Московский волхв Вакула

Московский волхв Вакула

Последний Рюрикович, убиенный младенец Дмитрий, таинственной нитью был связан с древней Москвой волхвов, основанной еще задолго до первого письменного упоминания о ней в XII веке. Исследователь ведической Руси А. Асов относит первые поселения вокруг Боровицкого холма к IV веку и связывает ее название с легендарным князем славян Моском [2]. H месте Кремля, на Боровицком холме, располагалось тогда (а может и много раньше) ведическое святилище Велеса и Купалы и находился огромный валун (слово это, как мы уже говорили, связано с именем «скотьего бога» Велеса). Известно, что уже в летописные времена это святилище пользовалось большой славой и весьма почиталось жителями окрестностей. По велению Юрия Долгорукова (1125–1157) ведические святилища, в том числе и в Москве, начали перестраивать под христианские храмы, или возводили их на месте древних капищ, как действовавших, так и заброшенных.

В те времена, как утверждает А. Асов, на Боровицком капище жил последний московский волхв по имени Вакула. Так вот, «на пепле купальского костра», вблизи валуна, была заложена первая, еще деревянная, московская церковь во имя Иоанна Предтечи. Этот храм затем много раз горел, перестраивался. В 1461 году по велению Василия Темного ветхая деревянная церковь была разобрана, и на ее месте построили каменный храм. В 1509 году к нему пристроили придел, названный во имя святого мученика Уара (Вара), — египетского воина, тайного христианина IV века. В 307 году он был замучен начальниками-язычниками, и тело его было выброшено на съедение зверям, но через пять лет мощи его были чудесно спасены и захоронены в 312 году в Палестине.

Так вот, этот придел к храму был построен над тем самым валуном, а имя Уар получил затем при крещении младенец Дмитрий Иоанович (родился 19 октября 1581 года, в день памяти святого Уара). Его потом не один раз приносили к священному камню, чтобы избавить от рано проявившейся болезни — эпилепсии. Валун был еще на месте в 1846 году, когда по указанию Николая I придел Уара разобрали при перестройке храма. Тогда же куда-то вывезли и камень Велеса. Известно из печати тех лет, что в Москве в связи с этим были волнения в народе…

Жизнь и смерть царевича Дмитрия оказались связаны с Уаром. И кстати, тело его после смерти обрело «вторую жизнь», — однако лихая же это была жизнь, и даже не одна! Но это произошло не сразу, как и с мучеником Уаром. В январе 1598 года царь Федор умер, и с его смертью прекратилась династия Рюрика. От восшествия на киевский престол легендарного Олега в 882 году прошло 716 лет. В том же году на Земском соборе царем был избран Борис Годунов. Ему было тогда 46 лет. Он долго не решался надеть шапку Мономаха. 21 февраля в Новодевичий монастырь, где уединился Годунов с семьей, патриарх с крестным ходом пришел умолять Бориса о принятии короны. Трудно было, видимо, вступить на престол через память об убиенном семь лет назад Дмитрии, но, как выразился у Пушкина Василий Шуйский:

Перешагнет; Борис не так-то робок!

Какая честь для нас, для всей Руси!

Вчерашний раб, татарин, зять Малюты,

Зять палача и сам в душе палач,

Возьмет венец и бармы Мономаха…

Перешагнул… В 1601 году начались сильнейшие неурожаи, голод, чума, и продолжались три года. Царь строил новые города и крепости, возводил каменную Москву, выделял хлеб голодным из казенных запасов. Он правил благочинно и умно, но, повторим, почти непостижимым образом все менялось только к худшему.

Конрад Буссов в упоминавшихся «Московских хрониках» пишет об этом так:

Но, сказать по правде, это была кара Божия, ниспосланная для того, чтобы Борис узнал, что никакая премудрость не устоит против Бога и что Бог может обратить в глупость лукавый ум… Заключенные им союзы со многими могущественными властителями ни к чему не привели, все труды и старания, которые он с великим разумением положил на улучшения в стране, мало кем ценились; неслыханно обильная милостыня, которую он раздавал во время длившейся несколько лет подряд великой дороговизны, не спасла бедный народ от сильного голода и мора в его стране, и люди гибли тысячами… И голод во всей стране был сильнее, чем даже при осаде Иерусалима, о чем можно прочесть у Иосифа Флавия, когда евреи поедали собак, кошек, крыс и мышей, даже кожу со старых седел и сапог, а также голубиный помет… Клянусь Богом, истинная правда, что я собственными глазами видел, как люди лежали на улицах и, подобно скоту, пожирали летом траву, зимой сено. Некоторые были уже мертвы, у них изо рта торчали сено и навоз… Не сосчитать, сколько детей было убито, зарезано, сварено родителями, родителей — детьми, гостей — хозяевами и, наоборот, хозяев — гостями… [6].

Да, таковы последствия убийства одного младенца… Впрочем, если верить прежнему царю, Грозному (его покаянному синодику 1583 года), то он собственноручно задушил тысячу своих незаконнорожденных детей…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.