Спасение нерядового конкурента

Спасение нерядового конкурента

Прибежищем от валютных бурь вновь стало золото. В разгар кризиса оно дорожало даже до $800 за тройскую унцию. Но курсы разных валют менялись друг относительно друга несравненно меньше, чем относительно золота.

Некоторые и вовсе почти не менялись. Шестеро тогдашних участников общеевропейского рынка – Великобритания, Германия, Франция, Бельгия, Нидерланды, Люксембург – после некоторого периода притирки сумели зафиксировать соотношение своих курсов в пределах всего 2.5 % – а затем и 1.5 %, что практически соответствовало брэттон-вудским соглашениям[49].

Казалось бы, западноевропейцам и японцам не составило бы труда окончательно обрушить заокеанского гиганта и избавиться наконец от зависимости – не просто унизительной, а в изрядной мере искажающей всю структуру мировых экономических связей, стягивающей их в одну точку.

Тем не менее столь благоприятную возможность не использовали. Наоборот, все развитые страны всемерно поддерживали доллар, тратя на это немалую долю своих бюджетов. В итоге курс доллара относительно их валют хотя и снизился, но куда меньше, чем прогнозировалось в разгар кризиса. А США остались центром мировой экономики, в значительной степени определяющим не только тенденции её развития, но и сиюминутную конъюнктуру. Да ещё и способным при необходимости подорвать позиции любого из конкурентов.

Чем же вызван столь расточительный альтруизм?

В контексте тогдашней «холодной войны» многие полагали, что о сохранении США заботились в противовес СССР – оставаться один на один с восточной сверхдержавой мало кому хотелось. Но сумм, израсходованных на поддержку экономики сверхдержавы западной, европейцам вполне хватило бы на развитие собственного военного потенциала до уровня, сравнимого с американским. Да ещё и собственный их статус вырос бы неизмеримо.

Падение доллара повышало конкурентоспособность промышленности США, ухудшая позиции Европы и Японии. Но этот эффект работает в ограниченных пределах. Если бы обвал доллара стал неудержимым, неизбежные диспропорции надолго парализовали бы всё американское хозяйство и попросту вычеркнули бы эту страну как конкурента из всех экономических расчётов[50].