Глава 30 СТРЕЛЯЛИ ЛИ ФИННЫ ПО ЛЕНИНГРАДУ?

Глава 30

СТРЕЛЯЛИ ЛИ ФИННЫ ПО ЛЕНИНГРАДУ?

В ходе блокады Ленинграда германская артиллерия практически ежедневно обстреливала город из тяжелых дальнобойных орудий.

А стреляли ли по Ленинграду финны? Нет! — во весь голос заявляют наши историки, а экскурсоводы с большим удовольствием показывают нам таблички на ленинградских улицах с надписью «Эта сторона наиболее опасна при обстреле». Мол, налили только немцы, а добродушные финны принципиально не хотели стрелять в направлении Ленинграда. Да и дальнобойной артиллерии у них не было, утверждают весьма компетентные историки.

Любопытно, почему и как с финского берега залива на дистанцию 21–23 км велся огонь по форту «Красная Горка» и другим фортам, острову Котлин, району Лисьего Носа и северным окраинам Ленинграда? Эти многочисленные обстрелы подтверждены целым рядом документов и свидетельств очевидцев.

10-дм орудия А.Ф. Бринка на лафете РА. Дурляхера, смонтированное на острове Куйвасаари

Не будем забывать, что еще Александр I называл Финляндию «крепкой подушкой Петербурга». И к 1917 г. все северное побережье Финского залива, от Аландских островов до Выборга, было буквально усеяно русскими береговыми батареями. Всего свыше 150 дальнобойных орудий калибра 305, 254, 234, 203, 152 и 130 мм. Практически все они в целости и сохранности достались белым финнам.

Заранее прошу прощения у читателя за многочисленные технические детали, но, увы, без них выступать с опровержением трудов всех советских и «демократических» историков как-то несолидно.

После 1918 г. финны получали тяжелые орудия из Швеции, Германии, Англии и Франции. Так, к примеру, немцы предоставили им 211-мм полевые мортиры, а Франция в 1940 г. — восемь стволов 305/52-мм пушек с линкора «Император Александр III», который в 1920 г. Врангель угнал в Бизерту. В 1940 г. англичане доставили в Финляндию семь 152/46-мм дальнобойных пушек Mk.VII.

К 22 июня 1941 г. большинство тяжелых стационарных морских орудий находилось на батареях береговой обороны Финляндии, и они, естественно, не могли доставать до Кронштадта и Ленинграда, поскольку в марте 1940 г. граница на Карельском перешейке была отодвинута на многие десятки километров.

Однако с началом войны несколько тяжелых орудий до 254-мм калибра включительно были установлены финнами в полуразрушенном форте «Ино». Оттуда они обстреливали остров Котлин, форты «Красная Горка», «Обручев» («Красногвардейский»), «Тотлебен» («Первомайский») и др.

Наибольшую же опасность для Ленинграда и Кронштадта представляли собой финские железнодорожные установки. Несколько 152/45-мм пушек Кане были поставлены финнами на железнодорожные транспортеры. У финнов пушки Кане стреляли на дальность 20 км. В 1940 г. были разработаны проекты установки семи 152/46-мм английских пушек Mk.VII на четырехосные железнодорожные транспортеры. На оборудование такого транспортера в Гражданскую войну у белых и красных и в 1941 г. в Ленинграде уходило не более месяца. Но финны что-то темнят. Они утверждают, что пушки Mk.VII стреляли в 1941 г. по Ханко, а что было с ними после эвакуации полуострова в ноябре 1941 г.? Что, пушки MK.VII в запас отправили?

В июле 1941 г. на Карельском перешейке произошла поистине детективная история — финны захватили там два 180-мм железнодорожных транспортера ТМ-1—180, три вагона-погреба, около 310 снарядов и 270 зарядов, несколько вагонов и паровоз.

