Военная реформа Карла XI. «Новая индельта» (1680-1697 гг.)

Военная реформа Карла XI. «Новая индельта» (1680-1697 гг.)

Король Карл XI (1660-1697 гг.) был вынужден изыскивать средства внутри государства. Опираясь на поддержку податных сословий, низшего дворянства и части сановников-аристократов, король добился решения о редукции земель, т.е. пересмотра земельных пожалований дворянству. Редукция проводилась строго и к 1700 г. дворянское землевладение уменьшилось вдвое. Особенно рьяно королевские чиновники проводили редукцию в Эстляндии, Лифляндии, Ингерманландии и Карелии, что вызвало сильный протест остзейского дворянства. Вместе с тем, королю Карлу XI удалось не только поправить финансовое положение Королевства, но и получить в казну большие доходы.

Все это позволило королю в 1680 г. провести военную реформу, так называемую "молодую индельту". Сущность военной реформы Карла XI заключалась в замене периодических рекрутских наборов постоянной повинностью крестьян содержать личный состав королевского войска.

Все обрабатываемые земли в Швеции и Финляндии были разделены на участки, названными "индельтами". Группа крестьянских дворов, составлявшая "индельту", обязывалась выставлять одного солдата. Индельта выделяла солдату участок земли ("торп"), дом, обмундирование, а также дополнительные продукты питания. Вооружение и снаряжение солдату выдавалось государством. Группа крестьянских дворов, обязанная выставлять и содержать одного солдата, называлась "ротехолл" ( roteholl), a составлявшие ее крестьяне -- землевладельцы -- "ротехолларами" (rotehollarna). Солдаты, содержавшиеся индельтами одного лена, сводились в полк, носивший его название (например Уппландский или Вестерботтенский пехотные полки -- т.е. из лена Уппланд и Вестерботтен).

Солдаты внутри полка подразделялись на роты (kompaniet), которые сводились в батальоны. Роты назывались по названию той местности, где они формировались (рота Расбу, рота из Лагунды и т.д.) Солдаты один раз в год призывались на военные сборы, поддерживая тем самым свою боеготовность. В случае войны, индельта, после ухода одного солдата выставляла второго, служившего для пополнения постоянного полка. Если и второй солдат уходил на войну, индельта могла выставить нового рекрута. Из этих рекрутов в случае необходимости формировали полки военного времени -- так называемые "третьеочередные" (tremanningsregement). Эти полки обычно носили имя шефа (например Уппландский третьеочередной пехотный полк, шефом которого в 1700-1712 гг. был генерал Левенгаупт, назывался "полком Левенгаупта" и т.д.) Четвертая очередь рекрутов шла на пополнение основного полка ( вместо погибших или пропавших солдат второй очереди), а из рекрутов пятой очереди, в крайнем случае могли также формироваться временные полки -- пятиочередные.

Группа крестьянских дворов, содержавшая одного кавалериста, называлась "рустхолл", а входившие в нее крестьяне -- "рустхолларами". Офицеры и унтер-офицеры проживали на усадьбах в той местности, где расквартировывался их полк. Они жили в специально построенных для них домах, называвшихся "бостель". Жалованье им выплачивалось закрепленной за ними группой дворов.

Таким образом, благодаря системе индельты, в Швеции была создана многочисленная, национальная по своему составу армия, организованная по типу поселенных войск. Эта военно-поселенная система просуществовала вплоть до XIX века. Именно с этой военной системой подготовки и комплектования шведская армия короля Карла XII (1697-1718 гг.) вступила в великую Северную войну 1700-1721 гг. Вместе с тем сохранялась и система вербовки. Шведская армия начала XVIII века по праву считалась лучшей регулярной армией Европы. Закаленная в огне битв и походов времен Густава II Адольфа, Карла X Густава и Карла XI, имея прекрасный командный состав во главе с талантливым королем-полководцем Карлом XII, прекрасно обученная и дисциплинированная, шведская армия была очень опасным противником.

Как было описано выше мы видим, что по своему составу армия Карла XII не была однородной, что объясняется применением двух различных систем комплектования:

1. Поземельной воинской повинности.

2. Вербовки наемных солдат.

Отборные полки индельты составляли основную силу армии Карла XII в ходе описываемого нами периода Северной войны 1700-1709 гг. Пехотные полки индельты имели стандартную организацию. Полк двухбатальонного состава имел 8 рот (по 4 роты в батальоне). Полк насчитывал 1200 человек штатного состава, т.е. в каждом батальоне насчитывалось 600 человек. В состав пехотной роты входили капитан, один-два лейтенанта, один-два прапорщика (фенриха), всего 3-5 офицеров, а также 5 унтер-офицеров (фельдфебель, сержант, каптенармус, фурьер и подпрапорщик). Штатный строевой состав роты составляли 6 капралов и 144 рядовых, всего 150 человек. В каждой роте было 3 музыканта в том числе один или два барабанщика (другие музыканты играли на флейту, гобое или дудке). Рота делилась на 6 дивизионов по 25 человек (капрал и 24 рядовых). Два дивизиона состояли из пикинеров, а четыре из мушкетеров и гренадеров. Всего в каждом мушкетерском дивизионе насчитывалось 22 мушкетера и 2 гренадера. Каждый дивизион состоял из 4 рядов по 6 рядовых. Таким образом в роте состояло по штату 12 гренадеров, 84 мушкетера и 48 пикинеров.

Штаб-офицерами полка являлись полковник, подполковник, майор, которые одновременно считались командирами (вместо капитанов) первых рот полка (они назывались лейб-ротой, ротой подполковника, ротой майора). Так как полковник часто исполнял обязанности шефа или командира полка (одновременно он считался командиром 1-го батальона, называвшегося лейб-батальоном), подполковник командовал 2-м батальоном, а майор замещал полковника в качестве командира 1-го батальона. Ротами, где командирами числились эти штаб-офицеры, обычно командовали лейтенанты (в лейб-роте мог замещать полковника капитан-лейтенант).

