9.1.10. Как Горбачев и Ельцин СССР развалили

9.1.10. Как Горбачев и Ельцин СССР развалили

В 1917 г. произошла Великая российская (русская) революция, оказавшая колоссальное влияние на весь ход мирового развития. Двумя главными действующими лицами были, как теперь все понимают, Александр Федорович Керенский и Владимир Ильич Ленин. Имеет хождение версия о том, что Керенский и Ленин чуть ли не в Симбирске договорились о развале Российской империи в угоду жидам, масонам и прочим врагам страны. Именно поэтому Керенский «играл в поддавки», чем привел Ленина к власти.

В 1987–1991 гг. отечественная история повторилась «в виде фарса». Теперь играл «в поддавки» и «тормозил» по всем позициям Михаил Сергеевич Горбачев, а его партнером по играм выступил Борис Николаевич Ельцин.

В конце 2011 г. в электронных СМИ, почти полностью подконтрольных администрации президента Российской Федерации и абсолютно зависимых от правительства нашей страны, преобладающим оказалось мнение о том, что распад СССР был неизбежен и предотвратить его было невозможно. У этой позиции есть серьезные аргументы. Дело в том, что командно-административная система, созданная Сталиным на протяжении 1930-х гг., оказалась достаточно эффективной в условиях Великой Отечественной войны, но после ее завершения в период развернувшейся научно-технической революции стала уже неэффективной. Возникло явное противоречие между производительными силами, которыми располагала страна, и существовавшими производственными (общественными) отношениями. Цели и задачи, которые вставали перед страной, не могли быть достигнуты при сохранении в неизменном виде таких реальностей, как «командно-административная система», «тоталитарный режим», «партия-государство» и т. д. Все эти «реальности» давно прогнили, утратили какую бы то ни было связь с реальным положением дел в стране.

Горбачев, по остроумному выражению одного то ли журналиста, то ли политолога, ухитрялся ничего не делать до тех пор, пока делать что-либо было уже бесполезно. Ельцин тоже до поры до времени старался не делать резких телодвижений. Так, еще летом 1990 г., будучи председателем Верховного Совета РСФСР, он критиковал председателя Совета министров СССР Н. И. Рыжкова за нерешительность. Он утверждал, что решительные реформы можно провести быстро и без снижения жизненного уровня населения. При снижении этого уровня Ельцин обещал «лечь на рельсы». Но осенью 1990 г. программа радикальных преобразованием «500 дней» была заморожена. Во время II съезда народных депутатов РСФСР в декабре 1990 г. Ельцин не стал настаивать на принятии новой конституции. Сам он говорил о предоставлении суверенитета всем желающим в объеме «кто сколько проглотит». Он сам и его ближайшее окружение не раз говорили о том, что СССР — слишком большое государство и его вполне можно разделить на 50–70 самостоятельных частей. Но после Всесоюзного референдума 17 марта 1991 г., на котором абсолютное большинство граждан РСФСР высказалось за сохранение обновленного Союза, Ельцин стал участвовать в подготовке нового Союзного договора.

^{Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев выступает на XXVIII съезде КПСС. Из архива автора}

Участие в «новоогаревском процессе» в рамках схемы «9 + 1» (девять республик и Горбачев) носило явно тактический и притворный характер. После избрания Б. Н. Ельцина президентом РСФСР главные усилия были направлены на то, чтобы спровоцировать политический конфликт, создать кризисную ситуацию. Указ президента РСФСР от 20 июля 1991 г. предусматривал ликвидацию любых партийных организаций в любых государственных органах и организациях республики. А партийные организации были лишь у КПСС и КП РСФСР. Партийной коммунистической элите предстояла нелегкая альтернатива. Либо капитулировать перед Ельциным, подчиниться человеку, который, мягко говоря, мало кому нравился. Либо что-то делать. Крупные партийные начальники проявляли большую смелость и решительность, строя планы обуздания Ельцина… в своих удобных кабинетах на Старой площади. Но «страшно далеки они были от народа» (как когда-то декабристы), которого они не понимали и с которым разговаривать не умели. Примерно за месяц до пресловутого «путча красно-коричневых» (12 июля 1991 г.) автор данных строк, в то время член ЦК КП РСФСР, в течение нескольких часов имел беседу с тогдашним третьим секретарем ЦК КП РСФСР Г. А. Зюгановым. Автор пытался объяснить собеседнику, что любая попытка смещения Горбачева или тем более Ельцина по образу и подобию «кремлевского переворота» в отношении Н. С. Хрущева закончится абсолютным поражением. Еще в 1988 г. автору после проведенной лекции в приватной беседе с чекистами за чаем приходилось слышать совершенно категорическое утверждение: «А мы в народ стрелять не будем!»

