Глава 3 РАННИЙ САРМАТСКИЙ ПЕРИОД: IV–III ВЕКА ДО Н. Э

Глава 3

РАННИЙ САРМАТСКИЙ ПЕРИОД: IV–III ВЕКА ДО Н. Э

ИЗМЕНЕНИЯ В АЗИИ

Ослабление Ахеменидов в конце V века до н. э. позволило хорезмийцам избавиться от персидского господства. Археологические данные конца V — начала IV века до н. э. указывают на то, что в это время в Центральной Азии и степях Казахстана происходило перемещение племен. По-видимому, образование сильного племенного союза массагетов с родственными им хорезмийцами и дало толчок к этим преобразованиям.

Крушение династии Ахеменидов и завоевание Александром Великим Бактрии и Согдианы в 330–328 годах до н. э. также повлияло на историю и развитие всех народов Центральной Азии. Ни хорезмийцы, ни массагеты не были порабощены Александром, но в ходе борьбы с хорошо обученной и организованной македонской армией они выработали новую военную тактику с использованием бронированной кавалерии — катафракто. Некоторые авторы полагают, что своими военными успехами массагеты обязаны исключительно применению бронированной кавалерии против более слабых соперников.

В IV и III веках до н. э. массагеты подчинили почти все кочевые племена Центральной Азии к северу от границы Македонии, на восток к горам Тянь-Шаня и, вероятно, много племен казахстанских степей. Это привело к широчайшему распространению их культуры, которая в значительной степени впитала в себя элементы культуры ахеменидского Ирана. Сильное иранское влияние также нашло отражение в великолепных золотых украшениях, найденных в богатых захоронениях. С этого момента их начали украшать цветным стеклом или полудрагоценными камнями. Тюркоязычные гунны, кочевавшие в степях на востоке вплоть до границы с Китаем, также вынуждены были признавать власть массагетов в течение века. Только после 165 года до н. э. гунны победили массагетов и оттеснили их к югу и западу от своих земель.

Распространение массагетов оказало влияние на соседние племена степных кочевников. Центральноазиатский тип захоронений и предметы, датируемые концом V века до н. э., находят на Южном Урале. Появление в IV веке в Северном Казахстане курганов «с усами», типичных для исседонов Центрального Казахстана, по-видимому, отражает отход части исседонских племен под натиском массагетов. На новом месте они продолжали — по крайней мере, в течение какого-то периода — придерживаться своей древней культуры.

Могуществу массагетов не суждено было продлиться долго. События на Дальнем Востоке привели к ситуации, поставившей под угрозу благополучие массагетов и всех остальных степных племен Казахстана и Центральной Азии. Во время правления династии Чу Китай прошел через несколько серьезных кризисов, подорвавших авторитет центральной власти. Китайские хроники свидетельствуют, что в конце III века до н. э. Центральная Азия стала ареной стремительных перемен, ознаменовавших конец раннего сарматского периода.

ПРОХОРОВСКАЯ КУЛЬТУРА

В районе реки Илек, к югу от Оренбурга, были обнаружены археологические останки, датируемые концом V века до н. э. Они совершенно чужды местной сарматоуральской ветви савроматской культуры, но проявляют поразительное сходство с культурами Центрального Казахстана и, более всего, дельты Сырдарьи предшествующего периода. Основные черты сходства — это конструкция могильных ям с нишами, или «катакомбами», для трупа и ориентация тела головой на юг, вместо запада или востока. Еще одна новая черта, пришедшая в этот регион с юго-востока, — так называемое «диагональное захоронение» с квадратной могильной ямой, в которую труп укладывали по диагонали.

Рис, 28. Распределение культур в конце V века до н. э. На схеме показано наступление недавно сформировавшейся прохоровской культуры, под натиском которой савроматские племена отступали в Скифию и на Северный Кавказ, где они впоследствии стали известны как царственные сарматы (или скифо-сарматы) и сираки

Нахождение чужеродной группы археологических останков на территории савроматов, очевидно, объясняется появлением нового народа. Особенности культуры вновь прибывших указывают на то, что они пришли из района дельты Сырдарьи и относились к массагетским племенам. Это подтверждается преобладанием в курганах черепов памиро-ферганского расового типа, особенно на кладбище Прохоровки. В этот период массагеты были в зените своего могущества, и последовавшие за этим события указывают на то, что савроматы, проживавшие на Южном Урале, в той или иной степени испытывали политическое давление с их стороны.

Очевидно, массагеты дали толчок, а затем, в течение IV века до н. э., способствовали преобразованию савроматской культуры в некую новую культуру, получившую название прохоровской. Прохоровская культура утратила «скифский» характер своих предшественников и приобрела западносибирские (Центральный Казахстан) и центральноазиатские черты, хотя и вобрала в себя многие элементы древней савроматской культуры.

Прохоровская культура сформировалась в районе Ор-ска и Оренбурга, на территории восточного отдела сама-ро-уральской группы савроматской культуры, и вскоре распространилась далее на запад, в низовья Волги в районе Саратова. К концу IV века до н. э. под ее влиянием оказалась почти вся савроматская территория, за исключением Челябинской области с восточной стороны Южного Урала, где коренное население (предположительно ирки) придерживалось савроматской модели и восприняло лишь немногие элементы прохоровской культуры. Новым приобретением стала Башкирия, расположенная с западной стороны Южного Урала, где эта культура дошла до территории современной Уфы.

