Царственный дантист
Царственный дантист
Немаловажное влияние на развитие зубоврачевания в России оказал император Петр I. Отчетливый интерес Петра I к медицине прорезался во время Великого посольства, в составе которого русский царь не только впервые покинул пределы Московского царства, но покинул их более чем на год (март 1697 – август 1698 г.).
Собственно с медициной царь столкнулся во время первого посещения Голландии в 1698 г. в анатомическом кабинете профессора Ф. Рюйша[75]. Особенно царя заинтересовала методика бальзамирования трупов по методу известного профессора. Сохранилось известное предание, гласящее, что царь, увидев блестяще забальзамированный труп ребенка («как живой»), не мог удержаться и поцеловал его. На голландцев эти «жесты» эмоционального царя, видимо, производили сильное впечатление. Царь, посещая анатомические лекции профессора Ф. Рюйша в госпитале Св. Петра, проходил в зал через особую дверь, дабы не привлекать к себе внимания. В Лейдене в анатомическом театре Бургаве царь лично принимал участие во вскрытии трупов. Именно эти встречи и определили пристрастие Петра I к хирургии и зубоврачеванию.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_134.jpg)
Фредерик Рюйш (Frederik Ruysch). 1638–1731 гг.
Даже после того как царь покинул Голландию, он продолжал поддерживать отношения с Ф. Рюйшем, периодически посылая ему различные экземпляры ящериц и червей. Петр I неоднократно предлагал Рюйшу продать его анатомический музей, но врач не соглашался. Наконец, во время второго посещения Петром I Голландии в 1717 г., анатомический музей Ф. Рюйша был приобретен царем за 50.000 флоринов. В качестве «бонуса» Ф. Рюйш сообщил Петру I методику бальзамирования, из которой царь не стал делать секрета, сообщив ее своим докторам.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_135.jpg)
Анатомический театр в Лейдене
Следует иметь в виду, что интерес царя к медицине во многом определялся теми целями и задачами, которые Петр I решал в ходе Великого посольства. Одной из этих задач был набор специалистов на русскую службу, в том числе и врачей – они остро требовались армии. А поскольку царь стремился все «попробовать своими руками», будь то строительство кораблей, стрельба из пушек или изучение часовых механизмов, то в том же ряду стояла и медицина. При этом хирургия оказалась ближе «рукастому» царю, способному схватывать основы любого ремесла буквально на лету. Поэтому хирургическая стоматология с ее высокими требованиями к мануальным навыкам оказалась столь близка Петру I.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_136.jpg)
Урок анатомии докотора Фредерика Рюйша
Урок анатомии докотора Фредерика Рюйша. А. Бакер (?). 1670 г.
Эти «голландские эпизоды» навсегда определили не только уважительно-прагматичное отношение Петра I к медицине, но и его собственные «медицинские пристрастия».
Если коротко, то терапию во всех ее видах царь считал неким видом шарлатанства, признавая только хирургию во всех ее вариантах, а том числе и в стоматологическом.
В мемуарных источниках рассыпано достаточно много упоминаний о зубоврачебных экзерсисах императора. Поскольку даже по нынешним временам эта процедура ассоциируется с весьма неприятными ощущениями, можно представить, как современниками воспринимались настойчивые предложения (читай приказы) об оказании зубоврачебной помощи «царскими ручками». Таких «стоматологических предложений» царя просто боялись. Вот некоторые из них…
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_138.jpg)
Беннер Жан Анри. Петр I. 1821 г.
Из дневника камер-юнкера Берхгольца, веденного им в России в царствование Петра Великого с 1721 по 1725 г.: «1723 год, январь, 20-го. Вечером здешний купец Тамсен рассказывал нам, что Его Величество был вчера у него и при этом случае, по всем правилам и своими собственными инструментами, выдернул зуб его долговязой голландской девке, потому что считает себя хорошим зубным врачом и всегда охотно берется вырывать кому-нибудь зуб. Он за несколько дней перед тем (услышав, что девка жалуется на зубную боль) обещал ей приехать сегодня и избавить ее от страдания».