Кроме выше перечисленных чинов в полку состояли один полковой квартирмейстер, три пастора (один пастор обслуживал только офицеров), полковой писарь, полковой цирюльник с помощником, полковой профос, три младших профоса, четыре музыканта (флейтисты и гобоисты), а также 137 офицерских слуг и 72 ротных ездовых (обозников).

Роты в полку кроме трех первых, как было указано выше, носили название той местности или города, где они формировались. При этом их одновременно называли по именам и старшинству капитанов, командовавших ими (рота 1-го капитана, рота 2-го капитана и т.д.). В состав 1-го батальона (лейб-батальона) входили четные роты (лейб-рота, рота майора, роты 2-го и 4-го капитанов), а в состав 2-го батальона -- роты подполковника и 1-го, 3-го, 5-го капитанов.

Лучшими по уровню боевой подготовки являлись старшие роты полка (роты штаб-офицеров и первого капитана). Они состояли из наиболее опытных и закаленных солдат.

Лейб-гвардии пеший полк (Livgardettilfot) в отличии от полков индельты вербовался из добровольцев во всех ленах Швеции на постоянной основе.

До 1703 г. полк состоял из трех, а с 1703 г. -- из четырех батальонов. Три батальона (1-й, 2-й, 3-й) полностью состояли из мушкетеров и пикинеров, а 4-й батальон -- из гренадеров. Всего в полку насчитывалось 24 роты (из них 6 -- гренадерских). Одна рота постоянно находилась в Стокгольме, неся охрану королевского дворца. По своему штату гвардейские роты были меньше армейских. Они состояли из трех офицеров, 6 унтер-офицеров, 108 рядовых и 3 музыкантов. Рота делилась на 6 дивизионов по 18 рядовых, в том числе 2 дивизиона пикинеров (36 чел.) и 4 дивизиона мушкетеров (72 чел.). В батальоне насчитывалось 648 человек.

К началу русского похода (август 1707 г.) гвардейский полк насчитывал 2592 рядовых, а включая унтер-офицеров, офицеров, музыкантов и нестроевых 3000 человек. Лейб-гвардейский полк являлся офицерской школой, так как через него проходило до 40% всего офицерского состава шведской армии, производившегося в офицерские чины из состава рядовых и унтер-офицеров гвардии.

Кавалерия являлась любимым родом войск Карла XII, человека решительного, быстрого, с ярко выраженными дарованиями крупного кавалерийского военноначальника.

Цветом шведской кавалерии являлся отдельный корпус лейб-драбантов. С 1700 г. лейб-драбанты имели штатный состав 200 человек, но летом 1708 г. их численность была сокращена до 150 человек. Каждый рядовой драбант имел звание ротмистра (капитана). Офицерами в корпусе состояли капитан-лейтенант (в чине генерал-майора), лейтенант (полковник), квартирмейстер (подполковник), шесть капралов (подполковников), шесть вице-капралов (майоров). Звание капитана корпуса лейб-драбантов Его Королевского Величества носил сам король Карл XII. Кроме строевых чинов в корпус лейб-драбантов входили: аудитор, профос, пастор, цирюльник с помощником, два кузнеца, седельщик, оружейник и палочник.

Все рейтарские полки индельты, входившие в состав армии Карла XII, за исключением Лейб-регимента имели в своем составе по 2 эскадрона 4-ротного состава. Всего в полку было 8 рот. Конный Лейб-регимент состоял из 3 эскадронов (12 рот).

По штату каждая рейтарская рота состояла из 125 человек (124 рядовых и одного трубача). Организационно, она делилась на 3 взвода: отборный, штандартный и замковый. Каждый взвод делился на 3 отделения, т.е. всего в роте было 9 отделений, которые состояли из рядов, причем 6 отделений имели по 5 рядов, а остальные по 3 по 4 ряда. Всего в роте 42 ряда, в том числе 40 -- по три рядовых и два -- по два рядовых.

На каждую роту полагалось по два ротмистра, два лейтенанта, два корнета, штандарт-юнкер, два квартирмейстера и 5 капралов. В нестроевой состав роты входили: пастор, писарь, профос, кузнец. В первых трех ротах, как и в пехоте, командирами считались штаб-офицеры -- полковник, подполковник, майор (в Лейб-регименте два майора). Назывались и нумеровались конные роты точно также, как и пехота. В полку, кроме того, состояли: полковой квартирмейстер, полковой адъютант, штаб-трубач, литаврщик, фельдшер с двумя помощниками, оружейник и мастер-седельщик.

Штатный состав восьмиротного рейтарского полка состоял из 992 рядовых и 8 трубачей -- всего 1000 человек. Кроме того, при каждом полку было 33 ротных денщика, 157 офицерских слуг и 200 обозников. Лейб-регимент имел по штату в 12 ротах 1500 человек (1488 рядовых и 12 трубачей). Кроме того в состав шведской армии входил Шведский полк дворянского знамени, выставлявшийся за счет богатых дворян Швеции. В его состав входило 8 рот по 100 человек.

Карл XII широко практиковал набор рейтаров и драгун за счет сословий. К сословным драгунским полкам, набранным за счет мелкопоместных дворян и священников относились Сконский и Уппландский сословно-драгунские полки. Они имели тот же штат, что и рейтарские полки индельты (по 8 рот или 1000 человек). По некоторым сведениям Сконский полк накануне русского похода был увеличен на 2 роты и имел в своем составе 1250 человек.

Лейб-драгунский полк, набранный во всех областях Швеции, на тех же условиях, что и Лейб-гвардии пеший полк относился к вербованным драгунским полкам. Он состоял из 12 рот по 125 человек, т.е. 1500 человек штатного состава. Организация рот в драгунских полках была та же, что и в рейтарских, только вместо ротмистров у драгун были капитаны, а вместо корнетов -- прапорщики.

