Начало поисковых работ

Начало поисковых работ

Наши мертвые нас не оставят в беде.

Наши павшие — как часовые.

Отражается небо в лесу, как в воде,

И деревья стоят голубые.

Владимир Высоцкий

Первым из воронежцев, кто начал поисковые работы в Мясном Бору, был поисковый клуб «РИФ». В основном «РИФ» занимался поиском и подъемом техники времен войны и вел как подводные, так и наземные работы.

Из воспоминаний руководителя Клуба «РИФ» В.Н. Латарцева:

«Первое упоминание о Мясном Боре, а точнее, о лесном массиве, ограниченном с одной стороны шоссе Новгород — Ленинград, а с другой — редкой цепочкой полузаброшенных деревень и рекой Тигода. прозвучало июльской ночью 1980 года у костра на берегу озера Калмик-Явр на Кольском полуострове. Занесло нас туда экспедицией газеты «Воздушный транспорт», организованной ярым энтузиастом поиска старых самолетов Евгением Коноплевым, по совместительству внештатным корреспондентом этой газеты. И коротали мы время на берегу этого славного озера в ожидании вертолета с продуктами и инструментом для подъема на поверхность немецкого тяжелого истребителя Му-110, севшего в годы войны на лед, а потом затонувшего на небольшой глубине. Хорошо заметный с воздуха, самолет очень прилично сохранился, но повозиться с ним пришлось. Летчики, по всей видимости, о нас забыли и наступил момент, когда мы уже начали соображать, на сколько частей можно разделить буханку хлеба, чтобы продержаться еще пару дней. В нашей немногочисленной группе был интереснейший человек. Конструктор завода «ЗИЛ», известный историк автомобильного транспорта и вообще всей транспортной техники от паровоза до велосипеда Евгений Игнатьевич Прочко. Назвать длинные беседы у костерка, подпитываемого веточками заполярного можжевельника за неимением дров, ночными было сложно. Солнышко чуть западало за горизонт, а через час снова всходило.

И вот однажды Женя между делом упомянул Мясной Бор. По его рассказу выходило, что во время войны армия под командованием генерала Власова попала там в окружение и практически вся погибла. Генерал сдался в плен, а вся тяжелая, и не только, техника завязла в болотах или осталась стоять в лесных дебрях. Про генерала слыхать приходилось. В основном из повести «В час дня. Ваше Превосходительство», а вот поверить, что буквально в центре России под елками стоят танки и машины, было тяжеловато. Но слово прозвучало, и огонек любопытства загорелся.

По возвращении в «цивилизацию» прошло некоторое время, и однажды в гостях у сотрудника журнала «Техника-Молодежи» Игоря Алексеевича Боечина я вскользь упомянул о таинственном месте. Боечин, к моему удивлению, решительно снял трубку телефона, набрал номер и, сказав в нее пару слов, протянул мне.

— Поговори, — сказал Игорь, — это член редколлегии нашего журнала. Он там воевал. Так я познакомился с еще одним человеком — писателем Виктором Пекелнсом. При встрече в его рабочем кабинете хозяин выложил на стол свои трофеи — эсэсовский кинжал и рыцарский крест на обрезанной ленте.

— Видишь, — сказал хозяин, — это я взял в плен майора. Кинжал и крест его. Умудрился сохранить и во время выхода из окружения, и по госпиталям прятал у медсестер.

Рассказал писатель такое, о чем по тем временам прочитать было просто невозможно, а фронтовики, как известно, о войне не любили рассказывать. В довершение нашей беседы я получил телефон историка, сотрудника Института истории РАН, Бориса Ивановича Гаврилова. Человек в одиночку несколько лет ходил пешком по лесам и болотам, видел, запоминал, описывал. Пытался восстановить историю боев. Тему его исследований в институте не поддержали, слишком запретная она была для официоза, что ли. Обросла ворохом гнусных сплетен о том, как генерал увел за собой армию в плен, а потом эта армия воевала против Красной, ну и многое другое.

Узнав, что я из Воронежа, Борис Иванович тут же меня огорошил вопросом, а знаю ли я, что ядром 2-й ударной армии была 327-я стрелковая дивизия, сформированная осенью 1941 года в Воронеже из жителей нашего города и области. Вот тогда-то и началась работа по подготовке поисковой экспедиции в новгородские леса».

В 1981 г. экспедиция Воронежского клуба «РИФ» в составе Латарцева В.Н., Антипова Б.Н., Логачева С.М., Лыкова В.И. и Сидорова А.Б. выехала в Лениградскую область, на озеро Вялье— Стречно для проверки полученной от Е.А. Коноплева информации о затонувшем в этом озере советском штурмовике ИЛ-2. Ехали на клубной автомашине «УАЗ».

«По ходу дела договорились, что если машина будет жива, то обязательно заедем и в Мясной Бор, тем более что это совсем рядом», — говорит В.Н. Латарцев.

«7 июня группа в составе четырех человек пешком направилась к озеру по маршруту Владычкино — Селищи. Селищи — это лесной кордон из трех домов и хозяйственных построек, стоящих на крутом берегу реки Ящеры, через которую переброшен деревянный мост. От моста начинается сильно разбитая грунтовая лесная дорога, ведущая к небольшому мостику через канал — местечко «Скамеечка». От «Скамеечки» путь ведет по заболоченной части леса в направлении озера. Местные жители категорически отвергают возможность подъезда к озеру каким-либо транспортом. Известно одно, что в малоснежные зимы, когда болото промерзает, можно проехать до озера легковым автомобилем, предварительно расчистив дорогу бульдозером. Канал завален бревнами, разбитыми лодками, валунами. Попытки идти вдоль канала выше тропы, лесом, не увенчались успехом. Грунт топкий, человек проваливается по колено, идти невозможно. По тропе вышли к домику егеря Игоря Павловича Караузе. По словам Караузе, в этих местах в 1942 г. бились с фашистами попавшие в окружение советские части. От того времени осталось много разбитой боевой техники и оружия. Игорь Павлович от охотников когда-то слышал, что на дне озера Вялье-Стречно якобы лежит самолет и два самолета на мелководье. Егерь охотно согласился вывезти на своей лодке к месту падения самолетов. Оказалось, что на мелководье лежит бронекабина самолета ИЛ-2. Двигатель и другое оборудование снято, отсутствует обшивка центроплана. Примерно в 900 метрах от найденного самолета в очень мягком и липком иле на глубине до двух метров обнаружили второй самолет, конец крыла которого не доходит до поверхности воды меньше метра. Анализ местности, почвы и дорог позволили сделать вывод о возможности подъема самолета, но с применением дополнительного оборудования и буксировочных средств»[233].

Ив рассказа В.Н. Латарцева: «Самолет нашли, и на обратной дороге, переехав на пароме через Волхов, следуя описанию Б.И. Гаврилова, подъехали к магазину на окраине села Спасская Полнеть. За магазином начиналась тропинка, ведущая в лес. Война сразу же дала о себе знать воронками, траншеями, оплывшими пулеметными точками, ржавыми гильзами и кусками разорванного металла непонятно от какой техники. Глубоко мы не зашли, но и увиденного оказалось достаточно, чтобы понять, что нас ожидает в будущем».