Приложение

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Приложение

Сухопутная армия Германии

К осени 1939 года Германия имела сухопутную армию, состоявшую из 39 пехотных дивизий, 3 горно-егерских дивизий, 5 танковых дивизий, 4 легких дивизий, 1 кавалерийской дивизии.

Это была, без сомнения, весьма внушительная сила, если принять во внимание, что создавалась она в течение менее 6 лет и что ее основой были всего-навсего 7 пехотных и 3 кавалерийские дивизии рейхсвера, а также 6 австрийских бригад, вошедших в германскую армию в 1938 году. Помимо вышеуказанных 52 крупных соединений, было сформировано много дивизионных частей и подразделений и большое количество корпусных частей и частей резерва главного командования (артиллерия РГК, части связи, инженерные и другие специальные части).

В случае войны армия мирного времени должна была служить основой для стратегического развертывания сил. Кроме того, существовавшие в мирное время учебные подразделения должны были получить некоторые незначительные контингенты за счет соединений первой очереди и составить ядро формирования других войск РГК и 51 дивизии второй, третьей и четвертой очередей (исключительно пехотные дивизии).

Положения Версальского договора относительно оснащения стотысячного рейхсвера оказали положительное влияние на вооружение сухопутной армии в том смысле, что при строительстве новой армии не было нужды использовать устаревшую технику.

Соединения первой очереди были оснащены почти сплошь новейшей техникой, поэтому они имели перед соединениями сухопутных армий других европейских государств то преимущество, что располагали более высоким по качеству и, что очень важно, однотипным вооружением.

Правда, того небольшого периода времени, которое имелось в распоряжении немцев до начала войны, оказалось недостаточно, чтобы подготовить однотипное современное вооружение и для дивизий других очередей. Пришлось использовать наряду с незначительными запасами австрийской армии вооружение, полученное после роспуска чехословацкой армии. Обусловленные этим трудности со снабжением войск требовали особо тщательной подготовки, которая, правда, была детской игрой в сравнении с проблемами, возникшими в ходе войны, когда немецкой армии было предоставлено оружие и снаряжение почти всех европейских государств.

Подготовка личного состава рейхсвера была весьма тщательной и серьезной, и это создало хорошую основу для быстрого увеличения численности офицерского и унтер-офицерского состава новой немецкой армии.

Наряду с большим количеством способных унтер-офицеров, имевших опыт воспитания и обучения солдат стотысячной армии и произведенных затем в офицеры, немцы располагали определенным числом профессиональных солдат, а это давало возможность укомплектовать новые соединения достаточным количеством первоклассных унтер-офицеров. Благодаря усилиям этих унтер-офицеров в новую армию были перенесены и основные традиции воспитания и обучения войск, существовавшие в старой армии. В результате качество войск нисколько не снизилось даже в условиях постоянного разбавления их необученными контингентами.

Менее благоприятными были условия для увеличения офицерского состава. Значительное количество офицеров сухопутной армии рейхсвера, особенно молодых возрастов, перешло в военно-воздушные силы. Подготовка достаточного резерва молодых офицеров требовала, однако, затраты большого количества времени, на которую политическое руководство пойти не могло. Само собой разумеется, что здесь возникало много трудностей, вынуждавших прибегать к различным временным мерам и импровизациям, которые не всегда являлись удовлетворительными.

Несмотря на это, те уроки в области тактики и оперативного искусства, которые уже были извлечены руководством сухопутной армии рейхсвера из опыта Первой мировой войны, сделались все же достоянием значительно увеличившегося офицерского корпуса. Эти уроки принципиально отличались от тех выводов, которые были сделаны, в частности, Францией из позиционной войны и войны техники 1916–1918 годов и состояли в том, что решения исхода битвы и войны надо искать в маневренных операциях, опираясь на тесное взаимодействие авиации с наземными войсками, в частности с танковыми и моторизованными.

