Тайфуны

Тайфуны

Жителям Филиппинских островов, Индокитая и Японии слово «тайфун» известно с незапамятных времен. Хотя в переводе с китайского языка оно означает просто «сильный ветер», в реальной жизни с ним связаны очень большие несчастья для многих сотен тысяч людей. Много жертв имеют на своем счету тайфуны Бенгальского залива. Они способствуют возникновению штормовых нагонов, которые затопляют низменные, густо населенные побережья. Так, например, в октябре 1881 года тайфун настиг восточное побережье Вьетнама и тогдашнюю столицу страны – город Хайфон. Он считается самым губительным: по некоторым предположениям, тайфун унес тогда не менее 700 000 жизней. В 1937 году от тайфуна пострадала территория нынешнего государства Бангладеш. Сто тысяч человек были смыты штормовым приливом, еще двести тысяч погибли от эпидемий и голода.

Разрушительные последствия тайфуна

Весной 1959 пять циклонов большой силы обрушились на остров Мадагаскар. После них трудно было узнать цветущие окрестности Тананариве – столицы Мадагаскара. Над водой сиротливо торчали лишь уцелевшие деревья и полузатопленные дома.

Ветер во время этого стихийного бедствия временами достигал скорости 20 километров в час, ломал деревья и разрушал легкие жилые постройки. Волны были такой силы, что казалось, будто целое море опрокинулось на остров. Реки вышли из берегов и слились в бескрайнюю водную гладь.

Из шести провинций Мадагаскара от наводнения пострадало пять. Погибли несколько тысяч человек, десятки тысяч остались без жилья, одежды и вообще без всяких средств к существованию. Бедственное положение островитян усугублялось еще тем, что всякая связь на острове была прервана. Только на лодках и с воздуха можно было оказать помощь пострадавшим.

Со временем вода спала, но понадобились долгие годы, чтобы восстановить на Мадагаскаре сотни разрушенных городов и деревень, тысячи гектаров некогда цветущих и плодоносящих плантаций.

В июне 1959 года на Гонконг обрушились ливни, которые продолжались непрерывно в течение четырех дней. За это время выпало 74 сантиметра осадков. Было повреждено или полностью разрушено много больших зданий и тысячи бедняцких хижин. Погибли более сорока человек, многие пропали без вести, десятки тысяч остались без крова. Ущерб, нанесенный Гонконгу, исчислялся миллионами долларов. После стихийного бедствия 1889 года это наводнение считается самым крупным.

Один из офицеров французского фрегата «Юнона», захваченного тайфуном в Южно-Китайском море в 1868 году, вспоминал: «Внезапно воцарилось абсолютное молчание, которое можно сравнить только с тишиной после взрыва мины или безмолвием только что взятого приступом бастиона. Это спокойствие, внезапное и странное… вызывает скорее изумление, чем ощущение опасности, настолько она кажется противоестественной. Но вскоре со всех сторон начали падать птицы, рыбы и саранча. Электрическое состояние атмосферы вызывало такое головокружение, которого никто из нас никогда не испытывал. Оно выражалось в необычайном оживлении у некоторых моряков, обычно очень сдержанных».

Рыбацкие деревеньки на юге индийского штата Тамилнад разбросаны по всему побережью. А само побережье раскинулось белой полосой чистейшего песка вдоль Бенгальского залива. Живут в этих деревушках прокопченные на солнце рыбаки – голоногие, в рваных, отбеленных морской водой рубахах… Индийское правительство, конечно же, развивает товарное рыболовство в океане, всячески поддерживает оно и научные исследования Центрального института морского рыболовства, привлекая к этому и зарубежных ученых.

Но часть своих даров щедрый океан отдает простым труженикам моря. Только такая добыча подчас дорого обходится им и их семьям. Хорошо знают об этом жители рыбацкой деревушки, приютившейся на окраине Мадраса.

