Глава VII

Глава VII

Роза Шарона

Бывший сенатор Соединепных Штатов Уильям Шарон был феодальным владыкой Бельмонта и владельцем «Палас-отеля», прибрав к рукам все то, что некогда принадлежало Уильяму Ролстону. Насколько Сан-Франциско мог судить, любимым времяпрепровождением шестидесятичс- тырехлетнего Шарона все еще оставалась игра в покер. Он умудрялся занимать «безукоризненные с конституционной точки зрения» позиции до тех пор, пока жизнь пе столкпула его с Сарой Альтса Хил л.

Неприятности начались для Шаропа 8 септября 1883 года, когда женщина по имени Джерти Дейтц обратилась в верховный суд Сан-Франциско с обвипепием Ша-

на в прелюбодеянии. Шарон был арестован, приведен Р0На? и отпущен под залог. Члены магистрата никак немогли понять, каким это образом вдовец Шарон мог совершить прелюбодеяние с мисс Джерти Дейтц?

Газетный репортер Уильям Нейлсон, который составил Цжерти Дейтц жалобу в суд, заявив, что прелюбодеяние Действительно было совершено Уильямом Шароном, поскольку у пего, у Нейлсона, имеется в распоряжении тайный брачный контракт, подписанный Шароном с другой женщиной.

Судья в местном суде отказал в иске. Тогда Уильям Шароп направил своего адвоката в окружной федеральный суд Сан-Франциско с иском о призиапии этого якобы имеющегося брачного контракта поддельным.

И тут перед верховным судом штата предстала мисс Сара Альтеа Хилл. Он была поразительно красивой и хорошо воспитанной жепщипой тридцати лет, уроженкой мыса Жирадо в Миссури. Мисс Хилл заявила, что она состоит в браке с Уильямом Шароном с 25 августа 1880 года и что в ее распоряжении имеется тайно составленный брачный контракт, на который ссылался Уильям Нейлсон.

В качестве миссис Уильям Шароп она просила верховный суд дать ей развод, назначить алименты, возложить па Шарона расходы па адвоката и совершать раздел совместного имущества.

Уильям Шароп во всеуслышание клялся, что брачный контракт подделка и сплошное мошенничество. С ним играют краплеными картами!

Сара Альтеа Хилл в своих показаниях сообщила, что она получала небольшой доход от акций различных горнодобывающих предприятий, что, когда она встретилась с Шароном в Банке Калифорнии, будучи уже представленной ему в городе Рэдвуд весной 1880 года, он посетовал па скромность получаемых ею доходов и сказал, что намеревается выбросить на рынок акции, а потом предложил навестить его в «Палас отеле». Сара отказалась от подобной чести. На следующей встрече с Шароном он сказал ей, что был огорчен тем, что опа не навестила его. Сара ответила, что было бы намного уместнее, если бы он сам нанес ей визит. «Этим вечером оп явился ко мне с визитом… в мою комнату в Болдуине. Он вел себя как и подобает такому старому джентльмену, прочел мне несколько стихотворений и спел старинную песню. Потом

он начал рассказывать о том, как он любит молодых девушек и как молодые девушки любят его, а затем поинтересовался, может ли мне понравиться такой старик, как он?»

Образ холодпого, безжалостного Шарона с рыбьими глазами сентиментально уговаривающего полюбить его, заставил весь Сап-Фрапциско покатываться от хохота.

Шарон предложил Саре стать его любовницей, за Это оп обещал ей тысячу долларов в месяц, белую лошадь своей дочери Флоры и, как говорила, Сара, «множество других вещей».

Дальпий Запад, преданный и ограбленный Шароном, лхотатило чувство мести, когда он представил себе, как Шарон, пытаясь добиться благосклонности юной и прекрасной женщины, прибирает ее к своим грязным рукам. Дальний Запад начал теперь подумывать о том, что Сара Альтеа Хилл, красноречивая, полная обаяния и истиппая леди, вполне способна заставить всех поверить в свою историю. Ее стали называть Розой Шарона.

