Гергебиль – аул-крепость (исторические вехи)

Гергебиль – аул-крепость (исторические вехи)

З.Б. Ибрагимова

Селение Гергебиль (ныне административный центр одноименного района) расположено в Нагорном Дагестане в дельте реки Казикумухское Койсу (у места её слияния с Каракой-су – бассейн реки Сулак), в 104 км к юго-западу от республиканского центра – г. Махачкалы. Гергебиль граничит с такими крупными селениями, как Хаджалмахи (ныне Левашинского р-на РД), Кикуни, Хвартикуни, Аймаки, Кудутль и Могох (ныне Гергебильского р-на). Корни их социально-экономических, этнокультурных и политических связей уходят в глубину веков. Коренное население Гергебиля – аварцы, представители самой крупной по численности народности Дагестана.

Согласно местным преданиям, современный Гергебиль возник в результате объединения шестнадцати тухумов (родственных групп), проживавших на территории Гергебильской равнины: Баарбакхулал (БагIарбакълъулал), Жар-жаби, Адмаардисел (АдмагIардисел[13]), Хоркамаардисел (ГьоркъамагIардисел), Пахлисел (Пахълисел), Хашкулал (ХъашкIулал), Инхулал (ГIинхъулал), Барбарал, Мухтарилал, Бакдакурмисел (Бакъдакурмисел), Хундакурмисел (Хьундакурмисел), Бахтурисел (БахIтIурисел), к ним относились Лачимиласулал, Ручнисел, а также проживавшие в ущелье Маххил кал (Маххил кIал) по правую и левую стороны.

Поселение тухума Баарбакхулал находилось на месте, называемом современными гергебильцами Чунта росу (ЧIунта росу – развалившееся селение). Название тухум получил благодаря цвету камня, из которого строили свои жилища его представители (авар. яз. багIараб – красный). Согласно преданию, этот тухум являлся довольно-таки зажиточным. Находясь на вершине холма у берега речки Аймакинки, это селение имело наиболее выгодное стратегическое расположение (относительная недосягаемость для врагов, возможность обзора окружающей местности, так, например, проход из Аймакинского ущелья с возвышенности виден, как на ладони).

Постепенно по тем или иным причинам остальные тухумы, рассеянные по Гергебильской долине, присоединились к тухуму Баарбакхулал. Так поступил и тухум, изначально поселившийся на возвышенности Пахлиб (Пахълиб) – пригорке горы Зуберха. При осмотре местности с высоты Зуберхи этот пригорок своей формой напоминает кучу (авар. яз. Пахъ – куча, лепешка), что, по свидетельству старожилов, и легло в основу наименования местности, а также названия тухума, располагавшегося здесь. Согласно местному преданию, этот тухум в основном занимался скотоводством и вполне преуспевал в этом, но лишь до прихода татаро-монголов, которые, обосновавшись поблизости (окрестности современного с. Аймаки ныне Гергебильского р-на), обложили их налогом. Чтобы освободиться от уплаты дани, Пахлисел, оставив свое поселение, в свою очередь присоединились к тухуму Баарбакхулал.

Тухумы Хундакурмисел и Бакдакурмисел располагались в местности Курми (ныне окрестности современного п. Курми, Гергебильской ГЭС), Хундакурмисел – на теневой стороне, а Бакдакурмисел соответственно – на солнечной.

Современный Гергебиль

Тухум Инкулал до присоединения к Баарбакхулал населял местность Раци майдан. Здесь гергебильцы до недавнего времени добывали глину для заделывания каменных стен своих жилищ (авар. яз. рации – замазывание, заделка).

Тухумы Адмаардисел и Хоркамаардисел изначально обосновались на горах Адмеэр и Хоркамеэр (Верхняя гора и Нижняя гора).

К основателям тухума Барбарал легенда относит газиев (борцов за веру), которые построили крепость и охраняли один из проходов через Гергебиль в местности Дебатль. До сих пор в Гергебиле этот род – один из почитаемых.

До наших дней сохранились остатки поселения тухума Хаш-кулал в местности Арада Абухна (авар. яз. Арада АбухIна – В конце Абухна) – окрестности современных гергебильских садов у подножья горы Хунда (Хьунда мегIер). Ущелье рядом с этим поселением гергебильцы называют Ростал кал (авар. яз. РостIал кIал – ущелье села), гора же Хунда получила своё название благодаря тому, что её склоны постоянно закрыты тенью (авар. яз. хьунлъи – теневая сторона), снег весной здесь тает в последнюю очередь. Своё название этот тухум, согласно рассказам старожилов, получил благодаря изобиловавшему хворосту (авар. яз. хъашкIи – хворост) в местности поселения, да и в настоящее время здесь произрастают довольно-таки густые заросли кустарников.

Согласно преданию, представители тухума Жар-жаби (проживавшие в местности Натаб) латеральную аффрикату лъ [тл] литературного аварского языка произносили как хь. Местность, где расположились Баарбакхулал, они называли Хьарде гали, на современном аварском языке это бы звучало как Лъарде гали (Шаг на речку). Вот почему, как утверждают старожилы села, после слияния тухумов место поселения стало называться Харгали (Хьаргали), постепенно название трансформировалось в Харгаби (Хьаргаби), так в основном современные дагестанцы называют селение Гергебиль на своих родных языках. Однако с нашей точки зрения верна следующая этимология этого названия: Лъаргалиб от лъар – речка, либ – локатив[14], т. е. в переводе на русский язык «У речки», трансформировавшееся в дальнейшем в Хьаргаби.

В настоящее время известно множество тухумов, позже присоединившихся к гергебильскому открытому обществу. Среди них: переселившийся в Гергебиль во время имамата Шамиля даргинский тухум, состоявший из 20 семей, тухумы плененных во время походов на Грузию, а также тухумы Кушкандил и Ан-дули. Родоначальники последних двух – русские пленные времен Кавказской войны Константин и Анатолий. Сохранились развалины построенных ими мельниц. В частной книжной коллекции жителя Гергебиля Гаджи Ансарова хранится рукопись, переписанная в месяц шавваль 1313 г.х. (16 марта – 13 апреля 1895 г.) Мухаммадом сыном Куштанти ал-Каркаби (из с. Гергебиль). Таким образом, мы видим, что представители «пришлых» тухумов входили в состав сельского общества и наряду со всеми принимали участие в его жизни.

