Фрегаты, галеоны, ладьи, триремы…

Фрегаты, галеоны, ладьи, триремы…

Жизнь кораблей подобна человеческой: они рождаются, трудятся, старятся и умирают. Умирают, к сожалению, бесследно. Только сравнительно недавно люди, спохватившись, начали организовывать «суда-музеи» — памятники славным временам ладей, плотов, стругов, парусников и первых колесных пароходов. Об истории освоения морей и океанов, покрывающих третью часть нашей планеты, мы судим в основном лишь по письменным источникам. Вещественных памятников почти не сохранилось. Старые суда пошли на слом, ржавчина съела металл, дерево превратилось в труху. В наши дни сложилась парадоксальная ситуация: лучшими свидетелями истории кораблей являются те суда, которые современники считали безвозвратно погибшими. Поднимая останки этих затонувших кораблей — а порой даже целые корабли! — мы, словно на «машине времени», переносимся в эпохи, отделенные от XX века промежутком порой в двести, порою в тысячу, а иногда и три тысячи лет.

Советские археологи ведут исследования турецкого корабля XVIII века, потопленного в Керченском проливе. Неподалеку от него изучаются на дне моря остатки корабельных грузов и самих кораблей времен античности. Ведь в Причерноморье в течение многих веков совершали частые рейсы греческие, а затем и римские купцы и колонисты. В середине тридцатых годов команда эпроновцев подняла в устье Буга хорошо сохранившийся челн возрастом около двух с половиною тысячелетий. «Судно выделано из цельного дерева, однодревковое; борта его сохранили первоначальную округлость ствола, — писал о находке профессор Р. А. Орбели. — На правом борту во всю его длину древние зарубины и засечки — следы ударов тупым орудием вкось. Создается впечатление, что судно не только ударялось о пороги или о берег, но и подвергалось нападениям». Сейчас этот челн выставлен в Ленинградском Военно-морском музее.

Американский аквалангист Такер, в течение полутора десятков лет исследуя рифы, окружающие Бермудские острова, обнаружил остатки почти 300 кораблей! Особенно интересной находкой было пиратское судно XVI века. Чего только не было на его борту! Пушки и сосуды для уксуса, золотое распятие, украшенное драгоценными камнями, и глиняная посуда, мушкеты и капитанский циркуль, золотой слиток с гравированной надписью «Пинто» (рудник на одноименной реке в Колумбии) и бронзовая ступка, ритуальное индейское копье и гранаты, наполненные дымным порохом, гирьки для взвешивания лекарств и пудреницы…

24 апреля 1961 года, после четырех лет подводных работ, со дна Стокгольмской бухты был поднят фрегат «Васа», флагманский корабль королевского флота Швеции. Корабль этот был торжественно спущен на воду в 1628 году. Но не успев пройти и полумили, на глазах у многочисленной толпы, провожавшей флагман в путь, фрегат, по словам очевидца, «с поднятыми парусами, флагами на мачтах и всем, что находилось на борту, затонул в течение нескольких минут».

В середине XVII века удалось поднять бронзовые пушки, установленные на двух палубах «Васы», но затем работы прекратились. И лишь спустя три столетия шведские водолазы и историки сумели не только отыскать забытое судно, но и поднять его на поверхность. Фрегат был реставрирован и превращен в музей. Число экспонатов в нем достигает двадцати тысяч.

Один из самых интересных экспонатов «Васы» — двухтонная скульптура из дуба, изображающая льва с разинутой пастью, готовящегося к прыжку. Она украшала нос фрегата. Стиль скульптуры находит аналогию в искусстве викингов — очевидно, традиции отважных норманнских мореходов, первых покорителей Северной Атлантики, остались верны спустя много веков их потомки — шведские, норвежские, датские моряки. Конструкцию норманнских судов напоминает и носовая часть корабля, погибшего в конце XIV — начале XV века, который найден в заливе Зюйдер-Зее. Конечно, эти интересные сопоставления не могли быть сделаны, не найди археологи суда самих викингов. К счастью, море сохранило и «коней валов», «медведей прибоя», как именовали свои корабли поэты-викинги (владеть техникой стихосложения для них считалось столь же обязательным, как и умение владеть мечом!)

