БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В МОЛДОВЕ И ВАЛАХИИ

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В МОЛДОВЕ И ВАЛАХИИ

К началу войны с Турцией в Молдавской армии было около 30 тысяч человек при 144 полевых пушках. В ее составе было 53 батальона пехоты, 38 эскадронов регулярной кавалерии, 5 казачьих полков, две пионерные и одна понтонная рота.

Артиллерию армии представляли 12 артиллерийских рот: 3 батарейных, 7 легких и 2 конных. Все роты были 12-орудийного состава. Их вооружение составляли: батарейной роты — восемь 12-фунтовых пушек и четыре полупудовых единорога; легкой роты — восемь 6-фунтовых пушек и четыре четвертьпудовых единорога; конной роты — шесть 6-фунтовых пушек и шесть четвертьпудовых единорогов.

Командовал Молдавской армией 66-летний генерал от кавалерии И. И. Михельсон. В 1773—1774 гг. подполковник Михельсон отличился при подавлении восстания Емельяна Пугачева. После чего на него кучей посыпались награды. С 1774 по 1806 г. Михельсон принимал участие только один раз в 1788—1789 гг. в войне со шведами, где, впрочем, никак не отличился. И это в столь обильное войнами время! Зато он хитрыми путями дослужился до полного генерала.

Турецкие полевые войска, противостоявшие Молдавской армии, составляли около 40 тысяч человек. Примерно столько же насчитывали гарнизоны приграничных крепостей.

В ноябре 1806 г. русская армия перешла Днестр, в течение двух месяцев овладела важнейшими турецкими крепостями Яссы, Бендеры, Аккерман, Килия, Галац, Бухарест и вышла к Дунаю.

В руках турецкой армии на левом берегу Дуная оставались лишь три сильные крепости — Измаил, Браилов и Журжа.

Однако сражение при Фридланде и ставший его следствием Тильзитский мир коренным образом изменили ситуацию на Балканах. Россия обязалась вывести войска из Молдовы и Валахии и возвратить Турции «военную добычу». 12 августа 1807 г. в Злободцах русские и турки подписали перемирие. Боевые действия прекратились, и русская армия начала отход. Однако «византиец»[47] Александр I отказался утвердить это перемирие, поскольку оно-де «оскорбительно для чести русского оружия» и в связи с нападением иррегулярных отрядов турок на русские войска. По приказу царя Молдавская армия вернулась на прежние позиции, но боевых действий не начинала. Турки сочли за лучшее тоже не начинать драки. В итоге мирное противостояние двух армий на Дунае длилось почти два года до марта 1809 г.

Наполеон понял, что в вопросе с Молдовой и Валахией Александр I перехитрил его, но особенно огорчаться не стал. Его главной целью было удержать Россию от вмешательства в европейские и особенно в германские дела. А Турцию император использовал как разменную монету в переговорах с царем. Бесспорно, Наполеон был гениальным стратегом, но тут на него нашло какое-то затмение, и в турецких делах он торговался с Россией как лавочник. Наполеон признавал: «Это дело меня очень интересует, оно требует больших соображений, к нему нужно подходить очень осторожно».

Минимальной платой за невмешательство России в европейские дела могли быть только Проливы, но их-то и не хотел отдавать Наполеон. В 1807—1809 гг. Наполеон предлагал Александру несколько вариантов раздела Оттоманской империи, но ни один из них не гарантировал передачу Проливной зоны России. Максимум, на что готов был пойти Наполеон (да и то на словах), это передать России Босфор, а Франции — Дарданеллы. В марте 1808 г. французский посол в Петербурге Армен де Коленкур заявил Н. П. Румянцеву: «Ключ от Черного и Мраморного моря! Это слишком много для одного выхода, граф: иметь и один из них было бы уже слишком хорошо. Мне кажется, можно было бы предложить, чтобы у каждого был свой ключ».

С другой стороны, Александр I и его немецкая родня не желали отказываться от вмешательства в германские дела. Война между Россией и Францией стала лишь вопросом времени.

Но пока на встрече Наполеона с Александром I в Эрфурте видимость союза была соблюдена. Наполеон согласился на присоединение к России Дунайских княжеств.