История объединения так называемых «основных тухумов» Гергебиля в настоящее время остается все еще малоизученной. Так, например, в ходе обработки материала, любезно предоставленного автору местными краеведами, любителями истории и их семьями (А.М. Амирханов, Б.М. Урдашев, М. Абдулкаримов), обнаружились некоторые несоответствия. Некоторые тухумы в одних источниках указываются как одни из первых, слившихся в одно село, а в других – как прибывшие извне, т. е. уже после объединения гергебильских поселений.

Местность Курми

Остатки большинства нами перечисленных ранних поселений в той или иной степени сохранились. Основной формой поселений является ступенчатая с горизонтальным расположением построек (судя по сохранившимся фундаментам), местонахождение – горный склон. Закономерен выбор расположения данных поселений на местности с благоприятными условиями для ведения хозяйственной деятельности, т. е. с наиболее рентабельным для землепашества и скотоводства рельефом, богатым составом почв и т. д. Таким образом, далеко не все гергебильские высоты в ходе хозяйственной деятельности использовались местным населением в полной мере. Более глубокое изучение остатков тухумных поселений представило бы огромный научный интерес при изучении богатой материальной культуры народов Дагестана.

Что касается поселения Харгаби, после объединения ставшего общим для всех тухумов Гергебильской долины, то оно в основном не отличалось от большинства аварских поселений, притом что их путь формирования в основном является общим для народов Дагестана (см.: Исламмагомедов А.И. Аварцы. Махачкала, 2002).

Относительно времени объединения мелких гергебильских тухумных поселений в один крупный населенный пункт, то опять-таки, основываясь на опыте известных дагестанских ученых-историков, можно утверждать, что это произошло приблизительно в X–XI вв. Так, к примеру, ведущий дагестанский этнограф, доктор исторических наук М.О. Османов в своих работах констатировал: «В XI–XIV вв. ослабление родовых (тухумных) отношений, изменение зональной хозяйственной специализации (когда в горах наметился крен к специализации на скотоводстве – с XIII–XIV вв.) и связанное с этим изменение структуры сельскохозяйственных угодий, соответственное перераспределение фондов угодий (в т. ч. по их назначению) повлекли разложение и угасание тухумных поселений и изменения типа расселения. Этот период с XI в. является одновременно и периодом возникновения сельской территориальной общины.

Среди местного населения существует предание, согласно которому в объединении мелких гергебильских поселений главную роль сыграл арабский полководец Абу Муслим. Как отмечал А.И. Исламмагомедов, такого рода предания существуют повсеместно в Дагестане. Он указывал на фактическую несостоятельность этой легенды, опираясь при этом на доводы профессора А.Р. Шихсаидова. Во введении к переводу анонимного арабоязычного сочинения о распространении ислама в Дагестане – «История Абу Муслима» А.Р. Шихсаидов раскрывает суть данного вопроса: «Абу Муслим, сыгравший выдающуюся роль в свержении династии Омейядов и приходе к власти Аббасидов в 750 г., в Дагестане не был. Абу Муслимом стали называть Масламу, арабского полководца, правителя Ирака и Хорасана, совершившего в 91/709-10 гг. и 113/731-32 гг. разорительные походы на территорию Дагестана». Далее выдвигается предположение, что «… начало Х в. – это время составления сочинения («История Абу Муслима». – З.И.), поскольку именно в этот период берут начало такие явления, как строительство мечетей, разукрупнение политической власти, рост значения отдельных селений, образование крупных населенных пунктов».

Основная причина объединения гергебильских тухумных поселений в одно крупное, на наш взгляд, была, скорее всего, общая для большинства дагестанских сел. Это необходимая мера для защиты от внешней агрессии.

Таким образом, на примере истории возникновения селения Гергебиль мы можем наблюдать процесс трансформации дагестанского небольшого родственного (тухумного) поселения в крупную сельскую территориальную общину.

Как уже было указано ранее, поселение Гергебиль, ставшее со временем общим для всех местных тухумов, располагалось на холме у берега речки Аймакинки (ГIаймакдерил лъар), перед проходом из Аймакинского ущелья (длина его 6 км, в средней части борта ущелья поднимаются над дном на высоту до 900 м). Ущелье богато множеством пещер, согласно воспоминаниям старожилов, две из них, расположенные недалеко от поселения, в давние времена служили убежищем. В случае угрозы нападения неприятеля на селение детей поднимали по круче и прятали в пещерах, причем девочек отдельно от мальчиков.

Вокруг селения на господствующих высотах находились сторожевые башни, также располагавшиеся на границах с соседними аулами. По преданию, в стародавние времена на гергебильских землях существовала своеобразная система оповещения об угрозе территориальной безопасности. В случае появления неприятеля в Гергебильской долине зажигались сигнальные огни, и местные жители узнавали об этом задолго до его приближения к самому селению. Существует предание, что селение было огорожено стеной, а на въезде в него стояли ворота, которые запирались на ночь и охранялись сторожами. Таким образом, в то время Гергебиль являлся селением с характерной для большинства горных поселений ступенчатой структурой и горизонтальным расположением построек по южным склонам горы, представлявшим собой своего рода оборонительный комплекс.

Приблизительно до конца XVIII в. относительно небольшой отрезок времени гергебильцы подчинялись Мехтулинскому хану, а затем присоединились к Койсубулинскому вольному обществу – одному из густонаселенных аварских союзов. По этому поводу сохранилось сообщение А.П. Щербачева: «Деревня Хергевиль, принадлежавшая прежде хану Мехтулинскому, в недавнем времени отклонилась от него и присоединилась к вольному Койсубулинскому обществу».

Однако Гергебиль все же находился в экономической зависимости от феодальных владетелей. Гергебиль, также как и другие села Койсубулинского союза: Кикуни, Балахани, Гимры, Унцукуль, Чирката, Харахи, Харачи, Орота, платили шамхалу Тарковскому за пользование горами. За позволение пасти скот каждые четыре года общество селения Гергебиль предоставляло по одному барану от двора.

Во времена имамата Шамиля земли Гергебиля и соседнего Кикуни, а также их окрестности относились к байтумалу (казне). Здесь произрастало много фруктовых деревьев и было много пашен, где сеяли кукурузу и другие культуры. Когда шел сбор урожая фруктов и зерна, управляющий байтумаллом Малла из Могоха отправлял основную часть имаму, но и у себя оставлял зерно в большом количестве, чтобы кормить лошадей имама, которые на зиму посылались к нему. На гергебильских землях в местности Уркасхуни (УркасхIуни) в то время занимались изготовлением пороха.