Почему же история детективная? Да наши военные до сих пор (2009 г.!) не признались в утере оных 180-мм транспортеров. Мало того, даже в совершенно секретных изданиях нет никаких упоминаний о деятельности 180-мм 12-й и 18-й железнодорожных батарей на Карельском перешейке летом 1941 г. Первое упоминание в «Хронике…» о действии 180-мм железнодорожных орудий относится к 5 августа 1941 г., когда они вели огонь по немцам в районе реки Луга, в районах Муравейно, Лычно (3 км северо-западнее Сабека).

152/45-мм железнодорожная установка финнов

Но злодеи-финны опубликовали даже номера стволов захваченных 180-мм пушек — № 86 и № 102. Косвенным подтверждением правоты финнов служит факт, что в ряде сообщений первых месяцев войны о 12-й и 18-й батареях речь идет всего о трех транспортерах при их штатном количестве в батарее — четыре. Так, по 12-й батарее подобные данные появляются уже в июле 1941 г.

22 сентября 1941 г. «испорченный» 180-мм ствол № 102 был отправлен в ремонт на финский государственный завод VVT.

Из транспортеров ТМ-1—180 (у финнов они получили название 180/57 NRaut) была сформирована 1-я железнодорожная батарея, позже вошедшая в состав отдельного 2-го полка береговой артиллерии (RTR 2) и действовавшая, по крайней мере по июнь 1944 г., на участке Выборг — Койвисто — Терийоки. В районе Яппиля — Ино было несколько оборудованных позиций. Командированные с завода VVT специалисты к концу сентября 1941 г. отремонтировали небольшие повреждения ствола № 86, и ствол был опробован стрельбой для измерения начальной скорости снаряда. Были получены данные по предельной дальности стрельбы в 34,5—37,7 км.

Финские железнодорожные установки обычно действовали в районе железнодорожных станций Куоккала и Оллила (ныне Репино и Солнечное). Оттуда 180-мм пушки могли обстреливать большую часть Ленинграда, а 152-мм установки Кане доставали до Ольгина и Старой деревни.

Первоначально 1-я железнодорожная батарея была одноорудийной, но 25 декабря 1941 г. из VVT прибыла отремонтированная вторая железнодорожная установка.

А теперь перейдем ко второй детективной истории.

В ноябре 1941 г. при оставлении Ханко наши отцы-командиры доложили, что они взорвали три 305-мм установки из ТМ-3—12 9-й железнодорожной батареи и четыре 180-мм установки ТМ-1 — 180 из 17-й железнодорожной батареи. На самом деле все эти установки были выведены из строя частично и подлежали восстановлению. 180-мм железнодорожные транспортеры были немедленно отправлены финнами с Ханко в ремонт на государственный артиллерийский завод в Ювяскюля, где и были произведены основные работы по восстановлению советских транспортеров.

Ювяксюльский артиллерийский завод был построен в рамках военной программы Финляндии перед самой Зимней войной. Его цеха были вырублены в монолитной скале в 300–400 км севернее Хельсинки. Торжественное открытие завода состоялось 27 февраля 1939 г.

Кроме того, в работах по восстановлению 180-мм железнодорожных установок принимало участие государственное предприятие Пассили в Хельсинки. В то время это была ремонтно-механическая мастерская Государственных железных дорог Финляндии. Общее же руководство работами по восстановлению трофейных артсистем осуществлял штаб военно-морских сил. И уже через месяц — в декабре 1941 г. — первые установки ТМ-1—180 были введены в строй. После Янова дня (в середине лета) из ремонта вышел второй транспортер, а 28 октября — третий.

С ноября 1941 г. финские 180-мм железнодорожные установки из районов Куоккала и Оллила несколько раз вели огонь по неизвестным целям — Кронштадт, Ленинград? Послевоенные финские историки утверждают, что их железнодорожные установки получили приказ расстрелять линкор «Марат». Да вот беда, на линкоре этого-то и не заметили.

Известно лишь, что 28 декабря 1941 г. 180-мм финские орудия произвели восемь выстрелов по форту «Риф», это западная оконечность острова Котлин.

