6

6

Теперь обратим наш проницательный взор на тяжелый французский танк. У танка B-1 немцы сохранили название, а B-Ibis назвали B-2. Если читать откровения заокеанского доброжелателя, то предстает нечто весьма мощное. У нашего KB – одна 76-мм пушка, а у грозного француза одна пушка почти такого же калибра – 75-мм, еще одна – 47-мм и еще огнемет. И броня у француза 60-мм не только лобовая, но и вся остальная.

Тут бы нам еще и мощь двигателя сообщили. Но заокеанский открыватель почему-то умолчал. И на фотографию танка полюбоваться бы, но и ее «Красная звезда» публиковать не стала. А ведь лучше один раз увидеть сие чудо французской техники, чем сто раз услышать заокеанские трели.

Потому сами раздобудем изображение изучаемого объекта. И оценим его.

Что видим?

Видим прежде всего допотопную ходовую часть, явно унаследованную от танков Первой мировой войны. И неудивительно. После той войны Франция почивала на лаврах. Ее маршалы были провозглашены национальными героями. Их авторитет сияющей верхушкой пронзил облака.

В том беда и заключалась.

Генералы-победители всегда готовятся не к грядущей войне, а к прошлой. Причем не торопясь. С 1918 года во Франции шло согласование требований к будущему танку. Требования эти были окончательно согласованы со всеми заинтересованными инстанциями лишь в 1927 году. Но это вовсе не значит, что требования отражали прогрессивные взгляды 1927 года. Они отражали взгляды 1917 года.

Что в 1917 году мешало французским стратегам разгромить германскую армию? Мешали пулеметы. Что нужно в будущем? Нужна машина, которая будет идти прямо на пулемет и в упор его расстреляет, открывая путь своей пехоте.

Так и порешили. По виду этот танк больше всего напоминает первые британские танки: гусеницы охватывают корпус. Разница в том, что французы на свое чудо приладили сверху небольшую башню, о которой речь впереди.

Что еще видим?

Видим штампованные траки «подушками». Сцепление с грунтом минимальное. На подъемах и спусках танк скользил, на мягком грунте буксовал.

Обратим внимание на заклепки. На этом внимание читающей публики не заостряю. Кто понимает, оценит.

Что еще?

Еще очень странное расположение вооружения: 75-мм пушка с очень коротким стволом не в башне, а в лобовой части корпуса. А над ней – небольшая башня с 47-мм пушкой и пулеметом. Длина ствола 47-мм пушки – 34 калибра: восторгаться нечем.

Недостатком всех французских танков, включая и этот, была тесная башня на одного человека. Он и командир, он и наводчик, он и заряжающий. И швец, и жнец. В советском самом устаревшем Т-26, вооруженном 45-мм пушкой, за полем боя ведут наблюдение двое: наводчик – постоянно, командир – отвлекаясь на заряжание. А во всех французских танках – в башне один человек: стрельнул и следи, куда снаряд полетел. Потом отвернись от прицела, заряди орудие и снова в прицел смотри, соображай, что изменилось, пока ты отвернулся. В советском танке наводчик не отвлекается на заряжание. Пока снаряд летит к цели, наводчик уже готов произвести следующий выстрел.

Во французском танке в башне сидел командир танка. Он не только стрелял из 47-мм пушки и пулемета, но ему, как командиру, еще приходилось давать указание главному орудию, установленному в корпусе. Если же он еще и командир подразделения, то ему надо было и вверенным подразделением руководить.

Но и это не все. Пулемет в башне не был спарен с пушкой. В самом устаревшем Т-26 пушка и пулемет в едином блоке – нажал на одну кнопку, шарахнул из пушки, на другую – из пулемета. А тут пулемет зачем-то перемещался на 10° влево и на 10° вправо относительно ствола 47-мм пушки. Зачем это, если все равно башня на все 360° крутится?

В советских Т-28 и Т-35 пулемет тоже был установлен независимо от пушки. Но ведь в тех башнях по три человека. На пулемете работал специально на то посаженный боец. Так что пушка и пулемет могли вести огонь одновременно по одной или по разным целям.

А во французской башне один человек должен был крутить башню, а потом еще и пулемет доворачивать в разные стороны. Зачем усложнять и без того предельно сложную машину?

Этот шедевр военной техники имел еще одну странную особенность: главная пушка калибром 75 мм могла стрелять только вперед. У этого орудия уж очень короткий ствол – 17 калибров. Это даже хуже, чем на немецких танках. Там пушка тоже 75-мм, но длиной 24 калибра. Если немецкую называли обрубком и окурком, то как прикажете эту красавицу величать?

Но не тут конец диковинкам. Изюминка вот где: наводчик главной пушки имел подъемный механизм, а поворотного не имел.

И как же быть? Для этого был предусмотрен сложнейший механизм наведения пушки всем корпусом танка. Наводчик наводил по вертикали с помощью подъемного механизма, а водитель – по горизонтали с помощью рулевого колеса, разворачивая весь танк на цель.

После Второй мировой войны шведы осуществили подобную идею на своем танке; там и по вертикали, и по горизонтали наведение осуществлялось всем корпусом танка. Но сделано это было на основе технологии 1960-х годов. Дальнейшего развития такая система не получила.

Французы строили свои танки на фундаменте технологии 1920-х годов. Из этого ничего не получилось.

Если бы французский танк B-1 появился в ходе Первой мировой войны, то цены бы ему не было. И никаких проблем с боевым применением: водитель держит курс прямо на стреляющий вражеский пулемет, а наводчику остается только довернуть по вертикали. Стреляем почти в упор, почти себе под ноги.

Но во Второй мировой войне появилось множество более важных и опасных целей. Главная – вражеский танк. Противнику надо только башню повернуть, а неуклюжему французу надо развернуться всем корпусом. Да и от этого толку мало: короткий ствол плюс сложный способ наведения делали невозможной прицельную стрельбу на более или менее значительные дистанции.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >