ЗАВОЕВАТЕЛЬНЫЙ ПУТЬ ПОЛИТОГЕНЕЗА (кочевники и земледельцы)

ЗАВОЕВАТЕЛЬНЫЙ ПУТЬ ПОЛИТОГЕНЕЗА (кочевники и земледельцы)

Еще один вариант возникновения государственности был связан с переселением кочевников на территорию земледельческого государства и завоеванием местного населения. Он многократно встречался в Средние века в различных регионах Евразии. Данные империи трудно уже относить к кочевым, так как они быстро эволюционировали по пути превращения в комплексное земледельческо-городское государство с крупным скотоводческим укладом. В Европе таким путем возникли аварская, болгарская и венгерская державы.

В истории Китая период IV–VI вв. получил название «эпохи 16 государств пяти варварских племен». Пять племен, о которых уже говорилось выше, — это хунну, сяньби, цяны, цзе и ди — кочевые и скотоводческие народы, вторгшиеся на китайскую равнину из Синьцзяна, монгольских степей и из Маньчжурии. Самым крупным из этих образований была империя Северная Вэй (Тоба Вэй).

Примерно в это же время происходили завоевания эфталитов в Средней Азии, которые частично осели на захваченных территориях, а частично перешли к паразитическому существованию за счет завоеванных народов. Уйгуры после разгрома кыргызами в середине IX в. переселились в Турфанский оазис, где осели и стали развиваться как скотоводческо-земледельческое общество. Схожим путем происходило становление империй сельджуков и караханидов, Дунайской и Волжской Болгарии, государства Ильханов в Иране.

Имеет смысл проиллюстрировать данный вариант политогенеза на примере киданьской империи Ляо (907-1125) и чжурчжэньского государства Цзинь (1115–1234). Кидани — это полукочевой народ, проживавший на территории Маньчжурии и внутренней Монголии. В период господства каганатов тюркоязычных кочевников они являлись их вассалами. Когда Уйгурский каганат был уничтожен кыргызами и чуть позже погибла империя Тан, кидани получили шанс стать политическими лидерами в регионе.

Это совпало с усилением власти вождя киданьской конфедерации восьми племен Елюя Абаоцзи. У киданей существовал обычай, согласно которому через определенный срок вождь конфедерации должен был сменяться. Когда срок правления Абаоцзи истек, он собрал всех вождей на праздничный пир и вероломно убил. После этого он объявил себя единоличным правителем и напал на несколько небольших государств, образовавшихся на обломках Танской империи. Киданьская держава получила название Ляо («Железная»). Следующий этап — уничтожение бохайской государственности в 926 г., начало завоевания территории Северного Китая, затем войны против династии Сун.

На протяжении многих лет держава киданей была основана на эксплуатации соседних государств. Данничество и вымогаемые от китайских государств «подарки» приносили огромную прибыль. После подписания договора в 1005 г. Сунская династия согласилась выплачивать ежегодно Ляо 100 тыс. лян серебра и 200 тыс. кусков шелка. После военной кампании 1042 г. выплаты были увеличены до 200 тыс. лян и до 300 тыс. кусков шелка. Длительное время эти доходы оставляли основу бюджета экономики империи.

В империи Ляо скотоводы-кочевники кидани («ядро-метрополия») составляли пятую часть населения (750 тыс. чел.). Кроме них, в состав империи входили земледельцы: китайцы (более половины населения — 2 млн 400 тыс. чел.), бохайцы (450 тыс. чел.), некиданьские («варварские» скотоводческие и охотничьи народы — 200 тыс. чел.). Общая численность населения державы составляла 3 млн 800 тыс. чел.

По мере включения в состав империи значительных земледельческих территорий появилась потребность создания более сложного управленческого механизма. Догосударственные институты управления конфедерации «восьми племен» киданей не были приспособлены для управления сложной экономикой земледельческой цивилизации с ее многочисленными городами. В 947 г. в империи Ляо была создана дуальная система администрации, разделенная на северную и южную части. Северная администрация считалась по рангу выше Южной. Она возглавлялась «северным канцлером», который назначался из представителей кланов Елюй и Сяо. В его компетенцию входил контроль за киданями — титульным этносом многонационального государства.