Находясь на пересечении путей между Мехтулинским и Аварским ханствами, а также между Койсубулинским обществом и Казикумухским ханством, т. е. на стратегически важном участке, этот аул представлял огромное значение для обеих воюющих сторон.

Осенью 1833 г. под руководством Клюки фон Клюгенау была реконструирована дорога между селениями Хаджалмахи и Гергебиль. В 1836 г. уже под руководством генерала Реута была также отремонтирована дорога, лежавшая через Аймакинское ущелье. Она открывала более короткий путь до города Темир-Хан-Шуры и тем самым являлась важнейшей артерией, связывавшей царские войска на равнине и в горах.

С целью восстановления прерванного в то время сообщения с Аварией в феврале 1842 г. под командованием генерала Фезе Гергебиль был занят царскими войсками. В «Истории Апшеронского полка» этот аул, представший перед русским отрядом, описывается следующим образом: «С рассветом 20-го числа отряд стал спускаться с горы Бахтуритау, недалеко от подножья которой расположен Гергебиль. Этот аул построен на конусообразной крутой скале, на которой амфитеатром стояло более 600 сакель. Жители и мюриды укрепили аул завалами и башнями; ряд завалов они устроили по гребню высоты, имевшей вид огромного вала, отделенного от Гергебиля с юго-восточной высоты глубоким оврагом – продолжением Аймакинского ущелья. Этот природный вал, вместе с завалами и башнями, совершенно преграждал доступ к аулу на пространстве от Бахтуритау до Казикумухского Койсу, а далее упирался в скалистый хребет горы Кулхи. Но неприятель не ограничился этими преградами: в 3,5 верстах впереди он выбрал весьма сильную позицию; она состояла из ряда отвесных скал, тянувшихся на расстоянии 2-х верст и упиравшихся флангами в глубокие пропасти; существовала только одна тропинка в центре этой позиции, она проходила по дну ущелья Мехикхан-Калт у (авар. яз. Магъилъан Klanmly от мггъ – пашня, сад; кIалтIу – проход, ворота. – З.И.), но и её горцы могли обстреливать перекрестным огнем».

Однако, несмотря на отчаянное сопротивление, под натиском неравных сил оборона Гергебиля, руководимая Магомед-Мирзой Карахским (из общества Карах, ныне Чародинского р-на РД), понеся огромные потери, пала. После взятия Гергебиля по распоряжению генерала Фезе здесь было построено укрепление, состоявшее из 3 оборонительных пунктов: «главное укрепление в садах, между Гергебилем и мостом через Казику-мухское Койсу – оно предназначалось для обстреливания аула; мостового укрепления на Казикумухском Койсу и такое же на Каракойсу Все три пункта соединялись крытыми ходами. Гарнизоном назначалась рота и два полевых орудия».

Во время Кавказской войны Гергебиль попеременно контролировался обеими противоборствующими сторонами, но наиболее важные сражения за это селение произошли в 1843, 1847 и 1848 гг. Подробное освещение событий, происходивших в то время, могло бы лечь в основу отдельного научного исследования, мы же в данной статье предпримем попытку вкратце осветить ход событий.

24 октября 1843 г. отряд мюридов с тремя орудиями, возглавляемый наибом Ке бед – Магомедом Телетлинским (из с. Телетль ныне Шамильского р-на РД) окружил укрепление, охраняемое гарнизоном майора Шаганова. Помощь гарнизону не прибыла ни со стороны князя Аргутинского, опасавшегося оставить без контроля неспокойные в то время Акушинское (ныне Акушинский р-он РД) и Цудахарское (ныне Левашинский р-он РД) общества, ни со стороны отрезанного от главных сил Аварского отряда генерала Пассека. Во время военного совета в отряде генерала Гурко, наблюдавшего картину военных действий с Кутишинских высот (с. Кутиша ныне Левашинского р-на РД), было принято решение «пожертвовать Гергебилем». После двенадцати дней осады крепость была взята горцами.

Проход в Аймакинское ущелье

Пещеры в Аймакинском ущелье (фото автора)

В июле 1844 г. не пострадавшее во время прошлогодних военных действий селение ожидала довольно-таки плачевная участь.

Вечером 23 июля 1844 г. солдаты одного из батальонов Апшеронского полка занесли внутрь горских сакель сухие дрова, солому и перед отходом войск, в полночь, подожгли Гергебиль, оставленный жителями селения.

Наступили 1845–1846 гг., относительно спокойные для гергебильцев. Оказавшись на время в стороне от театра военных действий, они занялись восстановлением своего селения. Но впереди их ожидали другие жестокие битвы.

Среди основных задач, возложенных на Дагестанский отряд главнокомандующим князем Воронцовым в 1847 г., являлось: «1)…наблюдение за горными обществами, лежавшими за Койсубулинским хребтом; 2) охранение края и сообщений между всеми пунктами Северного Дагестана и 3) содействие войскам Кумыкской плоскости в случае вторжения неприятеля…».

В то же время хорошо осведомленный о планах противника имам Шамиль, в свою очередь, тоже не бездействовал. Под его руководством началось тщательное укрепление аула Гергебиль – одного из основных плацдармов горцев.

Рассказ об обороне Гергебиля в 1847 г. невозможен без повествования о молодом наибе имама Шамиля – Идрисе Гергебильском. Согласно местным сказаниям, восемнадцатилетний Идрис вместе со своим отцом и старшим братом был участником ранней обороны Гергебиля. Во время одной из ожесточенных схваток погибли отец и брат Идриса. Чтобы сохранить единственного оставшегося в живых мужчину в семье, мюриды вывели его из боя в безопасное место. Скорее всего, речь идет о боях за Гергебиль в 1842–1843 гг. Таким образом, мы можем допустить, что в 1847 г. Идрису Гергебильскому было 23 года, хотя есть предположение, что ему тогда шел 25 год, впрочем, получившаяся разница, на наш взгляд, не является столь существенной. Можно сказать, что он родился предположительно в 1823–1824 г.

Итак, в 1847 г. работы по укреплению аула Гергебиль были организованы Идрисом Гергебильским. Устройством оборонительных сооружений руководил мастер Юсуп-хаджи, среди народа в то время он был известен, как Кала-хаджи (авар. яз. Хъала – крепость). Также среди нескольких сотен мюридов, прибывших на помощь в подготовительных работах, был и Джабраил Унцукульский (из с. Унцукуль, ныне административного центра одноименного р-на РД).

