Киль

Киль

Привезенная из Ливорны в эскадре контр-адмирала Грейга женщина на учиненные ей вопросы ответствовала следующее:

Имя ей Елизавета, возрасту двадцать три года; какой она науки, на котором месте она родилась и кто ее отец и мать, того она не знает.

Воспитана она в Голштинии, в городе Киле, у госпожи Перет или Перен, однакож подлинно сказать не помнит; тамо крещена она в самом младенчестве в веру греческого исповедания, а когда и кто ее крестный отец и мать не знает.

В Голштинии жила она до девяти лет, и когда пришла в смысл, то спрашивала иногда у своей воспитательницы, кто ее отец и мать, однако она ей об них не сказывала, но говорила только, что она скоро узнает их.

Фельдмаршал Александр Михайлович Голицын… Только почему он? Неудавшийся дипломат — в прошлом посланник при Саксонском дворе — и уж вовсе незадачливый военачальник Семилетняя война кончилась для него битвой при Кунерсдорфе. Если бы не вмешательство П. И. Панина и Н. П. Румянцева-Задунайского, Голицын сумел бы ее проиграть. Отставка оказалась неминуема, но… с чином генерал-аншефа и орденом Александра Невского. Так решила Елизавета. Турецкая кампания. Новый провал, вовремя перехваченный тем же Румянцевым. Очередная отставка и… чин фельдмаршала. Так решила Екатерина. И вслед за тем «самозванка». Не наторевший в таких делах прокурор, не деятели тайного сыска, только что закончившие дело Пугачева, — один Голицын получил право ее видеть, с ней говорить. Следствие? Пожалуй, такое определение встреч Голицына с неизвестной было бы слишком неточным.

Путаница мелочных подробностей — каждая отмечена, каждая старательно зарегистрирована. И никакой попытки их проверить. Голштиния рядом, едва вышедшая из-под протектората России. Дипломатические каналы — новые протекторы страны, датчане, не отказали бы ни в какой услуге. Множество живых связей. События четырнадцатилетней давности — задача, не сложная для решения. Тем не менее ни одного запроса. Записи следствия словно для памяти, только для себя: выслушал, записал, передал Екатерине. Ни малейшей инициативы, никаких собственных соображений и выводов. Разве сравнить с деятельностью вовсе не связанного с сыском В. Н. Татищева!

Кстати, простой арифметический расчет. Если неизвестной двадцать три года, значит, год ее рождения 1752-й. И значит, отъезд из Киля приходится на год смерти Елизаветы Петровны.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.