2.3. ПУШКИ = «ЗНАКИ КРЕСТА» В ВОЙСКЕ КОНСТАНТИНА ВЕЛИКОГО

2.3. ПУШКИ = «ЗНАКИ КРЕСТА» В ВОЙСКЕ КОНСТАНТИНА ВЕЛИКОГО

ЧТО ТАКОЕ ЗНАМЕНИТЫЙ ЛАБАРУМ?

Обратимся теперь снова к «древне»-римской истории. Одним из знаменитых ее событий является явление Креста императору Константину Великому перед его сражением с Максенцием. Летописи прямо утверждают, что Константин победил в битве с Максенцием «при помощи Креста». Как мы сейчас увидим, эта «антично-римская» история является, скорее всего, отражением победы Дмитрия Донского над Мамаем. Тоже «при помощи Креста». На страницах «античных» источников Дмитрий Донской описан как Константин I Великий, а хан Мамай – как Максенций, соправитель Константина.

Посмотрим, как рассказывают «античные» источники о победе Константина Великого над Максенцием с помощью Креста. Как выясняется, хотя суть события описывалась разными авторами в общем-то похоже, однако в вопросе о том, что такое «Крест Константина», царил странный разнобой. Общим является утверждение, что сначала Константину в небе явилось светящееся видение, о форме которого, впрочем, разные авторы говорят по-разному. Далее, Константин приказал сделать «знамя», на которое поместил знак, увиденный им в небе. Знамя со знаком Креста помогло Константину победить Максенция. Опять-таки, в вопросе о том, что именно за знамя было сделано и что на нем было изображено – и было ли это вообще знамя в смысле стяга или что-то иное – различные источники имеют разные мнения. Обратимся к сохранившимся свидетельствам.

Хроника Георгия Амартола (Временник Георгия Монаха) говорит: «Услышав о творимых Максентием в Риме неслыханных злодействах и просьбу о нем от римлян получив, пошел (Константин – Авт.) на него войной. И, ЗНАМЕНИЕ КРЕСТНОЕ СВЕТОЗАРНОЕ на небе увидев с надписью: «Сим побеждай», тотчас СДЕЛАЛ ИЗОБРАЖЕНИЕ На ПРИПАЯННЫХ К ЗОЛОТУ КАМНЯХ; И ПРИКРЕПИВ НА КОПЬЕ, повелел быть водителем своего войска. Так он [победил] Максентия и в реку вооруженного вверг. И так вошел в Рим и завладел им, а Максентий, преследуемый, утонул в реке. Об этом и многознающий Евсевий сказал: На них тут же ясно исполнилось: «КОЛЕСНИЦЫ ФАРАОНОВЫ и силу их вверг в море…» (Исх 15:4–5)» [2], с. 264.

Текст Георгия Амартола довольно туманный. Он говорит, что на небе явилось некое «знамение крестное светозарное». Затем было сделано его изображение якобы «на припаянных к золоту камнях» (?). Как это понимать – не совсем ясно.

Вот что сообщает Энциклопедия Брокгауза и Ефрона: «К победе над Максенцием относят появление знаменитого Labarum – знамени с крестом и такого же креста на шлеме Константина и щитах солдат. Евсевий, в «Vita Constantini», передает, со слов самого императора, что накануне сражения Константин видел крест на небе, в присутствии войска, с надписью (см. рис. 3.43 – Авт.)(Hoc vince); то же явление повторилось императору во сне и рассеяло его сомнения. Приблизительно то же рассказывают Лактанций, в «De mortibus persecutorum», и Руфин, в «Historia ecclesiastica», ограничивая, впрочем, видение сном. На триумфальной арке, воздвигнутой в Риме после победы над Максенцием, были, по желанию Константина, изображены слова: instinctu divinitatis» [135]. Внизу, на рис. 3.43, показано, как записывали надпись «Сим победиши» по-гречески.

Рис. 3.43 Лабарум Константина, как его принято изображать в христианской традиции. Взято из [135].

Зададимся вопросом: откуда возникло название Labarum? С ним у комментаторов связана «проблема». Причем – непростая. Оказывается, данное слово не греческое и не латинское. В. В. Болотов считает, что оно «принадлежит баскам, жителям Пиренеев… буквальное значение его, вероятно, – «знамя»» [18], т. 3, с. 11. Таким образом, и в языке басков слова Labarum уверенно найти не удается. Иначе бы В. В. Болотов не написал, что перевод «вероятно», такой-то. А сказал бы точнее.

Но тогда возникает мысль, что символ на шлеме, то есть на ЛБУ, могли назвать по-русски ЛОБАРЬ. Что потом превратилось в «античное» Labarum. Если так, то данное название возникло достаточно поз дно. Уже тогда, когда было забыто о пушках и летописцы заменили их на изображение креста на шлеме Константина. То есть на лбу. Наша мысль о происхождении слова ЛАБАРУМ от ЛОБАРЬ подтверждается тем, что, например, в старой книге «Книга о побоищи Мамая…» сказано следующее: «Сергий преподобный заразъ казалъ тымъ рыцеромъ сведомымъ наготоватися и казалъ имъ въместо ПРИЛБИЦЫ (то есть шлема – Авт.) схиму з крестомъ на голове носити» [83], с. 352. Таким образом, воинский шлем назывался также ПРИЛБИЦА или ПРИЛОБИЦА, то при ПРИ+ЛОБ, «при лбу» или «прикрывающий лоб, голову». В слегка искаженном произношении получился «очень античный» ЛАБАРУМ = ЛОБАРЬ.