Всякому, кто знаком с необычайно сложным и многообразным инструментом, какой представляет собой оснащенное современными средствами борьбы войсковое соединение, станет ясно, что требования, предъявлявшиеся боевыми действиями к командирам всех степеней, не всегда могли быть полностью выполнены всеми представителями сильно разросшегося офицерского корпуса. Тот факт, что после трений, возникших в первый период войны, и особенно после того, как с окончанием Польской кампании стало возможно еще раз улучшить качество боевой подготовки войск и использовать только что полученный боевой опыт, все соединения сумели доказать в войне против Франции свое превосходство над ее вооруженными силами, считавшимися до сих пор самыми мощными в Европе, свидетельствует о той здоровой основе, на которой, несмотря на всю поспешность строительства, была создана сухопутная армия Германии.

Качество и боевые возможности немецких войск удивили не только стороннего наблюдателя, но и собственное командование, которое с большим опасением приступило к выполнению поставленной ему государственным руководством задачи по ведению молниеносной войны против Запада. Поразительно быстрый разгром Франции создал в Европе такую обстановку, на которую командование не смело и рассчитывать. Поэтому, вероятно, оно и не провело более широких подготовительных мер, необходимых для использования этой обстановки.

Организация высших органов управления германских вооруженных сил во Второй мировой войне

К началу Второй мировой войны Германия имела такие высшие военные органы управления, которые по своей организации, с теоретической точки зрения, можно было считать идеальными и во всех отношениях современными.

Во главе всех вооруженных сил стоял главнокомандующий вооруженными силами. Единственное исключение составляли вначале войска СС. Однако когда Гитлер после ухода в отставку фельдмаршала фон Бломберга в феврале 1938 года сам стал главнокомандующим, то, разумеется, было устранено и это неудобство. В качестве штаба верховный главнокомандующий имел ОКВ.

Верховному главнокомандующему подчинялись все три вида вооруженных сил: сухопутная армия, военно-воздушные силы и военно-морской флот, во главе которых стояли свои главнокомандующие и которые являлись самостоятельными и равноправными составными частями вооруженных сил.

Взаимодействие между видами вооруженных сил обеспечивалось соответствующими директивами верховного главнокомандующего, то есть Гитлера. В различных областях, в частности в области вооружения и административного управления, была установлена так называемая система ответственности, сводившаяся к тому, что один вид вооруженных сил в целях экономии кадров и материальных средств отвечал за обеспечение всех вооруженных сил необходимыми общими видами вооружений и ведал административными вопросами, касавшимися всех видов вооруженных сил.

В результате того, что в одном лице были соединены верховный главнокомандующий и глава государства, существовала возможность быстрого и оперативного использования в интересах военного руководства всех невоенных, но важных для ведения тотальной войны государственных органов.

Сколь идеальной ни представлялась внешне организация военного руководства, однако уже вскоре после начала войны стало ясно, что в ней имеются крупные недостатки. Лично вмешиваясь в военное руководство, все больше беря на себя ответственность за других и постоянно пользуясь аппаратом военного руководства, Гитлер настолько увяз в мелочах чисто тактического порядка, что утратил необходимую для главы государства способность выделять главное и не находил больше ни покоя, ни времени для того, чтобы заниматься проблемами внутреннего руководства государством. От этого метода, конечно, страдало и само военное руководство, так как обусловленные каждым конкретным изменением обстановки специфические оперативные вопросы все больше и больше заслоняли собой перспективы общего стратегического руководства.

Кроме того, применявшийся Гитлером все откровеннее тезис о разделении ответственности и стремление к тому, чтобы никто из его помощников не сосредоточивал в своих руках слишком большой власти, все более подрывали работоспособность центральных военных органов управления. Главнокомандующие видами вооруженных сил, подчиненные непосредственно Гитлеру, часто использовали свои личные отношения с ним в целях удовлетворения своекорыстных требований, не считаясь с тем, какие проблемы выдвигала война в целом. Вследствие того, что между Гитлером и главнокомандующим ВВС Герингом, а во второй половине войны до некоторой степени и главнокомандующим ВМС Деницем существовали самые тесные отношения, заявки этих главнокомандующих ввиду отсутствия авторитетного и беспристрастного советника часто удовлетворялись в ущерб сухопутной армии.