Полностью повторили киданьский пример чжурчжэни в XII в. Так, начиная с X в., стали называть происходившие от хэйгиуй мохэ племена, расселившиеся по территории Северной Маньчжурии и на опустевших после киданьского завоевания бохайских землях. Во второй половине XI в. начался процесс консолидации чжурчжэней. Это привело к войне против господствовавших в тот период на Дальнем Востоке киданей и к провозглашению в 1115 г. «Золотой империи» чжурчжэней (кит. Цзинь).

В период расцвета чжурчжэньская империя занимала Маньчжурию, южную часть Дальнего Востока современной России, часть Северной Кореи и большую часть территории Северного Китая. Численность населения Цзинь в начале XIII в. составляла более 53 млн чел., из которых чжурчжэни составляли около 10 %, тогда как китайцы не менее 83 %. В империи Цзинь существовала система пяти столиц (как в Бохае и в Ляо).

Подобно киданям, чжурчжэни практиковали стратегию требования подарков от южносунского Китая. Пользуясь своим военным преимуществом, они постепенно увеличили сумму выплат почти в пять раз и довели до 1 млн связок монет. Разовые контрибуции были еще больше. Только в 1127 г. чжурчжэни получили от Сун 1 млн лян золота, 10 млн слитков серебра, 10 млн кусков шелка и 10 млн кусков тканей.

Для управления завоеванными территориями чжурчжэни воспользовались дуальным принципом управления и созданными киданями институтами. Однако позднее в 1133–1134 гг. дуальная система управления была преобразована в единый общегосударственный бюрократический аппарат. Многое было заимствовано от китайской бюрократической системы. Основу составляли шесть «министерств»: общественных работ, юстиции, финансов, церемоний, чинов и военных дел. Кроме этого, были созданы государственный совет, государственная канцелярия и государственный секретариат, военный совет, цензорат, несколько палат и консультативные органы при императоре.

Большинство чиновников в Цзинь составляли китайцы. Однако высшие должности занимались чжурчжэнями. Удельный вес китайцев в высших эшелонах бюрократического аппарата постепенно увеличивался, правда, так и не достиг даже половины. Заимствованная из Китая система экзаменов подверглась преобразованию таким образом, чтобы фильтрация китайцев происходила жестче. Чжурчжэням было гораздо проще достичь степени цзиньши, чем китайцам. Кроме этого, чжурчжэни могли получить должность по наследству или по протекции. Из числа китайцев более льготные условия создавались для бывших подданных Ляо — «северян» (ханьэр), чем для «южан» (наньжэнь) сунцев.

В результате сложных аккультурационных процессов сложилась полиэтническая социальная структура чжурчжэньской империи. Во главе находился император и его многочисленные родственники. Они были крупнейшими владельцами собственности и занимали большинство главных постов в государственном аппарате. Далее располагалась чжурчжэньская аристократия. Ее представители, обладая значительным богатством, служили опорой государства. Ниже находились племенные вожди и, наконец, рядовые чжурчжэни. Последние составляли опору армии, занимались земледелием, скотоводством, охотой и ремеслом.

Из представителей нечжурчжэньских народов в империи высокое общественное положение имели китайские чиновники и крупные землевладельцы. Положение китайских ремесленников, торговцев и крестьян было хуже. На них лежали основные тяготы налогов и повинностей. Еще тяжелее было положение казенных и частных рабов.

В целом, для всех государств завоевательной модели были характерны следующие тенденции. Среди завоевателей усиливалось социальное расслоение. Если ранее во время войны все представители «варварского» общества, включая элиту и бедняков, имели право на долю добычи, то после того как с покоренных народов стали взимать твердые налоги, обогащалась только знать и ее окружение.

С течением времени завоеватели усваивали культуру побежденных. Они одевались в одежды побежденных, перенимали их этикет и письменность, либо создавали свое письмо (как кидани и чжурчжэни). Строились крупные города с пышными дворцами и храмами, где селились королевский двор и чиновники (иногда, как в болгарской Плиске, на первых порах кочевники жили в соответствии со своими обычаями в юртах). Города становились центрами ремесленного производства, торговли, идеологии и своеобразной полиэтничной культуры. Происходило смешение культур, складывались синкретичные формы религии.

Поскольку так называемые «варварские» институты власти были, как правило, предгосударственными, они не были приспособлены для управления экономикой земледельческого общества с многочисленными городами. Это приводило к усложнению органов управления, созданию бюрократического аппарата из завоеванного населения. Нередко для поддержания порядка на подчиненных землях создавались специальные военные поселения.