ТРЮК С ГЕНЕТИЧЕСКИМИ ЛИНИЯМИ

ТРЮК С ГЕНЕТИЧЕСКИМИ ЛИНИЯМИ

Все было не так, а совсем иначе, говорится в умных статьях. Страх перед сильными животными, а также более легкий способ добычи пропитания заставил наших предков подняться на задние лапы. Смех, да и только! Обезьянья привычка подражать давно общеизвестна. Почему же другие человекообразные обезьяны не последовали такому благоразумному примеру? Они меньше боялись хищников? Если так объяснять появление разума, то у жирафов, которые за много километров чуют и видят врага, давным-давно возникла бы своя религия. Наконец, утверждается, что все эти изменения затронули только одну конкретную генеалогическую линию. Приматы из нашей линии начали есть мясо, стали питаться лучше и научились проще добывать себе еду. Как следствие, со временем они получили существенное преимущество перед остальными обезьянами. Но с каких это пор убивать газелей или саламандр стало проще, чем собирать фрукты с деревьев? Кроме того, дикие кошки или хищные рыбы на протяжении тысячелетий ели мясо других живых существ, включая их мозги. Почему же в результате этого у них не появилось ни живописи, ни математики?

В одной примечательной статье, вышедшей на страницах специализированного журнала Sagenhafte Zeiten, руководитель научно-исследовательских работ Петер Фибаг поднимает вопрос о «большом взрыве» в эволюции человека: «Некоторые специалисты полагают, что изменения в „проводниковых связях мозга“ вызвали „большой взрыв“ в эволюции человека». И добавляет: «Сегмент ДНК по ошибке копировался с Х-хромосомы в Y-хромосому»6. Действительно ли по ошибке, спрашивает Фибаг? Или это произошло не без вмешательства внеземной генной инженерии?

В размышлениях Фибага есть большая доля правды, пусть даже антропология предпочитает этого не замечать. Здесь, в академических салонах, нам каждый год подают новую порцию противоречий. Что же в этом удивительного? Наука — живой развивающийся организм, и в свете новых знаний нередко приходится корректировать имеющиеся данные. Все соглашаются с тем, что мы уникальны. Уникальны и другие живые существа. Однако мы более уникальны, чем все остальные, поскольку у нас есть культура: религия, живопись, воображение, математика и способность планировать будущее (хотя последнее относится не только к нам, ведь, например, паук тоже что-то планирует, когда плетет паутину).

Генетические линии людей и шимпанзе были отдельными уже во времена Эдема, как утверждает доктор Дэвид Райх из Массачусетского технологического института в Кембридже. Затем два этих вида вновь стали обмениваться генами: «Прожив сотни тысяч лет обособленно, прегоминиды внезапно стали скрещиваться со своими непрямоходящими родственниками»7.

Мне сложно представить, чтобы прямоходящий прегоминид внезапно отвергнул своих сородичей и решил поухаживать за человекообразной обезьяной. Дилемма, почему у их отпрысков генетические факторы оказались лучше, мучает меня не меньше, чем вопрос о том, совместимы ли вообще хромосомы такой несопоставимой пары.

Все становится еще запутаннее, если вспомнить о загадочных костях, найденных в алтайской пещере, которые были исследованы в Институте эволюционной антропологии Марка Планка в Лейпциге: «Явно человеческая кость из Денисовой пещеры имеет геном, отличный от генома человека. Как это ни странно, но генофонд гоминида из Денисовой пещеры отличается от генофонда как Homo sapiens, так и неандертальца»8. О, звезды нашей галактики! Пусть наши многоуважаемые антропологи осмелятся задуматься о выводах Фибага! В конце концов, можно доказать, что люди каменного века обладали обширными познаниями в математике и геометрии, и продемонстрировать это на конкретных примерах. Или все мы должны думать иначе? Быть может, параллельно существовали разные типы людей, одни глупее, другие умнее? Последние оставили плоды своих трудов, которые наше общество игнорирует по сей день, хотя, чтобы убедиться в их существовании, не нужны ни научные степени, ни даже семь пядей во лбу.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.