Далее финны утверждают: 1 мая 1942 г. они вновь обстреляли форт «Риф», выпустив по нему 27 снарядов. Любопытно, что об этом говорит наша совершенно секретная «Хроника… Цитирую: «Противник артиллерийским огнем обстреливал Кронштадтский форты "Р" и "П", на которых были убиты трое и ранены восемь человек. На двух зенитных батареях фортов были повреждены орудие и дальномер»[118].

305/52-мм железнодорожная установка ТМ-3—12 на бетонном основании

Финская 10-дм батарея у деревни Келломяки на Карельском перешейке. 1942–1944 гг.

Д1, Д2—обнаруженные орудийные дворики; ДЗ — предположительное место третьего дворика; 1,2, 3, 4, 6—легкие бетонные казематированные сооружения; 5, 7, 8, 9—земляные сооружения и фундаменты для деревянных построек. (Рис. С. Малахова, С. Воробьева)

Напомню, что форт «Р» — это «Риф», а форт «П» — это «Тотлебен». Понятно, что по «Тотлебену», находившемуся почти у финского берега и скрытого от немцев островом Котлин, немцам было стрелять сложно, да и особой нужды не было.

Как видим, здесь и далее в советской секретной документации финны фигурировали под безликим названием «противник», ну а в открытых изданиях 1950—1980-х годов эти эпизоды с финнами вообще отсутствуют.

Ну а кроме обстрела «Рифа», чем занимались финские железно дорожные установки? На позициях они находились и что там делали? Загорали?

Кроме железнодорожных установок в деревне Келломяки (ныне Комарово), финны в декабре 1941 г. устроили секретную батарею 254/45-мм орудий системы Обуховского завода. Дальность стрельбы 235-кг снарядов составляла 29,5 км. Поначалу там находилось одно 10-дюймовое орудие, но 4 июля 1942 г. морские силы получили приказ сделать батарею трехорудийной. В июле с береговых батарей Катаялуото и Рюсякари перевезли по одному орудию в Келломяки.

Из Келломяки 10-дюймовые пушки могли обстреливать весь Котлин, все форты Кронштадтской крепости и северо-западные окраины Ленинграда.

Тут следует заметить, что я говорю о Ленинграде в границах 1960-х годов, когда в состав города вошли многие северные районы. Наши же историки подходят к вопросу чисто формально. Финские снаряды падали на густонаселенные пригороды Ленинграда, но поскольку они находились в нескольких сотнях метров от черты города, то это уже не считалось обстрелом Ленинграда.

Наконец, в 1943 г. финны ввели в строй три 305-мм железнодорожных транспортера ТМ-1—12, захваченных на Ханко. К концу лета 1943 г. из них сформировали 3-ю Железнодорожную батарею. Любопытно, что для них финны изготовили сверхдальние 320-кг снаряды, которые при начальной скорости 950 м/с могли лететь на дальность 50–52 км. Такие снаряды могли поражать не только восточные окраины Ленинграда и НИМАП, но даже долетать до Колпина. Риторический вопрос: зачем такие снаряды были нужны финнам?

Финские историки упорно утверждают, что финские 305-мм железнодорожные установки так и не были задействованы в боях.

Сейчас финские историки и некоторые наши либералы доказывают, что-де Маннергейм спас Ленинград — город, где он провел свою молодость. Увы, факты говорят об обратном. Так, маршал согласился на переименование Ленинграда в Неваллиниу. К тому времени финны уже переименовали Петрозаводск в Яанислунну, а Олонец — в Аунуксенлинну. А вот член правительства, лидер социал-демократической (!?) партии Таннер придерживался иного мнения. Он заявил, что «в Питере никакой полиции не потребуется — город будет стерт с лица земли».

В 1942 г. премьер Рюти провел новую границу Финляндии по реке Неве, Ладожскому озеру, далее — южнее Вологды и до Урала.

Финский историк О. Антила проговорился: «Финская артиллерия уже в начале сентября 1941 г. передавала Ленинграду "привет" из корпусных орудий, но достать до города не могла»[119].