Гергебиль был обнесен каменной стеной, толщина которой достигала около 1 м, высота – 3 м, также были возведены пять боевых башен. Помимо этого, вдоль стен во многих местах были устроены траверсы (преграда из толщи земли для защиты при продольном обстреле) и блиндажи для защиты от навесного огня. Не считая крепких завалов и каменных укреплений с узкими бойницами и подземными ходами, была подготовлена многоярусная оборона: «волчьи ямы» и сакли с фальшивыми крышами, в которые должны были проваливаться нападавшие, а также резервуары для воды (один из них находился у башни перед Аймакинским ущельем).

Гергебиль. Гравюра Г. Гагарина. XIX в.

В Гергебиль, ставший крупным оборонительным комплексом, непрерывно прибывало подкрепление, к моменту наступления противника численность новоприбывших достигала около 1700 человек. Все дееспособное население было объявлено «гарнизоном» крепости, во главе которого был поставлен молодой Идрис Гергебильский. Старики, дети и имущество гергебильцев были отправлены в селения Кудутль (ныне Гергебильского р-на РД) и Аракани (ныне Унцукульского р-на РД).

Отряды мюридов были расположены в окрестностях гергебильских садов. В полную боевую готовность были приведены все близлежащие аулы. Сохранилось письмо Идриса Гергебильского, адресованное Кади-Мухаммаду из Маали (ныне селение Гергебильского р-на), Ашахану из Гоцатля (ныне селение Хунзахского р-на) и Малле из Могоха, в котором он призывает их «прибыть сюда со всеми своими людьми».

В начале мая 1847 г. царское командование в свою очередь начало претворять в жизнь намеченные планы. После прокладки дороги между селениями Буглен и Дженгутай (ныне Буйнакского р-на РД) через Охли (ныне Левашинского р-на РД) войска получили возможность выступить в поход.

10 мая отряд генерал-лейтенанта князя Бебутова, состоявший из двух Апшеронских батальонов, Дагестанского и Ширванского батальонов, разбил лагерь перед Гергебилем. После осмотра дороги к селению князь Бебутов пришел к заключению, что при тяжелом спуске орудий в случае отступления отряда подъем их станет невозможным. Для взятия Гергебиля были необходимы приготовления и довольно значительный запас артиллерийских снарядов, поэтому была организована коммуникация для подвоза подкрепления и продовольственных запасов. Затем отряд перешел в селение Хаджалмахи, откуда дорога в

Темир-Хан-Шуру была удобнее. Несмотря на постоянные нападения горцев, начались разработка дороги к Гергебилю и постройка моста в соседнем Ташкапуре (ныне Левашинского р-на РД). 1 июня Дагестанский отряд под командованием самого князя Воронцова выступил из Хаджалмахи и, подойдя к Гергебилю, расположился лагерем на высотах. Позже к нему присоединилась часть Самурского полка под командованием князя Аргутинского, который расположился вблизи гергебильских садов.

4 июня Воронцов принял решение начать штурм аула. Утром, ворвавшись через пробитую артиллерией брешь в южной стене укрепления, солдаты встретили за стеной «многочисленного неприятеля и совершенно непредвиденные препятствия» – те самые улицы из сакель с фальшивыми крышами. Солдаты проваливались в них и падали на кинжалы мюридов. С яростью бросились горцы на ворвавшихся в нижний Гергебильский квартал апшеронцев, все пошло в ход во время этой схватки – штыки, шашки, кинжалы и пистолеты. Такая же участь ожидала и атаковавших по лестницам с северного угла стены.

Объезжая позиции горцев, Идрис Гергебильский постоянно контролировал ситуацию, подбадривал горцев, следил за тем, чтобы разрушенные стены по возможности восстанавливались. В свою очередь, за всем происходящим с высоты горы Ипута наблюдал имам Шамиль. О том, что имам был доволен действиями своего ставленника, свидетельствуют полученные им награды. После первого же дня обороны Идрис получил желтую чалму наиба, орден и письмо, в котором имам поручал ему днем оборонять село, а ночью совершать нападения на противника. По ночам защитники Гергебиля, действительно, совершали вылазки, приводя в негодность штурмовые башни, а другая часть мюридов, засевших в густых гергебильских садах, беспрерывно обстреливали русский лагерь, угоняли лошадей и совершали другие диверсии.

После неоднократных злополучных атак, изумленный стойкостью горцев, князь Воронцов понял, что взятие аула возможно только при огромных потерях и что единственно возможный выход из сложившейся ситуации – это полное уничтожение его артиллерией. Но «…запас снарядов, казавшийся вполне достаточным, истощился, а подвоз новых требовал нескольких недель». К тому же холера, распространившаяся еще в начале похода в Дагестанском отряде, перешла на расположенный в гергебильских садах Самурский отряд. Что, в принципе, и спасло тыл русских войск от нападения сил Шамиля, намеревавшегося ударить по нему.

Карта осады Гергебиля

Но имам был предупрежден о разразившейся в лагере наместника эпидемии холеры и не стал рисковать, хорошо зная, что болезнь и без его помощи одолеет противника. Да и в самом ауле разнесся слух, что в источниках, откуда брали воду защитники крепости, тоже найдены трупы умерших от холеры. Схватки стали еще яростнее, так как защитники уже боролись не только с отрядами Воронцова, но и с наступающей к ним эпидемией.

Хотя, возможно, и холера, и исчерпанный запас снарядов были только оправданием позорного отступления, но, как бы то ни было, 6 и 7 июня была проведена завершающая мощная бомбардировка Гергебиля всеми оставшимися запасами снарядов. А 8 июня царские войска снялись с занимаемых позиций, оставив на обильно политой кровью земле трупы животных, пепел костров и брошенные осадные лестницы. Это была самоотверженная победа силы духа, мужества и героизма не только жителей Гергебиля, но и отдавших здесь свою жизнь горцев из самых разных уголков Дагестана и Чечни.

Прибывший имам Шамиль назначил награжденного им до этого серебряным знаком и орденом Идриса Гергебильского наибом всего Койсубулинского общества. Молодой наиб погиб во время другой жесточайшей битвы – обороны Салта (селение ныне Гунибского р-на РД).

Обозленный гергебильской неудачей, наместник Воронцов бросил все свои силы на этот опорный пункт противника. 15 сентября 1847 г., во время последнего штурма этого аула, прервалась столь непродолжительная жизнь смелого наиба Идриса. Известны две версии обстоятельств его гибели. По одной из них, боевые товарищи вынесли его с поля боя и похоронили на берегу реки. Позже была обнаружена могила с надгробием, на котором на арабском языке написано имя Идрис. Именно на эту могилу гергебильцы совершают зиярат, чтобы почтить память своего юного, героически погибшего односельчанина.