Необходимо помнить, что речь идет о хозяине огромной страны, находящейся в состоянии непрекращающихся реформ и войны с сильнейшей в военном отношении Швецией. Но тем не менее как-то после одной из операций «Императрица, говорят, сказала в шутку Его Величеству, что за эту операцию следовало бы сделать (его. – Прим. авт.) доктором, на что он отвечал: „нет, не доктором, а хирургом, пожалуй“».
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_139.jpg)
Гравюра 1730 г. Шарлатан Том у дверей своего «офиса» в Париже на Понт Неф посреди моста возле статуи Генриха IV. Несколько помощников проверяют рты потенциальных клиентов, чтобы установить, какие зубы удалить, и назначают цену
Для деятельности Петра I были характерны идеи патернализма. И своих подданных он подчас не карал, а «учил», как отец учит неразумных детей. Причем, эта «учеба» включала в свою орбиту как новую аристократию, так подчас и простых людей. Всем известно о знаменитой петровской дубине, которой он «учил» ближайших сподвижников, но царь иногда использовал и стоматологические инструменты для воспитания своих подданных.
Вот что пишет А.К. Нартов в «Достопамятном повествовании и речи Петра Великого»: «Его Величества камердинер Полубояров жаловался государю, что жена его ослушается и с ним не спит, отговариваясь зубной болью. „Добро, – сказал он, – я ее поучу“. В один день, зашедши государь к Полубояровой, когда муж ее был во дворце, спросил ее: „Я слышал, болит у тебя зуб?“ – „Нет, государь, – доносила камердинерша с трепетом, – я здорова“. – „Я вижу, ты трусишь“. От страха не могла она более отрицаться, повиновалась. Он выдернул ей зуб здоровый и после сказал: „Повинуйся впредь мужу и помни, что жена да боится своего мужа, инако будет без зубов“. Потом, возвратясь, Его Величество во дворец, при мне усмехнувшись,
Полубоярову говорил:
„Поди к жене, я вылечил ее, теперь она ослушна тебе не будет“…Надобно ведать, что Государь часто хирургические операции при разных случаях делывал сам и имел в оном звание. Вырванных зубов находился целый мешок с пеликаном и клещами в кунсткамере».
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_140.jpg)
Роберт Дигтон. Зубоврачевание в кузне. Гравюра 1784 г.
Таким образом, современники отметили довольно необычную для главы Российской империи «стоматологическую составляющую» в решении интимных проблем своих подданных.
Как упоминалось выше, «целый мешок» вырванных императором зубов со времени смерти Петра I хранится в Кунсткамере. Со временем появился «Реестр зубам, дерганым императором Петром I». Всего в коллекции хранится 73 зуба, удаленных лично императором, причем большинство их относится к молярам, т. е. к группе трудноудаляемых зубов. Однако, несмотря на искривленность корней, переломов не отмечено, что свидетельствует о хорошем владении техникой удаления и знании анатомии зубов[76]. Следует отметить, что среди удаленных зубов, наряду с кариозными, встречаются и здоровые зубы, происхождение которых понятно из приведенных выше мемуарных свидетельств. Вполне возможно, что здоровый зуб жены камердинера Полубоярова по сей день хранится в этой коллекции.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_141.jpg)
Медицинские инструменты Петра I. Кунсткамера
Зубы, вырванные Петром I. Кунсткамера
Хирургический набор. Начало XVIII в. Кунсткамера
В мемуарах неоднократно упоминается, что стоматологические операции Петр I делал своими инструментами. Коллекция царских медицинских инструментов сохранилась и находится в Кунсткамере и Государственном Эрмитаже. Все инструменты датируются XVIII в. и произведены во Франции, Германии и России. Инструменты выполнены из стали в совершенно функциональной манере.
Медицинские инструменты при жизни царя хранились в двух сундучках. В одном хранились хирургические инструменты, в другом – стоматологические. Они оказались в Зимнем дворце во второй половине 1820-х гг., когда Николай I, переехав в главную императорскую резиденцию, начал собирать мемориальные вещи,
связанные с Петром I. В 1830-х гг. они были сведены в опись, опубликованную в 1837 г. В ней перечислены 1500 предметов. Среди них кроме медицинских инструментов упоминается «Баночка, заключающая 8 зубов, рваных рукой Петра I»[77].
