Глава 8. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ДЕМОКРАТ И ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТ КАРЛ МАРКС

Глава 8. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ДЕМОКРАТ И ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТ КАРЛ МАРКС

Двадцатые – начало тридцатых годов двадцатого века в России, в СССР – время торжества антиимперской и антирусской риторики, время торжества национального экстремизма и терроризма, масонского шабаша. Быть русским в то время не безопасно. Даже за рубашку-косоворотку («у черносотенец»), даже за яркие стихи о русской природе (как у Есенина) могли отправить в концлагерь или расстрелять. Очевидец событий ставропольско-московский писатель В. Баныкин не однажды вспоминал о том.

В 1993 году вышла книга еврея А. Эткинда «Эрос невозможного», где есть ссылка на «социально-психологический этюд» «О переменах имен и фамилий» И.Н. Шпильрайна (1929 год) и утверждается, что в двадцатых годах перемена фамилии с русской на еврейскую была более частым случаем. Де немотивированная перемена «носить еврейскую фамилию в двадцатых годах было чем-то вроде моды».

Еще как мотивированно. В последнее десятилетие в России (еще раньше на Западе) появилось много публикаций о том, что вместо немецких министров в российском правительстве появилось еврейское правительство; точнее, все министерские ключевые посты в Москве и все ключевые должности в регионах, в аппарате партии, органов самоуправления и спецслужб заняли местечковые евреи. Чаще всего меняли фамилии сами евреи на еврейские, в которых проснулась великая гордость за развал империи и захват власти. Были, конечно, чиновники, писатели, обыватели всех национальностей, которые из карьерных побуждений отказывавшихся от родного имени, ластившихся к грозному начальству вроде Гайдаров.

В указанное время увидело свет большое число занятных книжонок. Время, когда не стеснялись даже присутствия славян. Тогда, в 1930 году, опубликовали собрание сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса (Ленинград).

Открываем том 7 указанного собрания сочинений. Перед нами статьи Карла Маркса на темы национальной политики и революции… В Праге в 1848 году состоялся славянский конгресс, на котором прозвучало выступление известного русского революционера-анархиста в поддержку «панславистской идеи», о помощи славянским народам, оккупированным и уничтожаемым турецкими захватчиками.

Маркс, немецкий еврей, не остался в стороне от славянских дел: «Бакунин – наш друг. Но это не помешает нам подвергнуть критике его брошюру» (т. 7, стр. 204).

Масонствующий Маркс, прикидывавшийся (или это его таким подавали стеснительные кремлевские «профессора» и режиссеры фильма «Карл Маркс. Молодые годы») коммунистом-идеалистом, утверждает: «Справедливость, «человечность», «равенство», «братство», «независимость». До сих пор мы в панславистском манифесте не нашли ничего другого, кроме этих более или менее моральных категорий, которые, правда, очень красиво звучат, но в исторических и политических вопросах ничего не доказывают».

Те, кто вырос в СССР, привыкли к официозной критике США, к статьям в поддержку угнетенных народов Африки, Азии… и критике американского империализма с позиций коммунистического интернационализма. Однако вот что пропагандировал К.Маркс в «Новой рейнской газете» (т. 7, стр. 206) относительно конфликта США и Мексики. Приведем два больших абзаца, чтобы не говорили, что мысль выдернута из контекста:

«Каким же образом случилось, что между этими двумя республиками, которые, согласно моральной теории, должны были быть «объединены» и «федерированы», вспыхнула война из-за Техаса, что «суверенная воля» американского народа, опираясь на храбрость американских добровольцев, отодвинула из «географических, коммерческих и стратегических соображений» на несколько сот миль к югу установленные природою границы? И бросит ли Бакунин американцам упрек в завоевательной войне, которая хотя и наносит сильный удар его теории, опирающейся на «справедливость и человечность», велась тем не менее исключительно в интересах цивилизации? И какая беда в том, что богатая Калифорния вырвана из рук ленивых мексиканцев, которые ничего не сумели с нею сделать? Что энергичные янки быстрою эскплуатацией тамошних золотых россыпей в короткое время умножат средства обогащения, сконцентрируют на наиболее подходящем побережье Тихого океана густое население и обширную торговлю, создадут большие города, откроют пароходное сообщение, проведут железную дорогу от Нью-Йорка до Сан-Франциско, впервые откроют Тихий океан для настоящей цивилизации и в третий раз в истории дадут новое направление мировой торговле? Конечно, «независимость» нескольких испанцев, проживающих в Калифорнии и Техасе, может при этом пострадать, «справедливость» и другие моральные правила могут быть нарушены; но какое значение имеет это по сравнению с такими событиями всемирно-исторического значения?».