«Я сказала ему, что оп обратился не по адресу,-продолжала она свои показапия, - что я честная девушка и могу сама позаботиться о себе. Он ответил, что все это он наговорил, желая испытать или подразнить меня; что он уже навел обо мне справки и узпал, что я уважающая себя девушка из хорошей семьи, и что он хочет жепиться на мне. Я ответила, что это совсем иное дело. Оп сказал, что женитьба должна быть тайной. Я ответила, что никогда пе соглашусь па это, по оп признался мне, что это со- вершеппо необходимо, ибо до этого он отослал одну девушку в Филадельфию к ее матери, которая может подпить скапдал вокруг его имени, если узнает, что он женился».

Чтобы доказать правдивость своих слов относительно отправлеппой им в Филадельфию девушки, Шарон достал из кармана письмо, оторвал от пего кусок, содержащий подтверждение сказанного, и дал его Саре.

Убежденная этим, Сара согласилась сделаться его тайной жепой. Тогда Шароп продиктовал ей следующее: «Дано в городе и графстве Сан-Франциско, штат Калифорния, августа 25 в лето 1880 от Рождества Христова. Я, сенатор Уильям Шароп, уроженец штата Невада, шестидесяти лет от роду, призывая в свидетели всемогущего господа, объявляю Сару Альтеа Хилл из города Сан-Франциско, штат Калифорния, моей законной и вепчанпой супругой н хем самым признаю себя мужем вышеозначенной Сары Альтеа Хилл. у м ^^

25 августа 1880 года»

Шарон посетил Сару в апартаментах «Гранд-отеля», который принадлежал ему. Они жили совместпо как муж и жепа, причем Шарон пе предпринимал попыток скрыть эту связь, оп даже взял с собой Сару па свадьбу своей дочери.

Когда Шарон во второй раз за четырнадцать месяцев их совместной жизни серьезно заболел, он решил, что умирает и что будет лучше иметь у себя документ об их тайном браке. Он попросил его у Сары, она ответила, что не помнит, куда положила его. Они поссорились. Шарон схватил ее за горло и душил до тех лор, пока опа без чувств пе упала па пол. Он счел ее мертвой и затащил в гардеробную при спальне. Вскоре после этого управляющий «Грапд-отеля» приказал ей съехать. Сара отправилась в «Палас-отель», чтобы увидеться с Шароном, но ее не допустили к нему.

«В этот вечер я отправилась навестить свою бабушку, а возвратившись домой, обнаружила, что все двери в моих компатах сняты с петель и унесены, звонки оборваны, а ковры сорваны. У меня осталась только мебель и голые стены. Служанка в страхе убежала, и я осталась совершенно одна».

Далее Сара сообщала: «Оп сказал, что я должна подписать бумагу, иначе оп выгонит меня из отеля и опозорит. Я отказалась. В конце концов мы пришли к соглашению, в соответствии с которым оп обязывался выдать мне единовременно сто тысяч долларов и. потом выплачивать по пятьсот долларов ежемесячно. Я также должна была отказаться от брачного контракта и заявить, что у меня нет к нему никаких претензий…»

Когда Уильям Шарон появился на месте для свидетелей, чтобы выступить с опровержением показаний Сары, публика, битком набившаяся в зале, была разочарована; люди пе слышали, что оп говорил, потому, что, по его словам, «он не прихватил с собой своих вставных зубов».

"се?же он говорил достаточно ясно, для того чтобы судебный клерк мог разобрать и занести в протокол, что он предлагал Саре пе тысячу долларов в месяц за то, чтобы она жила с ним, а всего пятьсот, что он не подписывая

38 Зак. м иез 593 брачного контракта, что это фальшивка и подделка, что оп пикогда не предлагал ей ста тысяч долларов за отказ от брака и прекращение связи.

Кто из них говорил правду? Репутация Шаропа была слишком хорошо известна в Сан-Франциско. Но что можно было сказать о Саре Лльтеа Хилл? Была ли опа, как об этом заявил Шарон группе репортеров, просто женщиной легкого поведения?