Когда Гитлер после увольнения фельдмаршала фон Браухича (1941 год) принял и командование сухопутной армией, то в результате этого, с одной стороны, правда, стали лучше учитываться требования сухопутной армии, но, с другой стороны, оказался еще более нарушенным четкий порядок подчиненности в вооруженных силах. Следствием того факта, что Гитлер, будучи верховным главнокомандующим, одновременно был и своим собственным начальником, явилось еще большее ухудшение и без того уже недостаточного руководства вооруженными силами в целом. К тому же надо добавить, что как раз именно в период, когда общая обстановка требовала исключительного сосредоточения сил и централизации управления войсками, ОКВ, ведавший оперативными вопросами в рамках всех вооруженных сил, стал все больше и больше вовлекаться в оперативное руководство сухопутной армией. Поэтому круг задач по ведению развернувшейся на огромных пространствах коалиционной войны со всеми ее оперативными, военно-политическими, военно-экономическими вопросами и вопросами снабжения войск, круг задач, значение которых в связи с постоянным расширением войны все время возрастало, все больше отступал на задний план перед узкоограниченными задачами по руководству боевыми действиями на изъятых из ведения главного командования сухопутной армии театрах военных действий (Финляндия, Норвегия, Дания, Голландия, Бельгия, Франция, Северная Африка, Италия и Балканы). Из- за этого между генеральным штабом сухопутной армии и главным штабом вооруженных сил возникли такие же трения, какие существовали в Первую мировую войну между главным командованием сухопутной армии и главным командованием Восточного фронта.

Остро ощущавшееся отсутствие у Гитлера ответственного советника по вопросам, касавшимся всех вооруженных сил, обусловленный развитием событий параллелизм и соперничество обоих штабов в оперативном руководстве действующей армией, не всегда ясное разграничение командной власти и порядка подчиненности при совместных действиях различных видов вооруженных сил, а также вмешательство органов государственной власти и партийных организаций в военно-политические вопросы на оккупированных территориях, в организацию военной промышленности и частично даже в вопросы, касающиеся личного состава и руководства самими вооруженными силами, все более затрудняли ясное и четкое управление войсками.

К этому добавлялось еще и то ненормальное положение, что всякое авторитетное управление в Германии начиналось и кончалось Гитлером. В работе подчиненных лиц и учреждений он насаждал такую практику, когда в результате неясного разграничения сфер ответственности одни и те же задачи часто выполняли самые различные учреждения. Он ожидал, что вызванное этим соперничество заставит людей работать с максимальным напряжением сил. Но вместо этого много энергии, как правило, затрачивалось на бесполезную борьбу, которая шла между инстанциями, чувствовавшими себя ответственными за ту или иную задачу, и часто проделывалось много пустой и безответственной работы, так как несколько инстанций, не ставя друг друга даже в известность, планировали использование людей и техники для достижения одной и той же цели.

Следствием этого организационного хаоса, рожденного неприязнью Гитлера к экспертам, и хаоса в управлении войсками являлось то, что почти все сколько-нибудь важные вопросы, которые при четкой организации безо всякого труда могли быть решены соответствующими министрами, нужно было докладывать для решения самому Гитлеру. В результате Гитлер снова сверх меры загружался решением проблем второстепенного значения; однако этим он хотел доказать своим сотрудникам, что только он один в состоянии управлять механизмом государственного аппарата. И, наконец, только так называемый «приказ фюрера» мог быть серьезно рассмотрен и выполнен соответствующими инстанциями.