Ельцин и те, кто за ним стоял, лучше понимали обстановку в стране, чем те, кто был на другой стороне. Создается впечатление, что все участники более чем странных событий 18–22 августа 1991 г. исправно сыграли свои роли марионеток в «ловких и натруженных руках» (есть такая песня у А. Макаревича — «Марионетки»). Хронология и событийная канва выглядит очень просто. Группа руководящих товарищей, узнав из подброшенной информации о своем предстоящем «выпадении из тележки» после подписания Союзного договора, на стадии глубокого алкогольного опьянения (за исключением председателя КГБ СССР В. А. Крючкова) принимает решение о создании ГКЧП. Это решение через считанные минуты становится известно окружению Ельцина, который пребывал в таком же состоянии в Казахстане, куда он отправился с визитом. Бездарные действия жалких заговорщиков позволили «свите короля» превратить Ельцина в «знамя борьбы с переворотом». Горбачев вел двойную игру, рассчитывая выиграть в любом случае. Армия, милиция, спецназ, КГБ в народ стрелять не стали. Они, собственно, и не собирались, да и приказа не поступило от очень смешных заговорщиков. Дальнейшее известно. Колосс на глиняных ногах под названием СССР все-таки рухнул.

Можно, конечно, все свалить на заговор американских президентов, арабских шейхов, ЦРУ, других специальных служб Запада и т. д. И кто же откажется воспользоваться ситуацией, ослаблением главного противника для того, чтобы от него избавиться? Но ни при Сталине, ни при Хрущеве, ни при Брежневе никакие попытки извне хотя бы пошатнуть колосса успеха не имели. Внутреннее разложение, эрозия советского политического и социалистического социально-экономического строя происходила, но руководящий слой, номенклатура еще продолжали «крутить колеса» уже устаревшего велосипеда. Горбачев пытался на ходу менять какие-то детали. Ельцин же просто бросил сломавшийся велосипед.

А может быть, и Горбачев с Ельциным тут ни при чем. Развал СССР напоминает один анекдот. Приходит мужчина к венерологу и показывает свое «хозяйство». «Ну, что, надо ампутировать. „Хозяйство“ ваше уже ни на что не годится», — говорит доктор. «Доктор, ну давайте что-нибудь сделаем, подумайте, я готов хорошо заплатить», — канючит пациент. «Хорошо, — отвечает доктор. — Встаньте на стул. Теперь прыгайте на пол. Вот видите, все само отвалилось».

Среди историков, журналистов, писателей-публицистов существует довольно обоснованное мнение по поводу того, что царская, дореволюционная Россия, ее государственно-крепостнический самодержавный строй, сложившийся в XVI — начале XVIII в., не поддавались реформированию. Реформировать ту Россию было нельзя. Ее можно было только сломать. Что и было сделано в 1917 г.

Другая часть историков, журналистов, писателей-публицистов считает, что СССР, если не отвлекаться на детали, был вторым изданием ранее уничтоженной государственно-крепостнической, самодержавной имперской системы, которую тоже нельзя было реформировать, но можно было только сломать. Что и было сделано в 1991–1993 гг. Разговоры о советской власти и социализме для сторонников подобного подхода представляются чем-то вроде спора средневековых схоластов о том, сколько ангелов может поместиться на кончике иглы.

Можно вспомнить, что в самый разгар перестройки Горбачева во время заседаний достопамятного I съезда народных депутатов СССР (май-июнь 1989 г.) популярный писатель и мудрый человек Чингиз Айтматов с горечью говорил о том, что социализм победил во всей Европе, кроме самого СССР. Настоящий социализм, очень похожий на коммунизм, каким его рисовали советские пропагандисты при позднем Хрущеве и раннем Брежневе, давно и реально существует в Дании, Норвегии, Швеции, Финляндии, Австрии, Франции, Германии и некоторых других странах. Потребление продуктов происходит в соответствии с научно обоснованными нормами. Жилплощадью граждане обеспечены по принципу «комната на каждого члена семьи плюс общая комната на всю семью». Есть бесплатное здравоохранение, бесплатное среднее образование, а в Швеции и Финляндии бесплатным является и высшее образование. Средний возраст жизни в развитых полукапиталистических, полусоциалистических странах достиг восьмидесяти лет. Лучше всего в этих странах живется инвалидам и матерям-одиночкам…

Российский премьер-министр В. В. Путин в период предвыборной кампании в качестве заслуги российской власти отмечал увеличение размеров пенсий даже в условиях кризиса 2008–2010 гг. В западных странах пенсии не повышали — акцентировал внимание на усердии и умении российского руководства Владимир Владимирович. Почему-то при этом ни разу не было сказано, что пенсии в развитых странах, уровень и качество жизни пенсионеров намного выше, чем в России. В Европе пенсионер, получающий пенсию в размере 70–100 % от последней зарплаты, имеет возможность отдыхать по бесплатной путевке на Канарских островах (правда, не в сезон). В России на пенсию, которая составляет 23–25 % от последней зарплаты, пенсионеры в лучшем случае доезжают до любимых шести соток.

Многие в СССР поверили сначала Горбачеву, а потом и Ельцину. Союзу они развалиться помогли. Концерт по заявкам трудящихся закончился. Нью-Васюков (вспомним Остапа Бендера) в наших Палестинах так и не возникло.