Возможно и другое объяснение. Может быть, даже более вероятное. Вспомним, что крест Христа был воздвигнут на Голгофе, то есть на ЛОБНОМ месте. Так Голгофа называется в Евангелиях: «И придя на место, называемое Голгофа, что значит: Лобное место» (Матфей 27:33). «Античное» слово ЛАБАРУМ обозначает, как нам говорят, крест Христа. Но тогда получается, что оно славянское и происходит от слова ЛОБ, ЛОБНОЕ место, ЛОБАРЬ. В смысле – крест, воздвигнутый «на лбу», на Лобном месте.

Сделаем еще одно замечание. Вспомним, что в Куликовской битве участвовали два инока, посланные туда Сергием Радонежским, – ПЕРЕСВЕТ и ОСЛЯБЯ. Как мы теперь понимаем, они были не простыми воинами, а приставлены к новому оружию – пушкам. А потому их имена могли превратиться впоследствии под перьями летописцев в ПРЕСВЕТЛЫЙ ЛАБАРУМ или СВЕТЛЫЙ ЛАБАРУМ – якобы название самой пушки.

На рис. 3.44 приведена картина Пьеро делла Франческа «Сновидение императора Константина». Рядом с ним, как считается, изображен Евсевий, описавший жизнь и деяния Константина Великого. Кстати, Константин изображен бородатым. А вот в «античном» искусстве, с некоторого момента, Константина уже начали представлять безбородым, см., например, рис. 3.45 и рис. 3.46. По-видимому, чтобы затушевать тот факт, что «античные» римские императоры являются фантомными отражениями царейханов Великой = «Монгольской» Империи. Которые обыкновенно носили бороды. Так например, на монете якобы IV века император Диоклетиан изображен бородатым [26], с. 23. Бороду носил император Марк Аврелий (см. известную его конную статую в Риме) [128], с. 9. На рис. 3.47 и рис. 3.48 приведены старинные изображения Лициния, Максенция и Константина Великого из «Всемирной Хроники» Хартмана Шеделя, якобы 1493 года. Все они с бородами.

Рис. 3.44 «Сновидение императора Константина». Пьеро делла Франческа. Ареццо, церковь Сан Франческо. Взято из [1], илл. 52, с. 40.

Рис. 3.45 Обломки статуи-колосса Константина Великого в Капитолийском музее Рима. Здесь Константина изобразили безбородым. Взято из [26], вклейка между с. 112–113. Кстати, чем брились «античные» люди? Железным, медным или бронзовым ножом побриться нельзя (попробуйте!). Нужна тонкая стальная бритва. Но они появились лишь в позднем средневековье.

Рис. 3.46 Константин Великий. Фрагмент скульптуры-колосса в Риме. Капитолийский музей. Высота головы – 2,6 метра. Взято из [26], с. 97.

Рис. 3.47 Старинное изображение Лициния и Максенция из «Всемирной Хроники» Хартмана Шеделя, якобы 1493 года. Взято из [157], лист CXXVII. Отметим, что оба соправителя Константина представлены здесь с христианской символикой. Они держат в руках державу и скипетр, увенчанные христианскими крестами. Отсюда видно, что «язычеством» в то время именовали совсем не то, что подразумевается сегодня. «Язычники» Максенций и Лициний принадлежали, по-видимому, к несколько иному христианскому течению, чем Константин Великий.

Рис. 3.48 Старинное изображение Константина Великого из «Всемирной Хроники» Хартмана Шеделя, якобы 1493 года. Взято из [157], лист CXXIX.

Но вернемся к знамению «Сим победиши!». Вот сокращенный пересказ старинных свидетельств о явлении креста Константину, взятый нами из [26]. «Дальнейшие события зафиксированы со стенографической точностью Евсевием Кесарийским, первым биографом Константина… Константин попросил Евсевия обучить его христианской молитве, а потом, взяв у священника распятие, надолго остался один… День клонился к закату… И вдруг в лагере поднялся шум. Солдаты тыкали пальцами в небо и падали ниц, громко крича: «Знамение Аполлона!» Константин вышел из палатки и увидел на небе ЯРКОЕ СВЕЧЕНИЕ, хорошо заметное на фоне обрамляющих его туч. Узор солнечных лучей, действительно, напоминал эмблему Аполлона… Два основных снопа света перекрещиваются посредине и образуют символ, которому он (Константин – Авт.) только что – впервые в жизни – молился… Ночью он долго не мог заснуть, а потом ему приснился сон: ПАСТУХ… НЕСЕТ ЗНАМЯ, на котором четко начертан тот самый узор, что он сам и его солдаты видели сегодня на закате. Это были две буквы: «Х» и над ней, чуть поменьше, «Р», как бы растущая из перекрестия первой буквы… Пастух тихо… произнес: «Сим победишь»…

Еще не рассвело, когда он (Константин – Авт.) ВЫЗВАЛ МАСТЕРОВ И ПРИКАЗАЛ НЕМЕДЛЕННО СДЕЛАТЬ ЗНАМЯ НЕПРИВЫЧНО БОЛЬШИХ РАЗМЕРОВ. И КРУПНО НАЧЕРТАТЬ НА НЕМ ЗНАК ХРИСТА. К ВЕЧЕРУ ЕМУ ПРИНЕСЛИ ЗНАМЯ. ОНО БЫЛО ИЗГОТОВЛЕНО ИЗ КОПЬЯ и роскошной ткани, неизвестно откуда добытой. На ней драгоценными камнями были вышиты две перекрещивающиеся буквы. Константин распорядился ВЫСТАВИТЬ ЗНАМЯ НА ВИДНОМ МЕСТЕ, чтобы солдаты, глядя на этот знак, могли нацарапать его копию на своих щитах» [26], с. 90–91.

