Вверх по реке на веслах

Вверх по реке на веслах

Одна история прекрасно иллюстрирует сложные отношения между этими группами населения. Речь пойдет о британской рейдовой операции «Франктон», ставшей широко известной после выхода на экраны фильма 1955 года «Герои Коклшелл».

Седьмого декабря 1942 года шесть двухместных байдарок отошли от британской субмарины, стоявшей примерно в 15 километрах от западного побережья Франции. Команду из двенадцати морских пехотинцев возглавлял двадцативосьмилетний майор Герби Хаслер, награжденный в свое время французским Военным крестом за мужество, проявленное в ходе рейда Иностранного легиона в Норвегию. Хаслер в одиночку разработал план почти самоубийственной операции «Франктон». Идея состояла в том, чтобы на байдарках подняться вверх по реке Жиронда (труднопроходимой летом и практически непроходимой зимой во время приливов, тем более на лодках, прозванных из-за маленького размера «скорлупками») и организовать диверсию против нацистских судов, стоявших на якоре в Бордо в ожидании погрузки радаров для отправки в Японию, откуда они возвращались с сырьем. Уничтожение кораблей к тому же заблокировало бы гавань и парализовало бы работу порта.

Между тем субмарина не собиралась дожидаться возвращения двенадцати смельчаков. Им предстояло пройти более 100 километров на веслах, и никто не ждал их обратно — единственным возможным спасением для них был обходной путь по суше в Испанию. Ребятам сказали идти в деревню Руффек, в 160 километрах к северо-востоку от Бордо, где они могли рассчитывать на помощь. Из соображений безопасности никаких имен и адресов не называли, подразумевая, что выжившим придется уповать на удачу. И в довершение столь мрачной картины Гитлер как раз недавно издал указ, согласно которому все захваченные в плен британские коммандос подлежали расстрелу сразу после допроса. Они были слишком опасны, чтобы оставлять их в живых.

Короче говоря, двенадцать добровольцев вызвались, рискуя жизнью, нанести удар по немецким судам.

Операция началась с катастрофы. Одна байдарка вышла из строя сразу после спуска на воду, и ее экипаж не смог принять участие в рейде. Еще две лодки перевернулись в устье Жиронды, и два человека (Джордж Шиард и Дэвид Моффат) утонули, а двух других (Сэмюэля Уоллеса и Роберта Эварта) схватили фашисты, как только они с трудом выбрались на берег. Команда уже потеряла половину состава, а пройдена была всего лишь десятая часть пути.

На веслах, вверх по течению, ночью, без фонарей — уцелевшие три лодки неизбежно должны были потерять друг друга из виду. Одна байдарка отстала и ударилась о подводное препятствие в ночь с 10-го на 11-е декабря. Ее экипаж, Джон Маккиннон и Джеймс Конвей, сумели выбраться на берег и решили идти сразу в Испанию, не сворачивая на север, к деревне Руффек. Они пешком прошли 40 километров до деревни Сессак, где французская семья Жобер прятала их в течение трех дней. Жоберы сказали, что лучше всего добираться до Испании на поезде из городка Ля Реоль, расположенного в 20 километрах от деревни. Двое коммандос отправились в Ля Реоль, но их арестовали французские жандармы и передали гестапо.

Тем временем две байдарки продолжали двигаться вверх по реке, и об их существовании по-прежнему никто не подозревал, потому что четверо взятых в плен коммандос на допросах не сказали ни слова. И в ночь с 11-го на 12-е декабря два уцелевших экипажа все-таки прикрепили магнитные мины к корпусам пяти кораблей, установили таймеры и поспешили прочь из гавани.

Теперь им предстояло спрятать байдарки и пробираться через оккупированную территорию к деревне Руффек, до которой, напомним, было 160 километров. Ситуация осложнилась, когда перед самым рассветом взорвались мины, и нацисты догадались, что взятые в плен коммандос — это часть группы. Морские пехотинцы Уоллес и Эварт были тотчас расстреляны.

Двое из удачливых диверсантов, Берт Лейвер и Билл Миллз, преодолели 60 километров и добрались до местечка под названием Монлье-ля-Гард, но местные жители выдали их жандармам, которые тоже исполнили свой долг и доставили коммандос к нацистам. Лейвера и Миллза немцы допросили и отправили вместе с Маккинноном и Конвеем в Париж, где всех четверых расстреляли в марте 1943 года.

Не догадываясь о том, что уцелели только они, Герби Хаслер и его напарник Билл Спаркс продолжали путь. Им приходилось выпрашивать еду, иногда им отказывали в помощи, но никто ни разу не выдал. Восемнадцатого декабря они наконец добрались до деревни Руффек, где, не зная, к кому обратиться, решили действовать наудачу и зашли в кабачок «Ля Ток Бланш» («Белый поварской колпак»). Им повезло: хозяин, Рене Мандино, оказался сочувствующим и связал их с активистами Сопротивления.

На этой кульминационной ноте французский правительственный веб-сайт о Сопротивлении, который рассказывает историю этого рейда, вдруг пускается в подробности. Поименно назван — и вполне заслуженно — каждый, кто помог Хаслеру и Спарксу. Мы узнаем, как долго и у кого конкретно беглецы скрывались, кому потом этот человек их передал. Например, местный учитель (мсье Пай) побеседовал с ними и подтвердил, что они настоящие бритты, а не шпионы; женщина (Марта Рулье) отправилась предупредить участников Сопротивления; Рене Фло перевозил бриттов в свободную от оккупации зону в своем фургоне булочника; а семья Дюбрей укрывала их на своей ферме сорок один день.

Последним звеном в цепочке спасителей героев «Коклшелл» оказалась англичанка-экспат по имени Мэри Линделл, которая в свое время вышла замуж за французского графа и обосновалась на юго-западе Франции. Когда пришли нацисты, она переехала в Британию, но в 1942 году вернулась во Францию лидером движения Сопротивления под именем Мари-Клэр. Это ее восемнадцатилетний сын Морис тайно перевез Хаслера и Спаркса в Лион, где их взяла под крыло уже сама Мари-Клэр.

Прежде всего она велела Хаслеру сбрить усы — блондин пехотинец выглядел таким же французом, как рождественский пудинг. Затем она предупредила Хаслера, чтобы он держался подальше от мадемуазелей. По опыту Мари-Клэр знала, что самая большая опасность подстерегает беглецов именно на этом фронте, где они забывают об элементарной безопасности. И она имела все основания проявлять сверхосторожность: всего через несколько месяцев она была ранена во время выполнения задания, ее схватили нацисты и отправили в концлагерь Равенсбрук. Мари-Клэр выжила в лагере, но один из ее сыновей погиб.

Следуя по явочной цепочке Мэри Линделл, Хасслер и Спаркс добрались до испанской границы, а там и до британского консульства в Барселоне. Оба они впоследствии благополучно вернулись в Британию через Гибралтар.

Из десяти погибших коммандос двое утонули, двоих схватили нацисты, а четверо стали жертвами предательства. Выходит, в ходе миссии по спасению Франции от фашистской оккупации попасться на глаза простому французу — и уж тем более жандарму — оказалось в два раза опаснее, чем подниматься на веслах вверх по течению ледяной реки среди ночи. Возможно, такую статистику французы предпочли бы забыть.