…Мужчины вышли на берег еще в блеклом свете начинающегося дня, когда бесцветное небо сливалось с неярким, безо всяких морщинок морем. По-утреннему молчаливые, они переворачивали горбатые лодки, похожие на дельфинов, и тащили их по холодному песку к воде, чертя и оставляя за собой глубокие полосы. Отогнав лодки на глубину, рыбаки размеренно выкидывали сеть, оставляя на плаву бамбуковые стволы, чтобы сеть не ушла глубоко. Описав полукруг, они, мерно ударяя по воде длинными веслами, пригоняли лодки назад. Концы сети привязывали к кольям, вбитым в песок, чтобы удобнее было вытягивать добычу.

Деревенские улицы в это время пустеют, даже поджарые собаки не выбегут вам навстречу. За деревней на белом полотнище песка сидели и стояли женщины, старики, дети и всматривались в яркий блеск бескрайнего моря.

Началось томительное ожидание. Старики дремали, прислонившись к просмоленным бортам лодок, или штопали старые сети, молча сидя на корточках. Но каждый прикидывал про себя, каков будет улов и много ли можно будет продать перекупщикам.

Так ждали рыбаков и вчера, и неделю, и месяц назад. Так было и 19 ноября 1964 года, когда на Мадрас хлынул холодный ливень и резкие порывы ветра стали гнуть к земле людей и деревья.

Там, где между набережной и кромкой воды была широкая полоса песка, вдруг вскипела и заклокотала река. По океану один за другим катились огромные валы. Казалось, что океан рвется в город. Там, где стояла деревушка рыбаков (около тридцати легких хижин, крытых пальмовыми листьями), теперь бушевали волны. Несколько десятков намокших и иззябших людей сейчас сиротливо толпились на набережной. Жалкая груда домашнего скарба лежала на тротуаре. А в шипящем водовороте крутились пальмовые листья, доски, алюминиевая кастрюля, какое-то тряпье и жалобно мяукающий котенок. Это было все, что осталось от деревни. Седой сгорбленный старик на ревматически тонких ногах, вперив в темноту неподвижный взгляд, безостановочно повторял: «Все, все взял океан. И дома, и сети, и катамараны…»

Призыв мадрасского радио: «Укрывайтесь в домах до наступления темноты!» – к ним уже не относился. Домов больше не было.

В тропиках ураганные ливни обычно рождаются в Андаманском море. Постепенно набирая силу, они движутся над океаном к побережью и, разворачиваясь вдоль него, могут вторгнуться в глубь континента, сокрушая все на своем пути…

Этот циклон был назван «Чирала», так как, набрав скорость 160 километров в час, он проследовал в глубь материка через город Чирал. Вначале на берег обрушился ветер с ливнем. А затем, как водяная гора, рухнула на землю приливная волна шириной восемь миль и высотой пятнадцать футов. Особенность Бенгальского залива – небольшой уклон у побережья, и волна, обрушившись на дома и деревья, все перевернула и снесла.

В центре самого циклона бушевали страшнейшие тропические ливни. Попавшее в поле урагана индийское судно ничего не могло передать – все антенны были сорваны ветром.

Связь была налажена только тогда, когда корабль уже вышел к Шри-Ланке…

В ноябре 1970 года небывалый по силе тайфун обрушился на прибрежные районы восточного Пакистана. Поднятая ветром огромная волна высотой восемь метров прошла над цепью густо населенных островов, сметая все на своем пути. Она ударила по побережью и вместе с ураганным ветром принесла катастрофические разрушения. Несколько часов эти острова и часть материка находились под водой. Когда вода спала, оказалось, что она сорвала мосты, разрушила шоссейные и железнодорожные магистрали. Целые поселения были уничтожены полностью – вместе с жителями. Число погибших превысило 500 000 человек, а по некоторым сведениям, их было более миллиона. Газеты сообщали тогда, что вообще от тайфуна пострадали более десяти миллионов человек. Это было одно из самых страшных стихийных бедствий в истории человечества. Трагизм случившегося заключался еще и в том, что о приближении бедствия было известно заранее по наблюдениям со спутников. Власти Пакистана были предупреждены, но не приняли никаких мер безопасности.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.