Введение

Введение

Во время гражданской войны в США 1861–1865 гг. большую известность во всем мире получили крейсерские операции кораблей Конфедерации Южных штатов. Коммерческие рейдеры южан, такие как «Алабама», «Флорида», «Шенандоа» и другие, за время ведения боевых действий потопили около 5 % всего торгового флота Севера, став, таким образом, весьма действенным оружием для государства, не обладавшего достаточным могуществом для установления господства на море. Особенно привлекательным для многих в их деятельности виделся тот факт, что эти корабли были не специализированной постройки, а переоборудовались из торговых судов. Таким образом, конфедераты получили от их деятельности выгоду, гораздо более высокую по сравнению с затраченными средствами.

Этот факт не остался не замеченным военно-морскими экспертами во многих странах. Так во время франко-прусской войны 1870–1871 гг. Северо-Германский союз объявил о намерении использовать торговые суда с экипажами из добровольцев для пополнения своего немногочисленного ВМФ, однако из-за ожесточенного дипломатического протеста Франции, поддержанного Великобританией, эти планы остались на бумаге. Через несколько лет, в 1877 г., когда война уже между Великобританией и Россией казалась неизбежной, последняя закупила в САСШ три парохода, которые на американских верфях переоборудовали в крейсера «Азия», «Африка» и «Европа». В следующем 1878 г. был создан Добровольный флот — пароходная компания, являвшаяся резервом военного флота. Русский пример оказался заразительным. Вскоре британское Адмиралтейство заключило с пароходной компанией «Уайт Стар Лайн» соглашение о предоставлении субсидий на постройку новых судов. Взамен компания обязывалась учитывать рекомендации ВМФ при разработке проектов этих кораблей, в том числе планировать установку вооружения. Подобные соглашения о предоставлении субсидий были заключены также в Германии, Франции, Соединенных Штатах, Италии, Австро-Венгрии и Японии.

Следующий всплеск интереса к коммерческим рейдерам произошел во время испано-американской войны 1898 г. Не обладая достаточным флотом для ведения крейсерских операций, Испания закупила три пассажирских лайнера в Германии и один в Великобритании и переоборудовала их во вспомогательные крейсера «Патриота», «Рапидо», «Метеоро» и «Хиральда». Кроме них, в состав флота вошло еще семь кораблей данного класса: «Альфонсо XII», «Леон XIII» и др. Эти новоявленные боевые единицы предполагалось использовать для набеговых операций на атлантическое побережье США, а также для демонстрации флага на торговых маршрутах с целью создания паники и отвлечения тем самым части американского флота на защиту коммуникаций. Однако эти планы так и не осуществились. «Патриота», «Рапидо», «Буэнос-Айрес» вошли в состав эскадры адмирала Камара и направились на Тихий океан. Другие приняли участие в боевых действиях в качестве армейских транспортов, при этом двое из них погибли — «Альфонсо XII» и «Антонио Лопес». После окончания боевых действий все эти несостоявшиеся рейдеры были выведены из состава испанского флота и вернулись к гражданской службе.

Снова о вспомогательных крейсерах заговорили через несколько лет с началом русско-японской войны 1904–1905 гг. Руководство российского флота всегда много внимания уделяло вопросам океанских крейсерских операций. В феврале 1904 г. на специальном совещании в Морском министерстве приняли решение о начале активных крейсерских операций с целью уничтожения или нарушения рыбных промыслов Японии, перехвата контрабандных грузов и отвлечения части японского флота от основного театра военных действий у Порт-Артура. Но из состава Добровольного флота для этих целей подходили только пароходы «Петербург» и «Смоленск», в связи с чем за границей закупили несколько быстроходных судов, вошедших в строй под названиями «Дон», «Урал», «Терек» и «Кубань». Первоначально «Петербург» и «Смоленск» действовали в Красном море, задержав при этом несколько британских и германских пароходов с контрабандным грузом для Японии. Однако, факт того, что эти крейсера вначале прошли через Босфор и Дарданеллы под видом торговых судов, и только затем были официально зачислены в состав российского ВМФ, чуть не привело к разрыву дипломатических отношений между Россией и Британией. Поэтому арестованные суда пришлось отпустить. Операции вспомогательных крейсеров «Дон», «Урал» и «Терек» у северо-западного побережья Африки и у Гибралтарского пролива не принесли никаких положительных результатов, равно как и крейсера «Лена» на Тихом океане. При этом следует отметить, что действия этих кораблей очень осложнялись многочисленными ограничениями и запретами, а также крайней нерешительностью российского руководства. Затем пять вспомогательных крейсеров «Днепр» (б. «Петербург»), «Рион» (б. «Смоленск»), «Кубань», «Терек» и «Урал» вошли в состав Второй тихоокеанской эскадры. Во время перехода на Тихий океан они активно привлекались для несения сторожевой службы и ближней разведки. По прибытии на театр военных действий первые четыре отделились от эскадры, и ушли для проведения крейсерских операций на торговых коммуникациях противника, достигнув при этом минимальных результатов. «Урал» же остался с эскадрой и разделил ее судьбу, погибнув во время Цусимского сражения.

