178

178

…никем же гонимы…— Эта формула неоднократно употребляется в русских летописях, и для русских историков, видимо, стала устойчивым словосочетанием в значении «отступить во избежание сражения». Менее очевидны, однако, символические параллели, проводимые при ее употреблении Ульяновым. Например, она содержится в свидетельстве об обороне Троице-Сергиевой лавры во времена польско-литовской интервенции (а именно, в 1610 г.), поддержанной запорожскими и донскими казаками: «И генваря в 12 день гетман Сопега и Лисовский со всеми польскими и литовскими людьми и с русскими изменники побегоша к Дмитрову, никем же гонимы, но десницею Божиею» (Сказание Авраама Палицына // «Изборник» (Сборник произведений литературы древней Руси. М., 1969. С. 507). (Ян Пётр Сапега снял осаду лавры и без боя отступил ввиду подхода новых русских отрядов.) Восходит же это выражение, по-видимому, к «Летописной повести о Куликовской битве», варианты которой относятся к XV—XVI вв. Узнав об исходе Куликовской битвы, «Ягайло со всею силою литовскою побеже назад со многою скоростию, никим же гоним» (Полное собрание русских летописей. Т. 6. СПб., 1853. С. 96).