В самой же Турции в 1808 г. произошел новый государственный переворот. Несколько крупных чиновников во главе с пашой Рущука Мустафой Байрактаром составили заговор с целью смещения султана Мустафы IV и восстановлением власти Селима III. Узнав об этом, Мустафа IV приказал задушить Селима III и его малолетнего брата Махмуда. Селим был убит, а Махмуд спасся, спрятавшись в топке бани. Но вскоре заговорщики захватили султанский дворец и свергли Мустафу. На престол вступил Махмуд II. К началу 1809 г. Турция заключила союз с Англией.

В конце 1808 г. Александр I и его окружение пришли к выводу, что настал удобный момент покончить с нестабильностью на Дунае. Русским войскам было приказано овладеть турецкими крепостями на Дунае, форсировать его, выйти на Балканы и принудить турок к миру.К этому времени И. И. Михельсон скончался в Бухаресте, а на его место в 1808 г. был назначен генерал-фельдмаршал князь А. А. Прозоровский. Мотивы назначения 76-летнего старца на место 68-летнего усопшего понять трудно. Лев Толстой едко описывает засилье геронтократии в верхах русской армии. Вот как дипломат Билибин описывает выбор в 1807 г. командования Западной русской армией: «Так как оказалось, что успехи Аустерлица могли бы быть решительнее, если бы главнокомандующий был бы не так молод, то делается обзор осьмидесятилетних генералов, и между Прозоровским и Каменским выбирают последнего»{47}. Впрочем, можно допустить, что Александр I после Аустерлица не желал иметь рядом молодого генерала, увенчанного лаврами победителя. Конечно, Россия — не Франция, но вдруг молодец прельстится карьерой Бонапарта. Да и многие молодые генералы были замешаны в заговоре 11 марта и тем неприятны Александру.

В итоге одного старца отправили командовать Западной армией, а другого — Молдавской. Но на всякий случай в помощь Прозоровскому направили М. И. Кутузова.

28 марта 1809 г. корпус Кутузова выступил из Фокшан к турецкой крепости Браилов. 8 апреля корпус прибыл к Браилову. Произведя рекогносцировку крепости, Кутузов пришел к заключению, что имеющихся сил и средств недостаточно для ее штурма[48]. Кутузов сообщил об этом Прозоровскому. Однако последний не изменил своего решения и, вопреки настояниям Кутузова, приказал взять крепость штурмом.

Зная, что Кутузов не согласен с его решением, Прозоровский прибыл к главному корпусу и взял на себя командование войсками.

9 апреля 1809 г. русская армия приступила к осаде Браилова, начав инженерные работы, в ходе которых строились редуты и оборудовались артиллерийские батареи. Огневые позиции для батарей осадный и батарейных орудий оборудовались на расстоянии 500—700 м от ретраншемента, что позволяло вести борьбу с артиллерией противника, разрушать укрепления крепости и обстреливать город.

11 апреля к русским подошло 5 рот осадной артиллерии, насчитывавших в своем составе 36 орудий (восемь 24-фунтовых и шесть 18-фунтовых пушек, десять 1 -пудовых единорогов, семь 5-пудовых и пять 2-пудовых мортир). Всего, таким образом, в главном корпусе стало 99 орудий.

В тот же день для усиления осадного корпуса и блокирования крепости со стороны реки прибыло 19 баркасов Дунайской флотилии под командованием капитан-лейтенанта Акимова.

17 апреля началась интенсивная бомбардировка Браилова. Прозоровский назначил штурм крепости на 3 ч ночи с 19 на 20 апреля. На штурм была составлена диспозиция, по которой все войска делились на три колонны. Каждая колонна состояла из трех батальонов. Впереди каждой колонны шел штурмовой отряд из 60 охотников, 10 солдат с лестницами, 30 пионеров и 2 офицеров. Задача штурмового отряда заключалась в том, чтобы захватить плацдарм для действий главных сил колонн. За каждой колонной следовал резерв из трех батальонов, восьми эскадронов и двенадцати конных орудий.

Всего для штурма было выделено 8 тысяч человек, что было явно недостаточно, если учесть, что гарнизон крепости составлял 12 тысяч человек.

Однако с самого начала операция пошла не по плану. Сигнальная ракета по ошибке была запущена не в 3 ч ночи, а на 4 ч раньше (в 23 19 апреля). Штурм не удался. Русские понесли очень большие потери — 2229 человек убитыми и 2250 человек ранеными. Узнав о неудаче, Прозоровский впал в истерику, рыдал, рвал на себе волосы. Кутузов, как мог, успокаивал его: «Не такие беды бывали со мной.