Меньше всего мне хочется представлять финнов кровожадными вампирами. На войне, как на войне, только потом врать не надо. Кстати, были и другие финны. Так, по данным финских историков, только в Карельской армии в августе 1941 г. дезертировали 135 человек, в сентябре — 210, в октябре — 445. На реке Свири части 5-й и 17-й пехотных дивизий отказались идти в атаку. Так что желание воевать за границу до Урала было далеко не у всех. С осени 1941 г. в самой Финляндии ширилось партизанское движение «Лесной гвардии» — недовольных режимом людей и дезертиров.

А есть ли конкретные доказательства стрельбы финнов по Ленинграду? Тут мне хочется провести сравнение с авианалетами финской авиации на город. Финны редко бомбили Ленинград, но не из-за своего миролюбия и гуманности, а из-за малочисленности своей авиации. А главное, она на 90 % состояла из поставленных Англией и США машин и трофейных советских самолетов. И разобрать, где финские, а где советские машины отечественного производства или ленд-лизовские, летчикам люфтваффе было крайне сложно. Чтобы избежать боестолкновений германских и финских самолетов, командование люфтваффе потребовало, чтобы финны летали не далее 10 км от своей линии фронта.

Соответственно, у немцев было во много раз больше дальнобойных орудий, и действие немногочисленных финских пушек оставалось незаметным, тем более что советские войсковые начальники все обстрелы именовали неприятельскими.

Известен случай, когда финский снаряд попал в бомбоубежище больницы им. Куйбышева. Траектории падений некоторых снарядов (например, почти точно вдоль улицы Жуковского, то есть с запада на восток) казались необычными по сравнению с траекториями подавляющего большинства снарядов германской артиллерии.

Попробуем расшифровать и материалы из «Хроники…»: 7 марта 1942 г. «противник обстрелял артиллерийским огнем Ленинград и ледовую дорогу в районе северных фортов»[120].

Это чья работа? Немцев? Им только по ледовой дороге у северных фортов палить, а не по Ленинграду?

А вот «Хроника…» от 24 февраля 1943 г.: «Батарея № 130 (130-мм) Кронштадтского укрепленного сектора с 14 ч. 38 м. до 14 ч. 40 м. обстреляла бронепоезд противника в районе форта Ино»[121].

По непонятным причинам наши артиллеристы под «бронепоездами» немцев и финнов подразумевали железнодорожные артустановки. А огонь открывался в подавляющем числе случаев по стрелявшим установкам противника.

А вот хроника от 3 апреля 1943 г.: «Батарея № 153 (100-мм) с 12 ч. 30 м. до 12 ч. 43 м. обстреляла неприятельский бронепоезд в районе станции Райяйоки. Батарея № 111 (120-мм) с 17 ч. 10 м. до 18 ч. 10 м. вела огонь по вражескому эшелону в том же районе. Эшелон и бронепоезд скрылись»[122].

Эшелон — это «поезд-база» железнодорожных артустановок с боеприпасами.

Эти два эпизода я взял наугад. В «Хронике…» описаны десятки артиллерийских дуэлей наших береговых батарей с «бронепоездами» противника в районе станции Оллила.

Подводя итоги, можно сказать, что действительно обстрелы финской артиллерии Ленинграда не сыграли существенной роли. Но они были, и это не вычеркнуть нашим «неподкупным» СМИ.

Всего ка форты Кронштадтской крепости и на северные пригороды Ленинграда финская артиллерия обрушила многие тысячи снарядов. Кстати, после войны и Лисий Нос, и Ольгино, да и Кронштадт вошли в состав города Ленинграда.

