ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДЕРЖАВЫ РОМЕЕВ

ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДЕРЖАВЫ РОМЕЕВ

Среди государств «греческого блока» Никейская империя представляла собой самое влиятельное и динамично развивающееся политическое образование. Сочетание тонкой дипломатической игры и успешной военной политики дало правителям Никеи все шансы обрести власть в Константинополе и восстановить единство державы ромеев. Каждый василевс, начиная с Феодора I Ласкаря, ставил перед собой амбициозные задачи по изгнанию западноевропейских рыцарей из древнего города, но только Михаилу VIII Палеологу удалось это сделать. Однако прежде ему пришлось вступить в сложнейшее противостояние как с оппозицией внутри страны (сторонниками царевича Иоанна, сына Феодора II Ласкаря), так и с внешними соперниками в лице лидеров Эпирского царства и Ахейского княжества. Кроме того, Михаил VIII был вынужден маневрировать между силами, способными уничтожить Никейскую империю: турками, болгарами и монголами.

Не имея ресурсов вести военные действия одновременно по нескольким направлениям, Палеолог предпочел заключить мирные соглашения с недавними противниками. Сумев заручиться поддержкой константинопольских греков, он на время отвел угрозу вмешательства императора Балдуина. Михаил VIII искал помощи у римского папы, с представителями которого обсуждал перспективу унии между церквями. Впрочем, этот шаг императора вызвал недовольство никейцев и обострил негативное к нему отношение в среде православного духовенства. Благодаря посланному в Тырново Георгию Акрополиту Палеолог развеял собственные опасения относительно грядущего столкновения с Болгарским царством; греческой делегации удалось убедить Константина I Тиха в добром намерении Никейской империи и необходимости сохранения прочных политических и экономических связей между двумя государствами.

Однако дипломатические миссии, направленные в Эпирское царство и Ахейское (Морейское) княжество, провалились, и перед Никеей встала острая необходимость готовиться к масштабной войне. Возглавивший кампанию брат императора Иоанн Палеолог, сыграв на противоречиях союзников, внес раскол в военную коалицию Михаила II, Гильома II Виллардуэна, сицилийского короля Манфреда и правителя Фессалии Иоанна. В итоге в 1259 г. в битве у Пелагонии принимали участие лишь сицилийские и ахейские отряды сил антиникейской коалиции. Иоанн Палеолог одержал сокрушительную победу: пленил цвет греческой и латинской военной аристократии (включая самого Гильома II Виллардуэна) и продвинулся в глубь вражеской территории. Начав осаду столицы Эпирского царства Арты, он вынудил Михаила II к бегству. Впрочем, вскоре тот вернул утраченное.

Силы Латинской империи таяли на глазах, антиникейская коалиция фактически распалась, лишь только венецианский флот отделял Палеолога от столицы древней Византии — Константинополя. Обезопасив границы Никейской державы от монгольской угрозы, Михаил VIII в 1261 г. заключил соглашение с генуэзцами. Ему пришлось заплатить высокую цену (предоставив налоговые и торговые льготы, право приоритетного пользования портами и т. д.) за союз с итальянской республикой, союз, который по сути ничего кроме разорения не принес никейской стороне.

Успешное наступление войск Эпирского (Михаил II) и Сицилийского (Манфред) государств подтолкнуло Михаила VIII к решающим действиям. В течение 1261 г. были мобилизованы значительные военные силы, и уже 15 августа при умелом руководстве полководца Алексея Стратигопула и поддержке населения древней столицы Палеолог вступил в Константинополь.

С приходом Палеолога восстановленная Византийская империя, включавшая в себя лишь малую часть ранее принадлежавших ей территорий (отдельные области Македонии, Фракии, северо-западные земли Малой Азии, о-ва Эгейского моря), оказалась в осажденном положении: границам державы угрожали войска Эпирского царства и Сицилийского королевства. Болгары и сербы завладели севером Фракии и Македонии, а турки — прибрежной зоной Атталии и Пафлагонии. Теснимая врагами на суше, Византийская империя не имела свободы и на Средиземном море, где властвовали Венеция и Генуя. Борьба итальянских республик за передел рынка, а также доминирование в ведении торговых сношений с Востоком сказались на экономическом положении державы ромеев. Не только провинциальные города, но и столица находились в упадке. По свидетельствам современников Константинополь — разграбленный и разоренный крестоносцами — пребывал в жалком состоянии.