Я проиграл Аустерлицкое сражение, решившее участь Европы, и то не плакал». Тем не менее ответственность за неудачный штурм Браилова Прозоровский возложил на Кутузова и добился его отстранения от командования корпусом. В июле 1809 г. М. И. Кутузов был назначен литовским генерал-губернатором.

7 мая Прозоровский снял осаду с Браилова и два месяца бездействовал, спокойно наблюдая, как турки расправляются с его союзниками сербами. Лишь в конце июля фельдмаршал решил переправиться за Дунай.

Генерал А. А. Засс (1761—1815) овладел Исакчей, а 2 августа — Тульчей. В тот же день (2 августа) генерал М И. Платов (1751—1818) занял Бабадах.

9 августа в лагере за Дунаем Прозоровский умер. Вместо него командующим армией был назначен генерал от инфантерии князь П. И. Багратион (1765—1812). Заметим, что назначение Багратиона в Молдавскую армию не было связано ни с высшей стратегией, ни с личными заслугами князя. Дело в том, что Багратион еще в 1807 г. завел роман с 18-летней великой княжной Екатериной Павловной, родной сестрой царя. В то время Багратиону было 42 года, а главное, он был женат. Поэтому в апреле 1809 г. Екатерину Павловну срочно выдали замуж за ее двоюродного брата принца Георгия Ольденбургского (1784—1812). Затем принц был назначен тверским генерал-губернатором и отправлен в Тверь. Однако Екатерина уговорила мужа приехать на лето в Павловск к ее матери, вдовствующей императрице Марии Федоровне. А комендантом Павловска был Багратион, там же находилась и его дача. Терпение Александра I лопнуло, и 13 июля 1809 г. Багратион получил указ: «Признавая нужным нахождение ваше в Молдавской армии, повелеваю вам по получение сего отправиться к оной и явиться там к главнокомандующему генерал-фельдмаршалу князю Прозоровскому, от коего и имеете ожидать дальнейшего вам назначения».

25 июля 1809 г. Багратион прибыл в Галац и представился главнокомандующему Молдавской армии Прозоровскому. Приказом Прозоровского Багратион был назначен начальником главного корпуса армии, и ему было предписано «находиться на гаупт-квартире в рассуждении старости моих лет, а теперь и слабости моего здоровья, от которых я движимого исполнения делать не в состоянии и могу употребить его в надобных случаев для осмотров и пр.». Как говориться — нарочно не придумаешь!

Прозоровский не соизволил поделиться с Багратионом планом боевых действий. Хуже того, после смерти фельдмаршала Багратион не нашел среди его бумаг никаких планов или даже набросков.

Первой операцией русских войск при новом главнокомандующем стала осада крепости Мачин. 14 августа отряд генерал-лейтенанта Е. И. Маркова подошел к Мачину. В отряде состояло 5 тысяч человек, 20 батарейных и 6 конных пушек, 2 мортиры и одно осадное орудие.

Крепость Мачин была окружена четырехугольным ретраншементом, на углах которого находились четыре бастиона. Впереди ретраншемента проходил ров глубиной 4 метра. Внутри крепости находилась цитадель. Крепость защищал гарнизон, состоящий из 600 человек при 13 орудиях, установленных в бастионах и на ретраншементе.

Утром 16 августа была начата бомбардировка крепости. На следующий день к Мачину подошли суда русской Дунайской флотилии. пушки которой открыли огонь по крепости.

Вечером 17 августа гарнизон Мачина капитулировал. Русские захватили 338 пленных, 13 орудий, 1500 ядер и 250 пудов (4 т) пороха.

22 августа войска генерала Платова после двухдневной бомбардировки овладели крепостью Гирсово. Сразу же после занятия Гирсово русские начали строить понтонный мост через Дунай.

В конце августа русские войска численностью 5 тысяч человек при 40 орудиях под командованием генерала Засса подошли к крепости Измаил. В крепости был 4,5-тысячный гарнизон и 221 орудие. Кроме того, у стен крепости стояли турецкие гребные суда с 36 орудиями.

31 августа русская осадная батарея начала обстрел крепости. С 5 сентября в обстреле Измаила принимали участие и суда русской Дунайской флотилии, которые подошли к крепости с обеих сторон (потечению и против течения). Бомбардировка с небольшими перерывами продолжалась до 13 сентября, когда комендант Челиби-паша предложил начать переговоры о сдаче.