Следует подчеркнуть, что скудность информации об обстрелах Ленинграда связана в первую очередь с боязнью германских и финских генералов и офицеров военного суда победителей. Не будем лукавить, советские суды имели более чем предвзятое отношение к германским военнопленным. Так, летчик-истребитель Эрих Хартман, попав в наш плен, ляпнул, что сбил 247 советских самолетов. Военным преступником его наши прокуроры назвать не решились, но дали 15 лет за «порчу социалистической собственности». Вернулся Хартман в ФРГ лишь в 1955 г. А за обстрелы Ленинграда могли и повесить. Посему артиллерийские начальники, ответственные за стрельбу по Ленинграду, предпочитали помалкивать на допросах у союзников. Документы же старательно уничтожались.

Советские же историки после войны не желали портить отношения с финнами. Особо подробно не выяснялась и роль отдельных германских артобстрелов. Кроме того, число уничтоженных и поврежденных зданий Ленинграда было существенно завышено советской стороной. Понятно, тут не до уточнения деталей. А уж выяснять, чьими снарядами были разрушены дворцы Петергофа, Царского Села, Гатчины, Павловска, Михайловки, Стрельны, Знаменки и т. д., было «себе дороже».

Приведу лишь несколько случаев обстрела финнами Ленинграда и его пригородов, а также ответную реакцию артиллерии Балтийского флота.

15 июля 1942 г. германская и финская артиллерия интенсивно обстреливала Ленинград, Ораниенбаум и мыс Лисий Нос. От прямого попадания артиллерийского снаряда затонул плашкоут № 3 с боезапасом.

В этот день железнодорожные батареи № 1109,1112 и 1114 и батареи № 153, 343 и 776 Кронштадтского укрепленного сектора вели огонь по батареям противника в районах порта Александрии, поселка Стрельны и деревни Захожье. Батарея № 138 Кронштадтского укрепленного сектора обстреляла финский поезд в районе станции Тюрисевя (имеется в виду, видимо, современная станция Ушаково).

С 21 ч. 48 мин. до 22 ч. 18 мин. 21 июля железнодорожная батарея № 1111 вела огонь по скоплению резервов финнов в районе города Терийоки. Было отмечено четыре прямых попадания в здания, в которых укрывался противник.

В ночь на 23 июля финны артиллерийским огнем обстреливали батарею № 343 и мыс Лисий Нос. На батарее был ранен один человек. Днем противник (финны?) обстреливал Ленинград. Военные объекты повреждений не имели.

С конца лета 1942 г. активизировалась финская дальнобойная артиллерия. Так, 7 октября в 10 ч. 10 мин. финская батарея произвела один выстрел из залива, из района форта «Ино». Около 11 ч. 00 мин. из района деревни Тайкина (в 3 км северо-западнее форта «Ино») финны выпустили три снаряда по форту «Комсомольский».

По разработанному плану батареи j o 114, 122, 130 и 131 Кронштадтского укрепленного сектора открыли ответный огонь по наблюдательным постам и предполагаемым батареям противника в районе города Терийоки и к западу от него. Батарея № 131 с 11 ч. 08 мин. до 11 ч. 33 мин. вела огонь по району юго-западнее деревни Матсякюля (в 10 км западнее железнодорожной станции Терийоки) и по финской батарее в районе поселка Ривьера (1 км юго-восточнее железнодорожной станции Терийоки). Батареи № 114 и 122 с 11 ч. 32 мин. до 12 ч. 07 мин. выпустили по восемь 152-мм и 203-мм снарядов по собору в городе Терийоки. Батарея № 130 с 11 ч. 26 мин. до 13 ч. 26 мин. вела огонь по финской батарее в районе севернее форта «Ино».

7 октября финны до 12 ч. 52 мин. продолжали вести огонь по форту «Комсомольский». С 10 ч. 10 мин. до 12 ч. 52 мин. они выпустили 11 снарядов.

Батарея Кронштадтского укрепленного сектора № 112 с 20 ч. 00 мин. до 20 ч. 10 мин. произвела огневой налет по гавани Терийоки.