Знамя Константина (по гречески ТЕОСЕМЕЯ) описано в следующих источниках. «О ТЕОСЕМЕЯ существуют три рассказа: Лактанция, Евсевия Кесарийского и Созомена. Руфин, Сократ и Феодорит в счет не идут в данном случае, потому что они передают известия других» [18], т. 3, с. 9.

Вот как описано знамя у Евсевия, а также у Лактанция. Воспользуемся пересказом В. В. Болотова. «Около полудня, когда день склонялся к вечеру (по нашему около трех часов) император увидел выше солнца… знамение креста с надписью: «Сим побеждай» (ТОЭТПС НИКА – hoc vince). Ужас объял его и свиту. Ночью явился ему Христос с крестом же и повелел сделать подобие его и с этим знамением выступить против своих врагов. Утром Константин… призвал художников и повелел им сделать это изображение (labarum). Далее идет описание знамени. Описание сводится к тому же, к чему и рассказ Лактанция. Знамя это водружено было на древке и обведено было золотым венком с драгоценными камнями; на шелковой ткани, прикрепленной к древку, были изображения Константина и сынов его. Монограмма украшала и шлем Константина, а о щитах у Евсевия ничего не говорится» [18], т. 3, с. 11. У Лактанция, напротив, говорится, что знамя было изображено именно на щитах [18], т. 3, с. 9.

Отсюда видно, что старые авторы приводили разноречивые свидетельства о том, где именно было изображено знамя. Но само описание знамени у них совпадает: оно было водружено на древке и обведено золотым венком с драгоценными камнями. Последующие комментаторы, пытаясь представить себе ЗНАМЯ, ОБВЕДЕННОЕ ВЕНКОМ, рисовали его, например, как на рис. 3.49. Но, если понимать слова Евсевия буквально, то обведенное венком знамя это, скорее всего, ствол пушки, обведенный каемкой или «венком». См., например, старинные изображения пушек на рис. 3.50 и рис. 3.51. На рис. 3.52 показан один из видов чугунных пушек, бывших на вооружении русских казачьих войск XVII века. На рис. 3.53 и рис. 3.54 показана старинная пушка, хранящаяся сегодня в копенгагенском Национальном Музее. На рис. 3.55 и рис. 3.56 показана пушка 1637 года, выставленная в том же музее. Стоит отметить, что ствол пушки с двумя боковыми выступами (крестовиной) для ее крепления на лафете некоторые люди могли воспринимать как условное изображение христианского креста. На рис. 3.57 приведено еще одно старинное изображение пушки.

Рис. 3.49 Фантазии поздних комментаторов по поводу того, как выглядело «знамя Константина», то есть пушки. Какие-то черты пушечного ствола в этом изображении все-таки проглядывают. Нарисовано кольцо на палке, что отдаленно напоминает ствол орудия. Взято из [18], т. 3, с. 11.

Рис. 3.50 Cтаринные пушки XV–XVI веков. Как мы теперь понимаем, см. ХРОН6, гл. 4:9, они были на вооружении ордынско-казацких израильских войск эпохи великого = «монгольского» завоевания XIV века и покорения земли обетованной XV–XVI веков. Вверху: Фальконет на легком лафете. Конец XV века. С рисунка из арсенальных книг императора Максимилиана I. Взято из [11], с. 30. Внизу: Судовые орудия XV–XVI веков. Слева судовая бомбардель XV века, справа – камнемет с «казенником» XVI века. Напомним, что согласно обнаруженным нами династическим параллелизмам, Максимилиан I – это отражение царя-хана Василия III на страницах западных хроник, см. ХРОН7, гл. 13:19.

Рис. 3.51 Старинные пушки XV века. Как мы теперь понимаем, см. ХРОН6, гл. 4:9, они были на вооружении ордынско-казацких израильских войск эпохи великого = «монгольского» завоевания XIV века и покорения земли обетованной XV–XVI веков. Вверху – два орудия XV века. Внизу – две пушки конца XV века; с рисунков из арсенальных книг императора Максимилиана I (согласно обнаруженным нами династическим параллелизмам, он же – царь-хан Василий III, см. ХРОН7, гл. 13:19). Большая кулеврина на так называемом бургундском лафете, а внизу бомбарда на блочном лафете. Взято из [11], с. 59 и с. 235.

Рис. 3.52 Русская пушка XVII века. Чугун. Взято из календаря: «Терское казачье войско. Страницы истории. 1577–2003». Ставрополь, «Рокада», ООО «Орфей», 2003.