Как мы указывали выше шведская армия состояла не только из полков индельты, но и в значительной степени из вербованных частей, формировавшихся на период войны. Более подробно остановимся на вербованных Остзейских и германских частях, входивших в состав армии Карла XII в начальный период войны. Воинские соединения, образованные в самой Прибалтике можно подразделить следующим образом:

1. Вербованные войска.

2. Дворянские эскадроны.

3. Сословные драгунские эскадроны.

4. Ландмилиция.

5. Части, составленные из немцев, призванных в ополчение.

6. Слабо организованные соединения из крестьян, призванных в порядке всеобщего ополчения.

Следует также отметить, что иногда в одном полку или батальоне служили солдаты, привлеченные под знамена шведского короля различными способами. Так, к вербованному драгунскому полку В.А. Шлиппенбаха были присоединены и драгуны, отданные на службу духовенством. В Прибалтике основной контингент королевских войск был представлен вербованными частями. Они составляли наемную армию, находившуюся на полном обеспечении государства.

Система вербовки не имела никаких отличий от методов, применявшихся в других западно-европейских армиях. Командир полка заключал с представителем высшей власти (королем, генерал-губернатором и т.д.) соответствующий договор о вербовке. Вербовка производилась в отведенных для этого районах младшими офицерами и унтер-офицерами полка, имеющими на руках соответствующие документы. Как правило, вербовка осуществлялась за счет королевской казны.

Человек считался завербованным лишь тогда, когда получал от вербовщика задаток. В ряде случаев офицер-вербовщик заключал договор о вербовке (капитуляцию) со своим командиром. Навербовав взвод, роту или батальон, офицер-вербовщик становился его командиром. В таком случае он частично, либо полностью оплачивал вербовку.

Согласно существовавших правил вербовка должна была производиться только на добровольной основе. В Остзейских провинциях насильно можно было вербовать бобылей, "праздношатающихся", а также одиноких дворохозяев -- крестьян без достаточного количества рабочего скота.

Нельзя было вербовать насильно крестьян-дворохозяев, их сыновей братьев и батраков -- барщинников, ремесленников, подмастерьев, слуг зажиточных бюргеров, помещиков, чиновников и т.д.

На деле, с самого начала войны преобладала насильственная вербовка, причем не только тех категорий населения, которые были отданы во власть и на произвол вербовщиков, но и находившихся под защитой закона.

Таким образом мы можем видеть, что вербованные части в отличие от полков индельты сильно уступали им в стойкости и дисциплине. Насильственно завербованные крестьяне и ремесленники, не желавшие воевать за интересы шведской короны были склонны к массовому дезертирству, что в значительной мере снижало уровень боеспособности вербованных частей. С другой стороны вербованные части, обладавшие боевым опытом были грозным противником и серьезной боевой силой.

Древней повинностью мыз была рейтарская повинность, или конная служба (Rosdinst). Рейтарская повинность возлагалась на частные мызы, включая парциальные мызы и их терциальные части. Каждые 15 гаков составляли единицу -- росдинст. С одного росдинста надлежало поставлять одного рейтара в полном обмундировании, снаряжении и с конем. При меньшем числе гаков мызы объединялись в группы, составляющие вместе один росдинст, причем самая крупная мыза должна была выделять человека и обмундирование, а другие, более мелкие, выплачивали ей деньгами и натурой соответствующую часть расходов. Мызы не только давали рейтаров для армии, но и платили им жалованье, снабжали продовольствием, часто клочком земли, заменяли пришедшее в негодность обмундирование и снаряжение. Вместо выбывшего рейтара росдинст должен был поставить другого.

Так как все это требовало от дворян и помещиков больших расходов, то они всеми силами стремились уклониться от выполнения росдинста. Несмотря на жесткие меры, применяемые шведской администрацией в отношении держателей росдинста, численность Эстляндского и Лифляндского дворянских эскадронов не превышала 1200-1300 человек. С 1700 г. Карл XII своими распоряжениями обязал арендаторов мыз и пасторов поставлять драгун. Арендаторы обязывались поставлять с каждых 15 гаков двух драгун, причем за каждого драгуна было обещано вычитывать из арендной платы 40 риксталлеров. Вербовка драгун шла очень плохо. Так, пасторы сдали всего около 150 драгун, включенных в полк Шлиппенбаха.(18)

Всего количество сословных драгун не превышало 600 человек.(19)

По указу Карла XII в январе 1701 г. было принято решение о формировании из крестьян постоянных военных соединений -- ландмилиции. С каждого росдинста (15 гаков) требовалось поставлять 10 крестьян, умеющих обращаться с ружьем, причем хороших стрелков. Дополнительно каждый уезд должен был поставить 60 драгун. Офицерами должны были стать дворяне, которые всеми возможными способами уклонялись от службы в королевской армии. К сентябрю 1701 г. окончательно выяснились принципы комплектования ландмилиции. Поставлять солдат в ландмилицию должны были крестьяне, которые также были обязаны снабжать их обмундированием. Во время похода части ландмилиции снабжались из военных магазинов фуражом и продовольствием, а из арсеналов оружием. Командного состава в частях ландмилиции не хватало. Крайне низкий уровень боевой подготовки делал ландмилицию малопригодным родом войск. Части ландмилиции начиная с 1702 г. в основном использовались в гарнизонах крепостей ибо их боевая ценность была крайне мала. С 1704 г. широко применяется способ переведения ландмилицейских частей в состав вербованных полевых полков и пополнения самой ландмилиции методом вербовки. Всего численность ландмилицейских частей в Эстляндии и Лифляндии достигала примерно 8000 человек.

Мы не будем говорить о немецких ополченческих частях и всеобщем ополчении, ибо они не относились к регулярной армии и не имели боевой ценности. Численность их также была крайне мала из-за массового уклонения от службы.