Но, согласно другой версии, Пирогов (1810–1881) ампутировал голову погибшего в ходе штурма Идриса. Как настоящий врач, по свидетельствам современников, Пирогов не делал различия между «своими» и «чужими», оказывая необходимую помощь всем, кто в ней нуждался, включая пленных горцев, найденных в руинах Салта. Но наиба Идриса спасти он не смог. Пирогов вернулся в Петербург с большим багажом. Ученые восторгались блестящими результатами его операцией с применением эфирного наркоза в боевых условиях. А обыватели толпились у анатомического театра, где был выставлен привезенный Пироговым необыкновенный трофей – череп убитого наиба Идриса. Правда, привез он его в совершенно иных целях – для изучения антропологического типа кавказских горцев.

На место Идриса Гергебильского имам Шамиль назначил койсубулинским наибом выходца из селения Чох, участника взятия Гергебиля в 1843 г. Закарью Нахибашева.

Вслед за селением Салта русское командование вновь обратило свои взоры на Гергебиль. В «Истории Апшеронского полка» раскрывается принципиальное значение этого выступления для царского командования: «… Уничтожение Гергебиля, представляющего из себя один из опорных пунктов при вторжениях неприятельских партий в наши пределы, являлось задачей первой важности; но самое главное – необходимо было поднять в горах престиж наш, пошатнувшийся вследствие испытанной неудачи. Правда, вскоре после того мы взяли Салты, но это обстоятельство нисколько не повлияло на умы горцев, гордых сознанием своего успеха под Гергебилем».

Предвидя скорый карательный удар по Гергебилю, имам Шамиль поручил наибу Хаджи-Мураду заняться подготовкой к отражению ожидаемого нападения, также он приказал выбрать позицию между Гергебилем и Кикуни и укрепить её. Такой позицией была выбрана одна из гергебильских гор – Ули (в русскоязычных источниках в основном название этой высоты дается как Улиаб, в данной же статье оно приводится согласно произношению местных жителей). Здесь был поставлен редут с крепостным орудием, а вокруг него 30 укрепленных сакель, в которые были заселены жители селения Кикуни, что вполне объяснимо, так как сами гергебильцы готовились к обороне своего аула. Гергебильская крепость (авар. яз. Хьергебдил хъала) была обнесена каменной стеной с оборонительной башней. Подъем к горе Ули был хорошо укреплен, проход к ней был только по одной тропинке. Также были проведены всевозможные восстановительные работы в самом полуразрушенном Гергебиле.

Помня прошлогодний неудачный опыт, царское командование на этот раз со всей серьезностью отнеслось к подготовке наступления. 9 июня 1848 г. к Гергебилю подошел князь Аргутинский с двумя батальонами апшеронцев и шамхальской милиции.

Вскоре горцам пришлось оставить сады, свободным остался только один проход из Гергебиля – через Аймакинское ущелье, который вскоре тоже был перекрыт. К 5 июля аул был полностью окружен. На рассвете 7 июля 1848 г. царские войска заняли Гергебиль.

По предложению князя Аргутинского, поддержанного главнокомандующим Воронцовым, было принято решение о его полном разрушении. Через восемь дней после завершения вырубки лесов Гергебиль был полностью разрушен: часть – артиллерийским огнем, а оставшаяся – взорвана минами.

Что касается крепости, построенной наибом Хаджи-Мура-дом на высоте Ули, то во время штурма Гергебиля она осталась в стороне, так как все силы царских войск были брошены по ту сторону реки, на само селение. Да и после его взятия русское командование во избежание потерь не посчитало необходимым штурмовать хорошо укрепленную неприступную крепость. Она стала убежищем для уцелевших защитников и жителей Гергебиля.

Наибом в крепости был назначен Абакар-хаджи, о котором в своих воспоминаниях Абдурахман Казикумухский (из с. Казику-мух ныне Лакского р-на РД) в разделе о дагестанских ученых пишет: «Из мухаджиров в Гергебильской крепости (был) ученый-суфий наиб Абакар-хаджи из Акуша». Также в этом укреплении получило прибежище множество других мухаджиров – выходцев из разоренных войной селений. Около тринадцати лет уцелевшие гергебильцы жили на своей горе Ули, находясь в блокаде. 24 июля 1859 г., незадолго до пленения Шамиля, представители поселенцев Гергебильского укрепления явились к царским властям и объявили о своей готовности сдаться.

Период борьбы народов Дагестана против самодержавия широко освещен в творчестве поэта-сатирика, участника тех событий, знаменитого гергебильца Мухаммад-бега сына Омара из рода Танхаловых (1836–1912). Основную часть его творческого наследия составляет ряд произведений, посвященных мужественной борьбе горцев против царизма и воспевающих их героические подвиги: «Сражение за Гергебиль», «Поход в Салта», «Взятие Чоха», «Ахульго», «Наибу Алискади», «Пленение Шамиля», «Побег из Сибири» (стихотворение, посвященное участникам восстания 1877 г.) и другие. «Сражение за Гергебиль» является одним из ранних его произведений, в котором описывается оборона селения в 1847 г. под руководством наиба Идриса Гергебильского. Во время этих событий Мухаммад Гергебильский был посыльным между молодым наибом и имамом Шамилем. Передвигаясь через тыл врага по тайным козьим тропам, он донес письмо Идриса имаму, после чего за выполнение опасного задания Шамиль назвал его, простого пастуха, Мухаммад-бегом.

Гора Ули

Село Гергебиль, родина наиба Идриса и Мухаммада Гергебильского, несмотря на пережитые потрясения и удары, все же продолжило свою славную историю. Как было уже указано, более десятка лет гергебильцы жили в своём урочище Ули и только в 1860 г. покинули прибежище.

Разрушенный Гергебиль. Снимок 1886 г. Оригинал хранится в Фонде фотодокументов Центрального исторического архива Грузии. Фото предоставлено П. Тахнаевой, за что автор благодарит ее.

Новый Гергебиль (ЦIияб росу). Снимок 1886 г. Оригинал хранится в Фонде фотодокументов Центрального исторического архива Грузии.

Фото предоставлено П. Тахнаевой.