Рис. 3.53 Старинная пушка. Национальный Музей города Копенгагена (Дания). Фотография сделана Т. Н. Фоменко в 2004 году.

Рис. 3.54 Старинная пушка. Национальный Музей города Копенгагена (Дания). Фотография 2004 года.

Рис. 3.55 Пушка 1637 года. Национальный Музей города Копенгагена (Дания). Фотография сделана Т. Н. Фоменко в 2004 году.

Рис. 3.56 Пушка 1637 года. Национальный Музей города Копенгагена (Дания). Фотография 2004 года. Ствол орудия с боковыми выступами мог напоминать христианский крест.

Рис. 3.57 Старинная гравюра с изображением пушки. Взято из [51], с. 39.

То, что знамя Константина являлось не стягом, а оружием, звучит в следующем свидетельстве: «Это знамение можно было понимать двояко. Язычники полагали, что победа одержана силою оружия Константина, тогда как христиане приписывали это дело силе креста» [18], т. 3, с. 10. То есть некоторые считали знамя Константина настоящим оружием, с помощью которого он и победил. Современная нам версия о том, что это был просто крест, возникла, вероятно, уже тогда, когда пушки стали обыденным явлением и перестали восприниматься как чудо. Поэтому утверждение современников о том, что Константин победил с помощью чудесного оружия, потребовалось как-то изменить, чтобы элемент чуда сохранился. Пушки, то есть «христианское чудо», принесшее победу Константину, заменили на крест – символ победившего христианства.

Обратим внимание, что победный символ креста, согласно Евсевию, Константин стал НОСИТЬ ИМЕННО НА ШЛЕМЕ, см. рис. 3.58. Здесь стоит вспомнить, что в истории Дмитрия Донского говорится почти то же самое: «крестъ Христовъ нашитъ на СХИМАХЪ, и сие повеле имъ (воинам – Авт.) ВМЕСТО ШОЛОМОВ возлагати на главы своя» [80], т. 11, с. 53.

Рис. 3.58 «Серебряная монета, выпущенная к 10-летию правления Константина» [26], с. 99. Монета выпущена якобы в 315 году. «Это самая известная из его монет… На лицевой ее стороне – Константин в воинских доспехах. На его голове традиционная диадема августа… А на ней явно выделяется знак… Это монограмма Иисуса Христа: две пересекающиеся буквы «Х» и «Р»… На реверсе монеты изображен полководец… В его руках скипетр с крестом… Скипетр с крестом будет постоянно встречаться и на более поздних монетах Константина. КРЕСТ НАД ЗЕМНЫМ ШАРОМ – таков выразительный язык образов» [26], с. 98.

Интересно, что Евсевий называет знамя Константина «победным трофеем» [18], т. 3, с. 10. Вряд ли символ креста можно назвать трофеем. Все-таки трофей – это нечто военное. Оружие так назвать можно. Но по отношению к кресту слово ТРОФЕЙ звучит очень непривычно. Евсевий пишет, что Константин выступает на битву, «призвав к себе на помощь Бога всех и Христа и ПОБЕДНЫЙ ТРОФЕЙ – СПАСИТЕЛЬНОЕ ЗНАМЕНИЕ» [18], т. 3, с. 10. «То есть очевидно св. крест» – добавляет В. В. Болотов.

На рис. 3.59 и рис. 3.60 приведено несколько поздних вариантов изображения Лабарума Константина, то есть того якобы символа, который Константин «выставил на знамя». Что позволило ему победить Максенция. Сегодня в качестве этого символа нам преподносят монограмму Христа. Не исключено, что данная монограмма действительно использовалась Константином и изображалась на пушках. Но победа была достигнута все-таки настоящим оружием. То есть пушками, которые, повторим, воспринимались современниками как чудо. Действительно, человек, воевавший всю жизнь только холодным оружием и впервые увидевший пушку, не мог отнестись к ней по-другому, как к некоему чуду.

Рис. 3.59 Поздние варианты изображения «Лабарума Константина». Взято из [3], с. 260.

Рис. 3.60 Надгробие из Испании с монограммой Христа. Якобы начало IV века. Лондон. Британский музей. Взято из [26], с. 29.

Обратимся к Библии. История, рассказанная Евсевием, напоминает известный библейский рассказ о Моисее, сделавшем «медного змея» и ВЫСТАВИВШЕГО ЕГО НА ЗНАМЯ, чем спас свой народ от напавших на него «ядовитых змеев». Библия говорит: «И послал Господь на народ ядовитых змеев, которые жалили народ и умерло множество народа и сынов Израилевых… И сказал Господь Моисею: сделай себе МЕДНОГО ЗМЕЯ И ВЫСТАВЬ ЕГО НА ЗНАМЯ… И сделал Моисей МЕДНОГО ЗМЕЯ И ВЫСТАВИЛ ЕГО НА ЗНАМЯ» (Числа 21:8–9), (Числа 21:6). Посмотрим, что еще сообщается в Библии о змеях. Оказывается, «в Числах 21:6 ядовитые змеи (речь идет о «змеях», напавших на богоборцев = израильтян в пустыне – Авт.) названы по-еврейски СЕРАФИМ, ПАЛЯЩИЕ» [119], комментарий к 4 Царств 18:1–8. А Библейская Энциклопедия переводит слово СЕРАФИМ, в частности, как ПЛАМЯ, ГОРЕНИЕ [12], с. 637. В книге «Библейская Русь», см. также ХРОН6, гл. 4:10–11, мы показали, что здесь в Библии описаны огнестрельные пушки. Более того, до нашего времени сохранилось старинное османское-атаманское знамя огромных размеров, на котором изображена пушка, стреляющая ядрами, см. рис. 3.61 и рис. 3.62. Знамя хранится в музее города Вены. См. подробности в наших указанных книгах. Не исключено, что это османское знамя XVII века было изготовлено по образцу знаменитого знамени Моисея или знамени Константина. Возможно, на старинных знаменах Моисея и Константина была изображена пушка в виде «креста».