«Корабль — жилище скандинава», — образно сказал какой-то средневековый автор. Действительно, корабль почитался древнейшими жителями Скандинавии, недаром он был самым излюбленным сюжетом их рисунков на скалах и служил верой и правдой их потомкам, викингам, которые также почитали корабли и даже хоронили в них знатных князей и великих воинов. Благодаря этому обряду археологам удалось раскопать несколько ладей викингов. А затем пришла пора открытий на дне моря.

Среди жителей Роскилле (Дания) упорно жила легенда о корабле, затопленном тысячу лет назад, чтобы блокировать врагу вход во фьорд, в вершине которого стоит Роскилле. Легендой заинтересовались археологи. Их исследования показали, что на дне Роскилле-фьорда находится не один, а по крайней мере полдюжины кораблей. И они, действительно, были затоплены, чтобы препятствовать входу во фьорд. После того как с борта судов были убраны камни, «мы добрались и до самих кораблей, — рассказывает руководитель раскопок Олаф Ольсен. — Дубовое дерево, из которого они были сделаны, хорошо сохранилось. Но так как деревянные гвозди уже ослабли, нам приходилось все время следить, чтобы течение не унесло мелкие обломки после удаления камней. Поэтому мы ограничивались обнажением лишь небольших участков».

Легенда местных жителей приписывала затонувший корабль королеве Маргарите. Однако Ольсен утверждает, что «их следует отнести к более раннему периоду, примерно к 950 году. Находка представляет особую ценность, потому что теперь мы впервые сможем с большой вероятностью реконструировать торговые суда времен викингов». Прежде ученые имели дело лишь с боевыми судами викингов, которые находили в захоронениях. Торговые корабли существенным образом от них отличались. Например, весла на них находились лишь на носу и на корме, в то время как боевые суда имели сплошной ряд весел и т. д.

Находка на дне Роскилле-фьорда позволила полнее проследить историю судоходства и мореплавания жителей Западной Европы на протяжении тысячелетия: от ладей викингов до современных трансатлантических гигантов. Если искатели сокровищ изучали останки затонувших кораблей в поисках золота и драгоценностей, то ученые не менее тщательно исследовали сами эти останки, поднимали со дна, казалось, самые незначительные предметы. В результате их кропотливой работы мы очень многое узнали об оснастке, грузоподъемности, судоходных качествах фрегатов, галеонов и других судов XVI–XVIII веков, а находки на дне Зюйдер-Зее и Роскилле-фьорда помогли проследить «традицию викингов» от IX века до «Васы». Не менее интересные данные были получены об античном мореплавании, история которого, до раскопок под водой, была туманной, ибо ученые не видели своими глазами ни один корабль античного времени.

Например, возле «амфорного поля», которое исследовал Нино Ламболья, был найден плавильный котел, сделанный из камня. Значит, подводная часть древнего судна, везшего амфоры, была обшита свинцом — плавильный котел взяли на борт на случай ремонта свинцовой обшивки. Подобная обшивка (предохраняющая дерево от моллюсков, которыми неизбежно обрастает днище корабля) в Европе начала применяться лишь в XVI веке, в разгар эпохи Великих географических открытий. Подводная археология показала, что это было «открытием велосипеда»: древние римляне догадались обшивать днища судов свинцом чуть ли не за тысячу лет до того, но в средние века это изобретение забыли — как и многие другие.

Ламболья обнаружил и иные интересные предметы, позволяющие восстановить облик античных кораблей. Со дна был поднят свинцовый рог — по всей видимости, он украшал нос судна. Другая находка — колесо из свинца. Очевидно, это часть лебедки, поднимавшей парус или якорь. Но самая любопытная находка Нино Ламбольи — это медный гвоздь, покрытый слоем свинца. Быть может, римляне кое-что знали об электричестве? Ведь если два различных металла поместить в соленую воду, возникает электрический ток. Или прав археолог Мирабелло, коллега Нино Ламболья, считающий, что древние судостроители просто «эмпирическим путем обнаружили, что с одним из двух металлов происходит что-то неладное: либо медь, либо свинец разъедается. Чтобы предотвратить это, они тщательно покрывали гвозди свинцом»? Какая из гипотез права, мы не знаем. Обе они интересны — и обе могли возникнуть лишь после того, как изучение остатков затонувшего корабля помогло нам узнать эту любопытную особенность судостроительной техники римлян.