14 сентября русские войска вошли в Измаил. По условиям капитуляции его гарнизону было разрешено возвратиться в Турцию.

В крепости русские захватили 221 орудие, 9 судов, вооруженных 36 пушками, 5551 пуд (около 91 т) пороха и много снарядов.

Всего за время осады русская артиллерия сделала 857 выстрелов.

4 сентября Багратион разбил под Россеватом 12-тысячный турецкий корпус. 11 сентября Багратион осадил турецкую крепость Силистрию. В начале октября Багратион получил сведения, что к Силистрии якобы движется сам великий визирь с большим войском. В связи с этим 14 октября Багратион снял осаду с Силистрии и отвел войска на левый берег Дуная.

Отступление Багратиона дало повод Александру I снять его с должности командующего армией. Основной же причиной отставки был конфликт Багратиона со своими корпусными командирами А.Ф. Ланжероном и М. А. Милорадовичем (1763—1831).

Французский эмигрант граф Ланжерон был природным интриганом. Под Аустерлицем он интриговал против всех — от Пфуля до Кутузова. К русским генералам он вообще относился с презрением. Хохол Милорадович отличался личной храбростью, но был глуповат, ежедневно в Бухаресте организовывал грандиозные попойки с дамами. Багратиону в январе 1810 г. удалось добиться отзыва Милорадовича. Но месяц спустя и сам Багратион был уволен «в отпуск» на два месяца.

Четвертым по счету командующим Молдавской армией стал генерал от инфантерии Н.М. Каменский (1776—1811), сын фельдмаршала М. Ф. Каменского.

Каменский поручил ведение осады Силистрии Ланжерону. Сам же Каменский осадил Рущук. Командующий потребовал штурмовать город. Операция была очень плохо спланирована. При штурме

22 июля 1810 г. русские понесли большие потери. На выручку осажденному Рущуку двинулась 30-тысячная армия Кушанец-паши. В начале августа турки переправились на правый берег реки Янтры и заняли позиции у местечка Батин. Позиции турок шли по гребню высот, перпендикулярно Дунаю. Левый фланг упирался в реку Дунай, где стояла турецкая флотилия, а правый упирался в Батин, который был укреплен турками.

16 августа отряд генерала Уварова атаковал турецкие позиции, но, потеряв 304 человека, отошел. При этом турки якобы потеряли 1000 человек. Каменский стянул к Батину войска численностью

23 тысяча человек и утром 25 августа вновь атаковал противника. Русская речная флотилия поднялась вверх по Дунаю и синхронно с сухопутными частями атаковала турок. Два турецких гребных судна было потоплено, а пять захвачено. Остальные отошли под защиту своих батарей. В ходе сражения рущукский гарнизон сделал вылазку, которая была отбита войсками генерала И.Н. Инзова.

Упорный и кровопролитный бой продолжался до вечера. Наконец турки не выдержали и начали беспорядочное отступление. Наша конница преследовала их на протяжении 15 верст. Окруженный русскими редут Ахмета-паши сопротивлялся еще почти сутки, после чего 500 турок вместе с пашой сдались победителям. Согласно реляции Каменского у турок убито и ранено 5000 человек, взято в плен 5086 человек, захвачено 14 орудий. Историка должна насторожить и круглая цифра — 5000, и словосочетание — убитых и раненых. Ну ладно, сосчитали убитых на поле брани. А как считали раненых? Дважды их посчитали как раненых и как пленных, или турки любезно прислали сведения о числе раненых, или это просто буйная фантазия Каменского? Маловато взято и орудий. Если действительно турки потеряли свыше 11 тысяч человек, то есть 37% личного состава, и их конница преследовала 15 верст, то все турецкие орудия должны были достаться русским. А 14 пушек на 30 тысяч человек регулярных войск — это чересчур мало. Число пленных указано до четвертого знака, но в пленные можно было записать и турок, и жителей Батина, и гарнизон Рущука и Журжи, которые сдались после Батинского сражения. Потери русских составили убитыми и ранеными: 4 генерала, 78 офицеров и 1460 нижних чинов.

Из всего сказанного явствует, что турок было существенно меньше, чем 30 тысяч, а Каменский победил противника числом и большой кровью. Тем не менее Александр I наградил Каменского орденом Андрея Первозванного.