Сосредоточение всех вопросов государственного руководства в руках одного человека привело в конце концов к тому, что в военном руководстве, как и в других важных областях, стал одерживать верх образ мышления, все больше и больше отдалявшийся от реальной стратегической и оперативной обстановки. Гитлер же не обращал внимания на все предложения его ответственных советников и полагал, что он может следовать своим необоснованным планам и мечтам, не учитывая действительного развития обстановки. Его все более покидало чувство меры, которое заставляет повиноваться фактам даже самую твердую волю.

Только в том случае, если читатель при изучении операций Второй мировой войны будет постоянно иметь в виду особенности организации высших органов немецкого военного руководства и то влияние, которое Гитлер лично оказывал на принятие оперативных, а иногда даже и тактических решений, он сможет объективно оценить подвиг немецкого военного командования и войск. До тех пор, пока политическое руководство в своих требованиях, по крайней мере в основных вопросах, учитывало мнение военных советников, перед войсками ставились задачи, выполнение которых лежало в рамках возможного (Польская кампания, Норвегия, Западная кампания 1940 года). С того же момента, когда политическое руководство стало ставить вооруженным силам задачи, превосходившие возможности войск (война с Россией), а Гитлер попытался компенсировать этот недостаток еще большим вмешательством в военное руководство, стратегические и оперативные принципы оказались полностью нарушенными, что, разумеется, не могло не привести немцев к крупным неудачам. Политические, экономические и пропагандистские соображения, равно как и стремление сохранить свой престиж, привели к таким неудачным операциям, как наступление под Киевом, наступление на Кавказе, оборона Туниса, окружение в районе Фалеза, эвакуация Крыма, наступление в Арденнах и другие, которые можно понять только как следствие распада немецких высших органов управления, начавшегося еще зимой 1941–1942 года.

Личный состав немецких ВВС в 1941 году

1941 год имел для исхода войны особое значение: именно в этом году начались военные действия на два фронта, что в Первую мировую войну привело Германию к поражению. Все командные инстанции, трезво оценивавшие обстановку, всячески старались воспрепятствовать возникновению второго фронта. Однако требовавшая больших людских жертв война с Россией была начата, и притом в такой момент, когда вопрос о резервах начинал приобретать исключительную остроту.

21 мая 1935 года в Германии была вновь введена всеобщая воинская повинность. Сначала срок действительной службы равнялся одному году, а с 1936 года он был продлен до 2 лет. Непосредственно призыв в вооруженные силы распространялся только на лиц рождения 1914 года и моложе. Иначе говоря, в армию призывались как раз те возрастные контингенты, численность которых была сильно снижена уменьшением рождаемости во время Первой мировой войны. Люди, родившиеся в период с 1901 по 1913 год включительно, на действительную службу не брались, образуя так называемый эрзац-резерв (запас призывников). Обучение данных контингентов проводилось по мере возможности в форме краткосрочных сборов. Более длительную подготовку наладить было нельзя в связи с недостатком учебных помещений, отсутствием достаточного количества квалифицированных инструкторов и преподавателей, а также в связи с потребностями промышленности и других отраслей хозяйства в рабочей силе. По этим причинам из указанных контингентов подготовку прошла только весьма незначительная часть.

Ограниченная численность так называемых «контингентов военного времени» (рождения 1915–1918 годов) вскоре вынудила немецкое руководство начать призыв на действительную службу еще более молодых возрастных контингентов, так как без этого нельзя было обеспечить приход в вооруженные силы достаточного количества новобранцев. Однако численность более молодых возрастных контингентов оказалась значительно сокращенной, поскольку еще раньше из их состава в те или иные войсковые части поступило значительное количество добровольцев.

До начала войны удалось полностью обучить и уволить в запас только два контингента; кроме того, небольшая часть людей рождения 1901–1913 годов прошла краткосрочные территориальные сборы.

Для развертывания многочисленной армии военного времени указанных сил было недостаточно. С началом войны на военную службу было призвано 1,2 млн. человек рождения 1900 года и старше, в том числе — значительное количество участников Первой мировой войны. После увеличения сети учебных частей стало проводиться усиленное обучение контингентов рождения 1901–1913 годов, а также лиц, подлежавших очередному призыву на военную службу. Чаще всего проводимая подготовка ограничивалась трехмесячным сроком, причем в ходе войны и этот срок пришлось сократить.

