Глава девятая. ВРАГ ИЗГНАН С ДРЕВНЕЙ ТВЕРСКОЙ ЗЕМЛИ

Глава девятая. ВРАГ ИЗГНАН С ДРЕВНЕЙ ТВЕРСКОЙ ЗЕМЛИ

26 июня я доложил Ставке о готовности войск 2-го Прибалтийского фронта к наступательным действиям. Главным в докладе было сообщение о высоком морально-политическом и боевом состоянии войск фронта, о том, что личный состав готов выполнить приказ Родины о новом наступлении.

Одновременно в Генеральный штаб был направлен план Режицко-Двинской наступательной операции 2-го Прибалтийского фронта.

Этим докладом подводился итог работы по выполнению задачи, поставленной перед командованием фронта о планировании данной операции. По плану предусматривалось разгромить опочкинско-идрицко-себежскую группировку противника, полностью очистить от оккупантов Калининскую область и, прорвав оборону врага на участке Резекне, Даугавпилс, открыть ворота к освобождению Советской Латвии. В летнем наступлении Красной Армии 1944 г. Режицко-Двинская операция должна была сыграть немаловажное значение.

Скажу несколько слов об общей обстановке на советско-германском фронте к этому времени.

1944 год начался мощными ударами советских войск по немецким захватчикам. Зимой и весной этого года гитлеровские войска потерпели ряд крупных поражений: на севере – под Ленинградом и Новгородом, на юге – в Крыму и на Правобережной Украине. Красная Армия вышла к юго-западным границам нашей Родины и вступила на территорию Румынии. Это резко ухудшило международное положение фашистской Германии. Победы советских вооруженных сил усилили массовое патриотическое и партизанское движение на всех территориях, еще находящихся под властью захватчиков.

Коммунистические и рабочие партии Болгарии, Греции, Польши, Румынии, Чехословакии, Югославии и других стран возглавляли освободительную борьбу народов за национальную независимость своих стран. В июне англо-американские войска высадились на побережье Северной Франции и открыли долгожданный второй фронт в Европе. Правда, действия развертывались довольно медленно и нерешительно, хотя у союзников было многократное превосходство над гитлеровцами в районе высадки.

Несмотря на известную оперативную ограниченность результатов первого удара союзнических войск, факт открытия второго фронта сыграл большую роль – прежде всего народы воочию увидели прочность антигитлеровской коалиции и решимость всех входивших в нее стран довести дело до победного конца.

Второй фронт был открыт, в сущности, лишь тогда, когда западные союзники убедились в том, что Красная Армия способна разгромить вермахт своими собственными силами. Эта акция имела целью предупредить выход наших войск в Центральную Европу, не дать народам европейских стран установить демократический порядок. Историческое значение этого факта, таким образом, было двойственное. С одной стороны, действия англо-американцев в какой-то степени ускорили исход войны, с другой же стороны, они воспрепятствовали прогрессивным преобразованиям в ряде стран Европы.

На всех территориях нашей Родины, оказавшихся оккупированными, еще шире развертывалось партизанское движение. Партизаны нападали на немецкие гарнизоны, срывали планомерные перевозки войск и оружия, сеяли неуверенность и страх у оккупантов. Пройдя через горнило продолжавшейся уже три года войны, наша промышленность наращивала темпы производства танков, самолетов, орудий, минометов и боеприпасов. В 1944 г. мы имели несомненное превосходство над врагом в боевой технике и вооружении. Таким образом, в общем обстановка благоприятствовала успеху наших боевых действий.

2-й Прибалтийский фронт готовился к решительному удару. Соседний справа 3-й Прибалтийский фронт (54-я армия) оборонял занимаемый рубеж и частью сил на левом крыле активизировал нажим на врага, улучшая тактическое положение. Слева войска 1, 2, 3-го Белорусских и 1-го Прибалтийского фронтов перешли в июне в общее наступление. Витебская группировка противника была окружена и разгромлена. К 1 июля наши войска продолжали успешно развивать достигнутый успех в оперативной глубине обороны противника по левому берегу р. Западная Двина в общем направлении на Шяуляй.

Во 2-м Прибалтийском фронте по-прежнему насчитывалось четыре общевойсковые армии в составе 28 стрелковых дивизий и одного укрепленного района. В резерве фронта находились 130-й латышский стрелковый и 5-й танковый корпуса.

Большая протяженность оборонительного рубежа – 273 км, а также передача четырех стрелковых дивизий и 3-го кавалерийского корпуса соседнему 1-му Прибалтийскому фронту вызвали необходимость ввода в первый эшелон для укрепления ударной группировки армейских запасных полков, курсов младших лейтенантов и ряда специальных саперных и инженерных частей в первый эшелон для укрепления ударной группировки.

Войска фронта использовали железнодорожные участки: Бологое – Великие Луки, Великие Луки – Новосокольники – Чихачево, Новосокольники – Пустошка, Великие Луки – Невель.

Фронтовая распорядительная станция была в Торопце. Станции снабжения армий: 1-й ударной – ст. Чихачево, 10-й гвардейской – ст. Сущево, 3-й ударной – ст. Забелье, 22-й армии – ст. Невель.

Наличие крупных железнодорожных узлов, как Великие Луки и Новосокольники, и сравнительно небольшое удаление станций снабжения от войск обеспечивало своевременный подвоз и бесперебойное питание армий всеми видами боевого снабжения.