Замечание по поводу «ленивых мексиканцев» оставим на совести господина-товарища Маркса. Подчеркнем, что Маркс полностью одобряет захватническую войну США, навязанную Мексике, захват Калифорнии и поет осанну «умножению средств обогащения» и про «новое направление в мировой торговле». Если бы это проповедовал господин Даллас или какой-нибуль болтолог Бжезинский, но проповедует «экономический писатель», что-то писавший про призрак коммунизма в Европе. Тут одна правда для масонов, другая для Иванов и Гансов; зачем простодырым иванам патриотизм? Для них интернационализм придумали…

Маркс своим единомышленникам прямо высказывается про «новое направление в торговле». В СССР это, не таясь, печатали до определенного времени, пока страна находилась в прямой оккупации. Старые русские, дореволюционные, догадывались, что местечковые революционеры от Керенского до Троцкого никакие не коммунисты в привычном понимании (коммунисты, презиравшие власть денег, пришли позже), а хапуги, ставившие целью ликвидировать русских купцов, промышленников, банкиров, деятелей культуры и на их место посадить свою орду, на чужое тело поставить свою голову. Справедливость и братство для них пустой звук. А разве с этим кто-то спорил? Во времена НЭПа шептались. Но потом застеснялись марксовской циничности.

Какие пути видятся-мечтаются Марксу по «революционной» борьбе со славянской Россией:

«Как хорошо было бы, если бы хорваты, пандуры и казаки представляли авангард европейской демократии, если бы посол Сибирской республики вручил в Париже свои верительные грамоты! Конечно, это очень приятные перспективы…» Это не Киссенджер и не Даллас мечтает о расчленении России, а Маркс в томе 7, стр. 207. Какое единомыслие с Рейганом, Бушем и Горбачевым…

Маркс не верит в демократичность казачьих общин, но мечтает об отделении Сибири от России. Вместо Сибири им пока удалось отделить Украину, Белоруссию… Об этом мечтал и Гитлер.

Марксистско-американские идеи интернационализма и автономий созданы специально для разрушения Российской империи, СССР, а теперь России. Б.Ельцин и его идеологи знали, куда дует ветер, когда заявляли: «Берите суверенитета столько, сколько проглотите», «Империя больше не возродится».

Малые славянские (и не только славянские) народы Маркс, изображающий из себя ученого, считает контрреволюционными:

«Мы уже указали, что подобные маленькие национальности, против их собственной воли разбитые историей уже несколько столетий тому назад, необходимо должны быть контрреволюционными…» (стр. 207).

«Кроме поляков, русских и в лучшем случае турецких славян ни один славянский народ не имеет будущего…»

Чехам и словакам, сербам и черногорцам, болгарам и македонцам, хорватам, долматинцам и многим другим отказано в будущем. Ученый Маркс явно ошибался, точнее, выдавал желаемое за действительное. Многие из этих народов выжили, создали свои государства.

Но кто же мил сердцу Маркса:

«Конечно, при этом дело не обходится без того, чтобы не растоптали несколько нежных национальных цветков. Но без насилия и железной решимости ничто в истории не делается, и если бы Александр, Цезарь и Наполеон отличались таким же мягкосердечием, к которому ныне апеллируют панслависты в интересах своих ослабевших клиентов, что сталось бы с историей!» (т. 7, стр. 212).

В числе кумиров Маркса или примеров, достойных подражания, читателю приводят завоевателя Александра Македонского, рабовладельческого диктатора и завоевателя Цезаря и еще одного диктатора и завоевателя Наполеона. Не понравилась Марксу мягкость славянофилов, ему куда приятнее растоптать «несколько нежных национальных цветков», такой вот интернационализм. Адольф Гитлер и доктор Геббельс начитались трудов своего соотечественника еврея Маркса и давай уничтожать евреев, поляков, англичан… Той же позиции придерживается и натовское руководство, те же Клинтоны, горы и олбрайты. Одного корня, семени.

Пронзительный ученый Маркс, которому на территории бывшего СССР установлено несколько тысяч памятников и чьим именем названо еще большее число улиц, считал, что в Австро-Венгерской империи славяне угнетают австрийцев. А мы думали – наоборот. Австрийские войска стояли в славянских селениях, австрийские чиновники управляли областями. Доктор Геббельс – бледный ученик Маркса.