В составе японского флота также имелось около двух десятков вспомогательных крейсеров, которые занимались сторожевой и патрульной службой, а также выполняли функции разведчиков при эскадре. При этом им удалось захватить несколько русских торговых судов. Наиболее известным стал «Синано-Мару», который первым из японских кораблей вошел в контакт с Второй тихоокеанской эскадрой перед Цусимским сражением.

Окончательно вопрос со статусом вспомогательных крейсеров был решен на Второй Гаагской мирной конференции 1907 г. Одна из принятых конвенций статей специально посвящалась переоборудованию торговых судов на вспомогательные крейсера. В ней говорилось следующее: переоборудованный корабль обязан нести соответствующий вымпел и кормовой военно-морской флаг; он должен принадлежать воюющей державе, флаг которой он несет; его командир должен быть назначен государством и его фамилия должна значиться в соответствующих списках офицеров флота; его команда должна подчиняться воинской дисциплине; он должен соблюдать законы и обычаи ведения войны; его наименования должно быть внесено в список кораблей ВМФ.

Вспомогательные крейсера Германии

Однако наибольшее внимание к вспомогательным крейсерам уделялось в кайзеровской Германии, которая, участвуя в «линкорной гонке» с Великобританией, не забывала и о крейсерской войне. Еще в 80-х годах XIX века ее правительство заключило договор о субсидиях с двумя крупнейшими судоходными компаниями — бременской NDL («Norddeutscher Lloyd») и гамбургской HAPAG («Hamburg-Amerikanische Packetfarth Aktien-Gesellschaft»). Обе компании согласились на внесение военными изменений в проекты, если они при этом не влияли на коммерческую составляющую. В 1888—90 годах для HAPAG на воду были спущены четыре почтово-пассажирских лайнера «Аугуста Виктория», «Колумбия», «Норманния» и «Фюрст Бисмарк», имевших специальные подкрепления в места установки орудий и прочие полувоенные приготовления. 22 февраля 1893 г. в приказах на мобилизацию для военно-морской станции Северного моря впервые появляются инструкции о принятии на службу «Норманнии» в качестве «вспомогательного посыльного судна или вспомогательного крейсера». Тогда же для всех лайнеров (в том числе и для NDL-овских «Шпрее» и «Хафель») заранее заказали стандартное вооружение, состоявшее из 8 150-мм, 4 120-мм, 2 88-мм, 6 37-мм пушек и 14 пулеметов. В том же году Адмирал-штаб начал планирование операций коммерческих рейдеров. В 1895 г. правительство заключило с пароходными компаниями новое соглашение. Теперь субсидии выдавались для постройки судов только на отечественных верфях. Кроме этого компании обязывались открыть регулярные сообщения с Дальним Востоком и Австралией. В свою очередь, государство брало на себя обязанность строить оснащенные гавани, угольные склады и, позже, радиостанции. В октябре того же года состоялись большие маневры германского флота, в которых приняла участие и «Норманния», переоборудованная за 15 дней на верфи в Вильгельмсхафене во вспомогательный крейсер. Кроме стандартного вооружения на ее борту находилось две 22-тонных миноноски, вооруженные одним 450-мм торпедным аппаратом каждая. В 1909 г. имперским декретом были приняты «Prize Ordinance» («Призовые правила») — правила ведения войны против торговли на море, а в 1913 г. появились новые официальные требования для судов, планировавшихся в коммерческие рейдеры.

Великая война 1914–1918 гг.