Различают две основные группы прохоровской культуры, приблизительно соответствующие делению, существовавшему в савроматской культуре: саратовская группа на нижней Волге и более значимая оренбургская группа в степях Южного Урала и далее на юг. Формирование этих двух групп, очевидно, объясняется включением савроматских элементов, свойственных конкретной местности и в какой-то степени отличавшихся друг от друга. Две эти группы, а также смешанные челябинская и башкирская группы, очевидно, соответствуют различным сарматским народностям. Саратовскую группу отождествляют с роксоланами, а оренбургскую — с аорсами.

29. «Катакомбное» захоронение прохоровской культуры районе реки Бузулук, оренбургская группа

Считается, что прохоровская культура была общей для всех сарматских племен раннего сарматского периода, который длился до середины II века до н. э. Однако несколько савроматских племен, которые под давлением восточных завоевателей (массагетов) были вынуждены оставить свои земли, все же сохранили свою древнюю культуру.

Рис. 30. Предметы прохоровской культуры IV века до н. э. из кургана Новый Кумак рядом с Орском, оренбургская группа

Всего было исследовано около 550 захоронений раннего сарматского периода, из них более 370 принадлежали саратовской группе. Для курганов этой группы характерно наличие большого количества вторичных захоронений, то есть они были местом погребения членов одной семьи или клана. Могилы не единообразны. Ямы преимущественно глубокие и узкие, но встречаются также и более широкие.

У многих имеется ниша с более широкой стороны, но для саратовской группы нормой являются большие погребальные камеры в узком южном конце ямы (называемые «катакомбами»), Также было найдено незначительное количество «диагональных» захоронений. Они всегда отличались богатым снаряжением, что наводит на мысль о том, что похороненные в них люди, очевидно центральноазиатского происхождения, занимали главенствующее положение среди роксоланов, аорсов и других покоренных сарматских племен. Над многими могилами, особенно оренбургской группы, построены небольшие пирамиды из камней; также имеются следы деревянных конструкций и больших костров вокруг могилы или над ней. Кремация останков, преимущественно на уровне древней поверхности, характерная для челябинской группы, — скорее исключение, чем правило для других групп, принадлежащих к этой культуре.

Трупы клали навзничь, головой почти исключительно на юг, что отличается от савроматской практики. В могиле обычно находился один-единственный скелет, но были найдены и множественные захоронения мужчин с женщиной и женщин с ребенком или несколькими детьми. В яму часто бросали кусочки реальгара, мела, угля или серы, а пол посыпали белой глиной, песком или пеплом костров, которые жгли вокруг могилы.

Керамика — наиболее часто встречающийся элемент похоронного инвентаря — включает яйцевидные или сферические вазы с коротким или высоким горлышком и преимущественно с круглым (хотя бывают и с плоским) дном, а также кубки для вина аналогичного характера. Основное украшение — вертикальные насечки, ряды заштрихованных треугольников, концентрические полуокружности и тому подобные геометрические узоры. Многие сосуды никак не украшены.

Мужские захоронения обычно содержат оружие, хотя наконечники для стрел периодически встречаются и в женских захоронениях. Наконечники для стрел — втульчатые, трехгранные, выполненные из бронзы или кости, хотя на более позднем этапе встречаются и железные наконечники с плоским черешком. Мечи (преимущественно длинные) и кинжалы составляют существенную часть находок оружия в погребениях сарматов как высшего, так и низшего звания. Многие имеют головку эфеса в виде полумесяца и прямую гарду, хотя головки в виде круга, вошедшие в обращение в последующий период, уже производились. Изредка встречаются чешуйчатые доспехи или их детали и железные наконечники для копий — оружие типичное для тяжелой кавалерии. Среди наиболее часто встречающихся предметов — простые круглые или овальные пряжки для ремней, преимущественно из железа.

Рис. 31. Декоративные пряжки прохоровской культуры, 111—11 века до н. э.

В богатых могилах обычно присутствовали обезглавленные туши овец или лошадей или, по крайней мере, значительная их часть. Самые богатые захоронения были обнаружены в курганном могильнике Прохоровка, который считается местом захоронений главенствовавшего в то время сарматского племени или племенной знати.

В женских захоронениях находили главным образом украшения и керамику; простые бронзовые серьги и бусины — наиболее часто встречающиеся предметы. Из курганов Прохоровки было извлечено более 11 ООО образцов бусин, преимущественно из цветного стекла, хотя также использовались полудрагоценные камни, бронза и янтарь. Бронзовые зеркала, как правило разбитые с ритуальной целью, представляют собой усовершенствованный вариант зеркал, что были в ходу в данной местности в савроматский период. Бронзовые и золотые ожерелья и браслеты появляются только в богатых захоронениях.

Рис. 32. Предметы Прозоровской культуры из курганного могильника Калиновка, саратовская группа

Не было найдено никаких каменных «алтарей», типичных для савроматской культуры, но несколько украшенных орнаментом каменных блюд с поднятой кромкой можно считать продолжением этой традиции.

Рис. 33. Золотые и бронзовые украшения прохоровской культуры, III–II века до н. э.

Разница в количестве и составе погребального инвентаря, особенно в оренбургской группе, свидетельствует о социальном расслоении, а разнообразие погребальных обрядов и конструкций захоронений отражает различия между географическими группами, внесшими вклад в формирование культуры. Более того, поскольку различия существуют в пределах одного и того же кладбища, можно сделать вывод о разнородном составе сарматских племен прохоровской культуры.