Впрочем, дадим слово самому Марксу:

«Но при первом же победоносном восстании французского пролетариата, которое Луи-Наполеон всеми силами старался вызвать, австрийские немцы и мадьяры освободятся и кровавою местью заплатят славянским варварам. Всеобщая война, которая тогда вспыхнет, рассеет эту славянскую лигу и сотрет с лица земли даже имя этих маленьких наций с бычьими головами.

В ближайшей мировой войне с лица земли исчезнут не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы. И это тоже будет прогрессом».

Уф-ф. Какая дикая смесь додиковского дебилизма с садизмом. От Словакии до Греции люди, глядя в зеркало, сами определятся, бычьи ли у них головы или такие головы у орды, затопившей кровью славянские страны от Балкан до Балтики и утверждавшей, что этот марксистский интернационализм и нужен миру.

В «Новой рейнской газете» Маркс не скрывает кровожадных стремлений. Но иногда маскирует свою поддержку американской масонской буржуазной интервенции и австрийской имперской деспотии революционной фразеологией. Отмечая намерение славянофилов добиваться свободы и независимости славян, сербов и словаков, Маркс выносит приговор: «…если революционный панславизм… будет уходить от революции всюду, где дело коснется фанатической славянской национальности, то и мы будем знать, что нам делать.

Тогда борьба, «беспощадная борьба на жизнь и на смерть» с славянством, предающим революцию, борьба на уничтожение и решительный терроризм – не в интересах Германии, но в интересах революции!» (т. 7, стр. 220).

Ну, наконец-то масон забыл о прогрессивной интервенции американцев в Мексике, о рабовладельце Цезаре и Наполеоне и вспомнил о революции, масонской… Носители прогресса по Марксу – «это немцы, поляки, мадьяры». «Ближайшая миссия всех остальных больших и малых племен и народов – погибнуть в буре мировой революции» (т. 7, стр. 274).

Американцам этот сборник найти сложнее, любой русский может отыскать собрание в библиотеке.

Впрочем, что мы все о славянах, мексиканцах. Дадим еще слово господину Марксу:

«Нет ни одной страны в Европе, которая не имела бы в захолустных углах каких-нибудь национальных обломков, остатков прежнего населения, оттесненных и покоренных наций… Эти отбросы народов становятся каждый раз фанатическими носителями контрреволюции. Таковы в Шотландии хайлендеры… таковы во Франции бретонцы… Таковы в Испании баски… Таковы в Австрии панславистские южные славяне; это отбросы народов…» (т. 7, стр. 278).

Маркс больший «империалист», чем все императоры вместе взятые. По сути, это не империализму фашизм. Не случайно фашизм возник в Германии XIX века, когда это слово появилось в печати. Вспомним, что относительно России Маркс наоборот мечтает об отделении Сибири, Польши.

Империи создавались из больного честолюбия властителей, как Наполеоновская Франция (где чтят диктатора за великого воина); для защиты своих границ, как Российская империя; для обогащения, как Британская; в форме эгоистическо-демократического сепаратизма, как США, но трудно вспомнить, чтобы империи ставили целью уничтожение народов (при том, что это было в США). Марксовский империализм особенный.

Маркс люто ненавидел крестьянство и крестьянские движения за экономическую и политическую свободу:

«Движение буржуазии и крестьян против аристократии становилось все более угрожающим… движение крестьян, которые повсюду являются носителями национальной и локальной ограниченности…» (т. 7, стр. 273).

Оставим экономические вопросы и отметим, что и тут Маркс боится не только крестьянской (и даже буржуазной) борьбы за свои экономические права с феодалами, но и национального самосознания, мешающего установлению тотального контроля над планетой.

Если посмотреть на американского президента Клинтона и американогерманского журналиста Маркса через призму нападок на сербов, то складывается впечатление – сиамские близнецы.

Марксистский интернационализм с «нациями с бычьими головами» и «решительным терроризмом», ведущим к «миссии больших и малых племен и народов погибнуть в буре мировой революции», весьма откровенен и прозрачен. Масоны боятся сохранения и возрождения национальных культур и традиций, славянской солидарности в особенности.

Настоящим русским, настоящим славянам не надо быть антимонархистами, антикоммунистами, антидемократами… Позиция настоящих славян – в помощи друг другу. Пока что более разобщенный народ найти трудно. Кто же будет оглядываться на русских, славян, если они «каждый сам по себе», плюют друг на друга и позволяют делать это всяким болтологам даже у себя дома? К чему хаять кого-то, нужно отстаивать свое. Политики всегда врали, но когда общественное мнение примет особый настрой, то они будут состязаться не в том, кто больше плюнет на Россию, а кто лучше станет петь про Россию и славян. Тогда быстрее придут к власти люди, готовые работать для России.