Май 1945 года – июнь 1951 года[12]

Май 1945 года – июнь 1951 года[12]

Полк в плену

Для военнослужащих полка началось тяжелое время плена с постоянными унижениями и придирками.

В лагере на лугу под чешским городком Рокицани для пленных были разбиты палатки, но места в них хватало далеко не всем, поэтому часть солдат спала под открытым небом. Внезапно продовольственное снабжение почти полностью прекратилось, и нам дали на обед только водянистую похлебку с небольшой добавкой муки. Для нас наступили времена мучительного голода.

Акты произвола победителей и чешских гражданских лиц следовали один за другим, сменяя друг друга. Обыденным делом стали так называемые «обыски», когда отбирались часы, обручальные кольца и прочие ценные вещи. После неоднократных обращений командира полка к одному из американских офицеров с протестом по этому поводу эти недостойные действия были прекращены.

В этом безнадежном, отчаянном положении все, однако, испытывали по отношению к американцам определенное чувство благодарности: поскольку американцы считали всех без исключения военнослужащих войск СС военными преступниками, полк оставался в лагере в полном составе – командир полка и все остальные офицеры и унтер-офицеры вместе со своими солдатами.

До отправки отдельных землячеств полк оставался в полном составе единой сплоченной частью. Здесь еще раз выдержало нелегкое испытание наше образцовое фронтовое товарищество и примерные отношения между старшими и младшими командирами и простыми солдатами, которые всегда существовали в полку с момента его формирования.

Солдаты полка демонстрировали в этом лагере, а позднее и в других лагерях великолепную выдержку и удивившую американцев дисциплину.

С самого первого дня плена стало ясно, что и чисто фронтовые боевые дивизии войск СС отнесены союзниками к тем частям СС, которых должны были сделать козлами отпущения за весь германский народ. Такое отношение победителей заставило нас только еще больше сплотиться.

Самой большой нашей заботой, которая угнетала нас и днем и ночью и в течение долгих недель не давала покоя, является опасение, что американцы выдадут наш полк русским – поскольку снова и снова в лагере появлялись русские офицеры, которые вели переговоры с американцами.

Тогда мы еще не знали, что союзники договорились поделить между собой самые известные дивизии войск СС и что нашу дивизию обещали американцам.

23 мая 1945 года полк без подразделений 2-го батальона перевезли на грузовиках в город Клаттау (Клатови. – Ред.) и разместили в полицейской казарме. В этом лагере уже находились 4 тысячи солдат сухопутных войск и полиции, а в отдельном строго охраняемом лагере содержались четыреста солдат войск СС. Вплоть до 25 мая полк, насчитывавший около 2 тысяч человек, перевозили в этот лагерь для эсэсовцев, который теперь насчитывал 2400 человек. Мы были вынуждены размещаться в страшной тесноте всего лишь в нескольких зданиях.

В то время как в лагере для солдат сухопутных войск военнослужащие добровольно спороли знаки различия, наш полк, как и прежде, продолжал носить эти знаки. Командир полка принял руководство лагерем от оберштурмбаннфюрера СС Кнайзеля.

По распоряжению американцев все пленные должны были немедленно разделиться по землячествам.

Несколько дней спустя американский комендант лагеря дал разрешение на ношение боевых медалей, орденов и значков за боевые заслуги, большую часть которых у нас уже успели отобрать. В ответ на это несколько солдат передают своему командиру Рыцарский крест с дубовыми листьями, которые они сами изготовили из серебра и прикрепили к Железному кресту 2-го класса. Эту награду, оригинал которой американские солдаты отобрали у командира полка при сдаче в плен, он носит теперь за весь полк.

Однажды во время ежедневной поверки командир обнаружил, что четверо солдат исчезли. Когда он доложил об этом американскому коменданту лагеря, тот пришел в бешенство и начал угрожать командиру полка, заявляя, что теперь он может приказать своим солдатам расстрелять его за нарушение дисциплины. В ответ на эту угрозу командир полка указал на то, что ответственность за охрану пленных несут американские войска. Кроме того, по его мнению, солдаты сбежали только лишь из-за опасения, что весь лагерь будет выдан русским. Если бы он мог получить заверение в том, что их не выдадут, то тогда можно было бы не опасаться новых попыток побега. Эти соображения командира полка снова настроили американского коменданта лагеря на спокойный лад.

28 мая в наш лагерь поступили еще 1900 бывших военнослужащих войск СС. Лагерю для военнослужащих сухопутных войск пришлось уступить нам еще одно здание.

Время с 29 мая по 8 июня проходило довольно однообразно. Обеспечение продуктами питания было совершенно недостаточным. Однажды командиру полка сообщили, что военнопленные договаривались с американскими охранниками на сторожевых вышках об обмене ценных вещей на хлеб. Об этом немедленно было доложено американскому коменданту лагеря, и командир полка доложил коменданту, что он со своей стороны запретил такие обменные операции. Он просил коменданта отдать американским постовым приказ, запрещающий делать это, чтобы из лагерной жизни навсегда исчезли эти недостойные для обеих сторон картины. Но разумеется, тем настоятельнее становилась необходимость значительного улучшения обеспечения пленных продуктами питания. Американец согласился с командиром полка. Однако улучшения обеспечения продуктами питания пришлось ждать еще довольно долго.

9 июня 1945 года появившийся недавно в лагере новый американский охранник выпустил очередь из своего пулемета по территории лагеря и попал в троих солдат, которые загорали. Один из них скончался на месте, двое других получили тяжелые ранения. Несмотря на наш протест, причина происшедшего осталась неизвестной. Якобы убитый солдат одной ногой заступил за границу трехметровой зоны, при входе в которую должен немедленно открываться огонь. Для участия в похоронах было разрешено отлучиться из лагеря только нескольким самым близким товарищам убитого солдата.

Через несколько дней после этого инцидента обеденную тишину снова разорвал выстрел. Уже через несколько минут после этого на месте происшествия встретились командир полка и американский комендант лагеря. Мертвый обершарфюрер СС лежал у внешнего забора из колючей проволоки. Когда с разрешения внешнего поста охраны он вошел в трехметровую «зону смерти», чтобы обменять свои часы на хлеб, другой охранник, находившийся на сторожевой вышке, застрелил его из своего пулемета с расстояния около 10 метров. Ни командир полка, ни какой-либо другой офицер не получили разрешения присутствовать на похоронах убитого солдата на городском кладбище. Только три или четыре самых близких товарища смогли проводить его в последний путь.

В период с 10 по 16 июня обеспечение питанием стало еще более скудным. Якобы в день оно состаляло 800 килокалорий. Мы тогда искали себе хоть какое-нибудь занятие в качестве лекарства от депрессии, скуки и голода.

С 17 июня по 3 июля 1945 года. После многократных протестов и обращений к американскому коменданту лагеря нам разрешают самим принять участие в улучшении нашего питания. Среди всех военнопленных лагеря военнослужащих войск СС был проведен сбор денег, которые удалось надежно спрятать в потайных местах и таким образом уберечь от многочисленных «обысков». Мы получили разрешение отправиться на грузовике под американской охраной к крестьянам в окрестностях Клаттау и купить у них картофель, горох, бобы, фасоль, чечевицу и хлеб. Начиная с этого дня обеспечение питанием постепенно улучшилось.