Прочные связи между Центральной Азией и восточной ветвью савроматской культуры еще больше укрепились в течение раннего сарматского периода. Многие предметы, такие как гончарные изделия и бусины из цветных камней, найденные преимущественно в Оренбургской области, на территории, где существовала прохоровская культура, были ввезены либо из Центральной Азии, либо из стран, расположенных далее к югу, через центральноазиатских посредников. В саратовской группе положение дел было иным. Перемены конца IV века до н. э., вызванные главным образом вторжением прохоровской культуры, нарушили древние связи этой области с Северным Кавказом и скифским западом. Контакты возобновились в III веке до н. э., после чего в захоронениях саратовской группы стали появляться черные полированные сосуды, произведенные на западе Северного Кавказа, боспорская терракотовая керамика и множество других товаров аналогичного происхождения. Несколько греческих ваз, стеклянные бусины египетского или финикийского происхождения, по-видимому, были доставлены через боспорских посредников.

БОСПОРСКОЕ ЦАРСТВО

В течение IV века до н. э., по мере того как народы прохоровской культуры постепенно утверждали свою власть на нижней Волге, местные савроматские племена либо покорялись, либо отступали на юг и на запад. Те, кто оказался в причерноморских степях и прошел через степные земли с восточной стороны Азовского моря до Кавказа, были первыми сарматами, вступившими в непосредственный контакт с античным миром в лице Боспорского царства. До того как мы проследим за передвижениями изгнанных сарматских племен и расскажем о взаимоотношениях между ними и этим царством, следует уделить ему немного внимания.

Боспорское царство берет свое начало в VI веке до н. э., когда греки, главным образом из Милета, основали несколько колоний на северном побережье и начали торговлю со скифами и меотами, жившими к востоку от Азовского моря. В VI и V веках до н. э. Ольвия, находившаяся рядом с устьем Южного Буга, была важнейшим торговым центром. Керамика, зеркала, золотые украшения, ткани, вино и оливковое масло были среди предметов роскоши, которые либо ввозились из ионийских городов и континентальной Греции, либо производилось в мастерских Ольвии и доставлялись скифскому правящему классу.

Греческие колонии располагались по обеим сторонам Керченского пролива (Киммерийский Боспор древних греков) и вдоль побережья Черного моря. О самом раннем периоде их существования почти ничего не известно, но к 480 г. до н. э. большинство из тридцати с лишним городов объединились для защиты от степных кочевников в политическую организацию — Боспорское государство со столицей в Пантикапее (современной Керчи). Однако скифы, а следом за ними и сарматы были заинтересованы использовать греческие города как центры торговли.

Около 438 года до н. э. к власти пришел Спарток — предположительно наемный фракийский военачальник. Его преемники, Спартокиды, существенно расширили территорию страны. В конце V века они подчинили себе племена синдов и меотов и преобразовали тираническую власть в царскую. В конце концов в состав Боспорского царства вошли все греческие колонии на берегах Азовского моря и широкая полоса земли вдоль восточного побережья, населенная меотами, а позднее сарматами и местными племенами, подвергшимися сарматизации. Боспорское царство держало большую армию наемников, состоявшую преимущественно из греков и фракийцев, к которой впоследствии добавилась скифская и сарматская кавалерия.

Экономика Боспорского царства была основана на внешней торговле. Оно поддерживало отношения с ионийскими городами и Грецией, и в V и IV веках до н. э. основным экспортным товаром было зерно, выращиваемое в крупных земледельческих хозяйствах на Керченском полуострове, к западу от Пантикапея. Экспорт рыбы также играл существенную роль в течение всего времени существования царства. К VI веку в Пантикапее и других городах появилось множество плавилен, где выплавляли бронзу и железо, а также кузнечных мастерских, производивших товары как для внутреннего, так и для внешнего рынка. Их продукция расходилась преимущественно среди племен Северного Кавказа и нижневолжских степей, но некоторые достигали Урала и даже стран, расположенных еще дальше к востоку. В IV веке до н. э. экспорт из Пантикапея распространился почти на всю скифскую территорию современной Украины, где до этого преобладали товары из Ольвии. Эти изменения, очевидно, произошли вследствие политических событий, о которых мы расскажем позже.

Правление Перисада I (344/3—310/09 гг. до н. э.) совпало с периодом наибольшего могущества Боспорского царства. Война с крымскими скифами в 330 году до н. э. вызвала определенные трудности, но процветание Боспорского царства длилось еще довольно долго, пока изменения политической обстановки не привели к его упадку. Завоевания Александра Македонского открыли грекам путь в Западную Азию, зерно из Восточного Средиземноморья и Египта стало составлять конкуренцию боспорскому. Более того, в 309 году, после смерти Перисада I, в Боспорском царстве разразилась гражданская война. Его сыновья боролись между собой за престол. Сарматские племена, только что подошедшие к границам царства, вступили в эту войну на стороне одного из сыновей Перисада — Евела, который в конце концов и победил в этой борьбе.

Изменения в погребальных обрядах и инвентаре, которые можно проследить в захоронениях древнего Пантикапея и других городов, дают нам представление о социальных и расовых переменах, происходивших в Боспорском царстве. Могильники и погребальные обряды VI и V веков почти полностью греческие. Захоронения IV и III веков существенно отличаются друг от друга по конструкции и снаряжению и отражают огромное богатство Боспорского государства этого периода, а также смешанный характер населения и значительные социальные различия.