10 октября в 21 ч. 00 мин. «командующий флотом запросил у народного комиссара Военно-морского флота разрешение перебросить в Кронштадт два 180-мм транспортера из состава железнодорожной батареи № 19, находившейся в районе Ленинграда. Командующий флотом считал необходимым такое усиление артиллерии Кронштадтского укрепленного сектора для организации борьбы с дальнобойной артиллерией противника, обстреливавшей Кронштадт с северного направления. Оперативная обстановка и наличные перевозочные и подъемные средства позволяли осуществить переброску каждого транспортера за десять дней»[123].

Любопытный момент: совершенно секретная «Хроника…» повествует о войне эзоповым языком. Дальнобойная артиллерия неведомого «противника» обстреливает Кронштадт, да еще так, что для борьбы с ней не хватает десятков стволов 130—254-мм калибра фортов «Риф», «Тотлебен», «Обручев» и др.? А ведь простому офицеру-артиллеристу и невдомек будет, что это финны, в отношении которых уже в начале 1950-х годов было велено проявлять политкорректность и не поминать всуе.

8 ноября «батареи Кронштадтского укрепленного сектора № 114 и 279 с 13 ч. 39 мин. до 16 ч. 38 мин. вели артиллерийский огонь по батареям и бронепоезду противника в районе населенных пунктов Оллила и Куоккала»[124].

На самом деле стрельба велась по 180-мм финскому железнодорожному транспортеру.

Железнодорожный транспортер ТМ-1 —180 (вид сбоку)

15 декабря батарея Кронштадтского укрепленного сектора № 279 с 13 ч. 25 мин. до 13 ч. 29 мин. и железнодорожная батарея № 18 с 15 ч. 10 мин. до 15 ч. 55 мин. вели артиллерийский огонь по финскому «бронепоезду» в районе железнодорожной платформы Оллшга, выпустив 12 снарядов.

А вот любопытный абзац в «Хронике… «В ночь на 25 января противник выпустил (из неустановленного района) 3 снаряда по району Финляндского вокзала в Ленинграде»[125]. Уж не «миролюбивые» ли финны постарались?

21 апреля 1943 года «152-мм батарея № 121 Кронштадтского укрепленного сектора с 10 ч. 45 мин. до 14 ч. 23 мин., 102-мм батарея № 279 с 15 ч. 41 мин, до 15 ч. 48 мин. и 152-мм батарея № 114 с 17 ч. 35 мин. до 17 ч. 46 мин. вели огонь по железнодорожным эшелонам в районе Куоккала — Оллила. 120-мм батарея № 111 привела к молчанию неприятельский бронепоезд на станции Оллила»[126].

Ясно, что и здесь под словом «бронепоезд» надо читать «финская железнодорожная установка с дальнобойными орудиями».

Любопытно, что именно 21 и 22 апреля интенсивным артобстрелам подвергается север Ленинграда, особенно Выборгский район. Обычно в «Хронике…» и в иных документах указывается, откуда велся обстрел, а тут «противник выпустил» столько-то снарядов, и все!

Несколько слов стоит сказать и о двух железнодорожных транспортерах ТМ-1—180, перевезенных на баржах в ноябре 1942 г. из Ленинграда в Кронштадт. Там они были поставлены на стационарные позиции в западной части острова Котлин, рядом со старым фортом «Александр-Шанец» («Шанц»), откуда они могли действовать по финским позициям. Из этих двух 180-мм орудий была сформирована железнодорожная батарея № 19а. Правда, теперь железнодорожной она была только по названию, а фактически являлась стационарной батареей. Оставшиеся в Ленинграде два транспортера ТМ-1—180 по-прежнему считались батареей № 19.

Батарея № 19а периодически подавляла дальнобойные батареи финнов. Так, 8 апреля 1943 г. батарея № 19а с 17 ч. 00 мин. до 18 ч. 45 мин. трижды вела огонь на подавление неприятельской батареи, одновременно 130-мм батарея № 130 с форта «Комсомольский» («Риф»), прикрывая огонь батареи № 19а, обстреливала станции Тюрисевя и Ино.

