха.

Обо всем этом поведала в написанных в начале XX века мемуарах Е.В. Дягилева, родственница Родзянко, называя первого мужа Мэри «игрушечным». По официальным сведениям генеалогии, Голицына и Хитрово развелись в 1872 году. Следовательно, скандал мог состоять только в том, что ребенок родился до свадьбы. С тех пор для Родзянко, который занял положение infant terrible большой семьи Строгоновых, открылись двери Марьино, дома на Невском и других домов. Великая княгиня Мария Николаевна велела Мэри Родзянко называть себя тетей к неудовольствию графа А.Г. Строгонова, для которого это была лишь очередная семейная неурядица.

Павел Павлович Родзянко, сын Павла Владимировича Родзянко, кратко описал посещение родственника: «Мы остановились перед особняком из серого камня, смотрящим на Черное море. Несколько дюжих лакеев спешили встретить нас. Они были одеты в ливреи и были увешаны медалями. Поскольку прадедушка имел пристрастие ко всему военному, все его слуги были ветеранами. Старик ждал нас в своем кабинете, сидя в бархатном кресле с высокой спинкой. Он встал, чтобы встретить нас; несмотря на свои девяносто лет и рост более шести футов он держался прямо, у него была седая борода и пронзительные голубые глаза». Здание, давшее кров графу Александру Григорьевичу в Одессе, вероятно, располагалось по адресу: Николаевский бульвар, 9. Именно там стоял называемый дворец Шидловского, возведенный в 1829–1830 годах и служивший впоследствии резиденцией новороссийских генерал-губернаторов. Согласно другой версии, в 1862 году граф купил некий дом на том же бульваре, который в настоящее время называется Приморским.

Граф Александр Григорьевич в старости

На Николаевском бульваре, в двух минутах от дома Шидловского, был поставлен памятник-фонтан A.C. Пушкину. Решение об его открытии к 50-летию гибели поэта было Высочайше одобрено в 1881 году. Средства на монумент собирались среди жителей Одессы по подписным листам. Накунуне намеченного срока (1887 г.) необходимой суммой не располагали. Граф А.Г. Строгонов, к которому также обращались, категорически отказался участвовать в акции. С ним даже случилась легкая истерика, во время которой он, недоумевая о бездействии полиции, сказал, что не ставит памятников «кинжальщикам». Александр Григорьевич вспомнил стихотворение поэта «Кинжал» семидесятилетней давности, которое казалось ему антимонархическим. Эта реакция чрезвычайно характерна для общего направления взаимоотношений рода к «классу» журналистов и писателей в целом.

Вместо скульптуры из бронзы в полный рост пришлось ограничиться только бюстом поэта. Он был открыт только 16 апреля 1889 года и представляет собой монумент, казалось бы, уместный для города, расположенного в таких широтах, но все же балансирующего на грани между искусством и китчем. Изо рта четырех довольно нелепых в данном случае дельфинов вечно падает вода (скульптор Ж. Полонская, супруга известного поэта и прозаика, архитектор Х.К. Васильев). На пьедестале памятника выбиты слова: «A.C. Пушкину — граждане Одессы».

Надо думать, что в последние два года жизни Строгонов избегал ходить по бульвару в восточную сторону и, выходя из дома, сразу поворачивал налево, направляясь к золотому Дюку и Потемкинской лестнице.

Скончался граф Александр Григорьевич в августе 1891 году в возрасте девяноста пяти лет. Буквально накануне печального события, в мае, в соответствии с решением думы, в зале ее заседаний был выставлен портрет «первого гражданина города Одессы» Строгонова работы художника Н. Кузнецова, сохранившийся до наших дней. Погребение состоялось на Старом кладбище рядом с могилой И. Полетики. С тех пор в одной ограде находилось два одинаковых памятника из лабрадора и розового гранита — над могилами графа и воспитанницы его отца И. Полетики. В советское время захоронения уничтожили и на их месте создали «Парк культуры и отдыха имени Ильича». (По сообщению одного из одесских исторических сайтов, плита с могилы Александра Григорьевича некоторое время тому назад валялась на стадионе «Январец».[144])

Согласно историческому анекдоту УГ. Иваска, не имея прямых наследников, еще в 1870-е годы граф решил продать отцовскую библиотеку одному из петербургских антикваров, оценив ее в 10 000 рублей, но изменил свое решение, возмутившись просьбой покупателя ознакомиться с книгами. В 1880 году эти книги были пожертвованы в Императорский Томский университет, открытый в 1888 году. По исследованиям И.Г. Колосовой, заслуга в отправлении собрания графа Г. А. Строгонова старшего и барона A.C. Строгонова в Сибирь принадлежала В.М. Флоринскому, профессору-медику. Именно он, зная о хранении с 1864 года (после смерти графини Юлии Павловны) на складах Большого Гостиного двора Санкт-Петербурга ценного кладезя знаний, осуществил крайней сложную и длительную миссию по получению согласия двух братьев — Александра и Сергея Григорьевичей (1875–1878). Все 22 626 томов находились в 142 ящиках общим весом 1770 пудов.

Перед смертью Строгонов затопил пароходы со своим архивом. На следующий год Н.М. Колмаков, переживший графа, позволил себе назвать его отца, графа Григория Александровича, другом Пушкина.

Неустроенность жизни графа Григория Александровича, отсутствие Дома и должного внимания к воспитанию наследника самым негативным образом повлияло на судьбу его потомков и в известной степени привело к вырождению Строгоновых.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.