Кампанию 1810 г. Каменский закончил отступлением с Дуная вглубь Валахии. 4 февраля Каменский заболел лихорадкой и слег в постель. Его обязанности стал временно исполнять граф Ланжерон. 16 апреля Каменский выехал в Одессу, где и умер 4 мая 1811 г. 35 лет от роду.

Пятым главнокомандующим армии назначается Михаил Илларионович Кутузов. 7 апреля 1811 г. он прибыл в Бухарест и принял командование армией. Обстановка на театре военных действий накануне приезда Кутузова была крайне неблагоприятной. Из-за угрозы нападения Наполеона половина войск (пять дивизий) Молдавской армии перебрасывалась к западной границе. В распоряжении Кутузова оставалось всего четыре дивизии, несколько казачьих полков и Дунайская флотилия. Всего 70 батальонов, 80 эскадронов, 14 казачьих полков, 4 роты пионеров, 2 понтонные роты, 5 рот осадной, 5 рот батарейной и 4 роты конной артиллерии. Общая численность войск составляла 46 тысяч человек с 218 орудиями (132 пеших, 48 конных и 38 осадных).

Эта немногочисленная армия к тому же была разбросана по Дунаю на тысячекилометровом фронте от Черного моря до крепости Видин. Кроме того, часть русской армии была занята обороной Никополя, Рущука и Силистрии. Естественно, что при таком расположении армии нельзя было успешно обороняться, и тем более наступать.

Кутузову противостояло 70 тысяч турок под командованием великого визиря Ахмеда-паши. Первоначальный план турецкого командования заключался в том, чтобы, нанося главный удар из Софии через Видин и вспомогательный из Шумлы через Разград на Рушук, выйти к Дунаю, а в дальнейшем, развивая наступление на Бухарест, занять Валахию, Молдову и Бессарабию.

Кутузов решает перейти к обороне, собрать все силы в кулак и ждать наступления Ахмеда-паши. С этой целью по его приказанию были срыты укрепления Никополя и Силистрии, и основные силы армии сосредоточены между Бухарестом и Рущуком. В крепостях Килия, Браилови Измаил оставлены отдельные сравнительно малочисленные отряды пехоты с артиллерией. В Рушуке оставлено 12 батальонов пехоты, в районе Журжи — 3 батальона пехоты и батальон улан, а в 25 км от Журжи сосредоточен резерв армии — корпус генерал-лейтенанта Ланжерона, который можно было использовать для обороны центра или правого фланга фронта.

В начале июня 1811 г. турецкая армия под командованием Ахмеда-паши оставила Шумлу и, не встретив сопротивления со стороны русских войск, подошла к деревне Писанцы в 15 км от Рущука, где стала лагерем. Этим создавалась угроза захвата крепости Рущук и выхода турецкой армии к Дунаю и переправы ее на левый берег.

Своевременно узнав о намерениях турецкого командования, Кутузов 19 июня скрытно переправил главные силы армии на правый берег Дуная и занял позицию в 4 км южнее Рущука. В составе главных сил было 32 батальона, 40 эскадронов и 3 казачьих полка} что составляло немногим более 15 тысяч человек со 114 орудиями. В турецкой армии насчитывалось около 60 тысяч человек и 78 орудий.

Утром 22 июня 1811 г. свыше 70 орудий противника открыли интенсивный огонь по всему фронту русской армии. Вскоре турецкая конница стремительно атаковала центр и оба фланга русских войск. Однако сильным артиллерийским и ружейным огнем эта атака была отбита. Несмотря на первую неудачу, турецкое командование повторило атаку, направляя на этот раз главный удар на правый фланг русских войск. На правом фланге завязалась ожесточенная борьба. Турецкие войска, используя сильно иссеченный рельеф местности, во что бы то ни стало пытались выйти в тыл русских войск и отрезать пехоту от кавалерии. Русская пехота, построенная в каре, во взаимодействии с артиллерией стойко отражала все атаки.

Кутузов приказал регулярной кавалерии и казакам контратаковать турок на правом фланге. Турецкие войска отошли и укрепились за ретраншементом. Но затем 10-тысячный кавалерийский отряд турок атаковал русский левый фланг. Коннице противника все же удалось прорваться между крайними каре обеих линий и опрокинуть стоявшие за пехотой кавалерийские полки белорусских гусар и кинбурнских драгун.