Рис. 3.61 Большое военное османское=атаманское знамя примерно 1684 года, выставленное в музее города Вены (Австрия). Основное изображение на знамени – пушка. Размер знамени несколько метров в длину и выше человеческого роста в высоту. Наша прорисовка с видеозаписи 1996 года (А. Т. Фоменко) и фотографий, сделанных в 1997 году.

Рис. 3.62 Изображение пушки на военном знамени османов=атаманов XVII или XVI века. На раздвоенном лафете пушки – арабская надпись, в конце которой добавлено слово, записанное неарабскими буквами. Для чтения предназначена надпись на верхней половине лафета (читать нужно справа налево). Надпись на нижней половине лафета является зеркальным отражением той же надписи. Надпись гласит: «Мы даровали тебе явную победу, чтобы Аллах простил тебе то, что предшествовало из твоих грехов и что было позже, и чтобы завершил свою милость КАЗАКАМ». Это – первые два стиха суры 48 из Корана, где в конце вместо слова «тебе» – как в Коране – поставлено слово КАЗАКАМ. Наша прорисовка с видеозаписи 1996 года и фотографий 1997 года. Подробности перевода см. в Приложении 6 к ХРОН6.

Спрашивается, отразилась ли в «римской» биографии Константина Великого библейская история с «медным змеем», напавшим на людей? Да, хотя и смутно. Хроника Георгия Амартола сообщает, что при Константине Великом «в Капитолии же римском, <в одном подземелье>, в которое вел спуск в 365 ступеней, ЖИЛ ОГРОМНЫЙ ЗМЕЙ. Он часто внезапно высовывал голову из подземелья, СТРАШНО ГУБЯ ДЫХАНИЕМ СВОИМ ЖИТЕЛЕЙ города, в особенности же детей. Некоторые из эллинов просили о нем божественного Сильвестра, говоря:

– Сойди, епископ, к змею <и> во имя бога своего сотвори, чтобы перестал хоть на один год губить людей; <и> мы все уверуем и крестимся.

Сильвестр же сошел и обнаружил небольшое жилище, с МЕДНОЙ дверью, где ЗМЕЙ пребывал. И, ту дверь во имя Христово затворив, поднялся Сильвестр. После этого не выходил змей» [2], с. 266.

Здесь, хотя и в искаженном виде, присутствуют элементы библейского рассказа о «медном змее» Моисея. Причем, в переплетении с рассказом о крещении при Константине Великом и о медной пушке – страшном чудовище, которое своим ужасным дыханием губит людей. Действительно, выстрел пушки сопровождается дымом, то есть как бы дыханием чудовища. А сам ствол для человека, никогда не видевшего огнестрельного оружия, мог показаться похожим на тело змея, с ревом извергающего дым из пасти. Отметим деталь, общую для истории как Константина, так и Дмитрия Донского. Новое оружие создано духовным лицом. У Дмитрия Донского – это Сергий Радонежский, а в истории Константина – это папа Сильвестр, которого слушается страшный змей (пушка).

Кстати, греческое название знамени Константина – ТЕОСЕМЕЯ – можно прочесть как ТЕО-ЗМЕЯ, то есть БОЖЕСТВЕННАЯ ЗМЕЯ. По поводу греческого названия ТЕОСЕМЕЯ см. [18], т. 3, с. 9.

Обсудим теперь монограмму Христа (РХ) в том виде, как она изображалась на знамени Константина. Напомним, что это – совмещенные буквы Х и Р. Получается рисунок, который можно воспринять также и как символическое изображение пушки.

На рис. 3.63 показан фрагмент средневекового плана осады османами=атаманами города Вены в 1683 году. Видны несколько пушечных батарей османов, ведущих огонь по городу. В точности как и на военном знамени османов, колеса у каждой пушки «распластаны», то есть изображены как бы лежащими на земле рядом со стволом пушки, рис. 3.64. В результате получается изображение, похожее на крест.

Рис. 3.63 Фрагмент османского средневекового плана, изображающего осаду османами=атаманами Вены в 1683 году. Каждая пушка османов изображена в проекции сверху, как и на большом военном знамени османов=атаманов. Die Turken vor Wien. Turkische Planzeichnung zur zweiten Belagerung Wiens 1683. Kolorierte Federzeichnung. HM Inv. Nr. 52.816/1, Museen der Stadt Wien.

Рис. 3.64 Увеличенное изображение османских=атаманских пушек на плане осады Вены 1683 года.

Любопытно, что похожим образом изобразил пушку художник Альбрехт Дюрер якобы в XVI веке, рис. 3.65. См. нижнюю часть гравюры Дюрера.

