К вопросу о решениях бюро{78}

К вопросу о решениях бюро{78}

Сегодня, в понедельник 2 (15) декабря, стало известно – пока еще из краткой телеграммы – вчерашнее решение Бюро по русским делам. Плеханов письменно заявил об отставке, т. е. сам подал в отставку.

OK (ликвидаторское руководящее учреждение){79} аффилиирован, т. е. получил право представительства в Бюро.

(По этому поводу надо заметить, что не только самые оппортунистические партии, но даже полу партийные рабочие организации аффилиируются по уставу. Аффилиированы самые оппортунистические группы англичан; следовательно, нельзя было помешать и аффилиации ОК.)

Что же получилось в итоге? То, что Плеханова вытеснили ликвидаторы! Если ликвидаторы попробуют торжествовать по этому поводу, то им надо ответить: Лицемерные сторонники единства. Гг. ликвидаторы добились того, что они оказались вместо Плеханова. Таков фактический результат. Пусть же судят все рабочие вообще и рабочие меньшевики в особенности, искренне ли добиваются ликвидаторы единства? не заменили ли бы искренние сторонники единства себя Плехановым? Неужели, в самом деле, найдется наивный человек, способный поверить, что замена Плеханова ликвидатором есть шаг к единству, а не прочь от единства?

На всякий случай могу рекомендовать редакции такую заметку на случай, если ликвидаторы выступили с каким-нибудь глупым ликованием. Можно будет добавить еще (впоследствии), что аффилиировавшись, окисты (= ликвидаторы) взяли на себя обязательство стать целым, т. е. партией. Вероятно, открытой партией, господа? Поживем, увидим!

Наконец «объединение поручено экзекутиву» – так гласит телеграмма. Это значит, что исполнительному комитету Бюро (= Вандервельд + Бертран + Ансель + секретарь Гюисманс) поручено принять меры или сделать шаги в направлении воссоздания единства.

Видимо (или вероятно), это сделано без упрека нам. Тогда это вполне приемлемо для нас. Надо сказать, что всегда и безусловно исполнительный комитет Бюро обязан заботиться об единстве и еще два года назад секретарь Бюро, Гюисманс, письменно советовался с Лениным о том, какие шаги предпринять для шагов к единству. Следовательно, поручение экзекутиву (= исполнительному бюро) вполне приемлемо, повторяю, для нас, и возможные кривотолки ликвидаторов были бы просто ложью.

Относительно семерки и шестерки ничего в телеграмме не сказано. Но из письма известно, что в начале заседания Бюро при перекличке был назван ликвидатор. Тогда наш представитель заявил, что его шестерка не выбирала, на что Гюисманс ответил разъяснением устава, в силу которого представляется (от парламентских социалистических фракций) исключительно большинство независимо от его партийной принадлежности. Вероятно, поэтому, что так и осталось: ликвидатор один от семерки или восьмерки. Если таков устав (что будет нами проверено; пока нельзя было не удовлетвориться официальным разъяснением устава Бюро секретарем Бюро в официальном заседании), то мы хорошо сделали, что не тратили зря сил и «не вылезали», не ездили, не требовали. Практического значения это не имеет. Печатать об этом неудобно. Если ликвидаторы станут ликовать, – мы им ответим опять: лицемерные сторонники единства, нарушители воли большинства сознательных рабочих.

В итоге вышло, значит, так, как писано раньше.

Из письма нашего представителя видно еще, что ликвидаторы агитировали Каутского (который был от немцев), чтобы была назначена комиссия по вопросу о единстве. Каутский же порицал Розу Люксембург за нападки на Ленина и находил, что из-за границы ничего не сделаешь; надо, чтобы русские рабочие потребовали единства.

Подождем подтверждения этих слов. Мы именно за единство по воле большинства сознательных рабочих России.

Таково положение дела по сведениям, имеющимся в данное время.

Написано 2 (15) декабря 1913 г.

Впервые напечатано в 1948 г. в 4 издании Сочинений В. И. Ленина, том 19

Печатается по рукописи