***

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

***

Советнику президента не спалось. Поворочавшись с боку на бок, он тихо, чтобы не потревожить жену, встал с постели, накинул шелковый халат и, мягко ступая, ушел в кабинет. Замерцал экран компьютера. Мигнули зеленые глазки доступа в Интернет. Пальцы споро набрали нужный адрес. Закурив, советник пробежал глазами открывшуюся веб-страничку:

«…Что такое современная экономика? Представьте себе некий шизофренический мир ХХ века, в котором есть отдельный рынок, на котором самозабвенно торгуют игрушками — действующими моделями паровозов, кукольными автомобильчиками с бензиновыми двигателями, летающими самолетиками, электрическими штучками. У этого рынка есть биржи и акции с фантастическим ростом котировок, об этом рынке взахлеб рассуждают аналитики. Но рядом живет еще один рынок, рынок настоящей экономики. А тут все застыло на уровне Средневековья: конные упряжки, ручные плуги, дровяное отопление, свечи и лучины, примитивные водяные колеса, мануфактуры с ручным трудом. И эти два рынка живут отдельно друг от друга. Бред? Шизофрения? Но это почти то же самое, что и нынешняя экономика развитых стран, разделенная на «новую» и традиционную части. И ничем иным, как оглушительной катастрофой, такое разделение не закончится…»

Тихо засмеявшись, советник щелкнул мышью, открывая следующий материал раздела. Опять Калашников опус выдал. Неймется маньяку-милитаристу!

«Какие чудища поджидают нас там, за гранью Хаоса? Нам не дано этого знать в точности. На то он и Хаос, что в нем возможны самые безумные сценарии.

Итак, научно-технологический лидер, белая раса, угаснет. Но на деградирующей, исчерпанной Земле останутся миллиарды небелых людей. Они-то уже успели перенять достижения западной технологии. И пусть развитие остановится — все равно черные, желтые и коричневые этносы продолжат жечь нефть, строить машины, клепать пушки, пулеметы и ядерные боеголовки. Примитивные, на уровне 60-70-х годов ХХ века — но действенные.

Они столкнутся в жесточайшей схватке за остатки месторождений углеводородного сырья. Поскольку процесс размножения небелых народов продолжится, мы увидим свирепствующие болезни, голод и даже людоедство. Разгорятся жестокие войны за остатки плодородных земель, лесов и за пресную воду. Видимо, воскреснет древняя практика — поголовно вырезать побежденных, освобождаясь от лишних ртов. Теперь пленных будут тысячами косить из пулеметов, давить гусеницами танков, травить ядами. К этому добавятся ограниченные ядерные удары, химические и бактериологические атаки. Схватка пойдет за территории вымирающей Африки. В центральной Азии начнутся кровавые бои между мусульманами и китайцами. Китай рванется к последним «нефтяным бочкам» — к Персидскому заливу и Прикаспию, в Восточную Сибирь.

Спасаясь от уничтожения и подъема Мирового океана, некоторые народы пойдут на север и на запад — как когда-то шли гунны, авары, угры или монголы. Они устремятся на земли бывших Украины, РФ и Белоруссии, начнут прорыв в разлагающуюся Европу.

К тому времени распадутся и США, и Евросоюз. В Европе образуются независимые исламские государства. Быть может, остатки белого населения в отчаянии попробуют применить генетическое оружие — то, что уничтожает китайцев, арабов, негров, но щадит собственно европейцев. Быть может, это сделают какие-то секты или группы фанатиков. Однако боевые вирусы мутируют — и тогда смерть примется косить всех без разбору, совершенно бесконтрольно. В ответ на такую атаку белых их противники ответят чем-то похожим. И тогда…

А разве только одна перспектива гражданской войны в распадающихся Соединенных Штатах с их колоссальным ядерным потенциалом не заставляет бледнеть от ужаса? А перспективы природных катаклизмов на смертельно заезженной многомиллиардным человечеством планете?

… Итак, старый мир приговорен к смерти. Это неизбежность. Агония началась.

Но мы надеемся на рождение нового мира…

Видите? Вот там, в багровой полутьме, на фоне руин небоскребов, скачут на тиграх люди. Огромные, сильные и прекрасные. И это уже не прежние «хомо сапиенс» — они есть нечто большее, и взор их проникает вглубь вещей. Они повелевают молниями, им повинуются стихии и клокочущие энергии. Они — властелины нового мира, властелины будущего. Они умеют творить чудеса.

И нам кажется, что эти всадники на тиграх — русские…»

Советник погасил сигарету в пепельнице. Нажал на кнопку пульта, увеличивая мощность кондиционера. «Калашников в своем амплуа», — подумал он. — «Но, если убрать неистребимый полувосточный темперамент и склонность к скачущим тиграм, о кое-чем он пишет верно…»

Отключив «персоналку», советник откинулся в кресле, сцепив ладони на затылке. Завтра предстоит очень важное заседание, на котором будет президент. Один Бог ведает, сколько сил, советник, приложил, чтобы оно состоялось. И только он знает, что на карту поставлена его, советника, репутация в глазах Первого. От мысли о возможном провале всей затеи мороз побежал по коже. Советник снова достал из пачки сигарету, зябко повел плечами и щелкнул зажигалкой. Сердце возбужденно билось. Чтобы развеяться, он взял со стола купленную давеча приключенческую книгу. «Странника» Олега Маркеева. Улегшись на кожаную кушетку, раскрыл книгу и углубился в нее.

«…Сколько элитных домов из монолитного бетона отгрохали! Цены в них за метр фантастические, зато есть собственная система жизнеобеспечения. Зачем? …Это бункер, а не дом, Злобин, поверь военному человеку. Только нас в этот Ноев ковчег в силу безденежности не пустят. …Наши небожители в годину катастроф получили уникальный шанс стать богами…

…После катастрофы выживет малая часть человечества. С изношенной иммунной системой, контуженная страхом, со стертой генетической памятью о разумном, добром и вечном. От техносферы останутся только руины и смутные воспоминания. Хомо сапиенс опять станет обезьяной. И как это стадо обезьян воспримет тех двуногих, что выползут из бункеров? Целых, невредимых, умных, образованных, сохранивших знания и технику? Как богов! И власть их будет абсолютной… Голубая мечта любого начальника — стать богом над дрожащими тварями. И никаких тебе выборов, никаких демократий…»

…Чтобы унять сердцебиение, советник захлопнул книгу. Достав из ящика флакончик успокаивающей «Нотты», нацедил в серебряную ложку двадцать капель. Проглотил обжигающую жидкость. Все. Надо идти в постель и уснуть. И ни о чем не думать. Утро вечера мудренее….

Данный текст является ознакомительным фрагментом.