До 1940–1941 годов требования ВВС и других видов вооруженных сил на людские ресурсы для пополнения и формирования частей в основном еще удавалось удовлетворять, однако уже в 1940 году со стороны командных инстанций армии, флота и авиации были отмечены первые нарекания по поводу недостаточного количества и качества приходивших в войска пополнений. В письменном отношении, датированном 14 октября 1941 года и подписанном начальником ПВО страны, который в тот период ведал в главном штабе ВВС вопросами комплектования, говорилось следующее:

«Еще год тому назад начальник ПВО страны в неоднократных устных указаниях, а также в своем письменном распоряжении от 13 ноября 1940 года обращал внимание на положение с комплектованием ВВС и вооруженных сил в целом, подчеркивая серьезность положения и необходимость экономного распределения личного состава.

В 1941 году положение с пополнением еще более обострилось. Почти весь имевшийся эрзац-резерв уже призван на военную службу».

На 4 августа того же года общая численность военнослужащих немецких вооруженных сил составляла 7331 тыс. человек, которые распределялись следующим образом:

Сухопутные войска…5 200 000

ВВС…1 570 000

ВМС…421 000

Войска CC…140 000

Число военнообязанных рождения 1897–1923 годов, которые к этому времени еще не были призваны в вооруженные силы, равнялось 9875 тыс. человек. По категориям они распределялись следующим образом:

Забронированные в гражданском секторе…5 518 000

Непригодные к военной службе…3 374 000

Еще не призванный эрзац-резерв…983 000

Только что упомянутый эрзац-резерв состоял из следующих возрастных групп:

Рождения 1897–1899 гг…163 000

1900–1909 гг…47 000

1910–1921 гг…25 000

1922 г…367 000

1923 г…381 000

При этом необходимо пояснить, что эрзац-резерв рождения 1922 года был зарегистрирован в качестве такового только осенью 1941 года и мог быть призван в армию лишь в 1942 году. Эрзац-резерв рождения 1923 года должен был пройти обучение только весной 1942 года, поэтому на его использование можно было рассчитывать лишь в конце 1942 года.

Изменение численности ВВС до 1941 года видно из приводимой ниже таблицы (в тыс. человек).

Средняя ежегодная потребность немецких ВВС в пополнениях составляла примерно 500 000 человек; это было связано главным образом с увеличением количества зенитной артиллерии и войск связи ВВС.

Начиная с 1941 года недостаток людских ресурсов ограничивал возможность проведения плановых и внеплановых формирований. Военно-воздушные силы и в особенности зенитно-артиллерийские части были вынуждены все шире использовать так называемый «подручный персонал», то есть физически неполноценных и пожилых людей, учеников средних школ (начиная с 15-летнего возраста), добровольцев из числа военнопленных (особенно советских). Несколько позднее в ВВС стали привлекаться и женщины. Для возмещения растущих потерь приходилось пополнять фронтовые части за счет ослабления войсковых частей, находившихся на спокойных фронтах, а убывших оттуда заменять «подручным персоналом». Последнее мероприятие вело к дальнейшему снижению боеспособности тех частей, которые уже находились на фронтах.