В 1700-1708 гг. в Остзейских провинциях (Эстляндии, Лифляндии и частично в Ингерманландии) было завербовано около 10000 человек, более 1050 человек было нанято на службу в дворянские эскадроны; 600-700 человек в сословные драгунские полки; до 8000 -- в ландмилицию; около 400 человек призвано в ополчение немецкого населения; около 100 -- в Чудский флот. В общей сложности это составило от 20000 до 25000 человек, что было большим подспорьем для шведской армии.

По численности эстлянские и лифляндские вербованные пехотные части уступали полкам индельты. Численность солдат в пехотных полках не превышала 700-1000 человек и редко доходила до 1200 человек. Лифляндские кавалерийские вербованные полки имели штатную организацию 1700 г. Полк состоял из 8 рот по 75 человек, т.е. всего в полку было 600 человек. В каждой роте из 75 драгун состояли капитан (в первых трех ротах штаб-офицер), лейтенант, прапорщик, шесть унтер-офицеров, шесть капралов, два барабанщика, профос и кузнец. Кроме того в драгунском полку имелись полковой квартермейстер, адъютант, аудитор, два пастора, полковой фельдшер с двумя помощниками, оружейник, седельщик, литаврщик, шесть музыкантов (гобоистов и флейтистов) и гевальдинер (старший над обозом).

В русском походе 1707-1709 гг. под шведскими знаменами участвовали шесть вербованных немецких драгунских полков (Дюкера, Таубе, Майерфельта, Ельма, Юлленшерны, Альбедиля) и иррегулярный валашский полк Сандул Кольца.

Немецкие вербованные драгунские полки Дюкера, Таубе и Ельма имели каждый по 10 рот (в роте 125 человек). Всего 1250 человек. Драгунские полки Майерфельта, Альбедиля и Юлленшерны имели штатную организацию Лейб-драгунского полка, т.е. 12 рот (по 125 человек). Всего в полку было 1500 человек.

Лифляндский полк дворянского знамени к лету 1708 г. состоял из 4 рот по 100 человек в каждой, из них к армии Карла XII после сражения под Лесной примкнуло всего две роты этого полка. Немецкие части набирались в шведской Померании, Голштинии, Гессене, Мекленбурге, Саксонии. По уровню своей боевой подготовки они превосходили прибалтийские вербованные части. Германские части отличались высоким уровнем дисциплины и стойкостью в бою. С другой стороны, солдаты-наемники уступали солдатам шведских и финских поселенных войск, ибо задер, жка выплаты жалованья и испытываемые в ходе похода трудности резко снижали уровень боеспособности немецких частей и способствовало процветанию дезертирства.

Иррегулярный Валашский полк, состоявший к лету 1708 г. из 12 хоругвей и насчитывавший 2000 человек, был предназначен для ведения разведывательной и охранной службы. В полку служили поляки, молдаване, валахи, татары и т.д. Этот полк был самым недисциплинированным в шведской армии. Моральный дух солдат этого полка был крайне низок. Процветала склонность к грабежам и насилию. Как боевая единица это соединение особой боевой ценности не имело.

Шведская артиллерия при Карле XII состояла из одного вербованного артиллерийского полка в составе штаба, 8 артиллерийских рот, минерной команды, походной лаборатории и служб тыла. В штаб артиллерийского полка по штату входили: полковник, подполковник, два майора, полковой квартермейстер и адъютант. Кроме того в полку состояли: полковой аудитор, два пастора, полковой бухгалтер с писарем, судейский писарь, фельдшер с тремя помощниками, полковой фельдфебель, два профоса и шесть палочников. Восемь артиллерийских рот имели в своем составе 20 офицеров (4 капитана, капитан-лейтенант, 7 лейтенантов и 8 прапорщиков), 40 унтер-офицеров (16 штык-юнкеров, 16 сержантов и 8 фурьеров) и 274 рядовых (64 констапеля (старших пушкарей), 82 ученика констапеля и 128 гантлангеров (помощников)).

В состав минёрней команды входили капитан и 30 минёров и унтер-минёров. Походная лаборатория во главе которой находились фельдцехмейстер и капитан-фейервейкер, состояла из 39 бомбардиров (фейерверкеров). Тыловая служба полка была представлена различными нестроевыми чинами -- мастерами, подмастерьями, рабочими, писарями, всего более 300 человек.

При артиллерийском полку находился обоз в составе 12 транспортных команд. По штату в обоз входили шталмейстер (старший конюх), унтер-шталмейстер (младший конюх), писарь, 40 фургеров (по чину соответствующие штык-юнкеру), 40 шафферов (сержантов) и 891 кучер.

Хотя артиллерия и не являлась любимым родом войск Карла XII, в виду большого удельного веса артсистем, снижавших быстроту маневра королевских полков, но на протяжении описываемого нами периода она всегда находилась на высоком уровне боеготовности.

При Карле XII шведская пехота состояла из трех видов солдат, различавшихся по вооружению. Основную массу пехотинцев составляли солдаты, вооруженные ружьями -- мушкетеры и гренадеры. Гренадеры, кроме того, были вооружены ручными гранатами. Третья часть каждой пехотной роты была представлена солдатами, вооруженными пиками -- пикинерами. Вооружение шведской пехоты было стандартным. Подавляющее большинство ружей и пушек, а также другого оружия было шведского производства. На вооружении шведской пехоты состоял кремниевой мушкет образца 1692/1704 г. Мушкет весил 4,7-5 кг. Его калибр составлял 20,04 мм, а дальность выстрела составляла 225 метров. Кроме того на вооружении ряда гарнизонных частей состояли фитильные мушкеты старых образцов. В 1696 г. в шведской армии, сначала в Лейб-гвардии, а к 1700 г. и в армейских полках получил распространение штык длиной 50 см. К 1704 г. был принят на вооружение более совершенный штык, крепившийся к трубке с помощью особой шейки.