Изучение содержимого гробниц показывает, что греческое население царства придерживалось греческих обычаев и обрядов. Но в ходе IV и III веков получают распространение черты, характерные для окружающего негреческого населения, особенно отчетливо проявляющиеся в величественных курганных могильниках местной знати, большинство из которых было разграблено еще в эпоху Античности. Некоторые из них (Куль-Оба, Большая Близница и т. д.) стали известны благодаря найденным в них изделиям из золота, которые можно отнести к лучшим образцам так называемого скифского искусства IV века до н. э. Роль пантикапейских золотых дел мастеров в развитии греко-скифского искусства будет рассмотрена ниже.

ТАНАИС

Северо-восток Азовского моря был известен греческим торговцам с ранних времен. В дельте Дона находится Елизаветовское городище, занимающее около 40 га и содержащее цитадель, в которой жили местная аристократия и греческие торговцы. Поселение располагалось на острове, который в античную эпоху носил название Алопеция. Рядом с ним находилось большое кладбище, на котором обнаружено несколько захоронений, относящихся к V веку до н. э., а большинство датируется IV и первой половиной

III века до н. э. Более ранние захоронения носят скифский характер, но обезглавленные туши овец или их части указывают на сильное сарматское влияние. Поселение жило за счет торговли с сарматами низовьев Волги и скифами, обитавшими на Дону. Оно прекратило свое существование к середине III века до н. э.

Во второй половине III века до н. э. недалеко от этого места боспорцы основали новый торговый город, назвав его Танаисом. Согласно Страбону, этот центр торговли активно использовали азиатские и европейские кочевники (скифы и сарматы), а также боспорцы. Рыба, шкуры и «всякие другие предметы, которыми обладали кочевники», менялись на одежду, вино и «другие вещи, относящиеся к цивилизации». Город был разделен на две части, населенные греками и местными танаитами-меотами, но обе общины оказывали друг на друга существенное влияние. В течение первых веков нашей эры все население постепенно стало сарматским. В Танаисе обнаружено два кладбища: курганные могильники с богатыми захоронениями высших классов (в первую очередь греков) и «грунтовые» захоронения местных танаитов.

СИРАКИ

В IV веке до н. э. появились сведения, что к востоку от побережья, заселенного меотами, в степи, простирающейся к югу от Дона до Кавказа, обитает сарматское племя сираков. Они принимали участие в войне 309 года за бос-порский престол между тремя сыновьями царя. Сираки происходили из степей бассейна Маныча, расположенных к юго-востоку от низовьев Дона, откуда они вынуждены были отступить под натиском прохоровской культуры.

Рис. 34. Керамика, оружие и личные украшения из сиракских могил IV–III веков до н. э. с кладбища около Усть-Лабинска

Сиракские археологические памятники раннего периода включают курганные захоронения знатных особ и грунтовые кладбища для обычных людей, где хоронили как рядовых сарматов, так и ассимилировавшихся коренных меотов. Одно из самых крупных захоронений второго типа находится рядом с городом Усть-Лабинск и содержит около 250 могил, из которых самые ранние захоронения «скифского» характера относятся к VI–IV векам до н. э., но большая часть датируется III и II веками до н. э., ранним сарматским периодом. Захоронения этого периода относятся преимущественно к катакомбному типу. Большую часть погребального инвентаря составляют гончарные изделия — в одной отдельной могиле могло находиться до пяти сосудов. Также встречаются амфоры для вина родосского или синопского происхождения, бронзовые браслеты, серьги, ожерелья из стекла, стразов, сердолика и опала. В более богатых захоронениях изредка попадаются бусины из янтаря. Небольшие круглые зеркальца и плоские обтесанные пластины из песчаника, напоминающие сарматские алтари, очевидно, несли какую-то религиозную нагрузку, также как и терракотовые пластины с головой медузы и комочки реальгара. Однажды была найдена пантикапейская монета III века до н. э. В мужских захоронениях часто находят железные ножи и точильные камни. Оружие встречается редко, это в основном железные наконечники для копии и стрел, но ни одного меча найдено не было. В нескольких могилах рядом с хозяевами были похоронены их лошади. Кости овец, свиней и, иногда, коров встречались среди остатков провизии для путешествия в мир иной.

Рис. 35. Наконечники для стрел, конские удила и скелет лошади из сиракских могил с кладбища около Усть-Лабинска, Северо-Западный Кавказ. IV–III века до н. э.

Характер могил на территории Кубани, их обстановка и погребальный инвентарь, украшенный в савроматском зооморфном стиле, вероятно заимствованном с севера, наводит на мысль, что сираки, осевшие в степях северо-восточных предгорий Кавказа, изначально были народом савроматской культуры, перенявшим многие черты прохоровской, вероятно, от пришельцев, которых они приняли к себе.

Рис. 36. Примеры савроматского зооморфного стиля, Северо-Западный Кавказ

Раннесарматские археологические останки прохоровского типа были также найдены в Дагестане, на северо-западе Кавказа. Здесь возникли разнородные местные племена, в которых пришлые сарматские элементы смешались с коренным населением — удинами, народом, упоминавшимся Страбоном.

ПЕРЕМЕНЫ В ДРЕВНЕЙ СКИФИИ

Несколько довольно туманных замечаний, единственных дошедших до нас письменных сведений об истории скифов после Геродота, относятся к Уи IV векам до н. э., когда стали происходить значительные изменения в расселении племен. Савроматы низовьев Волги отошли не только на юг, но и, даже в большей степени, на восток. Присутствие сарматов к западу от Дона, на территории, которая до этого была скифской, отмечено в 338 г. у Псевдо-Скилакса, который называет их «сирматами». Возможно, они появились там еще раньше, как предполагает Псевдо-Гиппократ. По его мнению, сарматы (савроматы) переправились через Дон и появились в Скифии в конце V или в начале IV века до н. э. Типичное сарматское захоронение было найдено в низовьях Днепра.