На сайте Государственного Эрмитажа в коллекции «Медицинские инструменты Петра I» «выложены» следующие фотографии:
? расширитель вскрытого мочевого пузыря (Франция);
? инструмент для вскрытия нарывов в горле (Франция);
? инструмент для удержания рта в раскрытом состоянии (Франция);
? горжерет литотомический (конец XVII – начало XVIII вв. Франция);
? зеркало анальное (Франция);
? зеркало маточное (Франция);
? зонд литотомический (Франция);
? зонд-расширитель (Западная Европа);
? инструмент для глазных операций (Франция);
? инструмент для прижигания ран (Франция);
? инструмент для трепанации черепа (Франция);
? крючок родовспомогательный (Франция);
? ланцет (Франция);
? молоток хирургический (Франция);
? нож ампутационный (Франция);
? нож пуговчатый (Франция);
? нож родовспомогательный (Франция);
? ножницы хирургические (Франция);
? пинцет глазной (Франция);
? пулеизвлекатель (Франция);
? ручка-ключ от трепана (Франция);
? сверло-коронка от трепана (Франция);
? щипцы акушерские (Франция);
? щипцы для оперирования раковой опухоли (Франция);
? щипцы литотамические (Франция).
Как мы видим, большая часть инструментария, необходимого для выполнения различных операций, входила в хирургический набор царя. Но это только часть коллекции медицинских инструментов, принадлежавших Петру Великому.
Также надо учитывать, что наряду с медицинскими инструментами, купленными в Европе, Петр I, решая проблему массового изготовления подобных инструментов для готовившихся при госпитальных школах врачей, в 1718 г. открыл «Инструментальную избу» в Москве. Это была мастерская по изготовлению отечественных хирургических инструментов, часть которых также имеется в коллекции императора Петра I. Требования к качеству были достаточно высокие. Свидетельством этого стало распоряжение времен императрицы Анны Иоанновны (1738 г.), по которому на медицинских инструментах в обязательном порядке ставилось личное клеймо мастера. Тем самым мастера Инструментальной избы были приравнены к ювелирам.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_144.jpg)
Инструменты для извлечения зубов. XVIII в..
Дентальные ключи для извлечения зубов. XVIII в.
Дентальный ключ. Англия. 1725–1780 гг.
Стоматологический Пеликан. Около 1700 г.
Стоматологические щипцы. XVIII в.
Двойной пеликан. Европа. 1701–1800 гг.
Медицинские инструменты Петра I. Ручка-ключ от трепана
В первой половине XVIII в. ситуация с зубоврачеванием в России начинает меняться. В числе других европейских специалистов, приезжавших в «дикую Московию» в поисках богатства, ехали и специалисты по зубным болезням. Судя по всему, их было немного, поскольку в газетах XVIII в. рекламные объявления стоматологического характера встречаются очень редко. Среди первых дантистов, практиковавших в России в XVIII в., упоминаются имена Якова Клере (1760 г.), Скардови и Карла Вагенгейма (1783 г.).
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_152.jpg)
Стоматологический пеликан. XVIII в.
Медицинские инструменты Петра I. Инструмент для удержания рта в раскрытом состоянии. Франция
Инструменты Петра I. Сверло-коронка от трепана
Зубной ключ с рычагом.
Инструменты Петра I. XVIII в. Нож ампутационный. Франция
Нужду во врачевателях зубных болезней среди аристократии и служилого дворянства покрывали специалисты-хирурги, которых начали готовить в первых госпитальных школах. Первая подобная школа была открыта в Москве по указу Петра I, подписанному 25 мая 1706 г.: «за Яузою рекою против Немецкой слободы в пристойном месте… где больных лечить и врачов учить было можно». Таким образом, 1707 г. – год постройки госпиталя[78] – можно считать датой начала отечественного высшего медицинского образования.