От судьи Джона Уилсона с мыса Жирарду в Миссури пришло письмо, рассказывающее о происхождении Сары в опубликованное поздпее в Сап-Фрапциско в «Бголлетип». Ее отец был юристом с весьма высокой репутацией, членом законодательного собрапня Миссури, который после смерти оставил детям солидное паследство. Второй судья с Жирарду, в чьем доме Сара жила после смерти родителей, писал: «Сара обладает топким умом и весьма привлекательной внешностью, и я был поражен, услышав о ео помолвке с сенатором Шароном. Его миллионы едва ли могли компенсировать молодой и изысканной женщине его возраст и репутацию».

Сара прибыла в Калифорпию за десять лет до описываемых событий с дядей и братом. Некоторое время опа жила со своей бабушкой, а затем - вместе с братом. Опа никогда пе выходила замуж. Шароп папял частных детективов и пустил их по ее следам, пытаясь добыть хоть какие-нибудь порочащие сведения о ее прошлом. Опи выудили какого-то молодого человека по фамилии Бурчард, который показал па суде, что встречал Сару в обществе Шарона в «Палас-отеле», а затем - в Бельмопте, что опи обручились и состояли в иптимных отношениях.

Сара была впе себя от возмущепия и вполпе справедливо: Бурчард, подвергнутый перекрестному допросу, запутался пастолько явпо, что был привлечен к ответственности за дачу ложных показапий. Сан-Франциско был уве- реп, что Бурчарда напял Шароп.

И тут суд получил новое, совершенно неожиданное подкрепление. Хотя у Сары уже имелось шесть адвокатов, Дэвид Тэрри, который застрелил Дэвида Бродерика на дуэли в Сап-Фраициско двадцать пять лет тому назад, пе- ожидаппо стал седьмым адвокатом Сары. Вдовцу Тэрри теперь было примерно шестьдесят лет, по оп все еще был человеком довольно красивым и полпым жизненных сил. Оп приходил в зал судебных заседаний с ножом, подве

шенным слева под мышкой. (Ножом этим он не замедлит воспользоваться еще до окончания дела.) В 1884 году Сан- Аранцисская газета «Альта» сообщала: «Их места всегда расположены рядом… все свои показания она обсуждает с ним. Чаще всего он провожает ее на завтрак и возвращается вместе с ней, а иногда они вместе бывают в театре, при этом оба совершенно не замечают обращенных на них взглядов, как это бывает со свежевлюбленными парами».

Иск Сары Альтеа Хилл в основном касался установления подлинности брачного контракта, который Сара представила суду в качестве вещественного доказательства. Он представлял собой потертую и дсстаточно измятую гербовую бумагу, на которой подпись Шарона стояла в верхней части одной страницы, предшествуемая всего четырьмя строчками текста, вся же остальная - начальная - часть текста контракта была написана на другой стороне. Представители ответчика утверждали, что это доказывает, что весь этот документ является подделкой, что подпись Шарона стоит в верхней части страницы именно для того, чтобы предотвратить подделку. Шарон же утверждал, что и сама подпись подделана.

Дело Розы Шарона против Шарона длилось целых четырнадцать месяцев, из которых шестьдесят один день представлялись доказательства и контрдоказательства, которые председательствующий судья назвал «кучей лжесвидетельств». Высказывались критические замечания в адрес Сары за то, что она столь легкомысленно вступила в брачные отношения; публике также не нравилась ее несдержанность на суде. И все же дурная репутация Шарона сыграла немалую роль: все сходились на том, что Шарон подписал брачный контракт, считая, что он будет признан незаконным, что его нельзя будет предъявить в суде и что, скорее всего, он так и не будет предъявлен ®УДУ, поскольку это поставит Сару в неловкое положение- типичные манипуляции Уильяма Шарона: игра на повышение и понижение, но уже не на бирже, а на рынке секса.

???? 38•

4 декабря 1884 года судья Салливан в течение почти трех часов зачитывал в зале судебных заседаний весьма объемистое решение по делу и наконец объявил замершему залу: «Я пришел к выводу, что Уильям Шарон… на основании своего тайного брачного контракта или же пись-

Данный текст является ознакомительным фрагментом.