Рис. 3.65 Пушка на гравюре Альбрехта Дюрера. Вид пушки сверху похож на изображение на старинном османском=атаманском знамени в венском музее. Такой же раздвоенный лафет и диск-«цветок», по-видимому, колесо. Взято из [45], с. 215.

Таким образом, вероятно, символ Константина получился в результате слияния и переплетения символики Иисуса Христа – двух букв Х и Р – и изображения пушки. Например, старинные мушкеты и мушкетоны, то есть небольшие переносные пушки, устанавливались для стрельбы на специальные подставки, к?злы, поскольку были тяжелы для стрельбы «с руки». При взгляде сверху такие козлы могли изобразить как косой крест или букву Х. А саму пушку с ручкой на конце – как букву Р. Получается монограмма РХ. На рис. 3.66 показана старинная статуэтка Святого Петра с крестом в руках. Похожим образом средневековые воины носили на плечах тяжелые мушкеты.

Рис. 3.66 «Св. Петр с Крестом. Бронза, конец III в. Фигурка найдена в Александрии» [26], с. 37.

Подчеркнем, что нам удалось прояснить исходный смысл знамени Константина (Лабарума) в частности потому, что ранее мы тщательно исследовали библейскую историю «медного змея» Моисея и османского = атаманского знамени. Отсюда видно, насколько причудливо отражались и переплетались реальные события на страницах старинных летописей. Сближение истории Константина Великого с историей Моисея сквозит также у Евсевия. Когда он говорит о победе Константина над Максенцием, то тут же вспоминает о победе Моисея над войсками фараона. В частности, у него говорится о КОЛЕСНИЦАХ ФАРАОНОВЫХ [2], с. 264. Но мы уже показали в книгах «Библейская Русь», что библейские «колесницы» – это опять-таки пушки, огнестрельное оружие. Таким образом, вероятно, в «Явлении Креста» Константину Великому переплелись две темы: сражение за принятие ХРИСТИАНСТВА и использование впервые в широких масштабах огнестрельных пушек в Куликовской битве.

На рис. 3.67 приведена фреска Джулио Романо «Видение креста» в Зале Константина в Ватикане. На рис. 3.68 показана центральная часть картины. Слева – Константин Великий. В небе – ангелы несут красный крест, окруженный сиянием, из которого исходит луч с надписью EN TOYT(Омега)I NIKA, то есть «Сим победиши!». Слева от Константина и впереди мы видим два значка римских легионов, на вершинах которых УЖЕ УКРЕПЛЕНЫ ХРИСТИАНСКИЕ КРЕСТЫ, см. рис. 3.69. Таким образом, выясняется, что по мнению художников XVI века, войск? Константина Великого еще даже до явления креста на небе УЖЕ БЫЛИ ХРИСТИАНСКИМИ и готовились к бою с «язычниками», держа в руках христианские символы.

Рис. 3.67 Фреска «Видение Константину Святого Креста» [96], с. 269. Джулио Романо. Якобы XVI век. Зал Константина в Ватикане. Рим. На другой странице – 385, в подписи к картине в альбоме [96], картина названа (по-видимому, ошибочно) «Видение креста святому Августину». Взято из [96], с. 385, илл. 362.

Рис. 3.68 Центральная часть фрески «Видение Константину Святого Креста». Джулио Романо. Зал Константина в Ватикане. Рим. Взято из [96], с. 385, илл. 362.

Рис. 3.69 Значок римского легиона с христианским крестом наверху. Таким образом, еще до того, как на небе явился Крест, войска Константина Великого уже, оказывается, были в основном христианскими. Взято из [96], с. 385, илл. 362.

Кстати, видно как в старинных текстах иногда путались буквы. В данном примере: (Омега)! и буква Пси. Отодвинув нижнюю маленькую вертикальную палочку буквы Пси немного в сторону, переписчики превратили палочку в I. В результате «остаток» буквы Пси стал очень похож на Омегу, см. рис. 3.70. Поэтому средневековые авторы стали писать одно и то же слово по-разному. А именно: либо TOYT(Омега)I, либо TOYT(Пси).

Рис. 3.70 Cредневековые переписчики спутали буквы Пси и (Омега)I, что привело к различному написанию одного и того же слова.

Заметим, что «греческое» выражение TOYT(Омега)I NIKA может быть прочитано с помощью русского языка следующим образом: ТУТ НИКА, то есть «здесь победа». В пользу такого прочтения косвенно свидетельствует Лютеранский Хронограф, в котором слова «Сим победиши» переданы несколько по-другому: «В сем победиши» [126], лист 164 оборот. То есть «в этом победишь», «ТУТ победишь». См. рис. 3.71. Мы в очередной раз наталкиваемся на то, что греческий язык был намного теснее связан со славянским языком, чем считается сегодня. Многие «древне-греческие» слова можно прочесть по-славянски. Напомним, что, согласно нашей реконструкции, как «древне»-греческий, так и церковно-славянский языки создавались в рамках одной и той же имперской школы и с одной и той же целью – перевода Священного Писания. Неудивительно, что в своей основе они близки.

Рис. 3.71 Оборот 164 листа Лютеранского Хронографа 1680 года. Рассказывается о видении креста Константином: «Увидев на воздусе креста знамение с сим написанием: В СЕМ ПОБЕДИШИ». Взято из [126].