Продвижение сарматов в глубь скифской территории имело далеко идущие последствия. Очевидно, под влиянием сарматов ранняя скифская культура VI–V веков до н. э. сменилась на позднюю скифскую культуру IV — начала II века до н. э. Многие исследователи подчеркивали значительные различия между этими двумя этапами развития скифской культуры. На более позднем этапе появляются прежде неизвестные западные черты, например погребения в глубоких катакомбах или скелет верблюда в богатом захоронении в Новоселовке, могилы женщин с сарматским вооружением, найденные в низовьях Днепра. Более того, изучение черепного материала из царских курганов позднего скифского периода рядом с Александрополем показывает, что «царские черепа» принадлежат к расовому типу, характерному для савроматов низовьев Волги предшествующего периода, в то время как черепа рабов характерны для скифов Северного Причерноморья. Один череп из царского погребения в Чертомлыке, относящегося к тому же периоду, принадлежит к сибирскому расовому типу.

Эти изменения возникли не в результате мирной эволюции. Археологические раскопки скифских поселений в нижнем течении Днепра, разрушенных в самом конце V или в начале IV века до н. э., свидетельствуют о беспокойном периоде. Это наводит на мысль, что в начале IV века до н. э. «царственные скифы», описанные Геродотом, лишились своего главенствующего положения в Скифии. Б.Н. Граков полагает, что на смену древней династии пришли узурпаторы, вероятно кто-то из вождей скифских племен, обитавших в степях Дона. Однако представляется более вероятным, что царственные скифы или только их правители были смещены наступающими сарматами (савроматами), в то время как большинство скифов осталось в подчинении у пришельцев — савроматов из нижневолжской группы и постепенно смешалось с ними. Это подтверждается археологическими находками, относящимися к позднему скифскому периоду, которые представляются смесью двух исходных элементов.

Правители царственных скифов предположительно отошли на запад с той частью племен, что осталась им верна, и какое-то непродолжительное время придерживались узкой полосы степей к западу от Южного Буга. Там их главным убежищем стала Добруджа (часть Румынии между Дунаем и Черным морем), где они появляются в начале IV века до н. э. Об их присутствии свидетельствует множество типично скифских объектов, датируемых IV веком до н. э., которые во многом сходны с аналогичными объектами предыдущего периода. Археологические данные, по всей видимости, говорят в пользу той точки зрения, что Атей, упомянутый в исторических хрониках, был не «царем всех скифов», а лишь одним из вождей той группы скифских племен, что нашла прибежище в Добруджс. Возможно, «царственные скифы» добрались даже до Фракии, расположенной далее на юге; в любом случае, они оказали сильное влияние на культуру правителей этой страны.

Изменение ситуации в степных районах негативно сказалось на торговле и благополучии Ольвии. В конце V века до н. э. город был отрезан от своих основных покупателей — скифов черкасской группы, живших в среднем течении Днепра. Прекратилась также выгодная торговля с Уралом и странами, расположенными далее к востоку. Рынки, освоенные купцами из Ольвии, были захвачены боспорским Пантикапеем, с которым новые правители Скифии, пришедшие с востока, торговали еще в те времена, когда жили в низовьях Волги и Дона. Теперь для торговцев из Ольвии рынки сбыта ограничивались узкой полоской Черноморского побережья между устьем Днепра и низовьями Днестра.

ЦАРСКИЕ САРМАТЫ

Племена, вторгшиеся в Скифию, несомненно, имели общие «савроматские» корни. Вероятно, среди них было племя «сарматов», название которого распространилось на все родственные народы, впоследствии переселившиеся в степи Украины. Языги, которых сначала упоминали под разными именами (яксаматы, иксибаты, и т. д.) и помещали к югу от низовьев Дона, по всей видимости, принадлежали к той же группе. В конце II века до н. э. Страбон помешает их в степи между Днепром и Днестром. Они переселились туда в течение IV–III веков до н. э., а до этого, вероятнее всего, обитали в степях между Азовским морем и нижним течением Днепра, куда их помещал Птолемей. Наряду с сираками языги представляют одно из юго-восточных племен савроматов Геродота. Некоторые античные авторы относили их к меотам, но во время своего пребывания на Украине они всегда считались сарматским народом. Название «сарматы» очень редко употреблялось в отношении родственных народов иранского происхождения, которые позднее появились в Северном Причерноморье, — аорсов, аланов и других — и почти никогда по отношению к роксоланам.

Собранный на территории Украины археологический материал, относящийся к данному периоду, указывает на то, что вторгшиеся в эту область сарматы (племена савроматской культуры) смешивались с коренными скифами, большая часть которых осталась на месте. Поэтому их можно называть скифо-сарматами и приписывать археологические останки позднесарматского периода, найденные на Украине, этой культуре. Некоторые древние авторы называли их «царские сарматы». Их также можно отождествить с басилами (то есть «царственными людьми»), про которых Страбон говорит, что они жили к западу от Днепра во II веке до н. э. Титул «царские» был, очевидно, присвоен тем сарматам, что захватили власть в племенах древней Скифии, ранее принадлежавшую «царским скифам» раннего скифского периода (VI и V века до н. э.).