Михаил VIII, повторно коронованный, на сей раз патриархом Арсением в храме Св. Софии, активно взялся за восстановление былого величия древней столицы. Вскоре город преобразился. Василеве одаривал землями и титулами своих верных сподвижников: один его брат, Иоанн, стал «деспотом», а другой — «кесарем». Значительные расходы на строительство, содержание войск (преимущественно наемников), бюрократического аппарата и императорского двора опустошили казну. Расширение иммунитетных прав аристократии способствовало ослаблению центральной власти. Земли, полученные знатью в качестве пронии, с течением времени становясь объектом наследования, выходили из сферы юридического влияния императора. Налоги, ранее уплачивавшиеся париками и другим населявшим господский двор служилым людом, в пользу государства, теперь отходили магнату. Все эти факторы, а также снижение притока средств за счет ведения международной торговли, способствовали принятию Михаилом VIII ряда непопулярных и неэффективных мер, прежде всего широкой практики конфискации имущества опальных динатов и порчи монеты.

Ввиду усиления налогового гнета, существенного повышения ренты и ужесточения форм зависимости увеличилась социальная напряженность, вылившаяся в 60-е годы XIII в. в череду восстаний акритов. С углублением дифференциации деревенского населения, ремесленное производство, нахолившееся в руках зажиточных граждан, переводится из города в сельские центры. Данное обстоятельство усиливает упадок малых византийских городов и ведет к их последующему включению в орбиту экономических и политических интересов знатных семейств. Так, многие урбанистические центры трансформировались в «родовые города» (Дидимотики). Дополнительным фактором упадка части городов выступала недобросовестная конкуренция со стороны итальянских морских республик, наводнивших внутренний рынок Византии дешевыми товарами, практически не облагавшимися налогами. Местные ремесленники оказывались зачастую вынуждены свернуть производство.

Решение внутренних проблем неизменно сопровождалось необходимостью поиска выхода из внешнеполитических тупиков. Тактика балансирования давала лишь кратковременные плоды: предоставив Венеции значительные налоговые преференции, ромейской державе удалось расколоть антивизантийскую коалицию, но это же осложнило положение горожан. Перспектива войны с союзом западноевропейских государств, предполагавшим восстановление Латинской империи, подтолкнула Михаила к переговорам с папством на предмет заключения унии. Лионское соглашение 1274 г., казалось, гарантировало греческой стороне мирное урегулирование противоречий с Западом. Однако известие об унии с Римско-католической церковью породило недовольство как духовенства, так и простого народа. Ситуация усугублялась тем, что Византия оказалась вовлечена в «торговую войну», разгоревшуюся между Венецией и Генуей за господство на Черном и Средиземном морях.

Распад тюркского Иконийского султаната также сказался на расстановке сил на геополитической карте региона. Таким образом, в конце XIII в. держава ромеев была ослаблена не только внутренне (за счет понижения уровня жизни и благосостояния населения, рассеивания земельных ресурсов и истощения финансовых), но и внешне — ее границы постоянно осаждали болгарские и сербские войска. Кроме того, значительные области Малой Азии находились под властью османских султанов. В течение 1303–1305 гг. состоявшие на службе у василевса каталонские наемники безуспешно пытались вытеснить турок. В результате сами каталонцы, воспользовавшись политической нестабильностью, разорили Южную Македонию, Фессалию и Фракию и установили контроль над Афинским герцогством.

Правительство Андроника II (1282–1328) не справилось с комплексом проблем, обостривших социальный раскол внутри страны и возбудивших оппозицию. Когда к власти пришел Андроник III (Младший), то вместе с ним утвердилась аристократическая партия, возглавляемая Иоанном Кантакузином. Появление на сцене представителя одного из крупнейших аристократических родов Фракии определило ход развития империи на многие годы: в период малолетства императора Иоанна V Палеолога Иоанн Кантакузин исполнял функции регента, а фактически был главой государства. С 1341 г. власть находилась в его руках, и это вызывало несогласие матери Иоанна V Анны Савойской. Поддерживаемая константинопольской знатью, она организовала против Кантакузина заговор, обрушив репрессии на его соратников. Фактически в лице Анны Савойской (а также ее сподвижника Алексея Апокавка) и Иоанна VI Кантакузина (1341–1354) столкнулись столичная и провинциальная аристократии, пытавшиеся разделить сферы влияния и сосредоточить в своих руках все рычаги управления государством. Очень метко данную ситуацию характеризовал Никифор Григора: «… весь род ромеев раскололся на две части в каждом городе и каждой деревне». Очевидно, что от противоборства группировок знати страдал простой люд. В итоге последовательно разразилась череда восстаний, направленных на низложение местных властей.