4.11. Ростовщики как главные рабовладельцы современного капитализма

4.11. Ростовщики как главные рабовладельцы современного капитализма

В рамках современной национальной экономики выстраивается трехуровневая система создания и распределения общественного продукта, которая включает в себя:

Первый уровень — уровень, на котором работники создают богатство, продукт труда. На этом уровне находится подавляющая часть населения страны, выступающего в качестве наемных работников, занятых в разных отраслях экономики: сельском хозяйстве, промышленности, сфере услуг.

Второй уровень — уровень, на котором работодатели присваивают часть продукта труда (богатства), созданного наемными работниками. Это работодатели, которым принадлежит производительный капитал (средства производства) и которые представляют «капитал-функцию» (производительные капиталисты). На этом уровне происходит «первичный передел» продукта труда.

Третий уровень — уровень, на котором происходит присвоение части продукта труда, оставшегося после «первичного передела» как у наемных работников, так и работодателей (производительных капиталистов). Это присвоение в пользу тех лиц, которые представляют «капитал-собственность». Мы уже выше говорили, что этими лицами являются ростовщики, владеющие денежным капиталом. На этом уровне происходит «вторичный передел» продукта труда. Мы выше достаточно подробно описали механизм «вторичного передела». Здесь мы лишь отметим, что «вторичный передел» выступает в двух основных формах:

а) «постоянный передел» (как непрерывный процесс); «постоянный передел» представляет собой присвоение нового продукта труда, создаваемого наемным работником (настоящего труда);

б) «периодический передел» как регулярно повторяющиеся «экспроприации» или «конфискации» продукта труда; подобного рода «экспроприации» представляют собой присвоение накопленных продуктов труда (прошлого труда).

Примером «постоянного передела» является уплата населением «инфляционного налога» в пользу ростовщиков или оплата потребителями ростовщических процентов, включенных в цены товаров и услуг. Примером «экспроприации» являются банковские кризисы, во время которых вкладчики (физические лица) теряют свои средства в банках. А во время экономических кризисов происходят банкротства компаний реального сектора экономики, и производительные капиталисты теряют свои капиталы.

Таким образом, в результате переделов — постоянных и разовых — в руках денежных капиталистов сосредотачивается наибольшая часть вновь создаваемых продуктов труда (новый труд), а в конечном счете — и ранее созданных продуктов труда (прошлый труд). Таким образом, ростовщики в капиталистическом обществе оказываются главными трудовладельцами.

Трехуровневая система создания и распределения общественного продукта сложилась еще на этапе становления капитализма. При переходе капитализма в стадию зрелости и тем более на позднем этапе его развития произошли существенные изменения в этой системе. В частности, на втором уровне производительные капиталисты стали терять свое значение. Денежные капиталисты посредством различных финансовых технологий добивались установления прямого контроля над компаниями реального сектора экономики. Такое сращивание третьего и второго уровней капиталистической экономики при определяющей роли третьего уровня Р. Гильфердинг назвал процессом создания «финансового капитала». Во времена К. Маркса между капиталом-собственностью и капиталом-функцией сохранялась определенная «дистанция»; некоторая автономность капитала-функции придавала капитализму динамизм, создавала иллюзию того, что капитализм обладает созидающим потенциалом. Но превращение промышленного капитализма в финансовый дало основание многим ученым и политикам конца XIX — начала XX вв. говорить о том, что капитализм стал «загнивающим» и «вступил в свою последнюю стадию». Сегодня, в начале XXI века, «загнивающий» характер капитализма особенно очевиден: денежные капиталисты превратили компании реального сектора экономики из средств производства нужных обществу товаров в банальный инструмент биржевой игры. Компании — лишь «игральные карты», которые денежные капиталисты раскладывают на «зеленых игровых столах», называемых «финансовыми рынками».

Мы уже говорили о том, что после Второй мировой войны и особенно в последние десятилетия, когда началось бурное развитие финансовых рынков, доля финансового сектора в прибылях всего бизнеса резко возросла. Накануне последнего кризиса в США она достигла в годовом исчислении 40%, а в отдельные месяцы даже превышала планку 70%. Эти цифры впечатляют, особенно если учитывать, что доля финансового сектора в создании ВВП, по данным американской статистики, находится на уровне 20%, а доля в общей численности занятых — несколько процентов. Но мы еще раз хотим подчеркнуть: сегодня «финансовые результаты» денежных капиталистов не определяются только теми цифрами, которые отражаются в финансовых отчетах банков, страховых компаний, других частных финансовых организаций.

Мы имеем дело с финансовым капиталом, который раскинул свои щупальца на все отрасли экономики, — промышленное производство, строительство и операции с недвижимостью, торговлю, сферу услуг, сельское хозяйство. Значительная часть прибылей денежных капиталистов отражается в цифрах финансовых отчетов компаний, находящихся за пределами финансового сектора экономики.

Кроме того, денежные капиталисты раскинули свои щупальца не только в пределах отдельных национальных экономик, но и по всему миру. У многих денежных капиталистов основная часть операций находится за пределами национальных границ тех государств, где расположены штаб-квартиры банков и других финансовых институтов, принадлежащих этим ростовщикам. Соответственно, гигантские прибыли ростовщиков оседают на счетах зарубежных филиалов и дочерних структур.

Наконец следует иметь в виду, что многие финансовые результаты ростовщиков вообще нигде не «высвечиваются». Они пользуются оффшорными зонами, где «оседает» подавляющая часть финансовых результатов ростовщиков. Они также укрываются за вывесками так называемых «благотворительных фондов», которые выступают в качестве своеобразных «внутренних» оффшоров западных стран.

Наконец даже те прибыли, которые фиксируются в финансовой отчетности банков и подконтрольных ростовщикам структур, из «виртуальной» формы (безналичные деньги) превращаются в весьма твердые активы — недвижимость, природные ресурсы, драгоценные металлы и др.

Забегая несколько вперед, отметим, что сегодня система производства и распределения общественного продукта из трехуровневой превратилась в четырехуровневую. К началу XXI века почти все страны оказались составной частью мировой империи (Pax Americana), и их экономики превращаются в составные части глобальной экономики.

Четвертый уровень — наднациональный. На этом уровне находится всего несколько мировых ростовщиков, которые концентрируют в своих руках все те богатства, которые создавались и перераспределялись на первых трех уровнях. Это именно мировые ростовщики, по отношению к которым все остальные ростовщики выступают в роли «просто» ростовщиков, или «рядовых» ростовщиков[274].

Достаточно условно можно оценить, что совокупная численность ростовщиков, а также ассоциированных с ними представителей бизнеса (вместе с членами семей) во всем мире не превышает 1% населения Земли. На этот 1% населения приходится около 99% мирового богатства[275]. Ядро этой группы — мировые ростовщики. Число таких мировых ростовщиков, по разным оценкам, не превышает несколько сотен[276]. Всего 258 миллиардеров владеют таким же богатством, как почти всё население Земли[277].