Известно, что после административных реформ 1867 г. в Дагестане были образованы округа, которые в свою очередь были разделены на наибства. Общество селения Гергебиль входило в Куядинское наибство Гунибского округа.

В 1860 г. рядом с разрушенным аулом (авар. яз. Шунта росу – развалившееся селение) было построено новое село (авар. яз. – Щиябросу), вокруг него и разросся современный Гергебиль. В этом же году была заложена функционирующая по сей день соборная мечеть. Позже в Гергебиле наряду с последней действовало четыре квартальные мечети.

Центром Гергебиля, как и у всех аварских селений, была площадь, годекан. Эта обязательная архитектурная деталь ярко выражена в самой планировке селения. Дома вокруг нее расположены кольцеобразно, образуя замкнутый круг, прорезанный лучеобразно расходящимися улицами, которые соединяли все кварталы. Относительно давними гергебильскими кварталами можно назвать: Жаниб авал (Внутренний квартал), Бакхул авал (Бакълъул авал – Солнечный квартал), Ручабах авал (Ручабахъ авал – Квартал у загонов для скота), Гохил авал (ГохIил авал – Квартал на холмах), Чунтараб авал (ЧIунтараб авал – Разваленный квартал). Гораздо позже (примерно с середины ХХ в.) гергебильские жилые кварталы заняли бывшие пахотные участки и пастбища: Асахарах (Аса лъарахъ – Выше речки), Хоркахарах (Гъоркьа лъарахъ – Ниже речки), Габурхуданаха (Габурлъуда нахъа – За перешейком), Ачиарада (ГIачи арада – У верхнего края скота, т. е. пастбищ).

Гергебиль в наше время

Но недолго продлился этот «мирный» период жизни аула Гергебиль. После пленения имама Шамиля по всему, казалось бы, «покоренному» Дагестану в 70-80-х годах XIX в. постоянно вспыхивали восстания горцев. Самым крупным вооруженным выступлением, «заключительным аккордом героической борьбы за волю гор Кавказа» стало восстание 1877 г.

Началом всеобщего восстания в Дагестане считается 29 августа 1877 г. В этот день вооруженные жители селений Гергебиль, Хвартикуни и Кикуни во главе с Мухаммадом-хаджи Кикунинским (из с. Кикуни) напали на военный пост у Георгиевского моста. Это была ответная реакция на избиение накануне царскими солдатами семи жителей Гергебиля и Хвартикуни, направлявшихся на Хунзахский базар для продажи абрикосов. Большая часть солдат была убита на месте, лишь единицы уцелевших добрались до Гуниба и сообщили о случившемся. Вскоре восстание охватило Гунибский и Даргинский округа, распространившись затем по всему Дагестану. Это восстание, центром которого стало селение Согратль, было жестоко подавлено царскими властями.

Среди высланных и погибших во время восстания были и гергебильцы. Что касается шейха Мухаммада-хаджи Кикунинского (1835/36–1913), духовного преемника Абдурахмана-хаджи Согратлинского (из с. Согратль ныне Гунибского р-на РД), вставшего тогда во главе отряда гергебильцев, то после поражения восстания он скрывался в горах. Однако 29 сентября 1889 г. был схвачен царскими властями и препровождён в крепость Гуниб. 11 октября 1889 г. его отправили в пожизненную ссылку в город Иркутск. В ссылке Мухаммад-хаджи Кикунинский женился на Хаве, вдове одного из участников восстания – уроженке селения Гергебиль. Оказавшись беспомощной на чужбине, с ребёнком на руках, женщина, как гласит предание, сама попросила Мухаммада-хаджи взять её в жёны. Когда в 1893 г. мюриды устроили ему побег из ссылки, шейх вернулся в Дагестан вместе со своей семьёй.

Аул Гергебиль (начало XX века)

Однако возвращаться в родное селение было рискованно, и Мухаммад-хаджи некоторое время остался жить в соседнем с. Гергебиль. Там он некоторое время жил в родительском доме жены. Возможно, причина выбора убежища заключалась в том, что большинство мюридов и доверенных лиц шейха проживало в близлежащих селениях – в самом Гергебиле, Кикуни, Хаджалмахи, Аймаки и др. Из Гергебиля также было легче поддерживать связь со своими односельчанами и родными.

Сохранились воспоминания старожилов о том, каким уважением пользовался шейх Мухаммад-хаджи среди гергебильцев (вплоть до того, что каждое утро подметалась дорога, по которой он ходил в джума-мечеть, и т. д.). Существует также множество преданий о его караматах (чудесах, сверхъестественных способностях), свидетелями которых становились люди, окружавшие шейха.

Вскоре после побега из Сибири накшбандийский шейх Мухаммад-хаджи со своими родственниками и мюридами нелегально переправился в Турцию, где вместе с племянником Шарапуддином Кикунинским, ставшим позже не только зятем, но и его преемником, основал крупное поселение дагестанских мухаджиров (переселенцев) – Гюней-кёй. Оба этих шейха в архивных документах и работах, посвященных эмиграции дагестанцев в страны Османской империи, указываются как одни из главных агитаторов переселенческого движения горцев конца XIX – начала XX вв. Среди эмигрировавших за Кикунинскими шейхами были и гергебильцы, в том числе жена и дочь самого шейха Мухаммада-хаджи, нелегально «скрывшиеся» в Турции 28 октября 1899 г.

В Гергебиле до сих пор стоит дом, в котором жил шейх Мухаммад-хаджи после побега из сибирской ссылки. В настоящее время в жилом доме проживает семья внучатого племянника жены шейха Мухаммада-хаджи – Курахмаева Долгата.

В 1886 г. в Гергебиле проживало 1193 человека (по данным посемейных списков населения Дагестанской области 1886 г.), а в 1890 г. – 1241 (из отчета об обеспечении народного продовольствия по Гунибскому округу).

В конце XIX – начале XX вв. гергебильцы, как и их предки, в основном были заняты садоводством, а урожай свой продавали на местных базарах (в самом Гергебиле, Казикумухе, Левашах, Гунибе, Согратле и др.). В большинстве случаев виноградные лозы и плодовые деревья выращивались по окраинам пахотных участков, на искусственно сооруженных террасах, в виде живых изгородей.

Гергебиль 1900 г.

Часть винограда использовали для производства местного крепкого спиртного напитка под названием «джаба». В вышеуказанном отчете об обеспечении народного продовольствия по Гунибскому округу за 1890 г. указывается, что «лучшая «джаба» выделывается в селениях Кикуни, Гергебиль и Маали». В процессе приготовления «джабы» виноградный сок кипятили до испарения определенного количества жидкости, а после брожения, закупорив, хранили в керамической посуде. Этот способ приготовления вина в настоящее время в Гергебиле практически забыт.