Как мы упоминали выше, в шведской армии применялись бумажные патроны. Каждый мушкетер носил при себе 25 патронов в патронной суме, сделанной из черненой кожи. Крышка патронной сумы украшалась медной бляхой с вензелем Карла XII (две скрещенные буквы "С" под короной). Сума носилась на правом боку, на кожаной перевязи, надеваемой через левое плечо.

Каждый шведский пехотинец был вооружен шпагой (длиной клинка 90 см) с медным эфесом. Шпага носилась в черненых кожаных ножнах на поясной портупее. Портупея представляла собой кожаную лопасть, скрепленную с поясным ремнем -- ножны шпаги продевались сквозь прорезь этой лопасти, висевшей на левом боку. Вместе с шпагой мушкетер также носил отомкнутый штык. Гренадеры отличались от мушкетеров тем, что имели на вооружении гранаты.

Гранатная сума отличалась от мушкетерской только несколько большим размером и носилась таким же образом как и патронная. Фитили к гранатам хранились в фитильной трубке, крепившейся к перевязи гранатной сумы, которая носилась на груди. Гренадер был вооружен кремниевым ружьем образца 1701 г. со штыком и короткой шпагой.

Чтобы ружье не мешало при метании гранат, оно имело погонный ремень, с помощью которого его можно было носить за спиной, через правое плечо.

Оружие пикинера было представлено шпагой и пикой на деревянном древке длиной 5,2 метра -- 5,8 метра.

Согласно королевских регламентов, пикинеры в случае утери либо поломки пики, вооружались ружьями и пополняли ряды мушкетеров.

Эфесы офицерских шпаг были вызолочены, а унтер-офицерские посеребрены. Офицерам полагались кроме шпаги экспантон (полу-пика), а унтер-офицерам -- копье с крестообразным лезвием -- "бардизан". Вся экипировка шведских солдат делалась из лосиной, козлиной или оленьей кожи.

Обмундирование шведской армии к началу XVIII века было достаточно унифицированным. Еще в 1687-1696 гг. был введен единый образец синего суконного кафтана, ставшего характерным отличием шведского солдата -- "каролинца" времен Северной войны (1700-1721 гг.).

Шведские пехотинцы носили однобортный синий кафтан с небольшим отложным воротником и разрезными обшлагами на рукавах. Полы кафтана подворачивались подкладкой вверх и пристегивались за углы. На полах кафтана располагались два кармана, клапаны которых имели характерную для шведской армии форму с семью пуговицами. На плечах кафтана носились погоны с выпушкой (обшивкой) приборного полкового цвета. Пуговицы, как правило были оловянные (белого металла). В 1706-1707 гг. кафтаны шведских солдат стали более приталенными, пуговицы ниже пояса по борту больше не нашивались. Приборный цвет (т.е. цвет подкладки, обшлагов, обшивки петель кафтана и погон) в большинстве шведских пехотных полков был желтый. Вместе с тем, три полка шведской пехоты имели иной приборный цвет -- Ёнчёпингский и Нёрке-Вермландский -- красный, а Вестерботтенский -- белый.

В холодное время года шведский пехотинец носил поверх кафтана короткий плащ -- епанчу, из синего сукна с отложным воротником и подкладкой приборного цвета.

Нижнее белье солдата -- рубаха -- шилась из белого полотна. Под кафтаном носился камзол из лосиной или козлиной кожи (в Лейб-гвардии из желтого сукна), который имел такой же покрой, что и кафтан, но был короче и уже последнего. Пуговицы на камзоле также были меньшего размера. Штаны шились из лосиной кожи. Чулки в шведской пехоте были выше колен, с подвязками, в Лейб-гвардейском полку -- желтые, и Нёрке-Вермландском и Ёнчёпингском -- красные, в Вестерботтенском -- белые, а в остальных частях из мягкой лосиной, козлиной или оленьей кожи. Башмаки пехоты были стандартными — из черной кожи с "языком", и медными пряжками. Кроме выше описанного обмундирования, каждый шведский пехотинец имел пару перчаток с широкими раструбами из лосиной кожи.

Пехотинцы носили галстук с бантом, характерным для эпохи конца XVII -- начала XVIII вв. В большинстве полков галстуки были из белого трипа, но были и исключения. Так в Ёнчёпингском полку галстуки были красного, а в Вестерботтенском полку -- белого с голубыми продольными полосами цветов. Кроме того в ряде полков носились галстуки черного и темно-синего цветов. Головным убором шведских пехотинцев (мушкетеров и пикинеров) была треуголка из черного войлока с белой шерстяной галунной обшивкой. На тулье слева для пристегивания полей, была нашита оловянная пуговица.

Очень часто наряду с треуголкой носился картуз (карпус) -- особая шапка различной формы. Как правило, чаще всего употреблялся суконный карпус с синей тульей и желтой опушкой. Опушка представляла собой особое поле, пришитое снизу к тулье и подворачивающееся вверх; по бокам оно обычно имело разрезы. На каждую тулью карпуса сверху иногда нашивались пуговицы. В ряде полков опушка и цвет карпуса имели свое отличие. Так, в Вестерботтенском полку опушка карпусов была белого цвета, в Нёрке-Вермландском полку были черные карпусы с красной опушкой и черным налобником, обшитым по краю белым галуном и т.д.

Армейские гренадеры отличались от других пехотинцев лишь формой особых головных уборов -- гренадерок.

Гренадерки имели форму епископской митры с желтой гарусной кистью наверху. Налобники украшались королевским вензелем и арматурой. Гренадерки были суконными и как правило полковых приборных цветов.

