ВЕРБОВКА АГЕНТУРЫ «НА ПОТОКЕ»

ВЕРБОВКА АГЕНТУРЫ «НА ПОТОКЕ»

Как обычно бывает в таких случаях, о январском (1981 года) решении президента США Рейгана перейти в отношениях с СССР к наступательной стратегии стало известно несколько позднее. Но органы КГБ — как по линии контрразведки, так и в деятельности внешней разведки (Первое главное управление) — сразу же почувствовали резкое возрастание активности разведывательного сообщества США. Кстати, данные КГБ на этот счет, подтверждались и информацией партнеров, в частности, спецслужб ГДР, ЧССР и НРБ. Наша страна, по мнению иностранных разведок, всегда отличалась достаточно жестким контрразведывательным режимом. И потому ЦРУ на первом этапе наступательной стратегии разработало тактику скоординированных действий против структурных звеньев КГБ, работавших за рубежом. А на втором этапе перешло в атаку на КГБ в целом непосредственно на территории нашей страны.

Уже в конце 1981 года внешней разведкой КГБ были добыты данные о том, что руководители ЦРУ провели серию интенсивных переговоров с предстатвителями спецслужб Англии, Канады, Франции, ФРГ, Италии, Испании, Австрии, Японии, Израиля, даже Судана, Марокко и Сенегала, в ходе которых американцы поставили вопрос о необходимости активизации разведывательной работы против Советского Союза, а в этой связи — и о более четкой координации действий разведывательных сообществ против нашей страны.

Что может дать подобное тесное сотрудничество спецслужб противника, нетрудно проиллюстрировать на следующем примере. Только в январе-октябре 1983 года в некоторых капиталистических странах были признаны персоной нон грата 107 сотрудников совзагранучрежде-ний, обвиненных в незаконной деятельности. В том числе 78 работников КГБ и ГРУ (Главное разведывательное управление Генштаба Вооруженных сил), что более чем в три раза превысило число высланных советских граждан за весь 1982 год. Безусловно, это была четко спланированная, скоординированная совместная акция западных спецслужб, которая не могла не обеспокоить органы советской контрразведки. Обратило на себя внимание и то, что наиболее острый эпизод этой согласованной акции произошел во Франции, выславшей 47 сотрудников советских представительств, в том числе 27 работников КГБ и 7 работников ГРУ.

Что преследуют такие акции?

Хорошо известно, что их главная цель заключается в следующем: пользуясь вынужденным отъездом наших контрразведчиков, облегчить для ЦРУ и других спецслужб Запада проведение вербовочных операций против советских граждан, временно находящихся за рубежом. Это позволило бы ЦРУ расширить агентурную сеть на территории СССР после возвращения завербованных агентов домой, на родину.

И последующие события показали, что действия иностранных спецслужб, особенно американских, в отношении советских граждан, после высылки сотрудников КГБ приобрели наглый, можно даже сказать, вызывающий характер. Только в 1981-83 годах разными подразделениями КГБ были получены сведения о том, что иностранные спецслужбы совершили 53 прямых вербовочных подхода к советским гражданам. За тот же период было зафиксировано 300 случаев активной разработки западными спецслужбами советских людей, работавших за границей. Однако, несмотря на демонстративную массовую высылку сотрудников КГБ, работу наших спецслужб западным разведкам парализовать не удалось. Наоборот, в КГБ поняли, что наступает новый этап противостояния разведывательных служб, и оперативные подразделения усилили свою повседневную деятельность, а подразделения аналитические систематизировали новые методы, проявившиеся в работе потенциального противника. Анализ показал следующее.

ЦРУ, не отказываясь от проведения вербовочных акций непосредственно на территории США, основной акцент в этой работе перенесло в другие, так называемые «третьи страны». Учтя указанное обстоятельство, органам КГБ удалось выявить и разоблачить американских агентов из числа советских граждан, завербованных в тот период в Канаде, Швейцарии, Мексике, Колумбии, Непале и некоторых других странах.

Было отмечено также, что американские вербовщики начали разнообразить тактические приемы. Оперативный анализ свидетельствовал, что западные разведки приступили к практическому осуществлению серии специальных мероприятий по усилению вербовочной работы среди советских граждан. Причем, главным образом — среди так называемых «носителей государственных секретов», а также среди лиц, которые имели шансы занять в будущем ответственные посты в партийном и государственном аппарате, оказывая влияние на формирование внешней и внутренней политики СССР. Резко возросло число вербовочных акций со стороны ЦРУ и в отношении советского персонала международных организаций.