Железнодорожный транспортер ТМ-1—180 (вид сверху)

19 мая железнодорожный транспортер батареи № 19а с 22 ч. 59 мин. до 23 ч. 41 мин. подавлял финские батареи, расположенные в районе Алипумала.

23 мая командующий Балтийским флотом адмирал Трибуц отдал приказ с 24 по 30 мая провести операцию по уничтожению финских дальнобойных батарей силами артиллерии Кронштадтского оборонительного района и ВВС флота.

24 мая 152-мм батарея № 114 Кронштадтского укрепленного сектора с 15 ч. 56 мин. до 16 ч. 13 мин. обстреляла батарею финнов в районе населенного пункта Заболотье (7–8 миль на северо-восток от станции Куоккала на северном берегу Финского залива).

На следующий день, 25 мая, 152-мм батарея № 121 Кронштадтского укрепленного сектора с 13 ч. 39 мин. до 14 ч. 21 мин. обстреляла батареи финнов в районе Оллила — Куоккала.

28 мая 130-мм батареи № 211 и № 319 Ижорского укрепленного сектора и 180-мм батарея № 19а, 152-мм батарея № 121 и 102-мм батарея № 279 Кронштадтского укрепленного сектора с 3 ч. 05 мин. до 17 ч. 50 мин. вели огонь по финским батареям в районе Алипумала.

29 мая 120-мм батарея № 130 с 21 ч. 41 мин. до 21 ч. 47 мин. и 180-мм транспортер № 19а с 4 ч. 43 мин. до 4 ч. 44 мин. обстреляли финскую батарею в районе Вохнала и железнодорожный эшелон на станции Ино.

Батареи Кронштадтского укрепленного сектора — 152-мм № 121 и № 114, 120-мм № 111, 102-мм № 279 — с 3 ч. 36 мин. до 4 ч. 51 мин. обстреляли северный берег Финского залива в районе Оллила — Куоккала — Терийоки.

31 мая батареи Кронштадтского укрепленного сектора 180-мм № 19а и 130-мм № 130, а также 130-мм батарея № 319 Ижорского укрепленного сектора с 1 ч. 21 мин. до 7 ч. 22 мин. обстреляли батареи финнов в районе Иеремианмяки, Вохнала и Ино.

1 июня те же батареи возобновили артобстрел батарей финнов и скоплений войск. Таким образом, артиллерийские дуэли с финскими батареями велись почти каждый день, хотя и в гораздо меньших объемах, чем с немцами.

5 июня для борьбы с финскими батареями был привлечен даже главный калибр форта «Красная Горка». 305-мм батарея № 311, 130-мм батареи № 211 и 319 Ижорского укрепленного сектора, а также 180-мм батарея № 19а, 152-мм батарея № 121 и 130-мм батарея Кронштадтского укрепленного сектора с 15 ч. 00 мин. до 15 ч. 20 мин. произвели огневой налет по финским батареям, расположенным в районах Вохнала, Витиккала и Куоккала.

11 июня 254-мм батарея № 123 и 152-мм батарея № 121 Кронштадтского укрепленного сектора с 2 ч. 00 мин. до 2 ч. 08 мин. и с 13 ч. 35 мин. до 15 ч. 15 мин. обстреляли финскую батарею в районе Курносово и станцию Оллила. Батарея противника огонь прекратила, на станции возник большой пожар.

12 июня 254-мм батарея № 123 и 100-мм батарея № 154 Кронштадтского укрепленного сектора с 0 ч. 05 мин. до 16 ч. 45 мин. периодически вели огонь по финским батареям в районе населенных пунктов Куоккала, Александровка и Стрельбище.

