Подозревается Генри VII Тюдор

Подозревается Генри VII Тюдор

Генри Тюдор, находившийся в изгнании на континенте, никак не мог убить принцев до того момента, как он примерил корону Англии на Босуортском поле 22 августа 1485 года. Таким образом, если скелеты, найденные в Тауэре, действительно принадлежат принцам, то валлиец прямо не причастен к этому преступлению. Но из троих подозреваемых его мотивы надо признать наиболее обоснованными. Принцы представляли самую серьезную угрозу именно для него, поскольку права Тюдора на трон были самыми спорными и уязвимыми. Однозначно отметать его кандидатуру на роль убийцы было бы неправильно.

Если мальчики не были убиты в 1483 году, то они могли дожить до вступления на трон Генри VII. Одержав победу на Босуортском поле, новый король должен был приказать устранить принцев, однозначно более законных, чем он сам, несмотря на все парламентские акты, объявлявшие их бастардами. И сделать Тюдору это было нужно до 18 января 1486 года, когда он женился на сестре принцев: свадьба сопровождалась парламентским актом, отменявшим Titulus Regius, так что Эдуард V вновь становился полностью легитимным королем! В этом случае совершенно объяснимо нежелание Гепри VII ворошить историю с принцами сразу после вступления на престол, поскольку даже при современном ему развитии медицины очевидно различие между останками только что убитых жертв и тех, что пролежали в земле два года. Зато в 1502 году король мог себе позволить открыть место захоронения — по прошествии 17 лет с момента убийства. Однако и тут он ограничился тем, что провел имитацию поисков, и ничего не нашел на том самом месте, где скелеты обнаружились в конце XVII века.

Этой версии, по многим причинам весьма привлекательной, противоречат несколько фактов. Во-первых, слухи об исчезновении принцев и об их убийстве получили распространение в Англии в 1483–1484 годах, и с тех пор не было предпринято ни единой попытки их опровергнуть. Во-вторых, Генри VII несомненно знал о смерти мальчиков, когда выдвигал свои претензии на трон и одобрял план, включавший в себя брак с принцессой Элизабет, которая представлялась единственной законной наследницей дома Йорков. Достоверно узнать о том, что принцы погибли, он мог только от непосредственного убийцы — герцога Бакингемского, перебежавшего на его сторону. Мать принцессы и принцев — Элизабет Вудвилл — полностью одобрила этот план. Вряд ли она согласилась бы собственными руками лишить своих детей надежды на трон в угоду безродному валлийцу. Так что вдовствующая королева тоже наверняка знала о гибели сыновей.

Свергнув Ричарда III с трона, Генри VII даже не подумал обвинить своего противника в убийстве детей, хотя тот уже не мог ничего опровергнуть. Тюдор не стал искать останки: его положение и без того было достаточно двусмысленным, как у любого узурпатора. И зачем ему лишние проблемы, связанные с этой старой трагедией? Не дай Бог недоброжелатели, которых у валлийца хватало, начали бы обсуждать, кто на самом деле приложил руку к убийству: Генри VII не только имел весомые мотивы, но и был союзником герцога Бакингемского, поведение которого в конце лета — начале осени 1483 года было, мягко скажем, подозрительным.

По прошествии многих лет Тюдору подвернулся удобный случай, который он не захотел упускать. По обвинению в государственной измене и участии в заговоре Эдмунда де Ла Поля 3-го герцога Саффолкского был арестован сэр Джеймс Тиррелл. Он идеально подходил для маленькой комбинации, задуманной Генри VII: не аристократического рода, верный слуга короля Ричарда III. Под пыткой королевские палачи выбили из Тиррелла признание в убийстве принцев. Как Тиррелл, не принимавший участия в этом злодеянии, мог точно указать место захоронения мальчиков? Очень просто — о нем знал Генри VII от герцога Бакингемского. Исповедь, если она вообще существовала, была без лишнего шума положена в архив рядом с другими бумагами государственной важности для потомков.

Впрочем, бумаги недолго пролежали в бездействии. Не прошло и десяти лет, как их «обнаружил» сэр Томас Мор. Великий гуманист и без того был настроен весьма негативно по отношению в Ричарду III, чему способствовали уроки его учителя Джона Мортона архиепископа Кентерберийского, злейшего врага Йорка при жизни и последовательного очернителя его памяти после смерти. У Мортона были свои резоны распространять слухи о виновности Ричарда. Ведь именно он стал главным союзником Бакингема после того, как герцог переметнулся на сторону мятежников. Они вместе разработали тот план захвата трона, который не удался в 1483 году, но увенчался успехом в 1485 году. И сэр Томас Мор стал основателем легенды о Ричарде-детоубийце, взяв за основу либо исповедь Тиррелла, либо историю, рассказанную Джоном Мортоном.