В том же отчете широко раскрывается, с какими трудностями сталкивались земледельцы, титаническими усилиями выращивая свой урожай: «…Сколько поселянин должен приложить стараний и потратить времени, чтобы клочок обработанного им поля, удобренного на известковой почве, дал бы ему вознаграждение за его труд. Этого мало, поле удобрено, засеяно, но раз воды нет, хлебопашец не получит вознаграждения, поэтому труд его увеличивается вдвойне, необходимо провести к полю воду, без чего земля не даст никакой растительности под знойными лучами солнца и раскаленных окружающих скал. Вспахотные (пахотные. – З.И.) поля населения расположены на скалах и террасах гор, и перепадающих дождей далеко недостаточно. Труд по обработке поля, за исключением его пахоты, всецело лежит на женщине, которая лелеет его, как мать своего ребенка, она заботится поливкою, уничтожением всякой сорной травы, несколько раз пока созреет хлеб, и затем уборкою его, она же несет его на себе или везет на себе на гумно, и тут же только в молотьбе принимает участие глава семейства. Когда же хлеб собран в зерно, тогда только можно считать его собственным, до того же времени трудно на него рассчитывать вследствие частых градобитий и дождевых ливней, от которых горные потоки, смешанные с грязью, образуют массу густой жидкости под названием «сели», которая на пути своем уничтожает все, даже иногда хозяин не узнает и места того. И это бывает в горах сплошь и рядом».

Гергебильские женщины. Начало XX в. Фото Проскурина-Горского. Хранится в библиотеке Конгресса США

Действительно, летом в Гергебиле очень жарко, и посевы нуждаются в неоднократном поливе. Интересна история прокладки ирригационного канала для полива земель, на которых расположены современные гергебильские сады. Изначально, помимо пашен на окрестных горах, гергебильцы, как и все горцы-земледельцы, обрабатывали земли, которые в настоящее время называют Махитль бак (Магъилъ бакI от мегъ – пашня, сады; бакI – место). Но приблизительно в конце XIX в. встал вопрос о возделывании земли, на которой расположено большинство современных гергебильских садов (разбитых колхозниками гораздо позже), именуемой местными жителями Абухна (АбухIна). Тогда под руководством местного наиба Закарьи Нахибашева был проложен оросительный канал, несущий речную воду начиная с садов, граничащих с хаджалмахинскими землями с теми, которые расположены перед самим Гергебилем.

По преданию, практичные горцы прибегли к довольно-таки хитроумному способу решения проблемы. От выбранной начальной точки, соединяющей канал и Казикумухское Койсу (рахъил бетIер – «голова» канала), в нужном направлении был направлен осел. Вопреки закрепившейся за ним репутации глупого животного, он повел себя очень умно и полностью справился с поставленной задачей. Дело в том, что вьючное животное всегда выбирает удобный для себя путь и по возможности не пойдет в гору, а только наоборот. Поток же воды, направленный по спуску, несомненно, быстрее достигнет нужного места. Таким образом, осел оказался лучшим ирригатором: канал, проложенный по намеченной им прямой, до сих пор служит гергебильцам.

Оросительные каналы строились коллективными усилиями и являлись общественной собственностью, как и вода. Распределение воды осуществлялось согласно адату (обычаю).

В работе М.А. Агларова, посвященной сельской общине Нагорного Дагестана в XVIII – начале XIX в., описывается способ распределения воды для полива, принципам которого придерживаются в Гергебиле и в настоящее время. «В Гергебиле существовал так называемый «порядок Салмана». Распределение воды происходило по жребию. Для жеребьевки село делилось на четыре части по четырем авалам (кварталам). Во время жеребьевки людей уравнивали по всем авалам так, чтобы в каждый квартал включалось четверть населения аула. Затем в каждом квартале люди делились на еще более мелкие группы, примерно по 25 человек; эти группы называются «рикьи» (от слова «рикьизе» – «делить»). Число «рикьи» равнялось числу основных каналов («рахъал»), расходившихся от главного канала у «магъил кIалтIу» (ворота «мегъ»). В Гергебиле пятнадцати основным каналам соответствовали пятнадцать «рикьи». Жеребьевку проводили в каждом «рикьи» отдельно, предварительно пронумеровав претендентов по порядку. Если жребий падал, скажем, на 4-й номер, очередь на «дневную воду» получали 4, 5, 6, 7…25, 1, 2, 3-й и т. д. по кругу, а на «ночную воду» – 4, 3, 2, 1, 25, 24-й и т. д. в обратном порядке. Соответственно все лето в «рикьи» очередь на воду шла по кругу, где каждый по своей очереди получал то «ночную», то «дневную воду». Гергебильский режим водопользования называют «Салманил гIадлу» (порядок Салмана), т. е. за данной системой водопользования закрепилось имя реформатора».

Укрытие для путников (Паж). Фото З.Б. Ибрагимовой

Необходимо указать, что одним из основных вопросов общественного жизнеобеспечения не только в Гергебиле, но и в большинстве дагестанских сел являлось проведение сельскохозяйственных работ в строго регламентированном порядке. Сроки проведения полевых работ в Гергебиле устанавливались на общественных сходах, проводившихся в основном на годе-кане с участием всех мужчин старше пятнадцати лет, женщины в этих собраниях не участвовали.

В работе «Аварцы» А.И. Исламмагомедов описал существовавший порядок сбора урожая винограда: «До начала уборочных работ решением старейшин объявляли День открытия сада («Ах биччараб къо»). В этот день с восходом солнца люди собирались у соборной мечети. Сельский имам читал молитвы, желал удачи, произносил проповедь, и после всеобщего чтения первой суры Корана («Открывающая» – «Сурат ал-Фатиха») дети бегом бежали в сад. В этот день их никто не ограничивал, виноград есть могли у кого угодно и немного забрать с собой. За детьми в сад спешили и хозяева…». «Если урожай доходил до 60 условных мерок (существовала специальная корзина), то с каждой десятой выделяли одну, все собранное относили к мечети. Там его раздавали тем, у кого не было виноградника. Из соседних селений, зная, в какой день намечено «открытие сада», в Гергебиль приходили люди и садились у дороги, расстелив палас. Хозяева давали кто как – это вид садака (пожертвования. – З.И.), и гости увозили с собой довольно много (две полные корзины для осла) винограда».