В числе медицинских предметов учащиеся госпитальных школ изучали анатомию, физиологию, оперативную хирургию, фармакологию, неврологию, зубоврачевание с челюстно-лицевой хирургией и челюстно-лицевой травматологией. Среди анатомических препаратов встречались и образцы с патологией зубочелюстной системы, а среди инструментов находились инструменты для проведения зубоврачебных операций на голове, губах, деснах, языке. В библиотеках госпитальных школ имелись книги и диссертации по вопросам зубоврачевания[79].
Первый руководитель госпитальной школы голландский врач Н.Л. Бидлоо (1670–1737) написал для учащихся «Наставления для изучающих хирургию в анатомическом театре» (1710 г.). В этом учебнике имелись сведения по проведению челюстно-лицевых операций на слизистой оболочке полости рта, на губах, твердом нёбе, языке, а также описаны показания и противопоказания к этим вмешательствам.
В разделе «Об операции зубов» подробно рассматривалось строение зубов, сроки прорезывания, иннервация, назначение и функция разных групп зубов, описываются различные болезни зубов. Лечение зубов заключалось в их подпиливании с помощью напильника, снятии зубных отложений («очищение зубов»), прижигании нерва (при острой зубной боли). Показания к удалению зубов включали: «зуб гнилой», «зуб шатается», «лишний зуб».
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_158.jpg)
Стоматологические щипцы клюв вороны с винтом для регулировки давления на зуб при удалении корней. Европа. 1701–1800 гг.
Стоматологические инструменты из книги Пьера Фошара и методика зубоврачебных манипуляций
Для лечения использовали зубной скальпель, соскабливающий скальпель, для удаления зубов – «пеликан», «овечью или баранью ногу», «репульсорий для расшатывания зубов», «зубчик», «вороний клюв», элеватор[80].
Но для врачей, готовящихся в госпитальных школах, а затем и на медицинском факультете Московского университета, зубоврачевание никогда не было главной специализацией. Как правило, эти знания
носили вспомогательный характер. Профессиональное же зубоврачевание было в лучшем случае единично представлено выпускниками медицинских факультетов европейских университетов, в массовом же случае им по-прежнему занимались цирюльники, банщики и знахари. Тем не менее в 1728 г. в России на языке оригинала издали монографию Пьера Фошара с изложением основ зубоврачевания.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_160.jpg)
Титульный лист книги Пьера Фошара
Кузнец, выдирающий зуб
Имелись в России и медицинские кадры среднего звена – фельдшера, которых готовили с 1741 г. в фельдшерских школах.
Кое-какие теоретические медицинские дисциплины читались и им. Например, их знакомили с анатомо-физиологическими особенностями зубочелюстной системы, они осваивали элементы зубоврачебной практики по оказанию помощи при вывихе нижней челюсти, переломах челюстей, при зубной боли, по удалению зубов. Но по большому счету их теоретические знания носили весьма поверхностный характер. В лучшем случае это были добросовестные ремесленники от медицины.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/361979_11_i_162.jpg)
Три беззубых старика
Цирюльники получали представление о стоматологии частным образом, либо у успешно практикующих коллег, либо у полковых лекарей, в больницах и госпиталях. Для «учителей» это был сторонний приработок, и далеко не все они выкладывались, передавая имеющиеся у них не слишком обширные знания. Таким образом, в XVIII в. зубоврачевание являлось довольно хорошо оплачиваемым ремеслом, которое только отчасти контролировалось государством.
Как уже упоминалось, начиная со времен Петра I, все лица, желавшие заниматься зубоврачебной практикой, должны были выдержать экзамен перед чиновниками Медицинской коллегии. Дефицит специалистов был таков, что этот экзамен могли выдержать не только зубные лекари, но и «мозольные операторы».
Получив право на зубоврачебную практику, зубные лекари собирали клиентуру, публикуя соответствующие рекламные объявления в газетах. Поскольку жанр рекламы предъявлял определенные требования, то и тексты печатались соответствующие. Зубные лекари сообщали, что они умеют «всякую зубную боль в минуту укрощать, выдергивать больные и искрошившиеся зубы, вставлять новые, искусственно сделанные, кои от натуральных почти отличить нельзя; в снимании зелени и черни с зубов, в укреплении слабых и шатких зубов»[81].
Данный текст является ознакомительным фрагментом.