Гвардейские гренадеры носили остроконечную шапку с желтой гарусной кистью, украшенную медным налобником с изображением королевского вензеля с арматурой (гербами и пылающими гранатами), синей с желтой обшивкой и кистью "фламмой". Задник также был украшен медной бляхой с изображениями пылающих гранат. Кроме того гренадеры гвардии имели отложные лацканы желтого цвета с девятью пуговицами.

Музыканты носили общевойсковую синюю форму, расшитую по борту, клапанам карманов и швам белым и желтым галуном. Рукава кафтанов также расшивались продольными полосами галуна. Барабаны у барабанщиков имели общивку синего (голубого) и полкового приборного цветов.

Отличием капралов шведской пехоты от рядовых был узкий золотой галун, нашитый поверх белого галуна на треуголке.

Унтер-офицеры отличались от рядовых воротником и обшлагами синего цвета. Кроме того они носили синие панталоны. Подкладка, обшивка петель и чулки были голубого цвета. Галун на шляпе серебряный, а пуговицы посеребрёные. В лейб-гвардейском полку унтер-офицеры имели серебряную галунную обшивку не только на шляпе, но и на кафтане (по воротнику, обшлагам, карманным клапанам и швам, а также по борту -- в виде параллельных продольных полос). У гвардейских унтер-офицеров подкладка была из особой узелковой ткани. Епанча у них имела такую же подкладку, а также серебряный галун по синему воротнику. У рядовых и капралов воротник был желтым с белой обшивкой. Унтер-офицерские епанчи имели серебряные застежки. Офицеры шведской Лейб-гвардии носили обще-пехотный кафтан и отличались от гвардейских унтер-офицеров золотой галунной расшивкой и золочеными пуговицами. Обшивка петель офицерских кафтанов была золотой. Перчатки офицеров также расшивались золотым галуном. Белые галстуки были из тонкого полотна. В остальном обмундирование офицеров было полностью идентично форме унтер-офицеров гвардии. Поясные ремни унтер-офицеров имели серебряную, а у офицеров золотую обшивку. Пряжки у первых были посеребряные , у вторых -- позолоченные. Плащ гвардейского офицера имел голубую подкладку и золоченые застежки, его синий воротник, борта и задний разрез были обшиты золотым галуном.

Форма армейских офицеров была более скромной -- золотой галун у них имелся только на шляпе, но остальные детали были те же, что и Лейб-гвардии. Как вариант шведские генералы и офицеры старшего ранга носили синий кафтан французского покроя ("жюстокор") с богатой золотой обшивкой. Кроме того старший командный состав шведской армии носил парики. Офицерские чины королевской армии различались -- по специальным нагрудным знакам (горжетам), носившимся на голубой ленте на шее. Нам известен лишь один вариант этих знаков образца 1717 г. Горжет представлял собой овальный знак с прямыми краями с изображением вензеля Карла XII. Штаб-офицерские знаки украшались кроме вензеля лавровыми ветвями. По чинам знаки различались следующим образом. Фенрих (прапорщик) имел полностью золоченый знак с королевским вензелем; у лейтенанта вензель из голубой финифти, но корона золотая; у капитана и капитана-лейтенанта вензель и корона золоченые; у майора и подполковника ветви, вензель и корона из голубой финифти; у полковника все изображения (ветви, корона, вензель) золотые. Как вариант у капитан-лейтенантов встречаются знаки, где вензель и корона окружены изображением знамен, пушек и ядер.

В отличии от шведских финские полки индельты, третьеочередные полки и вербованные эстляндские и лифляндские части имели более скромное обмундирование.

Согласно королевских регламентов, эти части были одеты в серые сермяжные кафтаны с светло синим прибором (воротником, обшлагами, подкладкой). Камзолы, панталоны и чулки пехотинцев были из оленьей, лосиной или козлиной кожи. Пуговицы были оловянные. Шляпы треуголки могли не иметь белой шерстяной обшивки. Галстуки в большинстве финских, прибалтийских и шведских временных полков были из черного трипа.

Форма офицеров прибалтийских частей была более разноплановой. Часть из них носила синие мундиры, как и в полках шведской индельты, что было обусловлено нехваткой офицерских местных кадров в Остзейских провинциях. Король практиковал перевод части офицерского состава из главной армии в прибалтийские части. Офицерский состав, постоянно служивший в прибалтийских вербованных полках, согласно изображению на гравюрах того времени, носил белые кафтаны с синим воротником, камзолом, обшлагами и штанами с золотой галунной расшивкой. Офицерские галстуки были как в шведских полках индельты из белого трипа.

В пехотных полках каждая рота имела свое знамя, причем знамя лейб-роты являлось полковым. Полковое знамя было белого цвета и представляло собой прямоугольное полотнище с изображением большого государственного герба Швеции, а в верхнем левом углу (либо во всех углах) имелось маленькое изображение герба того лена, откуда комплектовался полк. Причем ротные знамена имели полотнище цвета герба своего лена, а в центре его изображался большой герб лена. Так, например, ротное знамя финского Абосского полка индельты имело серое полотнище с изображением в левом углу золотого льва, сжимающего в правой лапе в латном наплечнике меч и в левой лапе ножны в обрамлении голубых с золотом восьмиконечных звезд.

На знаменах Эстляндского вербованного батальона Остен-Сакена на желтом полотнище был изображен герб Эстляндии -- три идущих черных льва. На ротных знаменах Лифляндского вербованного полка графа Делагарди на сером полотнище в обрамлении золотого венка и гранат в каждом из углов, изображен герб Лифляндии -- в красном щите светло-серый грифон (полулев-полуптица) с мечом в правой лапе.

Ротное знамя Уппландского полка индельты имело на красном поле изображение золотой "державы" (шара с крестом) в золотом лавровом венке; в Дальском полку полотнище ротного знамени было синее, а в центре его изображены две скрещенные золотые стрелы -- под короной, а вокруг них лавровый серебряный венок. Ротное знамя Нёрке-Вермландского полка имело полотнище кроваво-красного цвета с двумя перекрещенными золотыми стрелами в зеленом венке.