Несмотря на все тщательно проработанные планы, всего лишь семь германских вспомогательных крейсера вошли в состав флота в 1914 г. Это были шесть пассажирских пароходов «Кайзер Вильгельм дер Гроссе» (14349 брт, NDL), «Виктория Луизе» (16703 брт, HAPAG), «Принц Эйтель Фридрих» (8797 брт, NDL), «Кронпринц Вильгельм» (15908 брт, NDL), «Кап Трафальгар» (18710 брт, HSDG [1]) и «Берлин» (17324 брт, NDL). Седьмым стал «Корморан» — бывший русский пароход Доброфлота «Рязань» (3433 брт), захваченный в самом начале войны германским легким крейсером «Эмден» на Дальнем Востоке. Добившись определенных успехов, среди которых стоит отметить гибель британского линкора «Одэшес» на минах, выставленных «Берлином» в Ирландском море, эти корабли очень быстро завершили свою карьеру рейдеров. «Викторию Луизе» вывели из состава флота всего через пять дней после включения в списки. 26 августа 1914 г. британский бронепалубный крейсер «Хайфлайер» потопил «Кайзер Вильгельм дер Гроссе» у побережья Испании, а «Кап Трафальгар» 14 сентября погиб в бою с британским вспомогательным крейсером «Кармания» в Южной Атлантике. Остальные были интернированы — «Берлин» 18 ноября в Тронхейме, «Корморан» 13 декабря на острове Гуам, а «Принц Эйтель Фридрих» (8 апреля 1915 г.) и «Кронпринц Вильгельм» (26 апреля 1915 г.) в Нью-Йорке. В итоге, к апрелю 1915 г., когда в мировом океане не осталось ни одного германского коммерческого рейдера, завершился первый этап борьбы на торговых коммуникациях.

При анализе результатов действий в начальный период Первой мировой войны был сделан вывод об ошибочности концепции применения в качестве коммерческих рейдеров крупных быстроходных лайнеров. При кажущейся выгоде от высокой скорости, недостатки таких кораблей оказались слишком велики. Лайнеры предоставляли собой слишком большую цель для вражеских орудий, легко опознавались и, самое главное, из-за очень большого расхода угля и продовольствия, пополнение их запасов становилось практически неразрешимой проблемой. Правда, педантичные немцы еще до начала военный действий позаботились о снабжении своих кораблей, построив целый флот угольщиков, а также развернули во многих портах мира сеть специальных агентов, занимавшихся закупкой и доставкой на рейдеры топлива, припасов и продовольствия.[2]

Но всех этих мер оказалось недостаточно, и проблема пополнения запасов угля дамокловым мечом висела над германскими кораблями. В итоге, все уцелевшие вспомогательные крейсера прекратили свою боевую деятельность именно из-за нехватки топлива. Вдобавок, частые погрузки угля в открытом море очень изматывали команды (как тут не вспомнить Вторую тихоокеанскую эскадру!). Так «Кронпринц Вильгельм» проведя в море 250 дней, 65 их них потратил на погрузку угля. Когда он пришел в Нью-Йорк для интернирования, в бункерах оставалось только 25 т. Что удивительно, к выводу о нежелательности применения в качестве коммерческих рейдеров крупных быстроходных судов можно было прийти и ранее, проанализировав результаты их действий во время испано-американской и русско-японской войн, однако никто этого не удосужился сделать.

Тем временем тридцатилетний лейтенант-цур-зее запаса Теодор Вольф, служивший на миноносце V-162 предоставил командующему германским флотом адмиралу Гуго фон Полю меморандум, посвященный коммерческим рейдерам. Он предложил использовать в их качестве заурядные торговые суда, которые во множестве бороздили воды мирового океана. По его мнению, их невысокая скорость с лихвой компенсировалась множеством преимуществ, таких как малый расход топлива, большая грузоподъемность, обеспечивавшая большую автономность плавания, неприметность.

Выводы Вольфа подтверждались и результатами похода (май — июнь 1915 г.) вспомогательного крейсера «Метеор» (1912 брт), перестроенного из захваченного в Гамбурге с началом войны английского грузового парохода «Вьенна». Фон Поль одобрил план Вольфа, после чего бумаги были переданы в Адмирал-штаб, где их тут же отправили в архив. Но в это время командование флота решило возобновить постановки скрытных минных заграждений, практиковавшихся на начальном периоде войны, а заодно проверить идею лейтенанта. Меморандум затребовали обратно в штаб флота и 21 сентября 1915 г., после нескольких дней его тщательного изучения, корветтен-капитан граф Николаус цу Дона-Шлодин получил приказ переоборудовать торговое судно в коммерческий рейдер, способный также выполнять функции минного заградителя.