В течение IV и III веков — «поздний скифский период» на западе и «ранний сарматский период» на востоке — ски-фо-сарматы принимали активное участие в нескольких известных нам событиях того времени. В 331 (или 326) году они помогли Ольвии отразить нападение Зопириона, одного из полководцев Александра Великого и его наместника во Фракии. Осада Ольвии войсками фракийцев была одним из самых опасных эпизодов в ее истории. Жители предприняли энергичные шаги для мобилизации своих ресурсов, но решающую роль в победе над Зопирионом и его тридцатитысячной армией сыграли скифы. Тем не менее после этого начался постепенный закат Ольвии, вызванный переселениями племен и переменами, произошедшими в начале II века до н. э.

В 330 году, как мы уже знаем, между скифо-сарматами и царем Боспора Перисадом I началась война за какую-то территорию в Крыму, вероятно за полосу степи к западу от Пантикапея, которую захватили боспорцы. Но очевидно, позднее отношения между противниками наладились. После смерти Перисада в 309 г. скифо-сарматская армия, состоящая из 20 ООО пеших воинов и 10 ООО всадников, поддержала одного из его сыновей, Сатира II, в борьбе против его брата Евмела, который опирался на сарматское племя си-раков и в конце концов победил. Несколько поздних скифских царских захоронений было сооружено в непосредственной близости от Пантикапея, что, по-видимому, говорит о том, что отношения были достаточно дружественными. Все захоронения относятся к III веку до н. э. и включают великолепный курган Куль-Оба, датируемый 300 годом и более поздним временем.

СТЕПНЫЕ КУРГАНЫ IV И III ВЕКОВ ДО Н. Э.

На Украине пока не найдено никаких археологических останков, которые можно было бы с уверенностью приписать «савроматам» или языгам; их следует искать среди захоронений, относящихся к поздней скифской культуре. Племена, перешедшие через Днепр в IV веке до н. э., не могли принадлежать прохоровской культуре, которая, как принято считать, была общей для всех ранних сарматов, поскольку в этот период прохоровская культура была на этапе формирования. Различия между сарматским племенем савроматов и скифами, чьи земли они захватили, не столь существенны. Поэтому по имеющимся останкам трудно установить, принадлежали они пришельцам или коренным скифам.

Поэтому мы можем посчитать, что степные курганные могильники позднего скифского периода принадлежали племенам, в которых пришельцы — сарматы (савроматы) — смешались с местными скифами, и, возможно, языгам. Восточный характер позднескифских захоронений в низовьях Днепра подчеркивается несколькими исследователями, которые связывают это явление с притоком сарматских и северокавказских элементов. То же самое можно сказать о захоронениях этого времени на реке Молочной и нескольких курганных могильниках к югу от Киева, с востока и запада от Днепра в его среднем течении. Их конструкция и погребальный инвентарь содержат несколько восточных (Урал и Западная Сибирь) элементов, ранее неизвестных в Скифии. Восточные элементы присутствуют и в погребальном обряде. Все эти черты появились на рубеже IV века до н. э., во время вторжения сарматов в Скифию, зафиксированного в древних источниках. Поздние скифские курганные могильники были обнаружены в местностях, находившихся под контролем царских сарматов и языгов, и последние по времени захоронения, относящиеся ко II веку до н. э., соответствуют периоду, когда ранние сарматы были вынуждены отступать на запад под натиском роксоланов (народа прохоровской культуры). Находки из этих курганов будут описаны ниже.

Захоронения в низовьях Днепра и на Молочной позднего скифского периода (с IV до начала И века до н. э.) — это курганные могильники как с первичными, так и вторичными захоронениями в курганах бронзового века. Очевидно, что в пользовании кладбищем не было перерывов, поэтому, несмотря на полное отсутствие захоронений, типичных для VI и V веков (ранний скифский период), эта область была все время заселена. Это, в свою очередь, заставляет предположить, что рядовые скифы раннего скифского периода придерживались своей древней срубной культуры (позднего бронзового века), а «скифская» культура этого времени представлена только правящей верхушкой. Могилы позднего скифского периода, как правило, одинаковы и состоят из прямоугольных ям, обычно снабженных нишей, или катакомбой, расположенной, в отличие от прохоровской культуры, с более широкой стороны ямы. Скелеты положены навзничь, обычно головой на запад в соответствии с обычаями срубной или сарматской культур, и лишь в отдельных случаях встречается ориентация на север. Признаки кремации отсутствуют. Мужские захоронения снабжены оружием, включая деревянные или кожаные колчаны, содержащие до 100 бронзовых наконечников для стрел; иногда находят железные наконечники для копий и редко кинжал или короткий меч. В нескольких могилах было обнаружено по одной серебряной серьге. Также были найдены черепки местной керамики ручной работы, чашки, вазы, ковши с ручками и т. д.; извлечены несколько костяных предметов и небольшие металлические пластины, украшенные в скифском зооморфном стиле. Часто встречаются кости лошадей, коров или овец, обычно собранные в кучу с железным ножом, торчащим сверху. Жертвоприношений лошадей не найдено, но в нескольких случаях встречались бронзовые трензельные кольца и грызла.