Обсудим вопрос: где и как Константин впервые увидел знамение, принесшее ему победу. Если верить позднейшим летописцам, то знамение возникло на небе, а следовательно, его должны были видеть все. Однако Евсевий пишет, что император Константин, рассказав ему об этом видении, КЛЯТВЕННО ЗАВЕРИЛ ПРАВДИВОСТЬ СВОИХ СЛОВ. «Сам царь много лет спустя рассказывал об этом и заверил клятвенно» [18], т. 3, с. 11. Отсюда возникает «большая проблема» у комментаторов [18], т. 3, с. 12. Какой смысл клятвенно заверять, что человек наблюдал нечто, видное всем? Клятва в данном случае выглядит очень странно. Пытаясь разрешить «проблему», исследователи внимательно читают текст Евсевия, пытаясь понять – кто все-таки наблюдал знамение: все войско или только ближайшее окружение императора. В. В. Болотов пишет: «Знамение креста, по Евсевию, видело СТРАТИОТИКОН АПАН, то есть, собственно, все военные; а это, быть может, означает только свиту. Евсевий не употребил выражений СТРАТИА, или СТРАТЕЕМА, которые бесспорно означали бы все войско. Мысль, что знамение креста на небе было всем известно, – поэтому критически не обоснована» [18], т. 3, с. 12. Итак, получается, что знамение, скорее всего, видел Константин и его ближайшее окружение, а не все войско, как это было бы, если бы речь шла о небесном явлении. Но если имелось в виду испытание нового оружия – пушки – на каком-то «закрытом полигоне», то действительно его должны были наблюдать лишь царь и его ближайшее окружение. Скорее всего, так и было.

Еще одна черта, вызывающее сомнение в том, что знамение было просто знаком креста, состоит в следующем. Оказывается, Константин, увидев знамение, был сильно поражен неизвестным ему дотоле зрелищем. В. В. Болотов пишет по этому поводу: «ОЧЕВИДНО, ОН (то есть Константин – Авт.) БЫЛ НАСТОЛЬКО НЕОСВЕДОМЛЕН В ХРИСТИАНСТВЕ, ЧТО И КРЕСТ ЕМУ БЫЛ НЕИЗВЕСТЕН» [18], т. 3, с. 13. Странно. Ведь христианская тема бурно обсуждалась во времена Константина. Трудно поверить в то, что Константин даже не знал, как выглядит христианский крест, и был удивлен, впервые увидев его на небе. В то же время Евсевий сообщает, что уже отец Константина – император Констанций – помогал христианам. В сочинении Евсевия есть даже особая глава «О христолюбивом его (то есть Констанция – Авт.) расположении», а также глава, которая называется: «О том, как отец его Констанций, притворяясь идолопоклонником… содержал в своем дворе исповедников христианской веры» [46], с. 37–38. Более того, сохранились старинные картины, на которых изображено христианское КРЕЩЕНИЕ КОНСТАНТИНА папой Сильвестром. См., например, рис. 3.72.

Рис. 3.72 «Крещение императора Константина папой Сильвестром». Якопо Виньяли. Около 1623–1624 годов. Взято из [34], с. 390, илл. 512.

Таким образом, по свидетельству Евсевия, Константина в детстве окружали христиане. И тем не менее, он якобы увидел символ креста в первый раз лишь перед битвой с Максенцием. И страшно удивился. По нашему мнению, здесь явная натяжка. Перед битвой Константин = Дмитрий Донской увидел впервые не крест, а пушку, и услышал пушечный выстрел. Когда находился у Сергия Радонежского. Впоследствии христианское изобретение – пушка – превратилась под пером летописцев в крест.

Приведем еще одно описание «спасительного знамени», доставившего Константину победу. «В 321 г. галльский ритор Назарий, говоривший похвальное слово Константину Великому, утверждал, будто во всей Галлии рассказывали, что… видели как ПОмОщЬ СТРАШНО СИЯЛА… Таким образом, в языческом сказании особенно подчеркивается одна черта – О СВЕТЕ» [18], т. 3, с. 13. Если знамение – это пушка, то все понятно. Пушечный выстрел сопровождается пламенем, то есть светом. Если знамение – это крест, то при чем тут свет? И почему именно свет запомнился воинам? Ведь крест не мог так необычно светиться, чтобы поразить окружающих.

Евсевий сообщает и другие подробности относительно знамени Константина, которые заставляют усомниться в традиционной версии, что это был просто символ креста и косвенно подтверждают нашу мысль о пушках. Например, его не держали на виду всего войска в каком-то безопасном месте, как это делается со знаменем при ставке военачальника. Напротив, знамя Константина переносили с место на место, туда, где требовалась действительная помощь. Евсевий пишет: «Где он (то есть символ креста – Авт.) показывался, там враги обращались в бегство, а победители преследовали их. Когда Василевс узнал об этом, то символ спасения, как действительнейшее средство победы, повелел переносить туда, где видел какой-либо свой отряд ослабевшим. Победа с ним тотчас восстанавливалась» [46], с. 66. Здесь Евсевий прямо называет знамя Константина ДЕЙСТВИТЕЛЬНЕЙШИМ СРЕДСТВОМ ПОБЕДЫ. Причем речь идет явно об оружии, а не о священном для войска символе. Поскольку подчеркивается, что знамя было новым и никому ранее неизвестным. Не только воинам, но и самому Константину. А потому у воинов не могло быть связано с ним никаких священных чувств.