Дона-Шлодин выбрал для выполнения своего задания новый (1914 г.) 4778-тонный банановоз «Пунго» компании Ф. Лайша, который переименовал в «Мёве». Его вооружение составили четыре 150-мм и одно 105-мм орудия, 2 500-мм торпедных аппарата, а также 500 мин. Первоначальной задачей крейсера была постановка минный заграждений, и только после ее выполнения корветтен-капитан мог по своему усмотрению заняться рейдерскими операциями. «Мёве» вышел из Киля 15 декабря 1915 г. маскируясь под шведский пароход. Когда он возвратился в Германию 4 марта 1916 г., Дона-Шлодин мог рапортовать о потоплении британского линкора «Кинг Эдуард VII» (погиб на минах, выставленных у северного побережья Шотландии), 13 паровых и 1 парусного грузовых судов (а также захвате одного парохода в качестве приза), общим тоннажем 159 400 т. Блестящее подтверждение идеи Вольфа! 22 ноября 1916 «Мёве» под командованием уже фрегаттен-капитана кавалера Железного Креста первого класса и ордена «Пур ле Мерит» Дона-Шлодина вышел в свой второй поход, окончившийся 22 марта 1917 г. На этот раз на дно отправились 27 судов общей вместимостью 121 707 т. Однако все эти цифры меркнут перед результатами второго «Вольфа» — пожалуй, самого знаменитого коммерческого рейдера Германии периода Первой мировой войны. Бывший пароход «Вахтфельс» бременской компании «Ганза», включенный в состав германского флота в 1916 г., получил сильное вооружение в составе семи 150-мм орудий, четырех торпедных аппаратов и 465 мин. На рейдере имелся также гидросамолет «Фридрихсхафен» FF-33e для разведывательных полетов, получивший впоследствии наименование «Вольфхен» («Волчонок»). Запаса боеприпасов и продовольствия хватало на пятнадцать месяцев похода. Корабль переоборудовали таким образом, что он мог менять свой силуэт с помощью дополнительных матч и труб.

30 ноября 1916 г. рейдер под командованием корветтен-капитана Карла-Августа Нергера вышел из Киля в свое беспримерное плавание. Серой тенью «Вольф» прошел Атлантическим, Индийским и Тихим океанами, отправляя на дно суда противника. Кроме этого у мыса Доброй Надежды, Бомбея, Коломбо, Адена, Сингапура, побережья Новой Зеландии и Австралии были выставлены мины. «Вольфхен», оказавший очень удачным и неприхотливым самолетом, оказывал посильную помощь, ведя воздушную разведку и атакуя бомбами вражеские суда. 24 февраля 1918 г., через семь дней, после того как Адмирал-штаб разослал семьям членов команды крейсера уведомления, что тот пропал в море, самый удачливый рейдер всех времен и народов вошел в гавань Киля, сопровождаемый летящим над ним «Волчонком». Результаты достигнутые Нергером, действительно достойны восхищения. «Вольф» пробыл в плавании 452 дня, пройдя за это время около 64000 миль. Рейдер захватил и потопил за это время 14 судов, а жертвами его мин стали еще 13. Еще пять получили от подрывов тяжелые повреждения, Таким образом, общий тоннаж жертв составил около 214 000 т. Действия Нергера и его команды стали образцом проведения рейдерских операций, а результаты так и не были перекрыты ни во время Первой, ни Второй мировых войн. Успехи, достигнутые другими германскими вспомогательными крейсерами («Грайф», «Гейер» и другие), оказались гораздо скромнее, разве что, особняком стоит уникальное плавание парусного рейдера «Зееадлер» под командованием корветтен-капитана графа Феликса фон Лукнера, словно сошедшее со страниц книг капитана Мариэтта и Рафаэля Сабатини.

Основной противник Германии в Первой мировой войне — Великобритания — также имела в составе флота вспомогательные крейсера, мобилизовав для этого большое количество лайнеров (около шестидесяти). Они в основном занимались охраной и патрулированием торговых маршрутов, а также несением дозорной службы. Дважды в течение войны произошли боевые столкновения между «одноклассниками». В первом, уже упоминавшемся, бою победа оказалась на стороне англичан: «Кармания» потопила «Кап Трафальгар». Во втором, произошедшем 29 февраля 1916 г. северо-восточнее Шетландских островов, счет оказался равным. «Алькантара» затонула после попадания торпеды с «Грайфа», а затем немцы из-за сильного пожара, вызванного британскими снарядами, пустили свой корабль на дно подрывными зарядами.