Женские захоронения обставлены не менее скромно. В них также находили кости животных и черепки вместе с разбитыми каменными жерновами и личными украшениями из бронзы или, очень редко, из серебра: браслеты, серьги, иногда булавки и, в исключительных случаях, зеркала с ручкой. Наиболее распространенный предмет — ожерелья из стекла или поделочных камней, реже из кости или янтаря, и уж совсем редко встречаются чисто золотые вещи. В нескольких женских захоронениях были найдены наконечники для стрел, но чаще всего они находились не в колчанах. Два захоронения особенно замечательны. Одно женское захоронение в катакомбе курганного могильника Кут, на западе от Днепра в среднем его течении, содержало железный меч и колчан с тридцатью шестью наконечниками, а также другие предметы, включая бронзовое зеркало, бронзовые серьги и другие украшения, ожерелье из стеклянных бусин. В другом — катакомбном захоронении молодой женщины на реке Молочной — было найдено бронзовое зеркало, ожерелье из стеклянных бусин, серебро, бронза, стеклянные браслеты, несколько деревянных сосудов и греческая амфора. Рядом с ней лежали три железных наконечника для копья и два наконечника для пики, колчан с двадцатью стрелами и комплект чешуйчатых доспехов. Считается, что сама она была сарматкой, но ее мужем был скиф. В лесостепной полосе Украины было найдено несколько женских захоронений VI и IV веков до н. э., снабженных наконечниками для стрел.

В том же районе было обнаружено значительное количество богатых «царских» захоронений позднего скифского периода. По своему типу эти захоронения в основных чертах соответствуют могилам простых людей, но обставлены они гораздо богаче. В них не только более сложные и лучше выполненные ниши и катакомбы, но они также содержат останки жертвенных животных и человеческие жертвоприношения, не встречающиеся в могилах других членов общества.

Погребальный инвентарь царских захоронений позднего скифского периода существенно отличается от подобного инвентаря раннего скифского периода. В нем не встречаются предметы закавказского, восточного или ольвийского происхождения. Все золотые и серебряные вазы, золотые накладки на рукоятки кинжалов, ножны и колчаны произведены в Пантикапее или ввезены из Фракии или средиземноморских стран через боспорские порты.

Рис. 37. Украина во время позднего скифского (раннего сарматского) периода, IV–III века до н. э. 1 — Александрополь; 2 — раскопанная могила; 3 — Чертомлык; 4 — Солоха; 5 — Чмырева могила; 6 — Огуз; 7 — Деев курган; 8 — Мордвиновский курган; 9 — Мелитополь; 10 — Куль-Оба; Б. Территория Боспорского царства вокруг Азовского моря. Треугольниками представлены богато обставленные позднескифские (раннесарматские) царские захоронения; пунктирная линия ограничивает район, в котором находили позднескифские «катакомбные» захоронения

Появляются, однако, литые бронзовые котлы сибирского типа. Царское женское захоронение в Новоселовке, к востоку от Винницы, содержало скелет верблюда, очевидно доставленного через казахстанские степи.

Разительные перемены в форме и снаряжении царских захоронений указывают на важные изменения в скифском обществе, особенно среди правящих классов. Два захоронения имеют первостепенное значение: первое — знаменитый курганный могильник Чертомлык, расположенный недалеко от Никополя, к северу от Днепра в его нижнем течении. Ему посвящено множество публикаций, но в них редко упоминается, что среди погребального инвентаря были найдены литые бронзовые котлы сибирского типа, а кроме того, антропологические измерения показали, что скифский царь был сибирского происхождения.

Менее известно сходное царское погребение середины IV века до н. э., открытое недавно в кургане Мелитопольский, в области, про которую было принято считать, что она была в это время населена языгами. Вполне возможно, что это гробница правителя языгов. Она имела две катакомбы, в центральной, которая была разграблена, лежат царь со своими спутниками и две лошади, в другой — женщина. Погребальный инвентарь царского захоронения состоял из железной кирки, железных чешуйчатых доспехов, бронзовых наконечников для стрел и множества мелких золотых пластин, которые изначально были пришиты к одежде. В тайнике, не замеченном грабителем, лежал чехол для лука, в золотой обкладке, украшенной сценами из жизни Ахилла. В курганах Чертомлык, около Винницы, и «Пять братьев» в дельте Дона, около Елизаветовского городища, были найдены еще две обкладки чехла для лука, изготовленные по той же матрице и относящиеся ко второй половине IV века до н. э. Рядом со скелетами были найдены остатки седел, железные грызла, трензельные кольца и бронзовые украшения для упряжи. Женское захоронение было частично разграблено, но греческие красные вазы, золото, бусины из стекла и стразов, браслеты и кольца были найдены вместе с остатками погребальной колесницы и упряжи, бронзовым котлом и одиннадцатью амфорами. Необходимо указать, что лишь незначительное количество объектов, найденных в обеих могилах или в других захоронениях этой группы, было выполнено в настоящем скифском стиле; большая часть золотых и серебряных ваз, пластин и украшений была произведена в боспорских мастерских и лишь слегка приспособлена ко вкусам кочевников.

Рис. 38. План «скифского» поселения в Каменке-Днепровской

Как царские, так и обычные захоронения позднего скифского периода в древней Скифии носят смешанный характер. Кроме местных особенностей в строении гробниц, ритуале и погребальном инвентаре просматривается отчетливый сарматский элемент, а также характерные сибирские черты. Захоронения южноуральского типа с сибирскими элементами, датируемые концом V века до н. э., также были найдены в лесостепной зоне Украины по обе стороны Днепра. В качестве примера можно упомянуть захоронение сарматского простолюдина IV века до н. э., раскопанное рядом с селом Ушкалка в низовьях Днепра, примерно в 30 км к западу от земляных валов около деревни Каменка. Разнородный характер погребения отражает смешанный состав племен, населявших украинские степи того времени. Среди них были и коренные скифы, и «савроматы» низовьев Волги, включая сирматов и языгов. Восточные черты, представленные в царских погребениях, заставляют предположить, что главенствующее положение в скифо-сарматском обществе занимали выходцы из Центральной Азии или Казахстана и их потомки, которые, предположительно, были среди основателей прохоровской культуры Южного Урала.