Продукты садоводства и виноградарства использовались гергебильцами не только для личного потребления, но и для продажи, обмена на зерно, мясо, молочные продукты – масло и сыр.

Повторяя традиции отцов, современные гергебильцы и в настоящее время расширяют свои и так обширные фруктовые сады. Но они не забывают и о памяти своих предков. В Гергебиле сохранилось множество мест, связанных с историей села. Помимо посещения могил своих прямых предков, здесь принято совершать обряд зиярата (посещения) на местные многочисленные поминальные места. Даже ненароком проходя мимо них, местные жители читают подобающие молитвы. Вокруг селения расположено множество таких поминальных мест, связанных с личностями святых, газиев, шейхов, а также погибших во время Кавказской войны. На наш взгляд, стоит обратить внимание на некоторые из них.

В местности Курми находится зиярат, считающийся среди гергебильцев одним из самых значимых, он известен как место захоронения арабских газиев, распространявших здесь ислам. Согласно преданию, это захоронение арабского шейха-миссионера Абдулфатаха ал-Аснави, прибывшего сюда из Казикумуха. У его могилы построен зиярат – просторная комната, в которой верующие могут совершать молитвы и все подобающие обряды[15].

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ВЕХИ ВОСПРИЯТИЯ

Из книги Большой подлог, или Краткий курс фальсификации истории автора Шумейко Игорь Николаевич

ВЕХИ ВОСПРИЯТИЯ Известный папский посланник Антоний Поссевино прибыл в 1581/82 г. в Россию. Его миссия, зондаж возможностей объединения церквей, кончается, разумеется, неудачей, но:«Несмотря на все трудности, которые стоят на пути введения католицизма в России, для


1. Астрономические вехи древнейшей китайской истории

Из книги Пророк завоеватель [Уникальное жизнеописание Магомета. Скрижали Моисея. Ярославский метеорит 1421 года. Появление булата. Фаетон] автора Носовский Глеб Владимирович

1. Астрономические вехи древнейшей китайской истории 1.1. Заря китайской астрономии Об астрономических познаниях древнейших китайцев, живших за несколько тысяч лет до нашей эры, современные историки пишут с чувством гордости и восхищения. Китайская астрономия, по словам


Глава I. Аламогордо — Молдары: вехи ядерной эры

Из книги Тайная битва сверхдержав автора Орлов Александр Семенович

Глава I. Аламогордо — Молдары: вехи ядерной эры Аламогордо и Молдары — это маленькие поселки, один в США, а другой в СССР (ныне — территория Казахстана). Их разделяет почти полпланеты: около 15 тысяч километров. Вряд ли кто-либо когда-либо узнал бы о них, если бы история ХХ


§ 2. ОСНОВНЫЕ ВЕХИ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

Из книги История Беларуси автора Довнар-Запольский Митрофан Викторович

§ 2. ОСНОВНЫЕ ВЕХИ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ЖИЗНИ Послекрепостной период белорусского хозяйства характеризуется прежде всего тем наследием, которое Белоруссия получила от прошлого. Это наследие, мы знаем уже, не блестящее. Природа убогая, требующая большого применения труда и


Меняя вехи

Из книги Между белыми и красными. Русская интеллигенция 1920-1930 годов в поисках Третьего Пути [litres] автора Квакин Андрей Владимирович

Меняя вехи


«Вехи» и революция[123]

Из книги Национал-большевизм автора Устрялов Николай Васильевич

«Вехи» и революция[123] В московской «Правде» (14 окт. с. г.) напечатана передовая статья, посвященная вышедшему недавно в Праге сборнику «Смена Вех». Эта статья побуждает меня, как одного из участников пражского сборника, еще раз подчеркнуть истинный смысл того «примирения с


Снова Гергебиль

Из книги Имам Шамиль [с иллюстрациями] автора Казиев Шапи Магомедович

Снова Гергебиль В июне 1848 года Аргутинский осадил Гергебиль. Бои продолжались три недели, почти в точности повторив ход боевых действий под Салта. С теми же отчаянными схватками, беспрерывными бомбардировками, блокадой, порчей воды, поджогами, подкопами, взрывами и


Снова Гергебиль

Из книги Имам Шамиль автора Казиев Шапи Магомедович

Снова Гергебиль В июне 1848 года Аргутинский осадил Гергебиль. Бои продолжались три недели, почти в точности повторив ход боевых действий под Салта. С теми же отчаянными схватками, беспрерывными бомбардировками, блокадой, порчей воды, поджогами, подкопами, взрывами и


Акаси Мотодзиро: вехи биографии

Из книги Японский резидент против Российской империи. Полковник Акаси Мотодзиро и его миссия 1904-1905 гг. автора Чихару Инаба

Акаси Мотодзиро: вехи биографии Акаси родился в 1864 г. в г. Фукуока в северной части острова Кюсю. Свои исключительные интеллектуальные способности он начал проявлять еще в начальной школе (ее здание сохранилось и по сей день, находится в центре этого города), которую


Глава о взятии крепости Гергебиль, осаде крепости Темир-хан-шура и прочем

Из книги Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи о дагестанских войнах в период Шамиля [Блеск дагестанских шашек в некоторых шамилевских битвах] автора ал-Карахи Мухаммед Тахир

Глава о взятии крепости Гергебиль, осаде крепости Темир-хан-шура и прочем После того, как имам вернулся из этого славного похода, он оставался [дома] для того, чтобы разговелись в несколько дней шавваля. Затем выступил и остановился у крепости Гергебиль. Он сражался с теми,


Глава о сражении в крепости Гергебиль

Из книги Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи о дагестанских войнах в период Шамиля [Блеск дагестанских шашек в некоторых шамилевских битвах] автора ал-Карахи Мухаммед Тахир

Глава о сражении в крепости Гергебиль В начале лета 1264 [1847/48] г. имаму сообщили [прося о помощи] о том, что русские идут против крепости Гергебиль. Имам выступил с вооружением и снаряжением и остановился на горе Ифут, а его войска спустились на равнину Гергебиль. Затем в один


Глава I. Вехи истории

Из книги Год 1863. Забытые страницы автора Щеглов Гордей Эдуардович

Глава I. Вехи истории Чтобы правильно понять события, о которых будет рассказано ниже, необходимо хотя бы в общих чертах представить ту историческую обстановку и атмосферу, в которых они происходили.В 1569 году на сейме в городе Люблине состоялась так называемая Люблинская