Авторы из Летувы

Авторы из Летувы

Историки Республики Летува (Я. Зутис, М. Ючас и другие) в определенном смысле своей тенденциозностью превзошли даже поляков. Я имею в виду тот факт, что они любые упоминания о литвинах в тексте Длугоша трактуют исключительно как свидетельства о «литовцах» в современном смысле термина (то есть, подразумевают под ними жамойтов — предков летувисов). А когда здесь же Длугош пишет о жамойтах, то оказывается, что он снова имел в виду «литовцев». Выходит, что польский хронист называл жамойтов двумя разными названиями. Но зачем?

Латинское слово «Lituani» следует переводить как «литвин», а не «литовец» или «летувис». Наглядный пример — книга писателя середины XVI века Михалона Литвина «О нравах татар, литвинов и московитов». На латыни: «Michalonis Lituani. De moribus tartarorum, lituanorum et moschorum». Российские и летувисские историки переводят это название как «О нравах татар, литовцев и москвитян» — но псевдоним автора (им был Венцеслав Миколаевич) почему-то не переводят как «Литовец». Где логика?

Уже один только этот факт доказывает, что нынешнее слово «литовец» не соответствует тем литвинам, о которых писали Ян Длугош и Михалон Литвин. Они писали о беларусах, которых тогда называли литвинами, а не о нынешних «литовцах», фигурирующих у них как «samagitarum» — самогиты (жамойты на латыни).

Еще одно доказательство — «Сказание о Мамаевом побоище» (ок. 1425 г.) и поэма «Задонщина» (ок. 1470 г.), где воинов из Полоцка именуют «славными литовцами». А жамойтов в московских летописях XV-XVI веков называли исключительно «жмудинами» — но никак не «литовцами».

О беларусах авторы из Летувы упоминают — в отличие от россиян и поляков. Дескать, беларусы принимали участие в битве. Но они были дикарями, одетыми в звериные шкуры и вооруженными каменными топорами. Они служили жамойтским рыцарям: копья им подавали, ноги лошадей оберегали от вражеских мечей, спины ими прикрывали…

На самом деле все было с точностью до наоборот: это жамойты тогда воевали каменными топорами, у них не было письменности, они были язычники, жили в землянках в чащах лесов или в хижинах на болотах, не имели городов. И не было у них никаких рыцарей — воинов в стальных доспехах на лошадях, укрытых кольчужными попонами. Ни о каких стальных мечах и топорах, шлемах, панцирях и кольчугах у жамойтов не могло быть и речи. А беларуские оружейники все это производили серийно.

И еще. Тевтонцы в то время воевали с восставшими в очередной раз жамойтами, последним было не до участия в генеральных сражениях. Речь шла о защите своих поселений, семей, скота, одним словом, о выживании. Вот почему в войске ВКЛ было всего лишь три хоругви жамойтов.

Победа при Грюнвальде — это победа в несопоставимо большей степени литвинов (беларусов), чем жамойтов (летувисов), которых в войске ВКЛ было всего три хоругви, причем только одной из них командовал жамойтский воевода Яунис.

Жамойты стали подданными великого князя Литвы лишь в 1422 году. Специально для того, чтобы подчеркнуть свое отличие от литвинов, они вытребовали у Витовта особое название для своей Жамойтии (Великое Княжество Литовское и Жамойтское). Но, не имея никакого отношения ни к образованию ВКЛ, ни к его развитию в первые 170 лет существования, современные летувисы вместе с нашей древней столицей (Вильней) и гербом (Погоней) присвоили и выдающиеся события нашей истории.

В отличие от беларуских властей и большой части рядовых граждан Беларуси, которым история своих предков что называется «до лампочки», они ценят то, что украли. Например, свою лучшую баскетбольную команду летувисы еще в советское время назвали «Жальгирис», что на их языке означает «зеленый лес» — дословный перевод слова Грюнвальд. Они и тогда гордились победой под Грюнвальдом - Жальгирисом. А мы?


Следующая глава >>