Показательным в этом отношении был пример с одним из сотрудников Секретариата ЮНЕСКО в Париже гражданином П., который впоследствии вместе с женой и сыном, изменив Родине, получил вид на жительство в США. П. и его супруга представляли для западных спецслужб немалый интерес, поскольку до 1972 года работали на объектах оборонного значения и были осведомлены о данных, составлявших государственную тайну. Сыграл определенную роль и тот факт, что отец П., генерал-лейтенант авиации, последнее время работал в Главном разведывательном управлении Генштаба Вооруженных Сил СССР. А особо показательной история с предателем П. является еще и потому, что КГБ удалось достоверно установить: оперативная разработка П. велась в тесном контакте с французскими и американскими спецслужбами. Иными словами, это был конкретный пример реализации тайных договоренностей западных спецслужб о координации своих действий.

Во Франции местные спецслужбы и представители ЦРУ активно разрабатывали в вербовочном плане одного из секретарей представительства СССР при ЮНЕСКО, гражданина В., который, находясь в служебной командировке, допускал отклонения от норм поведения за границей, имел интимные связи с француженками, занимался контрабандой, неоднократно говорил знакомым о намерении по возвращении из командировки расторгнуть брак с женой. В разработке В. вербовщики активно использовали агентуру из числа местных жителей, создавали ситуации компрометирующего характера. Наши контрразведчики в течении шести месяцев периодически фиксировали ведение за В. интенсивного наружного наблюдения.

В результате такой долгой и комплексной разработки гражданина В. французские спецслужбы осуществили к нему вербовочный подход. Через неделю такой подход был совершен вторично — на этот раз с предложением «оказать необходимую помощь» в решении возникших у него житейских и материальных проблем… Учитывая все это, нашей контрразведкой были приняты меры по досрочному откомандированию В. в СССР. Долгий процесс вербовки завершился провалом.

И еще пример, свидетельствующий о напряженной борьбе разведок в те годы. Однажды переводчик отделения ООН в Женеве пригласил в гости приятеля, советского гражданина, тоже работавшего в Швейцарии. Ну, как говорится, всякое бывает — после изрядной выпивки друзья подрались, и хозяин дома ударил своего гостя ножом. Вместе со скорой медицинской помощью на квартиру прибыла полиция. Был составлен протокол, который оба подписали. А кроме того, был подписано заявление об отказе от взаимных претензий, после чего полицейские сказали что уголовное дело возбуждено не будет.

Поскольку рана оказалась легкой, «приятели» решили скрыть происшедшее и договорились не сообщать о случившемся в наше представительство, полагая, что все обошлось без последствий. Однако, некоторое время спустя одного из них пригласили в полицию, где с ним провели беседу представители местной контрразведки. Открыто шантажируя его, они предлагали встать на путь сотрудничества с западной спецслужбой. Не добившись прямого согласия, дали неделю на размышление. А во время второй встречи практически завербовали этого человека, «поймав» его на так называемом компромате. Но оказавшись в сложной ситуации, советский гражданин нашел в себе мужество рассказать о происшедшем в постпредстве СССР. И по факту вербовочного подхода местным властям был заявлен официальный протест.

Факты неопровержимо свидетельствуют, что контрразведывательные подразделения КГБ испытывали в тот период повышенные нагрузки. Информация об активизации вербовочных акций, которые иностранные спецслужбы под руководством ЦРУ проводили в отношении советских граждан, поступала из множества стран, из самых разных географических точек. Безусловно, сказывалась координация деятельности иностранных разведок. А ведь ЦРУ, СИС и БНД поддерживали в тот период тесные контакты со спецслужбами 60 развивающихся стран.

Обширная статистика вербовочных акций позволила выявить еще один тактический прием, взятый на вооружение ЦРУ. Он заключался в том, чтобы предпринять массированную вербовочную атаку на советских граждан, работавших за рубежом в отрыве от официальных советских представительств и основной части советской колонии. Это были прежде всего учителя, стажеры, ученые, технические специалисты, сотрудники смешанных коммерческих фирм.

Вездесущие вербовщики ЦРУ, в том числе работавшие «под глубоким прикрытием», объявились во многих развивающихся странах Африки, Азии, Латинской Америки, Ближнего Востока. Там, где по мере расширения международного сотрудничества увеличивалось число наших специалистов, советников и преподавателей. Одновременно вербовочная и подрывная деятельность резко усилилась и на так называемом «канале» выезда советских граждан для отдыха и лечения в европейские социалистические страны. При контактах с простыми людьми, не искушенными в специфике разведработы, западные вербовщики действовали на удивление примитивно. Вот уж поистине, как в известной книге Ильфа и Петрова: утром — деньги, вечером — шпионские задания, вечером — деньги, утром — гостайны.

В те же годы наша контрразведка выявила другую характерную особенность подрывной деятельности иностранных спецслужб. В вербовочных подходах к советским специалистам и ученым они активно использовали «услуги» различных лиц, связанных с нашей страной этническим происхождением, — эмигрантов, перемещенных лиц, изменников родины, невозвращенцев и так далее. Из материалов следствия по делам впоследствие разоблаченных органами КГБ агентов видно, что многие вербовщики являлись членами различного рода эмигрантских организаций или состояли на службе непосредственно в ЦРУ США.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.