Таблица 1

Развитие событий на фронтах в 1941 году и большая потребность в людских ресурсах побудили немецкое верховное главнокомандование взять с 1942 года дело распределения новых контингентов в свое непосредственное ведение и проводить его с учетом действительных потребностей. До этого времени в вооруженных силах действовали следующие, заранее установленные процентные нормы распределения людских ресурсов между отдельными видами вооруженных сил (в %):

Сухопутные войска…63,0

BBC…24,0

BMC…10,2

Войска CC…2,8

До 1941 года количество выделявшегося в распоряжение ВВС личного состава было более или менее достаточным; теперь же оно не покрывало даже текущих потребностей. Общая военная обстановка и распространение войны на территорию почти всей Европы вынуждали командование ВВС увеличить количество зенитно-артиллерийских частей, а потребность в улучшении технического оснащения заставляла расширять и войска связи ВВС. Летные части не встречали до самого конца войны никаких особых трудностей с пополнением, поскольку имевшаяся потребность обычно перекрывалась с избытком притоком добровольцев. К тому же темпы развертывания авиации не были такими высокими, как это наблюдалось в остальных составных частях ВВС. Более того, к концу войны из- за недостатка в самолетах, и в особенности бомбардировочных, численность авиации начала сильно снижаться.

Война с Россией стала для немецких вооруженных сил постоянным источником растущих потребностей в пополнении людьми. До начала похода в Россию потери Германии в живой силе были ограниченны. Теперь же они все больше и больше давали о себе знать. Появилась потребность в увеличении и охранно-этапных войск как для оккупированных областей России, так и для других районов.

Эффективность действий немецкой авиации снизилась почти на всех фронтах из-за недостатка самолетов нужных образцов; параллельно происходило и падение влияния ВВС среди других видов вооруженных сил, а значит, и соответственное уменьшение авторитета Геринга. На практике это проявилось в первую очередь в том, что органы, ведавшие комплектованием и пополнением, а также само верховное главнокомандование все настойчивее требовали от ВВС передачи другим видам вооруженных сил солдат молодых возрастов, которые, по их мнению, использовались в ВВС недостаточно полно. Было решено пойти навстречу этим требованиям и вместе с тем доставить удовлетворение Гитлеру, который уделял совершенно особое внимание потребностям Восточного фронта. По специальному приказу Геринга было начато формирование так называемых «авиаполевых дивизий» общей численностью примерно в 220 тыс. человек. Эти дивизии, предназначенные для использования в качестве пехоты на Восточном фронте, продолжали числиться за своим видом вооруженных сил, напоминая в этом отношении дивизии «Ваффен-СС»[13]. Своим непосредственным участием в боях «авиаполевые дивизии» должны были облегчить положение немцев на Восточном фронте и тем самым увеличить вклад ВВС в дело достижения победы над Россией.

Одна «авиаполевая дивизия» была создана на Восточном фронте еще зимой 1941/42 года, когда было приостановлено немецкое наступление под Москвой и на многих других участках фронта возникло угрожающее положение. В этот период первые «авиаполевые» части еще комплектовались по принципу добровольности. Люди, шедшие в первые «авиаполевые полки», были, как правило, отличными солдатами, обладавшими высоким боевым духом. Хуже обстояло дело с командным составом: большинство офицеров и унтер-офицеров не имело почти никакого понятия о ведении наземного боя, и лишь немногие из них располагали боевым опытом настоящей войны.

Начиная с осени 1942 года по требованию органов комплектования в ВВС были проведены мероприятия по высвобождению значительного количества людей, пригодных для непосредственного участия в боях. Вместо них в ВВС были присланы молодежь допризывного возраста, женщины, а также волонтеры из числа военнопленных. Выпущенное по этому поводу «Воззвание рейхсмаршала Геринга» придавало уходу выделенных людей в «авиаполевые дивизии» видимость добровольности. Указанное «Воззвание» безоговорочно выполнялось всеми служебными инстанциями ВВС вплоть до высших штабов, хотя при этом и возникали законные сомнения. Все пригодные для фронта солдаты рождения 1906 года и моложе (независимо от наличия специальной подготовки), находившиеся в частях ВВС на всех остальных (кроме русского) театрах военных действий, передавались этими частями в «авиаполевые дивизии» на основании добровольных рапортов самих военнослужащих. Данное мероприятие коснулось главным образом зенитной артиллерии и частей аэродромного обслуживания.

