Глава 5 ОПЕРАЦИЯ «СКАПА-ФЛОУ» (октябрь 1939 г.)

Глава 5

ОПЕРАЦИЯ «СКАПА-ФЛОУ»

(октябрь 1939 г.)

В сентябре 1939 года одна из «каноэ», действовавших к востоку от Оркнейских островов, оказалась у Пентланд-Ферт – пролива между Шотландией и Оркнейскими островами. Сильное западное течение подхватило лодку и понесло через бурный пролив. Поняв, что машины лодки недостаточно мощны, чтобы сопротивляться течению, и желая обратить вынужденную необходимость во благо, командир стал наблюдать за движением судов в проливе и состоянием обороны пролива. По возвращении он представил подробный отчет Дёницу, который сразу узрел возможность специальной операции. После долгих размышлений он вызвал к себе на борт плавбазы «Вайксель» в Киле одного из лучших молодых офицеров, лейтенанта Прина.

Когда Прин вошел в каюту Дёница, тот беседовал с одним из офицеров командования флотилии и командиром одной из «каноэ» Вельнером. На столе перед ними лежали карты, и Прин сразу же выхватил название Скапа-Флоу[22]. Дёниц обратился к Прину:

– Вы не думаете, что решительный командир может войти в Скапа-Флоу и атаковать стоящие там суда? Сразу не отвечайте, но я жду вашего ответа во вторник. Решение целиком зависит от вас, никаких предубеждений в ваш адрес не будет.

Дело было в воскресенье. Прин отдал честь и вышел, сердце его колотилось. Он сразу пошел к себе и принялся тщательно обдумывать проблему. Он работал часами, считая, думая, проверяя и перепроверяя.

В назначенный день он снова стоял перед своим командиром.

– Да или нет?

– Да.

Наступила пауза.

– А вы все продумали? Вы подумали об Эмсмане и Хеннинге, которые пытались сделать это в Первую мировую войну и не вернулись?

– Да.

– Тогда готовьте лодку.

Команда не могла понять смысла приготовлений к следующему боевому походу. Почему они выгружают часть провизии и берут так мало топлива и пресной воды? Командир ограничивался четкими приказами и в разговоры не вступал. В назначенный день лодка прошла через Кильский канал и вышла в Северное море. Ночь выдалась темная, слегка штормило. На переходе команда удивлялась командиру: хотя несколько раз попадались суда, он и не пытался атаковать их. Наконец рано утром 13 октября показались Оркнейские острова. Прин дал приказ погрузиться и, когда лодка легла на грунт, приказал команде собраться.

– Завтра мы идем в Скапа-Флоу, – начал он и далее спокойно обсудил, что должен делать каждый, а затем сказал, что все свободные от вахты должны выспаться, потому что в нужный момент от команды потребуется предельное напряжение сил.

В 16 часов лодка ожила, кок приготовил обед по специальному меню. Слышались шутки, и Прин записал в вахтенном журнале: «Моральный дух команды корабля на высоте». В 19.15 лодка начала отрываться от грунта. Всплыв на перископную глубину, Прин осторожно осмотрелся. Горизонт чист. Он дал приказ всплыть. Ветер утих, но небо было покрыто легкими облаками. Хотя луна только зарождалась, северная ночь была светла чуть ли не как днем.

Они вошли в узкую часть пролива, и сильное течение подхватило лодку, как и ожидал Прин. Теперь нужна была предельная сосредоточенность и побольше удачи. Приходилось то и дело перекладывать руль то влево, то вправо, дизели работали на полную мощность. Один раз пришлось дать полный назад, чтобы не напороться на волнолом. Наконец он нагнулся и крикнул в люк:

– Мы в Скапа-Флоу[23].

Об этом в вахтенном журнале записано: «К югу ничего не было видно, и я повернул вдоль берега на север. Там я увидел два линкора, а за ними несколько эсминцев на якоре. Ни одного крейсера. Я решил атаковать большие корабли».

Лодка подкралась поближе, и он смог различить детали кораблей. Ближайший линкор принадлежал к классу «Ройал Оук». Прин подошел ближе, так, что из-за первого линкора стал виден нос второго. Этот был похож на «Рипалс». Прин отдал приказания:

– Все аппараты – товсь! По местам стоять к залпу с первого по четвертый! – Эндрасс, старший помощник Прина, наводил лодку на цель. Вот бак «Рипалса»[24] оказался в перекрестии нитей перископа. – Пли!