Еще одно крайне любопытное свидетельство Евсевия касается размеров и тяжести знамени. Если бы речь шла о хоругви или о деревянном кресте или даже металлическом, то для того, чтобы переносить его с места на место, достаточно было бы одного-двух человек. Но их было ПЯТЬДЕСЯТ или даже больше, причем наиболее крепких телом. У Евсевия есть особая глава, которая так и называется: «О том, что для ношения креста было избрано ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕЛОВЕК» [46], с. 66. В этой главе читаем: «Тем из своих щитоносцев, которые отличались крепостью тела… Константин повелел состоять единственно при служении этому знамени. ТАКИХ МУЖЕЙ ЧИСЛОМ БЫЛО НЕ МЕНЬШЕ ПЯТИДЕСЯТИ, и они не имели другой обязанности, как либо стоять вокруг знамени, либо следовать за ним в качестве стражи, когда каждый из них попеременно нес его на своих плечах» [46], с. 66–67. Такое количество людей, приставленных к загадочному предмету (знамени), само по себе уже показывает, что речь идет не о хоругви, пусть даже и очень тяжелой, а об орудии, то есть о пушке. Для передвижения которой и в самом деле требовалось много сильных мужчин. Потом к пушкам приделали колеса и стали перевозить их на конях. Но первые пушки, возможно, перетаскивали вручную.

Вот еще одно сообщение Евсевия о загадочном знамени. Оказывается, за ним мог спрятаться человек так, чтобы защититься от стрел врага. Евсевий передает рассказ Константина о том, что один из «крестоносцев» (то есть людей, переносивших знамя) отбежал прочь от знамени и, находясь «вне его охраны», был убит стрелой. Другой же находился «под охраной знамени» и остался жив. «Сколько ни пускали в него стрел – он остался невредим. Все удары их принимало на себя копье знамени» [46], с. 67. Евсевий, а точнее поздний редактор, не может сдержать своего удивления. «Тут было что-то выше всякого чуда: как могли стрелы врагов, бросаемые в самое небольшое по объему копье, вонзаться в него и пронизывать его насквозь, а того, кем оно было носимо, избавлять от смерти» [46], с. 67. И в самом деле, деревянное древко не может защитить воина от стрел противника. А вот за пушкой он вполне мог спрятаться.

В заключение отметим следующую интересную деталь, сближающую Дмитрия и Константина. Константин на страницах летописей предстает перед нами в образе царя, постоянно носящего перед собой крест и побеждающего им врагов. Короче говоря, Константин «носит крест» и это является важной его характеристикой. Обратимся теперь к Воскресенской Летописи и посмотрим, что написано о Дмитрии Донском в похвальном слове о нем. Читаем: «Землю Рускую управляше, на престоле царском седя… царскую багряницу и венец ношаше… и по вся часы честь и славу от всего мира приимаше, кРеСТ ХРИСТОВ НОШАШЕ» [29], т. 2, с. 82–83.

Здесь в похвале Дмитрию Донскому ношение креста стоит в одном ряду с управлением всей Русской землей и даже «честью и славой от всего мира». Вряд ли имелось в виду простое ношение Дмитрием нательного креста. Вероятно, здесь звучит отголосок сведений о Дмитрии Донском как о Константине Великом, носившем перед собой крест.

Русские летописи, рассказывая о Куликовской битве 1380 года, также сообщают о НЕБЕСНОМ ЗНАМЕНИИ Дмитрию Донскому во время сражения, подобном знамению Константина в битве с Максенцием. Мы цитируем: «Видех я въ 6 час сего дни, и над вами небо разверзостася, И ОГНЬ ИЗЫДЕ ИС ТОВО ОБЛОКА, АКИ БАГРЯН НА ЗОРЕ УТРЕНОИ, и над вами, государь, держаще то облако исполнены все руки человеческими, каяждо рука держаще венцы над руским полки, и иныя руки держаще ТОРЦЫ. И как наставшу шестому часу месяца сентября в 14 день, и многия венцы изо облака того отпустишася на полки руския» [83], с. 286–287.

Обратим внимание, что небесные руки, которые видит Дмитрий Донской, держат «торцы», то есть торки (в церковно-славянском языке в окончании множественного числа К меняется на Ц). Что такое ТОРК? Словарь В. Даля сообщает, что русское слово ТОРК означает нечто торчащее, стоящее стоймя, а также что-то, чем можно толкнуть, «тыркнуть». Например, отсюда, согласно В. Далю, происходит слово ТАРАН, «торон, также шквал, порыв или удар ветра, торок». А также: «Торок м. арх. (мужской род, архангельский говор – Авт.) порыв, удар ветра, шквал. Заревел торок – пронеси Бог морок (мрак, бурю, тучу)!» [37].

Итак, что же увидел Дмитрий перед битвой на небе? Руки, держащие нечто торчащее или нечто подобное урагану или шквалу. Это мог быть вертикально стоящий крест. Например, Т-образный крест. Или пушка, от выстрела которой возникает шквал. Не исключено, что двойной смысл русского слова ТОРОК привел последующих летописцев к мысли, что Константин = Дмитрий увидел на самом деле не пушку, а крест.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.