Как вариант в ряде шведских третьеочередных полков на ротных знаменах светло-синего цвета в центре был изображен щит большого государственного герба Швеции. Щит являлся центром полотнища, разделенного золотым крестом на четыре части, в первой и четвертой четвертях были изображены три золотых короны, а во второй и третьей четвертях -- золотой лев.

В Лейб-гвардейском полку все ротные знамена были белого цвета. На знамени лейб-роты имелось золотое изображение государственного герба Швеции, а на остальных ротных знаменах королевский вензель Карла XII. Размер пехотных знамен был стандартный: 170 см в высоту и 212 см в длину.

Кавалеристы армии Карла XII -- рейтары и драгуны имели на вооружении длинную шпагу (палаш) с металлическим (обычно медным) эфесом, клинком длинной 97 см, носимую в черненых кожаных ножнах на портупеи. Кроме того, они имели по два кремниевых пистолета калибром 16,03 мм, которые носились вложенными в специальные деревянные кобуры (ольстры), покрытые кожаными или суконными чехлами (чушками) и крепившиеся по обеим сторонам седельной луки. Рейтару полагался кремниевой карабин калибром 18,55 мм и весивший на 0,5-1 кг. легче пехотного ружья. Карабин носился на кожаной перевязи с крюком (понталере), надеваемой через левое плечо. Ствол карабина, висевшего на понталере у правого бока всадника (прикладом вверх), вставлялся в кожаный чехол (бушмат), крепившийся к седлу. Драгун вместо карабина имел облегченное пехотное ружье со штыком.

Патроны -- 30 штук, по 10 на каждый пистолет и ружье, хранились в лядунках (небольших патронных сумках), носимых на перевязи, надеваемой через правое плечо. Перевязь была уже понталера. Рейтары имели защитное вооружение -- нагрудные кирасы у унтер-офицеров, рядовых и двойных (т.е. защищавших не только спину, но и грудь) у офицеров. В период Польской компании (1702-1706 гг.) Карл XII упразднил кирасу в главной армии, оставив их только у офицеров и генералов. Король считал, что они малоэффективная защита от пуль и только, утомляют всадников и лошадей.

Седла в шведской кавалерии были немецкого образца, с попонами, которые у рядовых были из грубого синего сукна, либо из лосиной кожи. У офицеров они были синие суконные, с двойной золоченой каймой по краю, и заднихуглах имелись изображения трех малых корон под большим венцом (так же золоченых).

Лейб-драбанты имели обычное рейтарское вооружение (без кирас), но шпаги у них были особого образца с золоченым эфесом. Попоны у драбантов были офицерские.

Обмундирование шведских кавалеристов имело лишь небольшие отличия от формы, которую носила пехота.

Рейтары и драгуны армии Карла XII, кроме прибалтийских и финских частей, носили синий кафтан с прибором (воротником, обшлагами, подкладкой) полкового цвета, лосиный камзол и панталоны, шляпы-треуголки с белой обшивкой и пуговицей, кожаные перчатки и т.д. Вместо чулок и башмаков кавалеристы носили высокие смазанные сапоги с раструбами -- ботфорты. На ботфорты надевались шпоры -- медные у офицеров и стальные у рядовых. Пуговицы были медные (желтые), а галстуки из черного трипа. На погонах шведских кавалеристов отсутствовала выпушка. Финские и прибалтийские кавалеристы носили серый кафтан с светло-синим прибором, принятым в 1708 г. (у полков корпуса Левенгаупта прибор мог быть красным).

Форма Лейб-драбантов была идентичной мундирам пешей Лейб-гвардии. Офицеры Лейб-драбантов кроме обычной штаб-офицерской формы, расшитой золотым галуном, имели другую форму -- синий кафтан с желтыми обшлагами, воротником, подкладкой, камзолом и обшивкой петель. На шляпах офицеры-драбанты имели кроме золотой галунной обшивки еще один, поперечный галун, крепившийся к пуговице.

О приборных цветах других кавалерийских полков имеются достоверные сведения лишь по нескольким частям. Известно, что Лейб-драгунский полк и Лейб-регимент имели желтый прибор, Шведский адельсфан (полк дворянского знамени) -- голубой, Нюландский рейтарский -- красный, а Северо-Сконский светло-синий прибор. Приборный цвет других полков можно реконструировать по цвету их ротных знамен и штандартов. Это подтверждается тем, что цвета знамен Нюландского и Северо-Сконского полков идентичны приборным цветам этих полков.

Таким образом по описанию трофейных знамен кавалерии были реконструированы приборные цвета полков (см. таблицу-список).

ПРИБОРНЫЕ ЦВЕТА ПОЛКОВ

НАЗВАНИЕ ПОЛКА -- ЦВЕТ ПРИБОРА

Рейтарские полки

Смоландский -- желтый

Южно-Сконский -- желтый

Северно-Сконский -- васильковый

Эстгётский -- лазоревый

Уппландский третьеочередной Крузе -- васильковый

Нюландский -- красный

Абосский -- красный

Карельский -- красный

Лифляндский дворянский адельсфан -- красный

Драгунские полки

Сконский сословный принца Вюртембергского -- лазоревый

Уппландский сословный Веннерстедта -- лазоревый

Немецкий вербованный Ельма -- желтый

Немецкий вербованный Мейерфельта -- оранжевый

Немецкий вербованный Дюкера -- малиновый

Немецкий вербованный Альбедиля -- лазоревый

Немецкий вербованный Юлленштерна -- лазоревый

Лифляндский вербованный Шлиппенбаха -- лазоревый

Лифляндский вербованный Шрейтерфельта -- лазоревый

Штандарты в рейтарских и знамена в драгунских полках как и в пехоте имелись у каждого кавалерийского подразделения (роты). Штандарт (знамя) лейб-роты являлся полковым и имел белое полотнище с золотым государственным гербом. Остальные ротные штандарты были одного определенного цвета (по полкам) с изображением гербов лена, а в прибалтийских вербованных полках с изображением герба своей провинции. На знаменах вербованных частей как пехотных, так и кавалерийских в некоторых случаях мог быть изображен герб шефа полка, а в ряде частей изображения на знаменах регламентировались шефом полка.