Лодка вздрогнула, когда вышли торпеды. Началась мучительная пауза. Попадут – не попадут? И вот у борта «Рипалса» взметается столб воды. Но «Ройал Оук» как стоял, так и стоит. Промах? Не может быть. Дефект торпеды? Вряд ли. Прошли минуты, а в бухте продолжала стоять тишина. Нет никого на кораблях? Или весь Скапа-Флоу еще спит? Почему эсминцы не контратакуют? В то, что произошло дальше, почти невозможно поверить. Хладнокровно решив повторить атаку, командир совершил – в надводном положении! – широкий круг по якорной стоянке, а тем временем внизу взмокшие торпедисты заводили в торпедные аппараты новые торпеды. Около двадцати минут лодка крейсировала по базе. Вдруг Прин заметил, что по верхней палубе разгуливает младший лейтенант фон Варендорф, будто бы и нет никакой опасности.

– Ты что, рехнулся? – зашипел на него Прин. – А ну марш отсюда!

Прин снова начал атаку – на этот раз с более близкого расстояния, – и снова торпеды пошли к целям.

Гром потряс бухту. Огромные столбы дыма и воды поднялись к небу, посыпался град обломков. Порт сразу ожил. Звуками азбуки Морзе заполнился эфир, засуетились поисковые прожектора. На берегу остановился автомобиль, помигал фарами, словно сигнализируя кому-то, затем развернулся и умчался обратно.

– Оба самый полный! – скомандовал Прин. – Подключите электромоторы! Выдайте все, что можете!

За кормой подводной лодки забурлила вода, и в этот момент он увидел, что к ним быстро направляется эсминец, шаря по воде поисковым прожектором. Прин прикусил губу. Мостик под ним дрожал так, что, казалось, вот-вот рассыплется. Кильватерную струю лодки было слишком хорошо видно, но он не мог позволить себе снизить ход. Внезапно случилось чудо: эсминец отстал, развернулся и исчез. Несколько мгновений спустя вдали раздались взрывы глубинных бомб. Подводная лодка прошла мимо конца мола – и:

– Прорвались! Честное слово, прорвались!

Одобрительный гул голосов ответил ему снизу. Прин взял курс на юго-восток – домой.

За долгие часы перед атакой команду обошел юмористический листок, на котором был шарж: бык, наклонивший голову, из расширенных ноздрей которого валил дым, – таким изобразили командира. А теперь, по дороге к дому, у Эндрасса возникла еще одна идея. Вооружившись кистями и белой краской, несколько членов команды сбоку на ограждении рубки нарисовали новый герб лодки – быка Скапа-Флоу.

Пересекая Северное море, они услышали по радио: «Согласно сообщению британского адмиралтейства, потоплен, очевидно подводной лодкой, линкор «Ройал Оук». По британским сообщениям, подводная лодка также потоплена». Подводники «U-47» заулыбались. Во второй половине дня было опубликовано официальное сообщение германского адмиралтейства: «Подводная лодка, которая потопила британский линкор «Ройал Оук», как теперь известно, нанесла удар и по линкору «Рипалс» и вывела его из строя. Теперь можно объявить, что командовал этой лодкой лейтенант Прин». Впервые немецкий народ услышал имя лейтенанта Прина. Прин в Скапа-Флоу – там, где двадцать лет назад пошел на дно германский флот высоких широт!

Когда лодка быстро подходила к пирсу, там стоял Дёниц рядом с гросс-адмиралом Редером, ясно видны были василькового цвета лацканы униформы. Гросс-адмирал ступил на борт. Он пожал руку каждому подводнику и каждому вручил Железный крест второго класса, а командиру – крест первого класса.

– Лейтенант Прин, – сказал адмирал Редер, – вы будете иметь возможность лично рапортовать фюреру.

Повернувшись затем к Дёницу, он перед строем объявил, что коммодору присвоено звание контр-адмирала. В тот же день Прин со всей командой вылетел в Берлин. Гитлер принял их в рейхсканцелярии и вручил командиру Рыцарский крест.