В «авиаполевые дивизии» были выделены самые лучшие солдаты и самое лучшее вооружение. Среди переданных было много молодых людей, которые в условиях мирного времени отбывали бы еще срок действительной службы. Однако у этих новых формирований не было таких командиров, которые имели бы достаточный опыт наземного боя или хотя бы соответствующую общевойсковую подготовку. Этот недостаток был характерен для всей массы офицерского и унтер-офицерского состава «авиаполевых дивизий», за исключением некоторой части командного состава, прибывшего из зенитной артиллерии. Несмотря на охватывавшее людей воодушевление, было невозможно ожидать, чтобы за короткое время, предоставленное для формирования «авиаполевых дивизий», офицеры, годами работавшие за письменным столом в штабах или же в наземных службах авиационных баз, успели набрать знаний, нужных пехотинцу, и передать их своим подчиненным. Было бы гораздо целесообразнее перевести весь этот ценный человеческий материал целиком и полностью в непосредственное распоряжение сухопутных войск. Однако Геринг решительно воспротивился этому.

Зимой 1942–1943 года на Северском Донце и на Дону для немцев сложилось угрожающее положение. Вопреки имевшимся принципиальным указаниям первые две «авиаполевые дивизии» были спешно переброшены на самолетах к угрожаемому участку фронта и сразу же введены в ожесточеннейшие оборонительные бои. Отдельные подразделения «авиаполевых дивизий» сражались отлично, однако в целом такое боевое использование было не по плечу подобным соединениям, в результате чего они несли тяжелые потери.

«Авиаполевые дивизии», сформированные в дальнейшем, сначала использовались для действий во Франции, Бельгии, Норвегии и Греции с тем, чтобы несколько улучшить их боевую подготовку. Однако в 1943 и в особенности в 1944 годах всем «авиаполевым дивизиям» пришлось участвовать в самых ожесточенных боях, показывая на своем примере, насколько пагубен недостаточный уровень боевой подготовки, даже при наличии прекрасного личного состава и хорошего вооружения.

Использование «авиаполевых дивизий» в 1942–1943 годах в наземных боях явилось бессмысленной растратой квалифицированных кадров ВВС, которая не принесла вместе с тем никакого существенного облегчения войскам Восточного фронта. Военно-воздушные силы Германии, в особенности зенитная артиллерия, служба связи и части аэродромного обслуживания, лишились многих специалистов, убыль которых возместить было не так легко. Так, например, зенитная артиллерия потеряла большое количество дальномерщиков, прибористов и оружейных техников; она лишилась также ряда офицеров, на подготовку которых было затрачено много времени и средств и которые отбирались в зенитную артиллерию при наличии у них определенных интеллектуальных и физических данных. Откомандирование людей молодых возрастов в «авиаполевые дивизии» явилось одной из причин значительного снижения боевой эффективности ВВС, которое наблюдалось с 1941–1942 годов.

Методы создания «авиаполевых дивизий» были затем использованы и при расширении так называемых «воздушно-десантных войск». В наземных сражениях в Италии и России погибло значительное количество парашютистов и других специалистов ВДВ, а между тем эти войска после операции в мае 1941 года по захвату Крита ни разу не были использованы по назначению, продолжая, однако, числиться в составе ВВС.

Остатки «авиаполевых дивизий» были в 1943 году полностью и окончательно переданы в состав сухопутных войск.

Авиационные, то есть непосредственно летные, соединения были затронуты описанными выше мероприятиями только в части обеспечивающих их действия наземных служб. При расформировании бомбардировочных соединений, которое было начато в 1943 году, из личного состава авиации были произведены некоторые изъятия; однако в основном все дело свелось к тому, что летчики-бомбардировщики были переучены на летчиков-истребителей.