КАМЕНСКОЕ ГОРОДИЩЕ

В нижнем течении Днепра, от порогов до Херсона, было открыто несколько поселений IV века до н. э. Все они прекратили свое существование к началу II века до н. э. Лишь два из них имели оборонительные сооружения: Белозерка, рядом с устьем Днепра, и Каменка, на южном берегу Днепра, напротив Никополя. Земляной вал в Каменке ограничивает территорию размером 1200 га, с другой стороны защищенную Днепром, рекой Конкой и лиманом Белозерка. Два относительно узких прохода были перегорожены огромными валами и рвами.

Городище состоит из двух частей: меньшая его часть занимает 32 га и построена без какого-либо регулярного плана. Земляные сооружения этой части расположены на узкой перемычке между озером и рукавом реки Конки. Эта часть получила название Знаменское городище, или Акрополь, и была окружена высокими дополнительными валами, укрепленными по верху кирпичной стеной.

Каждая часть служила определенной цели. В Каменских кучугурах находился ремесленный металлургический центр, который, как недавно было установлено, зависел от поставок железной руды из расположенного неподалеку месторождения. В комплекс плавилен и кузнечных цехов также входили землянки жителей. Характер отходов указывает на то, что продукция предназначалась не только для степных кочевников и земледельческих племен, живших в речных долинах неподалеку, но и для верхушки племенной знати. Инструменты, оружие, простые украшения и т. д., которые производили эти мастерские, часто находили в курганных захоронениях, расположенных в округе. Несколько предметов, выполненных в скифском зооморфном стиле, указывают на то, что по крайней мере часть предметов, найденных в степных погребениях, была произведена в Каменке.

В Акрополе, напротив, не было обнаружено никаких следов металлургической деятельности, что заставляет предположить, что это был административный центр и место жительства правителей Скифии позднего периода. Многие импортные предметы, особенно амфоры для вина, найденные в обеих частях городища, указывают на то, что жители Каменки поддерживали торговые отношения с боспорскими городами. Ремесленный центр просуществовал лишь с IV по III век до н. э. Не было обнаружено ничего, что относилось бы ко II веку. Жизнь в Акрополе продолжалась гораздо дольше, но в конце концов и он превратился в одно из рядовых поселений в низовьях Днепра.

Предположение о том, что в поздний скифский период на месте Каменского городища располагался административный центр скифо-сарматских царей, подтверждается тем фактом, что по его периметру на обоих берегах Днепра сосредоточено необычайно много богатых захоронений, описанных в предыдущем разделе.

СКИФО-САРМАТСКИЕ СУМЕРКИ

Продлившаяся почти два века эра скифо-сарматского процветания подошла к концу. В окрестностях Каменского городища не было обнаружено никаких царских захоронений, датируемых позднее второй половины III века. Скифы (скифо-сарматы) были вынуждены покинуть свое поселение в начале II века до н. э. Под давлением родственных сарматских племен, обитавших к востоку от Дона, а именно роксоланов, скифо-сарматские правители оставили территории к востоку от Днепра. Некоторые из их подданных отступили на запад, но их главным убежищем стал Крым. Там возникла страна, известная теперь как Тавроскифская, или Крымское царство скифов. Население нового царства состояло из скифов, сарматов и тавров, с примесью греческих элементов. Помимо контроля над Крымом как таковым, крымские цари сохранили власть над узкой полоской степи, окружающей устья Днепра и Южного Буга вокруг Ольвии.

Теперь роксоланы стали главной силой в Северном Причерноморье. Их появление в степи к востоку от Днепра знаменует начало новой эры — среднего сарматского периода.

I,2. Золотые пластины из Амударьинского клада с изображением фигуры сака (скифа) с «волшебной лозой» в руках, около 400 года до н. э. Британский музей.

3. Саки-амюргии, подносящие дань персидскому царю. Барельеф на стене дворца Ксеркса в Персеполе. V век до н. э.

4. Сарматский (роксоланский) отряд катафрактариев, бегущий от римской кавалерии. Рельеф на колонне Траяна в Риме.

5. Погребение вооруженной сарматской женщины, похороненной вместе со слугой. IV век до н. э., Холодный Яр на Тясмине, Украина, курган 20.

6. Золотые подвески (височные украшения) с изображением конных воинов; лошади, предположительно, запряжены в повозку. Найдено в савроматском княжеском захоронении V века до н. э. в кургане Сазонкин Бугор рядом с Черным Яром на Нижней Волге. Астраханский краеведческий музей.

7. Два савроматских глиняных сосуда в форме «цветочного горшка» из захоронения у Верхнего Погромного, около Волгограда (нижневолжская группа). Эрмитаж, Санкт-Петербург.

8. Костяная пластина в форме пантеры — часть конской упряжи из савроматского кургана 8 у Верхнего Погромного, около Волгограда. Эрмитаж, Санкт-Петербург.

9. Крылатый грифон, украшающий конец гривны, Сибирь. Эрмитаж, Санкт-Петербург.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.