В Лейб-регименте и в Шведском адельсфане, а также в Лейб-драгунском полку -- все штандарты (знамена) были белого цвета, т.е. являлись лейб-штандартами (лейб-знаменами). На ротных штандартах (знаменах) был изображен королевский вензель в обрамлении трех золотых корон. Подобные знамена (штандарты) были у немецких вербованных полков, только полотнища были приборного полкового цвета. Все рейтарские штандарты представляли собой квадратное полотнище высотой 50 см и длиной 60 см, а драгунские знамена -- прямоугольные полотнища с двумя остроконечными углами ("хвостами") и размером 100x120 см.

Со времен Густава II Адольфа шведская артиллерия считалась одной из лучших в Европе. Во второй половине XVII века в ходе развития артиллерии был сделан ряд технических усовершенствований. Это позволило повысить значение этого рода войск на поле боя и увеличить подвижность артсистем.

Основным орудием поддержки пехоты на поле боя являлось трехфунтовое, калибром 7,7 см полковое орудие. Ствол орудия весил 210 кг. Оно могло стрелять картечью на 225 м, а ядрами -- на 225-275 м. Каждая трехфунтовая полковая пушка перевозилась тремя лошадьми; прислугу ее составляли пять артиллеристов (констапель, два ученика констапеля, два гантлангера). Кроме того в состав прислуги каждого орудия включалось 12 нестроевых чинов (гантверкеров и ездовых).

Шведский артиллерист был вооружен короткой шпагой с медным эфесом в виде раковины. Гантлангер, кроме того, был вооружен кремневым ружьем, которое носилось за спиной на погонном ремне. Констапель имел кроме шпаги копье с крестообразным острием у основания которого на древко наматывался фитиль -- пальник. На правом боку, на узкой, надеваемой через левое плечо кожа-ной перевязи, он носил круглую медную пороховницу, украшенную королевским вензелем. Вооружение унтер-офицера и офицера было таким же, как и в пехоте.

Обмундирование шведского артиллериста состояло из серого кафтана, без погон, с медными пуговицами. Полы кафтана не подворачивались. Подкладка и обшлага артиллерийского кафтана были светло-синими (голубыми), камзол и штаны лосиные, чулки и галстук -- синие. На ногах как у пехотинцев носились смазанные башмаки с медной пряжкой. Артиллеристы носили черную шляпу-треуголку с медной пуговицей и белой галунной обшивкой.

У гантлангера поверх обшивки был нашит узкий золотой галун, а у констапеля этот галун был несколько шире. Часто вместо шляп артиллеристы носили суконные карпусы с серой тульей и голубой опушкой. Унтер-офицеры артиллерийского полка носили синие панталоны и голубые чулки. Края шляпы у них были обшиты двойным галуном -- снизу серебряным, вверху красным.

Офицеры шведской артиллерии имели золоченые пуговицы на мундире, а на шляпах у них также была двойная галунная обшивка (внизу золотая, верху красная). Галстуки у унтер-офицеров и офицеров были из тонкого трипа белого цвета с красным бантом. На гравюрных изображениях, датированных 1715 г. офицер шведской артиллерии изображен с зубчатым галуном на шляпе-треуголке и с обшивкой кафтана, обшлагов и карманных клапанов широким белым галуном. На кафтане шесть "разговоров", на карманных клапанах -- четыре, на обшлагах -- два.

Система снабжения в шведской армии отличалась высоким уровнем организации. Армия Карла XII получала предметы снабжения из трех источников:

1) постоянных продовольственных и фуражных магазинов;

2) подвижного армейского магазина, возимого за армией;

3) реквизиций за счет местных источников снабжения по мере продвижения армии по завоеванным территориям.

Манера ведения боевых действий в описываемый период, крайне зависела от расположения продовольственных и фуражных баз снабжения и обеспечения путей подвоза фуража и провианта к армейским частям. Со второй половины XVII в., когда военным министром Франции стал маркиз Лавуа, "во французской армии была принята пятипереходная система довольствия войск, которая сковывала их действия, так как армия не могла удалиться от магазина более чем на 5 переходов (100-125 км.). Хотя, благодаря магазинной системе снабжения обеспечивался регулярный подвоз всего необходимого к армии и повышалась ее боеспособность, но с другой стороны ее действия стали крайне медленными в стратегическом отношении." Подобная система снабжения была удобна для наемных армий Западной Европы, но в шведской армии, где количество вербованных частей не превышало от 1/4 до 1/3 от общего числа войск, подобная система снабжения применялась крайне редко.

Армия Карла XII на протяжении всех компаний начального периода войны 1700-1709 гг., кроме Лифляндского корпуса, снабжалась за счет реквизиций продовольствия и фуража у местного населения на территориях ведениябоевых действий, что обеспечивало ее высокую маневренность и подвижность.

Мы не можем пропустить такой фактор, как строгая дисциплина в вопросах религии.

В шведской армии богослужения проводились каждое воскресенье и праздник, а общая молитва два раза в день: утром и вечером. Религиозная дисциплина была звеном в укреплении общей дисциплины. Солдаты-каролинцы, пронизанные военной и религиозной дисциплиной, уверенные в своей победе над коварно напавшими армиями соседей, были грозной боевой силой заставлявшей трепетать от страха государей Европы.

Линейная тактика, впервые примененная Густавом II Адольфом в 1631 г. в сражении при Брейтенфельде и ставшая общепринятой во всех западно-европейских армиях, оставалась господствующей и в начале XVIII в.