Межвоенный период и начало войны

После окончания Первой мировой войны германский флот стал практически символической величиной. При этом в его составе запрещалось иметь не только подводные лодки, но и коммерческие рейдеры. Однако уже в 1920 г. создается Морское управление рейхсвера под руководством адмирала Пауля Бенке, и начинается работа по восстановлению военно-морской мощи Германии, анализируются боевые действия в период мировой войны, ведутся разработки новой военно-морской доктрины. Так, в 1923 г. выходит в свет двухтомник контр-адмирала Эриха Редера «Крейсерская война в зарубежных водах», посвященный рейдерским операциям германского флота во время Первой мировой. В нем Редер делает вывод о необходимости нарушения жизненно важных морских коммуникаций противника путем ведения крейсерской войны. Этот же вопрос рассматривают в своих работах видные теоретики германского флота того времени О. Гроос, В. Вегенер, В. Гладиш. При следующем командующем флотом адмирале Гансе Ценкере с 1927 г. начинается планирование будущих операций, направленных против торгового судоходства Британии и Франции, проектируются броненосцы типа «Дойчланд», одного взгляда на тактико-технические характеристики которых достаточно, чтобы понять их предназначение для рейдерских операций. В 1928 г. во главе флота становится уже адмирал Редер, при котором крейсерская доктрина ведения войны на море получает еще более наступательный характер. Вновь начала разворачиваться система «этапов», так хорошо себя зарекомендовавшая во время Первой мировой войны. Уже с 1930 г. на ее финансирование тайно начинают выделяться деньги. Основные центры «Этаппен-Динст» («Etappen-Dienst») находились в Испании, Южной Америке, США и Дальнем Востоке.[3]

Не были забыты и коммерческие рейдеры: предполагалось их широкое использование в случае начала боевых действий. В 1934 г. командование Кригсмарине определило порядок строительства вспомогательных крейсеров, условно именовавшихся «транспортными судами „О“». Списки своих и иностранных торговых судов новейшей постройки, пригодных для этой цели, начали составлять тремя годами раньше. В том же году тайно выделились деньги на постройку четырех таких рейдеров. Из-за трений с вермахтом и люфтваффе, они так и не были построены, но при этом вспомогательные крейсера продолжали фигурировать в германских оперативных планах ведения войны на море. Причем складывалась парадоксальная ситуация: в случае начала войны Германия имела слишком мало кораблей для воздействия на морскую торговлю союзников, а те в свою очередь практически не имели кораблей для защиты своих торговых коммуникаций. Командование немецкого флота, желая увеличить список предназначенных к переоборудованию судов, договорилось с судостроительными фирмами, что те при постройке новых грузовых судов, которые по своим параметрам будут являться потенциальными кандидатами во вспомогательные крейсера, заранее будут усиливать корпуса в местах предполагаемой установки орудий главного калибра. В 1938 г. Кригсмарине еще до начала войны планировало переоборудовать пять таких торговых судов в рейдеры. При этом были отобраны некоторые кандидатуры командиров и офицеров для будущего назначения на вспомогательные крейсера. Правда, не все высшие флотские чины верили в то, что коммерческим рейдерам удастся повторить успехи прошлой войны. Это обстоятельство, а также желание избежать возникновения подозрений у противника, и некоторые другие политические мотивы, привели к тому, что ничего сделано не было, хотя планировалось ввести в строй 26 кораблей из числа наиболее быстроходных торговых судов. В итоге, когда 1 сентября 1939 г. грянули первые залпы войны, в составе германского флота не оказалось ни одного вспомогательного крейсера.

Однако «Руководство войной на море» (РВМ) отреагировало моментально, и уже в начале сентября отобрало шесть транспортов, которым предстояло стать рейдерами — «Гольденфельс», «Курмарк», «Ноймарк», «Санта-Круз», «Кандельфельс» и «Иллер», но затем последний заменили однотипным «Эмс». В истории Второй мировой войны на море они стали известны как «Атлантис», «Орион», «Виддер», «Тор», «Пингвин» и «Комет». Эти вспомогательные крейсера, вышедшие в плавание в период с 31 марта по 9 июля 1940 г., получили в военно-исторической литературе наименование «первой волны». За ними на переоборудование направились «Штайермарк», «Бонн», «Каир», «Того», ставшие «Кормораном», «Михелем», «Штиром» и «Коронелем». Вместе с вышедшими во второй поход «Кометом» и «Тором» они составили «вторую волну» немецких рейдеров, которая растянулась во времени с 3 декабря 1940 г. («Корморан») по февраль 1943 г. («Коронель»). «Шифф 5» (бывший «Гленгарри», затем «Меерсбург») был переоборудован, но в поход так и не отправился, став впоследствии учебным кораблем «Ганза». Кроме этого предполагались превратить во вспомогательные крейсера «Найденфельс», «Мольткефельс», «Амерскерк» («Шифф-49»), «Минден» (бывший «Лодзь»), «Кобург» и «Марбург» (два последних — новой постройки). Однако затем от этих планов командование Кригсмарине отказалось. Всего же к 27 ноября 1939 г. РВМ заключило контракты с верфями о начале работ на двенадцати судах, с таким условием, чтобы первые из них отправились в поход той же зимой — на переоборудование давалась 60 дней. Во вторую группу планировались исключительно одни теплоходы, способные к длительным операциям, с дальностью плавания 12-узловым ходом не менее 40 ООО миль. Эти корабли должны были выйти в море в первой половине 1940 г.