Успешное продвижение войск 1-го Прибалтийского фронта в направлении Шяуляя поставило под угрозу разобщения войска противника в районе Опочки, Идрицы и Полоцка с его войсками, действовавшими к югу от р. Западная Двина. В связи с этим 27 июня был отдан приказ командующим 1 и 2-й ударным, 10-й гвардейской и 23-й армиями, в котором указывалось, что в связи с решительным наступлением наших войск в Белоруссии не исключена возможность ослабления сил противника перед 2-м Прибалтийским фронтом или даже его отхода на новый оборонительный рубеж. Еще раз была подчеркнута необходимость внимательно следить за противником и находиться в полной боевой готовности для перехода в наступление.

В связи с тем, что противник был вынужден снять с противостоящего нам участка 81 и 290-ю пехотные дивизии, общее оперативно-тактическое положение опочковской и идрицкой группировок противника в известной мере ухудшилось.

Группировка противника перед 2-м Прибалтийским фронтом к моменту начала наступления оставалась прежней, за исключением указанных изменений. Наиболее сильные оборонительные рубежи противник создал на важнейших направлениях Опочка, Резекне, Даугавпилс, Рига с целью не дать возможности перерезать коммуникации. Сильно были укреплены города Идрица, Опочка, Себеж и Освея. Здесь были железобетонные сооружения, противотанковые рвы и многие дома превращены в узлы сопротивления. В полосе Режица (Резекне) – Двинск (Даугавпилс) в глубине обороны на удалении 12–18 км от переднего края по рубежу Гришино, Белавино, Духнов, Щегино, Болдино по правому берегу р. Алоля, г. Идрица и далее на юг противник подготовил промежуточный оборонительный рубеж. Он состоял из двух траншей, в инженерном отношении хоть и был развит слабее, все же представлял опасное препятствие. Кроме того, противник имел еще один тыловой рубеж, носивший название «Рейер», который представлял собой траншею полного профиля с открытыми площадками для пулеметов. Его передний край проходил в 12–15 км восточнее Опочки по левому берегу оз. Кудка, рекам Изгожка, Заборье, Терехово, Звоны, оз. Черное и далее восточнее городов Себеж и Освея. Западнее линии «Рейер» дополнительно строился ряд промежуточных оборонительных рубежей.

Наличие такого большого количества укрепленных рубежей у противника свидетельствовало о стремлении во чтобы то ни стало сохранить за собой Прибалтику.

Слабым местом во вражеской обороне являлся участок обороны так называемых латышских добровольческих частей.

Всеми видами разведки было установлено, что перед 2-м Прибалтийским фронтом в первой линии оборонялось 10 дивизий вместо 13, как это было неделю назад.

Группировка артиллерии противника состояла к этому моменту из 80 батарей 75-88-мм орудий, 77 батарей – 105-мм, 30 батарей – 150-мм, 1 батареи 240-мм орудий и 564 минометов всех калибров, всего 1299 артиллерийско-минометных стволов. Общая численность войск противника, действовавших перед нашим фронтом, достигала 72 000 человек. Наблюдением и боем было выявлено у противника до 80 танков и самоходных орудий, из них до 50 танков отмечалось на Освейском, а остальные на Идрицком направлениях. Данными радио и авиаразведки было обнаружено на аэродромах Резекне, Риги, Даугавпилса базирование 223 самолетов, из них бомбардировщиков – 125, истребителей – 25, разведчиков – 48, торпедоносцев – 25 [131] .

Прежде чем приступить к планированию операции, на совещании высшего командного состава были даны предварительные указания по ее организации и проведению, которые легли затем в основу плана Режицко-Двинской наступательной операции. Эти указания были разосланы в армии для руководства и сообщены начальнику Генерального штаба.

Командующему артиллерией фронта и командующим армиями были даны указания по использованию артиллерии. Им вменялось в обязанность так организовать управление в наступательной операции, чтобы исключить ненужное переподчинение артиллерии в наиболее ответственные периоды развития наступления.

Для создания тактической и артиллерийской внезапности наступления и наиболее мощного ошеломляющего удара огонь артиллерии предписывалось организовать таким образом, чтобы период разрушения соединить с периодом подавления.

В указаниях были даны конкретные установки по организации огня во времени и пространстве по четырем периодам. В четвертом периоде, в частности, вся артиллерия должна была вести огонь методом последовательного сосредоточения, обеспечивая полный прорыв обороны и ввод подвижных групп.

При развитии наступления и при преследовании особое внимание предлагалось обратить на правильное использование гвардейских минометных частей, действия которых наносят особенно большой материальный ущерб врагу и оказывают удручающее моральное воздействие.

Чтобы обеспечить стремительность продвижения, командармы и командиры корпусов должны были создать подвижные группы – армейскую и корпусные, а в отдельных случаях дивизионные – из танковых, моторизованных частей и пехоты, посаженной на машины и подводы. Задача этих групп состояла в том, чтобы нарастить общий удар своим стремительным продвижением в глубину обороны противника, дезорганизуя и уничтожая его по частям, не давая возможности организовать сопротивление на новых оборонительных рубежах.

Опыт действий таких групп показал, что только хорошо организованное управление ими обеспечивает успех. Поэтому командующим армиями и командирам корпусов предписывалось лично руководить подвижными группами, не переподчиняя их. При стремительном продвижении войск, как показала практика наступательных операций, управление обеспечивается только тогда, когда штабы не отстают от войск. На это нужно было обратить особое внимание командиров всех степеней, чтобы они со своими штабами не отставали от войск и не допускали случаев запаздывания в отдаче приказов, из-за чего войска могли потерять темп продвижения.