В течение лета 1943 г. огонь вражеской дальнобойной артиллерии неуклонно возрастал. Вот, к примеру, типовой, он же и самый длинный день — 24 июня. В первой половине дня немецкая артиллерия, действуя из районов Петергофа, Стрельны, поселка Ленина и поселка Володарского, выпустила по Ленинграду 325 фугасных снарядов и 21 шрапнель, по Канонерскому острову — 10 снарядов, по железнодорожной батарее № 1107 — 28 снарядов и по району Лисьего Носа — 25 снарядов. При обстреле противником города и кораблей, стоявших на Неве, в Ленинграде ставились дымовые завесы. Один из снарядов попал в буксир «Бурун», стоявший в реке Смоленке. Корпус и механизмы судна получили тяжелые повреждения.

Судя по ответному огню нашей артиллерии, изрядно досаждали и финские батареи. «Батарея № 121 (152-мм) Кронштадтского укрепленного сектора с 8 ч. 07 м. до 13 ч. 12 м. вела огонь по неприятельской батарее в районе населенного пункта Куоккала. Батарея № 279 (102-мм) с 12 ч. 13 м. до 21 ч. 11 м. стреляла по двум батареям противника в районе Радуголь. Батарея № 123 (254-мм) с 16 ч. 40 м. до 17 ч. 10 м., испытывая свою материальную часть, произвела 4 выстрела по району Терийоки. Батарея № 114 (152-мм) с 21 ч. 30 м. до 21 ч. 50 м. обстреляла батарею противника в районе населенного пункта Алакюля (все пункты на северном берегу Финского залива)»[127].

17 августа 152-мм батарея № 121 Кронштадтского укрепленного сектора с 12 ч. 23 мин. до 20 ч. 22 мин. провела три стрельбы по финской железнодорожной установке в районе железнодорожной станции Куоккала, обстреливавшей боевые порядки наших войск. Батарея выпустила 69 снарядов, в районе цели отмечены взрывы трех складов боеприпасов и склада с горючим.

152-мм батарея № 112 Кронштадтского укрепленного сектора с 12 ч. 45 мин. до 14 ч. 07 мин. выпустила 42 снаряда по той же железнодорожной установке, 6 снарядов попали в цель.

Восемь самолетов Ла-5 из 4-го гвардейского истребительного авиаполка группами по четыре самолета с 17 ч. 25 мин. до 19 ч. 50 мин. летали на бомбардировку финской железнодорожной установки в районе железнодорожной станции Куоккала. Самолеты сбросили по ней 16 бомб ФАБ-100. По донесению летчиков, было отмечено прямое попадание в цель одной бомбы, вызвавшее взрыв большой силы. Самолеты были безуспешно обстреляны зенитным огнем финнов.

В результате артиллерийского обстрела и бомбардировки с воздуха, как было установлено совместными наблюдениями трех корректировочно-наблюдательных постов, финская железнодорожная установка была уничтожена.

По-видимому речь шла о 180-мм трофейном транспортере ТМ-1?180, и он был не уничтожен, а только сильно поврежден.

Подведем некоторые итоги. Отечественные историки уже полгода разглагольствуют о блокадном кольце и о гибели сотен тысяч жителей Ленинграда и обвиняют во всем исключительно немцев. Но ведь немцы блокировали Ленинград только с юга, а кольцо, как известно, не может состоять из одной половины. Безусловно, немцы повинны во многих военных преступлениях, но кем следует считать прокурора, обличающего одного преступника и старательно выгораживающего его подельника? Он такой же преступник, и место оного прокурора на той же скамье подсудимых.

Даже немногих приведенных мной примеров достаточно, чтобы понять, что финны регулярно и интенсивно обстреливали северные районы нынешнего Санкт-Петербурга. Естественно, Невский проспект и Кировский завод за удаленностью финнов не интересовали. И этими объектами занимались немцы.

За недостатком места не удалось рассказать о системе мощных оптических и радиотехнических средств разведки и корректировки артогня, установленных финнами на высоком северном берегу залива. Кроме того, густые леса севернее Ленинграда позволяли успешно маскировать средства разведки и целеуказания. Естественно, финны щедро делились полученной информацией со своим союзником. Без финской корректировки огонь немцев по Ленинграду был бы куда менее эффективным.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.