Но все эти планы оказались фантастическими. Постоянные срывы сроков работ на верфях и очень суровая зима 1939–1940 годов немедленно расхолодили столь оптимистические настроения. В итоге первые рейдеры отправились в поход с опозданием более чем на три месяца. Фактически вся программа постоянно менялась и даже приостанавливалась в связи с планированием и проведением операций «Везерюбунг» (вторжение в Норвегию и Данию) и «Зеелёве» (предполагавшаяся высадка на Британских островах), пока постоянно растущее превосходство союзников на море и воздухе не поставило крест на планах ведения рейдерской войны.

Как уже упоминалось ранее, согласно Версальскому договору Германии не разрешалось иметь вспомогательные крейсера. Чтобы избежать этого слова, вначале использовалось выражение «Handels-Schutz-Kreuzer» — «крейсер защиты торговли», сокращенно HSK. Затем его интерпретировали в «Handels-Stoer-Kreuzer» — «крейсер прерывания торговли». Немецкий историк Эрих Грёнер утверждает, что сих пор нет убедительных бесспорных доказательств того, как и когда обозначение HSK было официально установлено. Журналы боевых действий (КТВ — Kriegstagebuch) и основанные на них доклады используют эту группу букв в сочетании с арабскими цифрами от 1 до 8 (первоначально применялись латинские номера). Различали (без четко установленного определения) тяжелые (свыше 7000 брт), легкие (до 5000 брт), а также минные заградители. Командованиями военно-морских групп «Норд» и «Ост» 26 сентября 1939 г. были изданы распоряжения о замене термина «Schwere Hilfskreuzers» («тяжелый вспомогательный крейсер») на «Handelsschiffkreuzer» («торговый корабль-крейсер»). Однако, в действительности, это обозначение никогда не использовалось.

Каждый вспомогательный крейсер имел, как минимум пять обозначений:

1) первоначальное гражданское (присвоенное пароходной компанией);

2) номер, начинающийся с HSK, присваивавшийся военным флотом во время переоборудования;

3) оперативное обозначение «Schiff-НОМЕР» для использования в документации и каналах связи;

4) фактическое название в качестве рейдера (выбиралось командиром корабля);

5) английское обозначение «Raider-БУКВА» (Британское Адмиралтейство присваивало каждому рейдеру буквенное обозначение, как только получало о нем достаточные сведения. Оно оставалось постоянным на весь период его деятельности. Причем, так как отсчет шел по времени обнаружения, то вышедший первым, но обнаруженный позднее «Атлантис» получил обозначение «Raider „С“», в то время как шедший вторым, но «засветившийся» гораздо раньше «Орион» — «Raider „А“»).

Обозначения 2–4 использовались в германском флоте попеременно и считались равноценными без заметных преимуществ одного перед другими.

Вспомогательные крейсера, вышедшие в море, получили от Руководства войной на море следующие задачи:

— нарушение судоходства противника ведением боевых действий, а также созданием угрозы нападения;

— уничтожение или захват торговых судов противника;

— создания напряжения боевых сил противника, заставляя его эскортировать торговые суда на всем Мировом океане и патрулировать на узлах коммуникаций, отвлекая тем самым столь нужные боевые единицы на важнейших театрах военных действий.

Контактов с кораблями противника следовало избегать до последнего момента. Так параграф 4 Главы F приказа, полученного командиром «Тора» О. Кэлером перед выходом в море гласил:

«Боевых соприкосновений с вражескими военно-морскими силами, в том числе со вспомогательными кораблями, необходимо избегать. Если столкновения, тем не менее, избежать не удастся, то, используя маскировку, внезапным и решительным применением всех боевых средств стремиться к уничтожению противника».