До начала войны с Россией Гитлер обещал военно-воздушным силам, что «по окончании Восточного похода» из состава сухопутных войск будет высвобождено примерно 500 тыс. человек, которые дадут возможность усилить производство авиационного вооружения и снова развернуть войну против Англии. Однако это обещание повисло в воздухе, более того, на практике выходило так, что ВВС все время ослаблялись ради усиления сухопутных войск. Выполнение данного Гитлером обещания с самого начала вызывало немало законных сомнений. В качестве подтверждения этого можно, например, привести следующую выдержку из циркуляра «начальника ПВО страны» от 14 октября 1941 года, в которой говорится:

«После окончания или приостановки операций на Востоке можно ожидать улучшения положения с комплектованием ВВС в связи с уменьшением численности сухопутных войск и передачей части личного состава из наземной армии в военно-воздушные силы. Однако надо заранее предостеречь себя от преувеличенных надежд, так как на освобождаемые людские ресурсы уже претендует военная промышленность».

После 1941 года оказалось, что сделанные в свое время обещания невыполнимы. Война оказалась ненасытным Молохом, непрерывно поглощавшим людские ресурсы Германии.

Может вызвать удивление, что в 1941 году из 9 млн. 875 тыс. военнообязанных 5 млн. 518 тыс. человек имели бронь, то есть были по тем или иным причинам освобождены от военной службы. В качестве объяснения этого можно привести выдержку из речи Геринга, произнесенной им 24 октября 1939 года на совещании инспекторов по комплектованию вооруженных сил. Выступая в качестве лица, возглавлявшего выполнение так называемого «четырехлетнего плана», Геринг тогда сказал:

«Каждая страна, вступающая в современную войну, понимает и должна понимать, что она может отдать фронту только часть своего мужского населения и что она должна в качестве первоочередной предпосылки для всего остального обеспечить работу военной промышленности и продовольственного сектора. Каждая страна, участвующая в современной войне, должна суметь установить определенное равновесие между потребностями фронта и тыла. Было бы величайшей ошибкой с нашей стороны, если бы мы направили все свои усилия на выполнение требований фронта, не учитывая важность тыла».

Таблица 2

ШТАТНАЯ ЧИСЛЕННОСТЬ НЕМЕЦКИХ ВВС (в тыс.) (с учетом авиации, зенитной артиллерии, войск связи ВВС и т. д.)

Таблица 3

ПОТЕРИ В ЛИЧНОМ СОСТАВЕ НЕМЕЦКИХ ВВС[14](только летный состав)

Таблица 4

ПОТЕРИ В САМОЛЕТАХ (учтены повреждения от 10-процентного до полного уничтожения самолета)

Таблица 5

ИЗМЕНЕНИЕ ПРОЦЕНТА БОЕСПОСОБНЫХ САМОЛЕТОВ[15]В 1938–1944 гг.

Таблица 6

СВЕДЕНИЯ О ЧИСЛЕННОСТИ НЕМЕЦКОЙ ИСТРЕБИТЕЛЬНОЙ АВИАЦИИ НА ВСЕХ ФРОНТАХ (КРОМЕ ПВО СТРАНЫ)

Таблица 7

СВЕДЕНИЯ О ЧИСЛЕННОСТИ НЕМЕЦКОЙ ИСТРЕБИТЕЛЬНОЙ АВИАЦИИ, ДЕЙСТВОВАВШЕЙ В СОСТАВЕ ПВО СТРАНЫ

Таблица 8

НЕМЕЦКАЯ ЗЕНИТНАЯ АРТИЛЛЕРИЯ (состав зенитно-артиллерийских частей, находившихся в 1940–1944 гг. в пределах Германии и на отдельных театрах военных действий)

ЛИЧНЫЙ СОСТАВ ЗЕНИТНОЙ АРТИЛЛЕРИИ (С УЧЕТОМ ВСЕХ ЧАСТЕЙ, ДЕЙСТВОВАВШИХ НА ФРОНТАХ И В ПВО СТРАНЫ), В ТЫС. ЧЕЛОВЕК

Таблица 9

НАИВЫСШИЙ МЕСЯЧНЫЙ РАСХОД ЗЕНИТНО-АРТИЛЛЕРИЙСКИХ СНАРЯДОВ