Прорвавшись в тыл русской армии, турецкая конница допустила ошибку разделившись на две части. Один отряд помчался к Рущуку, стремясь захватить крепость и переправу через Дунай, а другой начал охватывать левый фланг русских. Устремившаяся к Рушуку конница была встречена шестью батальонами пехоты и отброшена. Против конницы, пытавшейся охватить левый фланг русских, была двинута русская кавалерия, которая также отогнала турок. Вскоре наши войска по всей линии перешли в наступление, а турки отошли в свой укрепленный лагерь. В ходе 12-часового боя русские потеряли около 500 человек, а турки якобы 4000 человек. Тем не менее после боя Кутузов отвел войска к Рущуку.

27 июня, то есть через 5 дней после столь «блистательной победы», Кутузов покидает Рущук и переправляет войска назад, на левый берег Дуная. Жители Рущука были выведены из города, цитадель взорвана, дома сожжены.

Рущук был занят турками. Великий визирь провел там два месяца, ожидая, пока Измаил-бей покончит с русским отрядом в Видине и вторгнется в Малую Валахию. Но, не дождавшись этого, в ночь на 28 августа турецкие войска переправились через Дунай в 4 км западнее Рущука. Чтобы ввести русские войска в заблуждение, демонстрация переправы была проведена в районе Слободзеи. Но русские войска и не пытались противодействовать неприятелю. Кутузов писал генералу Зассу: «Пусть переправляются, только перешло бы их на наш берег поболее... я оставлю ему (верховному визирю) переправиться на сю сторону хотя и в большем числе, и в полевом сражении, конечно, разобью его».

К 1 сентября турецкое командование сосредоточило на левом берегу Дуная до 40 тысяч пехоты и конницы при 56 орудиях. Остальные 20 тысяч человек при 22 орудиях находились на правом берегу Дуная в главном лагере. Переправившаяся пехота возвела ретраншемент, отрыла окопы и впереди их построила два редута.

К этому времени численность русских войск достигла 37 тысяч человек при 133 орудиях. Для воспрепятствования движения турецких военных кораблей по Дунаю Кутузов приказал поставить на реке по обе стороны турецкого лагеря 14 кораблей Дунайской флотилии.

Рущукское сражение 

План Кутузова заключался в том, чтобы главными силами сковать войска противника на левом берегу Дуная, а частью сил, скрытно переправившихся на правый берег реки, внезапно атаковать противника с тыла и разгромить его.

Для выполнения задуманного плана было решено подтянуть Дунайскую флотилию из Лом-Паланки и подготовить плоты и паромы у пункта переправы, в 4,5 км южнее деревни Петрошани.

Вечером 29 сентября корпус генерала Маркова в составе 18 батальонов, 10 эскадронов, 2 казачьих полков и 47 орудий скрытно покинул место своего расположения и к утру 30 сентября подошел к Петрошанам, а к 17 часам 1 октября закончил переправу и расположился на ночь в 5 км от турецкого лагеря.

Рано утром 2 октября войска корпуса Макарова перешли в наступление и вскоре, опрокинув отряды прикрытия численностью до 2 тысяч человек, на их плечах ворвались в главный лагерь турецкой армии. Удар оказался настолько неожиданным, что турецкие войска не смогли организовать сопротивление и в панике разбежались.

Генерал Марков сразу же после захвата лагеря распорядился выставить вдоль берега Дуная все имеющиеся орудия — свои и только что захваченные турецкие.

Во второй половине дня 2 октября артиллерия корпуса Маркова, включая и трофейную, а также артиллерия кораблей Дунайской флотилии начали бомбардировку острова Голь, расположенного напротив турецкого лагеря и занятого противником, и самого турецкого лагеря на левом берегу Дуная. В ночь на 3 октября войска Маркова заняли остров, захватив там два турецких орудия, и установили на нем две двухорудийные артиллерийские батареи.

Основная группировка турецких войск, численностью около 40 тысяч человек при 56 орудиях, оказалась полностью окруженной нашими войсками. Начался непрерывный обстрел турок всей русской артиллерией, включая и артиллерию кораблей Дунайской флотилии. Бомбардировка продолжалась до 12 октября.

В окруженной турецкой армии начался голод, ежедневные артобстрелы подрывали боевой дух войск.

Конец Рущукской операции Кутузова

Данный текст является ознакомительным фрагментом.